Контракт №317

Мы сидели за кухонным столом. Картер рассказывал свои истории — одну смешнее другой, жестикулируя так, что чуть не опрокинул кружку с кофе. Эйва смеялась, иногда дополняя их едкими комментариями, от которых Картер притворно хмурился, а потом снова ухмылялся. Дамиан молчал с холодным выражением лица, которое уже не пугало меня так, как раньше. Он сидел в торце стола, откинувшись на спинку стула, и слушал. Иногда мне казалось, что он вообще не слушает — просто сидит и думает о чём-то своём. Но его взгляд был направлен на меня, и я чувствовала это. «Странно. Ещё пару недель назад я бы на месте готовилась к побегу. А сейчас сижу с ними, смеюсь и чувствую себя почти нормально. Может, я схожу с ума?» Когда все поели, на столе развернули план дома Генри. Бумага была старой, потёртой по краям — видно, её пересматривали сотни раз. Эйва прижала углы кружками, чтобы не сворачивалась. — Итак, — начал Дамиан, и в его голосе появились стальные нотки. — Ещё раз пробежимся по плану. Я кивнула. Мы прошли по маршруту в пятый раз. Я знала его наизусть — каждый поворот, каждую дверь, каждую лестницу, каждую трещину на полу, которую я могла бы заметить в темноте. Но я слушала, потому что знала: одна ошибка — и всё. Свобода. Ноа. Моя жизнь. Всё это рассыплется, как карточный домик. «Главное — не запутаться. Восточное крыло, третий этаж, третья дверь слева. Картина в золочёной раме. Сейф. Код 1206. Двенадцать минут. Только двенадцать минут.» — Ты входишь через главный вход с Дамианом, — Эйва водила пальцем по карте, не поднимая глаз. Её голос был ровным, почти механическим, но я чувствовала в нём напряжение. — Он остаётся в зале, отвлекает внимание. Ты поднимаешься на третий этаж — в кабинет. У тебя есть двенадцать минут. Через двенадцать минут ты выходишь из кабинета, даже если ничего не нашла. Поняла? — Поняла, — ответила я. Голос прозвучал глухо, как будто я говорила не сама с собой. — Если кто-то идёт — я скажу. Ты слушаешь только меня. Даже если кажется, что я ошибаюсь — ты всё равно слушаешь меня, — она подняла глаза, и я увидела в них ледяную серьёзность. — Ты доверяешь мне? Я посмотрела на неё: на её голубые глаза, на её спокойное лицо, на руки, которые сжимали край карты. Внутри меня не было сомнений. — Да, — сказала я. Странно. Я почти не знаю её. Но я ей доверяю. Больше, чем кому-либо за последние месяцы. Эйва улыбнулась, и на секунду её лицо стало мягче. Дамиан молчал, но я чувствовала его взгляд — внимательный, изучающий. Он смотрел на меня так, будто пытался прочитать мои мысли. Картер допил кофе, поставил кружку с глухим стуком и усмехнулся. — Ну что, прямо как в кино? — Хуже, — ответила Эйва, не глядя на него. — В кино всё заканчивается хорошо. Повисла тишина. Я смотрела на план, на линии, на стрелки, на пометки, сделанные рукой Эйвы, и чувствовала, как время сгущается вокруг нас. Последний завтрак. Последний день перед бурей. Завтра в это же время я буду либо свободна, либо мертва. Или что-то среднее. Хуже, чем смерть. После мы с Эйвой поднялись наверх. Нужно было ещё раз проверить связь. Она закрепила на мне чип — пальцы её были лёгкими и уверенными, без лишней дрожи, будто она делала это тысячи раз. Я смотрела на неё в зеркало и пыталась не думать о том, что этот маленький кусочек металла за моим ухом — моя единственная связь с миром, если всё пойдёт не так. Через несколько секунд в ухе раздался её голос — чёткий, чистый, без помех: — Как слышно?* Я помедлила перед ответом, прислушиваясь к себе. В голове было пусто, только тихое гудение. — Слышно хорошо. Перебоев нет.* Ответа не последовало. Эйва вернулась в комнату, и я увидела лёгкую улыбку на её лице. — Сбоев нет. Всё работает. — Но ведь здесь небольшое расстояние, — я попыталась скрыть волнение, но голос всё равно дрогнул. — Может, ещё проверим? На улице, например? — Мы проверяли работоспособность чипа, — терпеливо объяснила она. — Даже на расстоянии связь будет отличной. Парни вчера установили передатчики по всему периметру. Сбоев не будет. Я гарантирую. Я посмотрела в её глаза — в них не было ни капли сомнения. Она точно знала своё дело и была уверена в каждой детали. Я кивнула, хотя внутри всё ещё шевелился червячок страха. «А если я начну паниковать и забуду всё, чему меня учили? Если я застыну и не смогу пошевелиться? Если я услышу его голос и побегу?» — Не волнуйся, — сказала она, снимая чип с моего уха. — Всё пройдёт хорошо. Закончив с подготовкой, все собрались в гостиной. Картер сидел на диване, закинув ногу на ногу, и лениво потягивал кофе. Дамиан стоял у окна, глядя на улицу. Эйва присела рядом со мной на подлокотник дивана. — Всё готово, — сказал Картер, зевнув. — Теперь можно отдохнуть. Как насчёт того, чтобы выпить? Кстати, на заднем дворе есть зона барбекю и небольшой бассейн. Я сегодня видел, когда приезжал. Вода чистая, нагретая. Эйва вскочила с места, и её лицо озарила улыбка. — Так чего же мы ждём? Тогда на вас мясо. Дамиан лишь кивнул — коротко, без лишней эмоции. Но я заметила, как его плечи чуть расслабились. «Даже он иногда умеет быть человеком. Просто не показывает этого.» Парни уехали в магазин, и мы с Эйвой поднялись наверх. Я даже не знала, что здесь есть бассейн. Когда я заглянула в окно, то увидела его — небольшой, аккуратный, с голубой водой, отражающей небо. Я оглянулась на свою сумку и поняла, что ничего не взяла. — Ты чего? — девушка посмотрела на меня, заметив мою заминку. — Всё в порядке, — я попыталась улыбнуться, но улыбка получилась натянутой. — Просто я не знала, что у нас будет возможность отдохнуть. Поэтому ничего подходящего не взяла. Эйва не ответила — вместо этого она подошла к шкафу и начала копаться в недрах, вытаскивая какие-то вещи. Я слышала, как она что-то бормочет себе под нос, перебирая одежду. — Нашла! Она повернулась ко мне, держа в руках чёрное бикини — простое, но красивое, с тонкими завязками на бёдрах. — Примерь, — сказала она, протягивая его мне. Я взяла купальник и посмотрела на неё. — Спасибо, но как же ты? — У меня их несколько, — она махнула рукой в сторону шкафа. — Поэтому не переживай и иди переодевайся. Я прошла в ванную. Оставшись одна, я посмотрела на себя в зеркало. Купальник был маленьким — почти неприличным, но когда я надела его, он сел почти идеально, подчёркивая талию и бёдра. Я чувствовала себя почти красивой. Впервые за долгое время. Завязав волосы в небрежный пучок, я вернулась в комнату. Эйва уже ждала меня, и, увидев, её глаза зажглись одобрением. — Тебе очень идёт, — сказала она с тёплой улыбкой. — Спасибо, — смущённо ответила я. — Держи ещё пляжную рубашку, — она протянула мне лёгкую прозрачную ткань. — И спускайся. Я сейчас тоже подойду. Я кивнула, накинула рубашку и спустилась вниз. Через несколько минут появилась Эйва в красивом белом бикини и розовой полупрозрачной рубашке поверх. Она выглядела так, будто только что сошла с обложки глянца — лёгкая, загорелая, уверенная. — Ну что? — она улыбнулась. — Пойдём осмотримся. Мы вышли на улицу. Погода была чудесной — яркое солнце, ни одного облачка на небе, лёгкий ветерок, который едва шевелил листья деревьев. Мы обошли дом. На заднем дворе стояла большая белая камелия, зона барбекю с каменным мангалом, а чуть дальше — небольшой бассейн с шезлонгами. Вода в нём переливалась на солнце, создавая блики на белых бортиках, и я слышала, как где-то вдалеке поют птицы. Всё выглядело так мирно, будто мы приехали отдыхать, а не готовиться к самой опасной операции в моей жизни. «Если бы Ноа мог это видеть. Если бы он мог сидеть здесь, смеяться, купаться... Может, однажды я смогу показать ему такое место.» Я остановилась на краю бассейна, разглядывая его. Вода была прозрачной, почти голубой, и я чувствовала, как жара давит на плечи, приятно обжигая кожу. — Красиво, — сказала я тихо, почти самой себе. — Это Дамиан выбирал дом, — ответила Эйва, подходя ближе. — Он всегда берёт что-то с бассейном. Говорит, это помогает думать. Она скинула рубашку и аккуратно опустила ногу в воду, пробуя температуру. — Тёплая, — довольно улыбнулась она. Я тоже сняла пляжную рубашку и села на край бассейна, опуская ноги в воду. Она была прохладной, но приятной — на грани, когда уже привыкаешь и не хочется вылезать. Через несколько минут подъехала машина. Картер вышел с пакетами и, увидев меня у бассейна, присвистнул. — Вау, — протянул он, ухмыляясь. — Адель, ты выглядишь так, будто сошла с обложки журнала. Если бы я знал, что купальник так идёт тебе, я бы купил тебе его ещё вчера. Я почувствовала, как щёки начинают теплеть. Эйва закатила глаза, но улыбнулась. — Картер, прекрати. — Что? — он развёл руками, притворяясь невинным, но в его глазах плясали смешинки. — Я просто делаю комплимент. Ничего такого. Дамиан, проходя мимо с двумя пакетами, коротко посмотрел на меня. Я увидела, как его взгляд скользнул по моим плечам, по купальнику, и что-то в нём изменилось на долю секунды. Он ничего не сказал, но я заметила это — едва заметное напряжение в его челюсти, когда он быстро отвернулся. — Мясо будет через час, — сказал он, направляясь к мангалу, и голос его был ровным, почти безразличным. Картер подмигнул мне и пошёл за ним, перекинув через плечо пакет с углём. — Он просто шутит, — сказала Эйва, заметив моё смущение. — Но у него хорошо получается. — Да уж, — ответила я, чувствуя, как тепло разливается по коже — не только от солнца. Мы нырнули в бассейн, и жара отпустила. Вода обнимала тело, и я чувствовала, как напряжение уходит вместе с волнами. Пока парни жарили мясо, мы с Эйвой плавали, смеялись, брызгались водой. Я почти забыла, что завтра я должна войти в дом Генри. Они напоминают мне о том, что я ещё жива. Что я ещё могу смеяться. Может, это и есть самое важное. Через час мы сидели в беседке. На столе лежало свежее мясо — сочное, дымящееся, с аппетитной корочкой. Рядом — овощи, хлеб, соусы. Картер поднял бутылку виски, и в его глазах мелькнул хитринка. — Думаю, мы заслужили, — сказал он, поворачиваясь ко мне. — Адель? Как насчёт? Я замерла. Виски. Алкоголь. Перед глазами встали моменты — когда Джулиан силой вливал мне алкоголь в рот, когда я теряла сознание в казино, когда моё тело не слушалось меня, а его руки были везде. Я вздрогнула, пытаясь скрыть это, но Эйва заметила. — Картер, — сказала она тихо. — Может, не надо? Он посмотрел на меня, и его взгляд смягчился. Ухмылка исчезла с его лица. — Эй, — сказал он, опуская бутылку. — Если не хочешь, не будем давить. Но если хочешь попробовать — можно смешать с колой. Вкус совсем другой. И не так крепко. Я смотрела на бутылку. Моё тело напряглось, но я чувствовала, что они не будут заставлять. Эйва ждала. Картер улыбнулся — мягко, без нахальства. — Держи, — сказала она, протягивая стакан. — Просто попробуй. Если не понравится — мы поймём. Я взяла стакан. Он был холодным, я чувствовала, как лёд касается пальцев. Сделала маленький глоток. Вкус был сладким, почти приятным. Алкоголь почти не чувствовался — он прятался за колой и лимоном, становясь чем-то лёгким и нестрашным. — Ну как? — спросил Картер, и я заметила, что его улыбка стала чуть напряжённой. — Неплохо, — ответила я, и он выдохнул. — Тогда за нас, — сказал Картер, поднимая свой стакан. — За то, чтобы завтра мы проснулись, сделали своё дело и оказались здесь же. Живые. Целые. И желательно с выпивкой. Остальные подняли бокалы. Мы чокнулись, и я сделала ещё один глоток. — Завтра ты проснёшься, и всё будет, — сказала Эйва, глядя на меня. — Просто сделай то, что мы обсуждали. Я буду с тобой. Я кивнула, чувствуя, как её слова оседают где-то в груди. Мы просидели до вечера. Говорили о глупостях, смеялись, иногда замолкали, глядя на закат. Картер рассказал ещё одну историю из их прошлого — на этот раз про то, как они попали в переделку в каком-то городе, и ему пришлось прыгать с крыши в мусорный бак. Эйва закатила глаза, но улыбнулась. Дамиан сидел и слушал, иногда, казалось, он даже улыбался краем губ. Я чувствовала себя почти как дома. И это было странно. Прошло ещё несколько часов. На улице стало прохладно, и мы не торопясь перебрались в дом. Все были уставшими, алкоголь сделал своё дело — и я чувствовала себя странно спокойной. Прибравшись, мы разошлись по комнатам. Ночью я лежала в кровати. Эйва уже спала — я слышала её ровное дыхание с соседней кровати. Я смотрела в потолок и прокручивала в голове всё произошедшее за последнюю неделю. Я почти начала забывать о Джулиане, но не надолго. Его клеймо на моей шее не давало оставить мысли о нём. Пальцы рефлекторно коснулись ошейника. «Когда-нибудь я сниму его и швырну ему в лицо. Когда-нибудь я посмотрю ему в глаза и скажу всё, что думаю. Когда-нибудь я перестану быть его вещью.» С этими мыслями я погрузилась в сон. Следующий день начался с голоса Эйвы: — Адель. Просыпайся. Нам пора готовиться. Я открыла глаза. В комнате было светло, солнце уже поднялось высоко. Я села на кровати и увидела, что Эйва стоит с платьем в руках — сине-голубым, струящимся, лёгким, как вода. Она выглядела серьёзной, но в её глазах был огонь. — Сегодня твой день, — сказала она. Я встала. Мы спустились вниз, быстро пообедали — почти молча, сосредоточенно. Дамиан смотрел на меня, но ничего не говорил. Картер пытался шутить, но получалось вяло — даже он чувствовал напряжение. Эйва была спокойна и деловита. После обеда мы поднялись наверх. Я приняла душ и вернулась в комнату. Эйва уже ждала с косметичкой в руках. Мы молча приступили к сборам. С ней было проще, чем с помощницами Джулиана. Она не дёргала меня, не командовала — просто делала свою работу, и я чувствовала, как напряжение постепенно отпускает. К моему удивлению, мы быстро закончили и перешли к волосам. Она сделала красивую укладку, оставляя волосы распущенными — лёгкими волнами, спадающими на плечи. Я взглянула в зеркало. Макияж был лёгким и почти не ощущался: голубые тени забирали весь акцент на себя, делая глаза глубже и ярче. Я выглядела как Вивьен Стил. Как кто-то другой. «Хорошо. Чем меньше во мне будет Адель, тем проще мне будет войти в этот дом.» — Тебе очень идёт, — сказала Эйва из-за спины. — Теперь последняя деталь. Я стояла перед зеркалом в одной ночной рубашке, когда Эйва подала мне платье. Я надела его, и оно скользнуло по телу, открывая плечи, ложась мягкими складками. Эйва застёгивала пуговицы — медленно, аккуратно. В одной из них была камера. Она проверила. — Повернись. Ещё раз. Хорошо. Видно всё. Я посмотрела на себя в зеркало. Я не узнавала себя. — Ты выглядишь прекрасно, — улыбнулась она. — Спасибо, — ответила я, и голос прозвучал почти нормально. — Всё благодаря тебе. — Теперь снаряжение. Я помогу с чипом. Я надела кобуру с пистолетом, скрывая её под юбкой платья. Эйва закрепила чип за ухом. Мы ещё раз проверили связь — и наконец всё было готово. — Эйва, — позвала я её, когда она уже собиралась открывать дверь. — Спасибо тебе. За всё. Она повернулась, и в её глазах мелькнуло что-то тёплое. — Ты справишься, Адель. Я в тебя верю. Я спустилась вниз. В гостиной на кресле сидел незнакомый мужчина. Светлые волосы аккуратно зачёсаны назад, серые глаза, чужое лицо. Я остановилась на пороге, чувствуя, как сердце пропускает удар. — Ты готова? — он повернулся ко мне. — Дамиан? — неуверенно произнесла я, вглядываясь в него. Он посмотрел на меня, и я увидела, как уголки его губ дрогнули. Его явно позабавило, что я не узнала его. — Не узнала? — он выдержал паузу. — Значит, и Генри не узнает. Я была удивлена, что Эйва смогла так хорошо изменить его внешность. Стало неловко от того, что я не узнала его. «Значит, всё работает. Я могу сделать это.» — Нам пора. Дамиан направился к двери. Я быстро надела туфли и пошла за ним. Эйва и Картер остались в доме. Я заметила их в окне перед тем, как сесть в машину. Они помахали нам на прощание, после чего скрылись в глубине дома. Я села на пассажирское сиденье. Дамиан за рулём. Машина тронулась, и я смотрела в окно на проплывающие улицы, на дома, на людей, которые шли по своим делам. Во мне не было страха или волнения — только принятие. Уже нет смысла сожалеть или бояться. Я уже еду туда. Назад дороги нет. «Я сделаю это. Я должна. Ноа ждёт меня.» — Волнуешься? — спросил Дамиан, не поворачивая головы. — Немного, — ответила я. Голос был ровным, почти спокойным. — Это пройдёт, — сказал он, и я поверила ему. Я посмотрела на его профиль. Чужое лицо, чужие глаза, чужой голос. Но внутри — он. Тот же Дамиан. Мы подъехали к особняку. Ворота были массивными, коваными, с замысловатым узором. Я чувствовала, как сердце начинает биться быстрее. Неконтролируемый страх окутывал меня. В голове мелькали разные варианты событий — хорошие и плохие. Руки подрагивали, и я не могла это остановить. — Адель, — его голос вывел меня из состояния паники. — Всё будет хорошо. — Я боюсь, — вырвалось у меня прежде, чем я смогла это остановить. — Что если я не справлюсь? — Ты справишься, — сказал он, и в его голосе была такая уверенность, что я на мгновение поверила. — Ты — не та девушка, которую я встретил несколько недель назад. Ты изменилась. Ты стала сильнее. Я знаю, на что ты способна. Я кивнула, чувствуя, как его слова проникают в самую глубину. — Я буду рядом, — сказал он. — Эйва тоже. — Хорошо, — выдавила я, пытаясь успокоиться. — Мне уже легче. Он припарковал машину. Мы сидели в тишине — он не давил, не торопил. Просто давал мне время успокоиться. Я подумала о Ноа. Он ждёт меня. Он — тот, ради кого я готова на всё. Я не могу подвести его. «Не сейчас. Не сегодня. Я сделаю это, чего бы мне ни стоило.» Страх постепенно отступал. Дамиан протянул мне бутылку воды. Я сделала глоток — вода была прохладной, почти ледяной. Наконец успокоившись, я перевела взгляд на особняк. Огромный, каменный, с тёмными окнами и тяжёлыми дверями. Внутри горел свет, я слышала приглушённую музыку и чей-то смех. Там кто-то жил своей жизнью, не зная, что я собираюсь войти в их мир и украсть то, что не принадлежит мне. «Я справлюсь. Чего бы мне это ни стоило.» Я сделала ещё один глоток и отдала бутылку Дамиану. Он молча убрал её, не сводя с меня глаз. Я чувствовала его взгляд — спокойный, выжидающий. — Я готова, — сказала я. Дамиан кивнул и вышел из машины. Обошёл спереди и открыл мою дверь. Его рука протянулась ко мне — тёплая, уверенная. — Идём. Я взяла её и почувствовала, как его пальцы сжали мои. Тёплые, уверенные. Я поднялась, поправила платье и посмотрела на особняк. Он стоял передо мной — огромный, каменный, с тёмными окнами и тяжёлыми дверями. Внутри горел свет, я слышала приглушённую музыку. Там кто-то смеялся. Кто-то жил своей жизнью, не зная, что я собираюсь войти в их мир и украсть то, что не принадлежит мне. — Ты — Вивьен Стил, — сказал Дамиан тихо. — Ты здесь, чтобы провести вечер. Ничего больше. — Я помню, — ответила я. Мы направились к входу. Дамиан шёл рядом, и я чувствовала его присутствие, его спокойствие. Это передавалось мне, и мои шаги становились увереннее с каждым метром. Мы подошли к двери. Дамиан нажал на звонок. Через несколько секунд дверь открылась. На пороге стоял мужчина в строгом костюме — охранник. Его лицо было каменным, глаза — холодными. — Ваши имена? — Блейн Миллер, — сказал Дамиан, и его голос был ровным, уверенным. — И моя спутница, Вивьен Стил. — Пригласительные. Дамиан достал из кармана два небольших конверта и передал мужчине. Тот проверил печати, сверился со списком. — Проходите, — сказал он, отступая в сторону. Мы вошли внутрь. Я почувствовала, как свет падает на лицо, как музыка становится громче, как воздух наполняется запахами духов, алкоголя и чужих голосов. Особняк встретил нас величием — высокие потолки, хрустальные люстры, мраморные лестницы. Люди в дорогих костюмах и платьях улыбались, смеялись, говорили. Я шла по залу, чувствуя взгляды. Дамиан шёл рядом. — Мы пройдём в главный зал, — сказал он тихо, почти шёпотом. — Я буду следить за Генри. Ты делаешь своё дело. Я кивнула, чувствуя, как внутри поднимается холодное спокойствие. В ухе раздался голос Эйвы: — Я вижу тебя. Всё чисто. Начинай.* Мы прошли в главный зал. Фуршетные столы ломились от закусок — канапе, тарталетки, маленькие шоты с креветками. Официанты сновали между гостями, разнося подносы с горящими напитками. Я осмотрелась. Вдали, у дальнего стола, стоял сам Генри — массивный, седой, с цепким взглядом, который, казалось, сканировал каждого в зале. Я аккуратно указала на него Дамиану, чуть кивнув в его сторону. — Нужно немного помелькать для виду, — почти шёпотом сказал он. — После я отвлеку его, и ты начнёшь действовать. Я кивнула, и мы направились вглубь зала. Я улыбалась незнакомым людям, кивала, делала вид, что слушаю разговоры. Каждая секунда тянулась вечностью. Вдруг меня кто-то окликнул. Я обернулась. Сзади к нам приближался один из охранников — высокий, широкоплечий, с каменным лицом. — Мисс Стил. Ноги окаменели. По спине прошёл мороз, и страх снова начал окутывать моё тело, сжимая горло ледяными пальцами. «Неужели нас раскрыли?..»