Само совершенство

Проспала тренировку!!! Мегуми вскочила с кровати, чтобы тут же споткнуться о лежавший на полу мяч. А нет, сегодня же выходной после матча… Тест по литературе!!! Она попыталась бодро подняться, чтобы немедля взяться за подготовку, однако снова грохнулась уже об стопку книг, оставленных рядом с кроватью. — Эй! — раздался за соседней стенкой возмущенный детский голос. — Тут вообще-то люди еще спят! Мегуми, поверженная книгами и собственными ногами, посмотрела на часы снизу вверх. 5.30. Она проснулась до того, как прозвенел будильник. Да и к тесту же готовилась накануне, чего вдруг переполошилась? Тихий выдох и стук лба о деревянный пол помогли вернуть привычное спокойствие. Дело во вчерашнем вечере? Она вернулась домой, не в силах отклеить дурацкую улыбку с собственного лица, и дело оказалось вовсе не в победе над Датеко, хотя семье была представлена именно эта версия происходящего. Дело в… Глупости! У него есть девушка! Де-вуш-ка. Каждый слог сопровождался ударом лба о гладкую поверхность пола. Но было так здорово! Узнать его чуточку ближе… Хотя, возможно, это было ошибкой: одно дело — сходить с ума по идеалу, прекрасно понимая, что в образе больше воображаемого, чем настоящего, а другое — увидеть искренность, увидеть дурашливость, увидеть трещинки в безупречной игре и найти это не менее совершенным. Она перевернулась на спину и улыбнулась, вспоминая футбольный урок. ——— Иваизуми стоял на воротах, усердно следя за игрой. То, как ответственно он подошел к задаче заменить Юну, пока та пасовала подруге, очаровывало. Кацу так умилительно вздыхала, что чуть не промазала по мячу во время атаки. Показной атаки. Ойкава выступал в роли защитника, а также служил явной демонстрацией принципа офсайда. — Нападающий в момент паса не должен находиться ближе к воротам соперника, чем предпоследний игрок защиты. Если Кацу-чан отдаст мне пас, когда я нахожусь за линией, на которой ты сейчас находишься, Ойкава-сан, то судья засчитает офсайд. Если отдаст раньше и я пробью или обыграю, тогда все в порядке. Угловой или вброс аута не считается. — Ооо, понятно, — в один голос ответили парни. — Но в игре два на два офсайда быть не может, — Мегс улыбнулась и, проскочив мимо обескураженного Ойкавы, ударила по воротам. — Вот это да! — воскликнул он. — Ты так быстро перебирала мяч ногами, что я решил, будто у меня в глазах двоится! — Это называется финт, — вставил Иваизуми, доставая мяч из сетки. — Лучше за воротами следи, Ива-чан! Нас обыграли! — А ты меньше головой верти, глядишь, мяч до ворот и не дойдет! Девочки засмеялись, неминуемо заряжая весельем и своих неумелых оппонентов. — Мегси беспощадна, — хихикнула Юна. — Надеюсь, на уроках волейбола вы будете к нам подобрее. — Мне нравится твой план, но мы еще не закончили, — Ойкава занял позицию, ожидая атаки Мегуми. — В этот раз я постараюсь не так сильно облажаться. — Звучит очень обнадеживающе, капитан, — усмехнулся Хаджиме. Конечно, они пропустили еще десяток голов от Мегуми и Юны, но пообещали взять реванш. — Реванш предполагает дальнейшее общение. Уроки волейбола, на которые у них совершенно точно нет времени, предполагают общение. Нельзя. Но так хочется… Пожалуй, тот факт, что у Ойкавы есть девушка, даже радует. Можно не страдать от неловкости, когда он рядом, ведь какая разница, как она выглядит со стороны, если у нее все равно нет ни шанса? *** Тренировка ранним утром имеет свои преимущества. Тишина. Одиночество. Полная сосредоточенность на действиях. Волейбол — командный вид спорта, но подающий всегда один. Подающий несет груз ответственности самостоятельно, он может переломить ход игры, вынудить соперника совершить ошибку или ошибиться сам. Подача — грозное оружие, которое следует оттачивать так же тщательно, как меч перед решающей битвой. Меч Ойкавы Тоору был острым, как бритва, но порой разил мимо противника. Ойкава подбросил мяч в воздух, разогнался и взлетел. Надо рассчитать силу… Мяч со свистом отскочил от руки связующего, с бешеной скоростью впечатавшись… — Черт! …за линию аута. Перестарался. Парень медленно выдохнул. Нет, пожалуй, это не меч — тяжелый молот, которым он размахивает направо и налево, с попеременным успехом дробя черепушки противникам. А надо бить целенаправленно, туда, куда хочется, раз за разом увеличивая нанесенный ущерб. Он снова разогнался, ударив по мячу. В край линии. Уже лучше. В финале отборочных против Шираторидзава он трижды ударил за линию. Три потенциальных очка были упущены. Да, он забил больше — и напрямую, и с розыгрышей, — но эти три очка могли спасти их. Дать шанс одолеть гребаного Уширобота. Ойкава стиснул зубы. Шираторидзава — неприступная крепость. Они штурмовали ее два с половиной года! Пробовали разные вариации атак, развивали вооружение команды и каждого игрока по отдельности. Но так и не взяли. Остался последний шанс — отборочные на Весенний турнир. Последний школьный турнир для третьегодок Аобаджосай. Для него. Если они не выйдут в этот раз, то реванша не будет. Разбег. Удар. Есть! Надо попробовать еще, с большей силой и точностью. Да и про Тобио не стоит забывать. Прошло чуть больше трех месяцев, наверняка Карасуно уже не такие, как прежде. Они тоже растут, тоже затачивают мечи и копья. Хотя их чудесная быстрая больше напоминает пулемет. Они стали быстрее? Точнее? Он применил данный совет? Стал лучше как связующий? Ойкава фыркнул и ударил по мячу сильнее, чем планировал. Как результат, мяч вылетел за поле, с оглушительным звуком врезавшись в стенку. Талант. Талант. Талант. Черт! Что Тобио. Что Ушивака. Бесят!!! «Одаренные люди отличаются от тебя с самого рождения. Ты можешь жаловаться на то, что никакие усилия, стратегии или товарищи не помогут тебе их одолеть, но только после того, как приложил все возможные усилия». Слова Хосе Бланко завибрировали в мозгу, возвращая в момент слабости. Год назад он пришел к нему, когда в очередной раз, упершись головой в потолок, задался вопросом: может, стоит бросить волейбол? Тот удивленно вскинул брови: как можно утверждать, что достиг своего предела, когда ни физически, ни морально, ни в плане техники еще не созрел? Это дало надежду. Он не достиг предела. Его рост еще не закончился. Еще есть чему учиться и чего достигать. «Поверить в себя и в свои силы и упорно продолжать идти вперед вместо того, чтобы сдаться, потому что ты „не гений“, — более трудный и болезненный путь». Ойкава усмехнулся. Он никогда не искал легких путей. Не шел по проторенной дорожке. Он сам выбирает ориентир и движется по нему, даже если приходится стаптывать ноги в кровь. Бросок. Удар. В яблочко! — Впечатляет, капитан, — ребята появились в дверях зала, сонные и готовые к битве. — Только сотри эту усмешку, — вставил Иваизуми. — Она пугает. Как будто придумал, как соперников перетравить. — Моя улыбка очаровательна, не завидуй, Ива-чан. А план я действительно придумал. *** Долгожданная перемена, позволяющая выбраться на улицу, чтобы насладиться сентябрьским солнцем, подходила к концу. Юна сидела, прислонившись спиной к дереву, и наблюдала за плывущими вдаль облаками. Надо вставать, а ноги не слушаются. Если задержаться еще на пять минуточек, то до класса доковыляет с явным опозданием, и буйная англичанка ее прикончит. Славная смерть, а заодно и освобождение от Мегумиевского ига. Да уж, казалось бы, после выходного дня тренировки должны быть в радость, и так и было бы, если бы капитан не решила наверстать упущенное. Выходной нужен, чтобы отдыхать! Его не нужно отрабатывать на следующий день в двойном размере! Еще и тесты посыпались: то литература, то история. А как к ним готовиться, когда тебя держат в футбольном рабстве? Мегуми, впрочем, справляется, по крайней мере проходной балл набирает, хоть ее вечно и упрекают в отсутствии старательности. И Иваизуми… Почти три дня прошло с той встречи, а он так и не объявился… Похоже, она все-таки спугнула его своей болтливостью. А может, пятью голами на «уроке», который благодаря неудержимости Мегс больше походил на показательную порку. Они такое удовольствие получали на поле! Конечно, от компании и игры, но грешным делом можно было решить, что от размазывания парней по стенке. А ведь парни не любят проигрывать! Так мама говорила! Жаль… Юна настолько погрузилась в свои мысли, припоминая бесчисленные наставления матери, которые все время казались глупыми и устаревшими (как выяснилось, зря!), что не заметила чужого присутствия, пока прямо перед глазами не зависла шоколадка с фисташковым кремом. — Привет, — Хаджиме неловко улыбнулся, протягивая ей шоколад. — Увидел и решил, что тебе точно понравится. Девушка расплылась в такой очаровательной улыбке, что у Иваизуми перехватило дыхание. Прошлым вечером подобное происходило постоянно, видимо, поэтому он и позабыл взять номер телефона — от недостатка кислорода мозг перестал нормально соображать. — Я хотел найти тебя раньше, но мы тренировались. Много. Ойкава заставлял каждого отрабатывать силовую подачу, а затем отбивать такие же — быстрые и мощные. Руки от плеч до запястий до сих пор гудят. Он едва дурацкий тест по биологии написал — пальцы дрожали от напряжения. Но больше всего пострадали первогодки. Хитрая морда хвалит их за малейший пук, а наивные ведутся. Норматив в полтора раза перевыполнили! Наверняка до дома ползти придется. — Мы тоже тренировались, ноги едва не отвалились! — слишком радостно сообщила Юна. — Сато-чан чуть в обморок не грохнулась от нагрузки, благодаря ей и освободились от гнета. Мегс — просто зверь! Иваизуми улыбнулся. — Ойкава не лучше. Но… — он вспомнил, как Тоору от усталости клевал носом на уроке английского, из-за чего получил журналом по голове от разгневанного учителя. — …он старается больше всех. — Да, повезло нам с капитанами… Сегодня тоже будете тренироваться? — Да. Но до вечера останемся только мы с Ойкавой. Иваизуми поджал губы. Сколько раз ему говорил не переутруждаться! Травму ведь так и получил в прошлый раз. Но разве дебил слушает? По крайней мере, когда подойдет время, он сам его погонит домой. — Мы с Мегси зайдем, если ты не против. Думаю, ей будет полезна шоковая терапия, — Юна злорадно захихикала, к вечеру ее ноги будут отомщены!