Послушный

***

Кайл всегда был правильным. Послушным маминым еврейским мальчиком, которого трепали по кудряшкам, а он недовольно пыхтел, но ждал, пока взрослые успокоятся, а потом вздыхал недовольно и приглаживал волосы, натягивая шапку. Он послушно ел завтрак, обед и ужин, по часам вводя нужную дозу инсулинового раствора. Послушно делал все уроки, послушно появлялся на всех занятиях и послушно ходил к репетиторам, послушно подготавливаясь к будущим экзаменам. Как правильный мальчик, целовал своих парней при встрече, правильно напоминая Стэну о приёме его таблеток, правильно помогая Картману с домашним заданием и правильно держа Кенни за руку, когда они переходят дорогу. Правильно зажимал себе рот рукой, оставаясь в ночной тишине своей комнаты, чтобы не разбудить родителей, когда так же правильно и по классически сжимал руку на обрезанном члене и потом правильно убирал все улики, пряча использованные салфетки на дне мусорки. Правильно, и почти не опошлённо, стыдливо искал порно в интернете, совсем консервативно и статично смотрел на однотипные пары с однотипными позами. Всегда на такж видео над девушкой нависал парень, в миссионерской позе поддерживая средний темп. Или же это был догги стайл, где один парень утыкался в подушку, а второй двигался в нём, надрачивая параллельно. Чего стесняться видео с гомо содержанием, когда у тебя три парня? Кайл так же правильно, как на видео, зажимал под собой Кенни, или прогибался под Стэном, или в любой другой вариации пар. Но один раз он сделал неправильно, когда палец соскользнул в сторону и нажал на неправильное видео, неправильного содержания. Парень там был связан и окружён, неправильно, но послушно, открывая рот. Неправильно, но послушно раздвигая колени шире. Неправильно, но послушно, подавляя свою волю, когда ещё несколько вокруг него сжимали его бёдра, тянули за ошейник, сжимая горло, неправильно втрахивая его в твёрдый стол. Кайл посмотрел украдкой содержание, перебегая с одного фрагмента временной полоски на другой, а потом свернул приложение, выключил телефон, и сел, ощущая неправильную твёрдость внизу. С дрожью вздохнул, а потом, тяжело сглатывая, опустил руку на свою промежность, ощупывая начавший твердеть орган. Это - неправильно. Это не та любовь, о которой его учили родители. Нужно было держать в голове, что чудо уже то, что они, скрипя зубами, но приняли трёх его парней. Было стыдно за это, а за такие видео в истории его поиска - даже думать страшно. Через пару дней он снова обратился к неправильному интернету, на этот раз целенаправленно ища сюжет. Он пролистал штук десять, хмуря густые брови и стесняясь включить хотя бы какое-то. А потом натыкается на видео, где одним из участников был весьма крупный парень с шатенистыми волосами. Не думая, он уже смотрел, как этот же парень давит нижнему на лопатки, берёт его грубо сзади, пока другой вталкивался в рот. Что-то в его голове щёлкнуло, и он начал искать. На следующем видео нижний актёр уже лежал на спине, и его крепко прижимал к себе за бёдра брюнет, а на третьем - блондин. Брофловски специально выискивал ролики, ему было важно именно увидеть, и теперь, насмотревшись достаточно, он прижимается спиной к стенке, жмуря глаза. Под веками пляшут искры, когда он представляет конкретных людей. Пытается представить материал ремня на своих запястьях, неаккуратные касания на теле, тянущие ощущения зубов на коже. Внизу живота всё переворачивается и нужна секунда, чтобы осознать, а потом полезть вниз к слишком быстро возбудившемуся члену. Теперь он не может больше не думать о том, что его мальчики могли бы быть с ним грубее. А он... Просто примет это. У них уже неоднократно был интим, но он просто хотел делать приятно, а сейчас представляет, как его запястья сдавливают, как он не может пошевелиться, как три любимых человека просто вертят его, как им вздумается. Узнал бы Картман о его мыслях - засмеял бы. Стэн неловко отвёл взгляд. А Кенни... Чёрт его знает, честно. Они дружат всю жизни и встречаются уже больше полугода, но Кайл всё ещё не до конца понимает, что в его светлой голове. Он бы наверняка сидел сзади, кусал шею много-много раз, сжимая сосок с одной стороны и запястье с другой. Стэн бы, наверное, целовал его как в последний раз, с силой сдавливая вторую руку, зажимая основание члена. А Картман бы втрахивал его в кровать, оставляя отпечатки пальцев на бёдрах, когда фиксировал его положение. Они бы сделали всё, что он захотел бы, даже если это значит не спрашивать - просто делать. Головка болит от распирающего жара, и Кайл старается довести себя до оргазма быстрее, потому что по ощущениям его сейчас действительно разорвёт. Он кончает от одних только мыслей, закусывая тыльную сторону ладони, чтобы не взвизгнуть. Дыхание совершенно не слушается, а руки дрожат. Ему точно нужно поговорить с пацанами.

***

Как и ожидалось, Картман угорал над ним минут пятнадцать, пока Стэн пытался переварить информацию, а Кенни сидел рядом, продолжив играться с его ладошкой, сжимая и разжимая её в своей, растирая подушечками пальцев костяшки. – Ты просто не сможешь подчиняться, не выёбываясь при этом,– сквозь смех говорит Эрик, и Стэн нехотя, но соглашается с ним, пожимая плечами и с виноватой улыбкой глядя на Кайла. – Я... Даже спорить не буду,– отводит взгляд еврей, а потом вздыхает и резко смотрит на них поочерёдно.– Нет, ну давайте попробуем! Я постараюсь молчать. Мне просто... Интересно. – Я вообще удивлён, что такой пай мальчик, как ты, смотрит порно,– закатывает глаза Картман, а потом придвигается, подперев подбородок рукой.– Признайся, давно ты представляешь нас, когда смотришь групповушки? – Я не...– Кайл хочет возмутиться, но потом замолкает. Это такое испытание, это видео по бесам, пляшущим в разноцветных глазах напротив. Сможет ли он не спорить, а просто принять, что происходит?– Только последние полторы недели. – Хм... Ну, уже ничего. Ну, что скажете, пацаны? –... Звучит лучше, чем твоя идея с пастором и грешниками,– фыркает Стэн, переводя взгляд на всё ещё мнущего чужую ладонь Кенни. – Я всё ещё не понимаю, почему вам не нравится эта идея,– хмурится Картман, чуть надувная пухлые губы. Почти фарфоровая кукла, те самые залакированные карапузы из сервизов. – Мне иногда кажется, что из нас всех, на веру не плевать только мне... Христианство, я имею в виду,– Стэн поправляется сразу, как видит озадаченный взгляд Кайла. Точнее будет сказать, что Маршу тоже плевать, просто он всё ещё не уверен в существовании Бога. Точно, Кай ждёт ответ...– В общем, я не против. Кенни? Маккормик привычно для себя притих, не перебивая, только слушая, не поднимая взгляд. Потом как-то завис, перестав мять горячую ладошку в ледяных пальцах, и как-то напряжённо спросил: – А если мы сделаем тебе случайно больно? – Кенни, да ты посмотри на него. Он только рад будет, если его отдерут и не спросят. Я это всегда знал,– гордо складывает руки на груди Картман и остаётся безнаказанным: Кайл только сердито глянул в его сторону, не сказав ничего против. – Вы не сделаете. Я вам верю,– мягко говорит Брофловски, переворачивая руку и самостоятельно сжимая теперь в своей ладони чужую. Все знали, что у Кенни другое, непонятно переменчивое отношение к таким темам. Сложно угадать, насколько хорошо он воспримет разные идеи. Возможно, поддержит. Возможно, будет категорически против. Возможно, сам предложит. Никто не мог в достаточной мере понять его, но и лезть с этим не пытались, просто принимая всё, что он хотел или не хотел. Сейчас Кенни тоже сомневается. И Кайл поступает так, как должен - правильно. Гладит его ладонь в своей, наклоняется и целует в щёку. – Если ты не хочешь, я не настаиваю... – Нет, я не против. Только, если больно - не молчи. Ладно? На это еврей только улыбается, кивает, а потом они переходят к обсуждению деталей.

***

Картман обо всём позаботился. Как и всегда. И теперь Кайл чувствовал себя неправильно. Руки были перевязанны поясом от халата за спиной - Стэн и Кенни настояли на этом, ведь ремень мог что-то больно передавить, у Картмана и Кайла просто не осталось выбора, кроме как согласиться с этими жалостливыми глазками. Ноги широко раздвинуты и согнуты в коленях - Эрик запретил сводить их вместе. Да, он чувствовал себя неправильно, но послушно. Они занялись им первым, до начала растягивая туговатые тенки, пока он послушно утыкался в подушку и ждал, когда они закончат с подготовкой. И сейчас послушно ждёт, уже начиная возбуждаться от предвкушения, но даже не пытается торопить, только наблюдает, закусывая губы. Остальные совсем рядом, но он не может до них дотянуться, они буквально в полуметре от него, раздеваются, параллельно целуются, трогают друг друга... Это отличается от тех видео. Там было только актёрское мастерство и виагра, здесь возбуждение шло за счёт изводящей ласки и любви. Брофловски наблюдал за тем, как сначала Стэн чуть нависает над сидящим на постели Картманом, сидя сбоку, пока тот трогает его пах, сжимая, и стягивает одежду вниз, бросая на пол. Кенни сидел в ногах, расцеловывая выпирающий член через ткань нижнего белья, готовя тем самым и Эрика. Когда Марш уже полностью обнажён, он освобождает место рядом с шатеном, и ползёт к Кайлу, наклоняясь над веснушчатым лицом. У Стэна горячие губы, после поцелуев с Картманом, а ещё нагретые руки. Кайл это чувствует, когда его гладят по всему телу, он дотягивается везде: сначала обхватывает мягкие щёки, потом гладит по шее, сжимает плечи, грудь, обхватывая слабо проступающие юношеские соски, с нажимом потирая между пальцев, затем пересчитывает рёбра, щекочет крепкий живот, гладкие тазовые косточки, упругие бёдра, специально обходя отзывающийся на все касания член. Покусывает губы, а потом поцелуями скользит по щеке, к горящему уху, обхватывая его влажными губами и прикусывая мочку. Между тем, Эрик и Кенни уделяют внимание друг другу, перед тем, как приступить к главному. Маккормик елозит на широких коленях, осыпая укусами чужую шею, пока его облапывают одной рукой за задницу, а второй лезут под одежду. Потрёпанная футболка летит к остальным вещам, обнажая шрамы на бледной коже, а их обладатель, не отрываясь от массивной шеи, лезет руками вниз, оттягивая чужие боксеры и находит возбуждённый орган, обхватывая цепкими пальцами. Картман стонет ему на ухо, вспотевшими руками пытаясь стянуть оставшуюся одежду быстрее, и Кеннет хихикает, но позволяет ему, приподнимаясь, не собираясь сильно задерживать их. Кайл уже начинал громче дышать, стараясь не так сильно извиваться под руками Стэна, он наверняка будет прилагать все усилия, чтобы не возникать в процессе. Нужно ведь его поощрить за старания? Кенни целует Эрика коротко в губы и тоже отползает к Кайлу, сменяя Марша, чмокает в щёку. Он, в отличие от брюнета, сразу тянется к твердеющему члену, обводя пальцем гладкий обрезанный кончик. Прикусывает нежную кожу под челюстью, оставляет отпечатки зубов по всей поверхности, действуя слаженно со Стэнли, который наоставлял засосов с другой стороны. Картман секунду смотрит на своих парней, уже голых, возбуждённых и возбуждающих, и поспешно избавляется от боксеров, не церемонясь, лезет сразу между разведённых ног, отчего по плечам, покрытым веснушками, пробежались мурашки. Картман ухмыляется очень похабно, сразу сжимает бёдра, приподнимая их и устраивая на своих. – Ну что, жидёнок, готов?– вопрос скорее риторический, и Кайл смотрит в ответ как-то подавленно-сладко, поджимая губы, когда с обоих сторон его шею помечают, Стэн сжимает поочерёдно соски, теребя между пальцами, а Кенни надрачивает, слишком плотно обхватывая пенис, что было бы больно, но в голову бьёт тольк извращённое наслаждение. Хочется ещё. Эрик входит без проверки подготовленности, достаточно доверяя ловким пальцам Марша, который его растягивал. Не ждёт, не тянет, сразу поддерживая средний темп, который уже через секунд десять начал ускоряться. Брофловски вздрогнул, раскрывая рот для резкого полустона, хмурит брови возбуждённо, смотря вниз, через светлую и тёмную макушку, прямо туда, где раз за разом пропадал и появлялся внушительных размеров член. Картман слишком уж вырос, внизу особенно, но его парни это считали огромны плюсом - буквально - особенно когда он вот так приятно растягивал стенки, рельефными венками натирал анальное колечко при каждом толчке, и благодаря своим размерам идеально распирал изнутри, где надо надавливая на простату. Это было немного щекотно, а ещё по тонкому болезненно. Покалывания шли от натянутых внутренностей по телу, отдавая в покачивающийся член, заставляя хватать ртом воздух, в попытке не задохнуться от ощущений. Кайл бы хотел притянуть к себе Стэна, чтобы он снова вернулся к мелким засосам, а не только к этому щенячьему вылизыванию ключиц, хотел бы зарыться пальцами в непослушные волосы Кенни, затянуть в поцелуй, которым Маккормик его обделил. Но связанные руки под спиной не позволяли даже попытаться, так что всё, что ему оставалось сейчас, - это обхватить ногами тушку Картмана, в отчаянном порыве быть ближе. – Ух, нетерпеливый,– с придыханием низко произносит шатен, когда его резко тянут, давя лодышками на поясницу.– Хочешь больше?– приподнимая одну бровь, он ухмыляется, медленно выходя почти полностью из растянутой дырочки. У Кайла такое страдальческое выражение лица, он поджимает губы, борясь с желанием поддаться навстречу или съязвить, лишь бы это чувство наполненности вернулось. Эрик перехватывает руку Кенни, работающую на обрезанном органе, придавливая её к низу живота. Маккормик сразу понимает, что это - его новая задача, и давит пальцами сам, прямо в области приятно вьющихся рыжих волосков.– Давай, поскули для нас, сучка,– не проходит даже трёх секунд с этого момента, и Картман резко входит полностью, натягивая еврея на себя. И Кайл послушно стонет, запрокидывая голову. Член проходится по всем точкам, колюще натирает горячие стенки, но в награду щекоча ударяется о простату и так задерживается. Картман медленно выходит, чтобы Брофловски прочувствовал каждую неровность на стволе, а потом снова с влажным шлепком входит обратно. Хныканье выходит каким-то болезненным, и Кенни не может этого долго слушать, так что поворачивается к парню и хочет расслабить его поцелуем, но Марш его перехватывает. Кайл сам захотел такие правила, пусть наслаждается. Вместо этого Стэн тянет к себе Кенни, присаживаясь на коленях, чтобы левой рукой погладить веснушчатые плечи, дойти до шеи, и сжать, напирая большим пальцем под челюстью, а правой - зарыться с осторожностью в блондинистые волосы, сливаясь в мягком поцелуе. Еврей видит, как прямо перед ним двое из его любимых мальчиков обчмокивают губы друг друга, как Маккормик тоже садится на колени, продолжая одной ладонью надавливать чуть выше лобка, а второй дотягивается до члена Стэна, сжимая его в немного потеплевших пальцах. Марш улыбается в поцелуй, причмокивая обветренные губы, а потом чуть приоткрывает глаза, глядя влево - на Кайла. Прищур становится несвойственно ему хитрым, когда он замечает, как завороженно глядит на них еврей, покачиваясь при этом в такт каждому толчку от Картмана. Эрик уже сам через раз мычит, будучи вторым по громкости из них, поджимает губы и хмурится, прикрыв глаза, входит полностью и замирает. Широкие пальцы с силой впиваются чуть выше тазовых косточек, тянут вниз, к себе. Горячее семя выливается внутрь, и Картман отстраняется лишь немного, всего сантиметра два, чтобы потом снова войти с хлюпом, и так ещё несколько раз, сцеживая с члена сперму. Внутри всё тянет и сжимается, когда Эрик выходит из него, оставляя после себя эту зудящую пустоту и липкую влажность. Ноги всё ещё широко разведены в позу бабочки, а член изнывает от недостатка внимания к себе. Руки уже немного затекают, но это только начало. Одна треть. Ладонь на горле исчезла и еврей старается выровнять дыхание, но только он прикрывает глаза, как понимает, куда делся Стэн. Без предупреждения его снова заполняет твёрдая плоть, уже меньших размеров, но не менее желанная, и он не давит в себе высокий стон, хоть и выходит хрипловато. Картман заменяет брюнета, подсаживаясь со свободной стороны и любуется пару секунд, чтобы потом приблизиться к самому уху. – Что, нравится, когда тебя трахают и не спрашивают, да?– ладони сжимают грудь, рёбра, обхватывают бока, Господи, они буквально везде.– Шлюший жидёнок. Ты ведь всегда был таким ненасытным?– он прикусывает ушко, посасывает мочку, а потом оставляет засос в основании шеи. – Хочешь больше, да? Толчки Стэна не такие внушительные, как у Картмана, скорее просто быстрые. Но то, как разгорячён Кайл после первого партнёра, не оставляет никаких трезвых мыслей в голове, кроме как прикрыть глаза и наслаждаться... – Да... Пожалуйста, я хочу кончить...– наверное, ещё чуть-чуть и она заплачет. Смотрит на блондина, знает, что он его мучить не станет... И Кенни вздыхает, лезет к его паху и склоняется над покачивающийся тельцем, обхватывая губами. Кайл с замедлением понимает, что просил не того. Господи. Кенни не станет мучить, если только дело не касается минетов. Маккормик создаёт вакуум своим ртом, обходя географическим языком головку со всех сторон, и тянется к резинке на светлых волосах, скрепляющей верхние пряди в высокий короткий хвостик. Почти что изящным движением снимает её с порядок, распуская причёску и выпускает слабо сочащийся кончик изо рта. Его светлые волосы щекочут кожу, когда он наклоняется так низко, но Кайла больше тревожит то, что он делает руками. Обвязывает резинку на члене на манер эрекционного кольца, а потом чмокает головку. Брофловски страдальчески тихо стонет, падая головой на подушку, с трудом сглатывая. Он сам этого хотел. Пусть теперь будет послушным. Картман смотрит за этой импровизацией и довольно улыбается. Отвлекается от изучения дрожащего тела только за тем, чтобы погладить Кена по голове, и тот ухмыляется, а потом возвращается в своё обычное состояние - по умолчанию игривое. Он делал минеты лучше всех, более того, он любил это делать, ему нравилось удовлетворять своих мальчиков и видеть, как им хорошо. Он фиксирует ладошкой перевозбуждённый член, чтобы не задеть зубами случайно, ведь Стэн всё ещё вдалбливал Кайла в прогнувшийся матрас, и накрывает жаждущий внимания орган ртом снова. – Блять...– Кайл не может сдержать порыв выругаться, когда вместо ожидаемого оргазма его заставляют только больше ждать и ещё помучиться, со всех сторон облапывая. Стэн вдруг замирает внутри, и Брофловски даже не сразу понимает, что на него смотрят с... Осуждением? – Послушные мальчики матерятся?– риторически спрашивает Марш, и от этого вопроса в этом тоне прыскает даже Картман. Прячет улыбку в изгибе чужого плеча, чтобы не сбить настрой Стэна. Редко когда он входил во вкус. Ответа нет и Стэн делает резкий, особенно сильный толчок.– Ещё раз. –... Нет?– больше с вопросом получилось, потому что Кайл действительно не уверен. Он, как ему казалось, всегда был послушным, но маты... – Почему так неуверенно?– ещё один толчок. – Нет,– через изводящий скулёж жмурится Кайл, и потом снова неудовлетворённо мычит, когда внутри опять становится пусто. Но не успевает он даже сообразить, как его переворачивают, ставят раком, поднимая задницу, и утыкают в простыню. Он пытается обернуться, но с завязанными за спиной руками и без опоры это сделать сложнее. – Будешь послушным мальчиком?– спрашивает брюнет, и Картман с Кенни заинтересованно смотрят, нечасто их мальчик с щенаяими непонимающими глазками проявлял инициативу такого рода. Кайл угукает в ответ и Стэн размашисто бьёт его по ягодицам.– Считай. Со следующим шлепком он входит, возвращаясь к своему быстрому - собачьему, думается Картману, - темпу. Кайл что-то невнятно скулит в ткань постели и Стэн шлёпает ещё раз, а потом наклоняется, чтобы схватить за кудри и потянуть к себе. Только запрокинуть голову, чтоб было слышно. Бьёт ещё раз. – Четыре...– задыхаясь шепчет еврей, острее ощущая всё вокруг. – Не слышу,– ещё шлепок. – Пять!– стонет, чувствуя, как в нём снова замирают во всю длину. Ну что опять? – Умница...– Стэнли на удивление поощрительно целует в лопатку, налегая весом сверху, но всё равно сжимает пальцы у корней волос. Кивает Кенни и тот подползает спереди, подхватывая лицо в ладони, когда брюнет выпряляется, потянув за собой и Кайла. Блондин оказывается прямо лицом к лицу, ухмыляется расслабленно и, кажется, хочет поцеловать, но ничего не делает. Кайл, уже потянувшийся за поцелуем, непонимающе смотрит, смаргивая собравшуюся влагу с ресниц. – Поработаешь и для меня? – За поцелуй. – Не слушаешься? Брофловски смотрит смущённо, а потом сдавленно стонет, когда Стэн снова попадает по нужным точкам. Маккормик улыбается, гладит щёки, а потом встаёт на коленях перед подставленным лицом. И Кайл послушно раскрывает рот, сразу принимая и обхватывая губами не менее его собственного нуждающийся в касаниях орган. Старается, рассасывает, отодвигает губами крайнюю плоть, пытается не задеть зубами и как может лучше сосёт. Кенни уделял им всем внимания достаточно, а ему ещё нет. Кайл это компенсирует, при этом поддаваясь движениям сзади, из-за чего получается дополнительная симуляция. Стоны идут вибрацией по напряжённому члену Кенни, и он кусает губы, стараясь не издавать лишних звуков. Двумя руками поддерживает еврея за голову, но когда Стэн отпускает, упираясь этой рукой в плечо Картмана, который уже требовал поцелуев от брюнета, то и Кенни мягко опускается на колени сидя, чтобы их рыжему послушному мальчику не было так больно в этом положении. Лицом теперь Брофловски утыкается в пах, преимущественно работая языком, ведь совершать движения из такого положения не очень удобно. Чужие руки были везде: Кенни сжимал кудри, натягивая волосы у корней, Стэн впивался шершавыми пальцами в бёдра, и, незаметно для Кайла, появилась ещё рука, которая решила сжалиться над ним и приступить к лёгким надрачиваниям. Картман не отставал от Стэна с игривыми покусывающими поцелуями, а сам полез к пульсирующему обрезанному органу. Маккормик зачёсывает кудряшки со вспотевшего лба, поочерёдно смотря на всех своих парней. На послушного - только сейчас и только для них - Кайл, на уже удовлетворённого, но не насытевшегося Эрика, на такого увлечённого Стэна. Всё прекрасны по-своему. И эти веснушки на плечах Брофловски, и очаровательная морщинка между бровей шатена, и даже эти зажившие рубцы на бёдрах Стэнли. Да. Все прекрасны. В особенности сейчас прекрасно то, как страстно целуются Марш с Картманом, как Стэн не отвлекается от того, чтобы раз за разом вдалбливать Кайла в постель, и как сам Кайл сейчас насаживается ртом на его член. Это просто слишком. И Кенни не выдерживает, кончая вперёд Марша, выплёскиваясь на язык, и только после, как его достоинство послушно вылизывают со всех сторон, отстраняется, гладит пальцами по щекам и с нежностью смотрит в зелёные глаза, жаждущие похвалы сейчас. Какой-то награды. Стэнли кончает почти следом: он никогда не отличался выдержкой, на самом деле, обычно он кончал всегда первый. И сейчас его семя смешивается с чужим, сливаясь в одну белёсую субстанцию, наполняющую Брофловски изнутри полностью, так, чтобы по бёдрам стекало, а внутри сжималось спазмами. Его переворачивают, облепляя с всех сторон, гладят, трогают, сжимают, а Кайла всего выворачивает, он прогибается в спине, хнычет, но боится попросить, а то эти ещё что-нибудь придумают. Он уже пожалел об этой идее: было приятно, но он слишком привык заканчивать когда захочет, иногда и больше одного раза за вечер, а сейчас ему казалось, что его разорвёт. При чём, буквально. Стэн целует в шею, устраиваясь сбоку, и неспеша ползёт вниз рукой. Хочется уже поторопить, хочется съязвить, как-то подтолкнуть к более активны действиям, но Кайл послушно молчит. Рука обхватывает всю длину, начав слабо водить, но, видимо, еврей слишком жалобно стонал, раз Стэнли почти сразу решил пощадить его, и осторожно снял уже запачканную резинку, в два движения доводя до такого оргазма, что искры перед глазами бы плясали. Кайл тяжело дышит через рот, с трудом переваривая то, что он чувствует. Это было настолько хорошо, что ему было буквально плохо. От переполненности, от пустоты, от недостатка внимания и от его избытка. Перед глазами немного плвыёт, и он через усталую плёнку чувствует, как его обнимает такое же влажное и уставшее тело. Стэн прижимается, притираясь к плечу, прикрывает глаза. Даже Картман, насколько бы глубоко он не любил лишнюю грязь после секса, переступает через себя ради этих минут покоя и остаточного удовлетворения, ложится рядом, тянется через Марша, перекидывая руку и зарываясь кончиками пальцев в горячие от жара тела кудряшки, второй рукой приобнимая брюнета за плечи. Кенни ютится с другой стороны, продлевает внизу конец пояса и тянет на себя, разматывая. Кайл тут же выпрямляет руки, возвращая из в естественное для себя положение: одной обнимать Кенни, поглаживая выпуклые полосочки шрамов по телу; второй нащупать Эрика и вяло водить по его плечам, щекоча линии ключиц. Стэн подушечками пальцев неспеша гладит его по груди, расслабленно отдыхая. Кенни тянется к лицу, сначала чмокает щёку, а потом и целует обкусанные губы, так, как Кайлу нравится: сначала простое касание в центре, а затем углубление в эти влажные ласки. – Заслужил,– ухмыляется блондин, притираясь макушкой под челюстью, словно кот, повторяя за Стэном.– Хороший мальчик. – Послушный мальчик,– поправляет Картман, довольно лыбясь, но сразу получает щипок на коже той же рукой, которая ещё секунду назад его гладила.– Ай!– Кайл как и всегда - делает только то, в чём видит смысл или выгоду. А сейчас ему просто хотелось немножко отомстить за все мелкие моменты процесса. – Сам ты сучка, Эрик,– лениво отзывается еврей, расплываясь по кровати в объятиях своих парней. – Хотя бы со «шльюшьим жидёнком» не споришь,– моментально получает второй щипок, теперь уже за сосок, но больше Эрик спорить не пытается.

***