Against all odds

Началась новая учебная неделя. Утром друзья встретили меня около дома, и мы направились в школу. Дорога прошла за разговорами о выходных — кто где был, кто что видел. Я молчал, иногда кивал, отвечал на вопросы, но мысли мои были заняты лишь одним человеком. Марком. После всех этих слухов я не знал, как теперь смотреть на него. Наверное, стоило просто не обращать внимания, но я знал, что сделать это будет проблематично. Поднявшись на свой этаж, мы разошлись по разным кабинетам. Я зашёл в класс. Большая часть одноклассников уже была на местах. Я занял своё место за последней партой и до начала урока уткнулся в телефон. Марка и его дружков видно не было. Ну и слава богу. Но надежда умерла ровно в тот момент, когда прозвенел звонок и в класс вошла Елена Михайловна. — Здравствуйте, дети, присаживайтесь. Поздравляю вас с первой учебной неделей, — женщина улыбалась. — Для начала стоит заняться классными вопросами, то есть пересадить вас. Я цокнул про себя. Как и ожидалось, на разговоры о важном положили болт. Учительница отошла к своему столу, когда в класс вошли Марк и его компания. Явились. Елена Михайловна недовольно посмотрела на них. — Марк, здравствуй, — произнесла она с укором. — Сколько лет знакомы, а ты так и не здороваешься, заходя в класс. — Здравствуйте, Елена Михайловна, — быстро кивнул он и уселся на своё место. — А вот пересадку начнём как раз с вашей камчатки. Весь прошлый год учителя только и делали, что жаловались на вас, — в её голосе слышались недовольные нотки, но она не злилась, даже улыбалась. — Вас шестеро, так что на каждый ряд по двое. А если пересядете — головы откручу. Всем учителям передам ваши фотографии, — она пригрозила пальцем. Я вновь достал телефон в надежде, что меня не тронут. Сначала распределили первые три парты трёх рядов. Оставалось ещё две. Шестая парта была только на втором ряду, так что я мог остаться на месте. Но Елена Михайловна посмотрела на меня. — Саша, пересаживайся к Марку. Может, хоть так он изменится, — цокнула она. Класс загудел неодобрительными возгласами. Кто-то сочувственно присвистнул, кто-то покачал головой. Где-то на третьем ряду я услышал чьё-то цоканье — опять рыжий. Я поднял глаза и встретился взглядом с Марком. Он сидел и смотрел на меня с лёгкой ухмылкой, как будто происходящее его забавляло. Я просто сидел на своём месте и смотрел на него, а он на меня — с этой дурацкой ухмылкой. — Саш, я долго ждать не буду, пересядь, пожалуйста, — женщина пристально смотрела на меня. Под её тяжёлым взглядом мне пришлось выдавить глухое «хорошо», взять вещи и занять новое место рядом с окном, куда уже хотелось выйти. Я достал телефон и написал Женьке, чтобы хоть кому-то высказаться.

Я

Привет

Тут проблема

Накрылись мои планы про спокойную учёбу

Женёк Привет Что уже произошло за десять минут урока?

Я

Эта грымза меня к Марку посадила.

Она постоянно жертв выбирает или как?

Катя, новенькая, тоже сидит с одним из его дружков. Либо это вселенский заговор против меня, либо я не знаю.

Женёк Она постоянно так. Типа, если посадить новенького к проблемному ученику, то тот исправится.

Я

И были ли результаты?

Женёк Были. Вот теперь она вовсю этим пользуется.

Я

Ясно. Мы, видимо, кролики подопытные.

Женёк Мб. Ладно, встретимся на перемене. Я поставил реакцию на сообщение и зашёл в чат с друзьями. Всё полностью я им не рассказывал, только часть. Для них он был просто ненормальным фриком со своими тараканами. Я написал им примерно то же самое. Они посочувствовали, рассказали, что к ним в класс перевелась девочка из частной школы, и теперь всем интересно почему. Мы ещё поболтали, и я убрал телефон. Елена Михайловна тем временем рассказывала о Всероссийской олимпиаде по обществознанию, за участие в которой давали баллы к ЕГЭ. Меня это заинтересовало — общество я любил и получал хорошие оценки. Я записался, и учительница перешла к другим новостям. До конца урока Марк вёл себя нормально, но на математике я снова поймал его взгляд. Он поглядывал на меня, когда думал, что я не вижу. Я старался не обращать внимания, записывал примеры, но внутри закипало. К концу пятого урока я уже не выдержал. На экономике он даже не стеснялся — просто смотрел в открытую. — Прекрати уже пялиться на меня, — прошептал я. — А я и не пялюсь, — хмыкнул он. — Пятый урок ты сидишь и в открытую смотришь на меня, — я подпёр голову ладонью. — Мне нельзя смотреть на тебя? — Нет. Что ты вообще ко мне прицепился? Ты и твои дружки. Просто оставьте меня в покое. — Но мы даже ничего не сделали. Я-то точно, — в его голосе послышалась обида. — А я на будущее, — огрызнулся я. Больше в тот день Марк на меня не смотрел. Видимо, обиделся. Может, я и был слишком груб, но просто так смотреть на человека несколько часов — ненормально. Уроки наконец-то кончились, и мы с Женей пошли домой. Я рассказал ему про Марка, про слухи, про то, что он пьёт и дерётся. Мне хотелось поговорить с кем-то на его счёт. Как мне с ним общаться, что делать, а что нет. В последнее время его было слишком много в моих мыслях. Я думал о нём постоянно: за домашкой, за готовкой, ночью, когда гулял. Мама бы не поняла, папа тем более. — Тебе правда хочется понять его или ты просто боишься? — спросил Женя. Я не ответил. Потому что сам не знал. Дома я сидел перед учебником экономики, но не мог сосредоточиться. Я решил позвонить Лёше. Через пару гудков он снял трубку. — Привет, говорить можешь? — спросил я. — Привет, конечно. У тебя что-то случилось? — Вот ты начинал думать о человеке, с которым виделся пару раз и знаешь о нём нелестные слухи? — начал я. — Я вот да. И не знаю почему. Вроде не желаешь контактировать, а вроде и хочешь узнать получше. — Я с таким не сталкивался, но если честно — попробуй просто поговорить с ним. Ты, кстати, не Марка имеешь в виду? — даже не видя его, я знал — он улыбнулся. — Да, — выдавил я. — Я не знаю, что делать. — Тяжёлый случай. Но, может, всё-таки попробуешь? — предложил он. — Это будет слишком странно. Сначала я его отталкиваю, а потом зову обратно, — я пересказал сегодняшнюю ситуацию. — М-да, треш, конечно. Возможно, он реально обиделся. Если вспомнить, как он себя вёл раньше, — возможно, он хотел тебя узнать получше. — Но пялиться было не обязательно. Это же странно. — Тут да, согласен. Но и тебе грубить не стоило. Попробуй поговорить. Завтра в школе, или сегодня погулять позови. — Издеваешься? Звать его? Я не знаю, что говорить. — Ну тогда завтра в школе. Самый оптимальный вариант. — Или если я сегодня на них случайно не наткнусь, — я выглянул в окно и увидел знакомые фигуры на площадке.— Да вы издеваетесь?! Угадай, кто под моими окнами. — Марк, что ли? Что он постоянно в твоём дворе делает? — Не знаю, он живёт за три пизды отсюда. Видимо, реально меня караулит. Его уже друзья подкалывают, что он за мной бегает. — Хах, реально. Ладно, мне на тренировку пора. Всё равно попробуй с ним поговорить. — Посмотрим. Хорошей тренировки. — Пасиб, давай, пока. Лёша сбросил звонок, и я снова остался наедине с мыслями. Я включил музыку, чтобы отвлечься, и всё-таки доделал домашку. Ближе к вечеру пришла мама, и мы вместе начали готовить ужин. Как обычно, она расспрашивала про школу, а я отмалчивался. Сказал, что всё нормально — не рассказывать же ей про Марка. После ужина мама попросила вынести мусор. Я оделся, взял пакет и вышел. На улице было прохладно, но любимая кофта спасала. Я долго стоял у бака, глядя на пустую площадку. Марка не было. Наверное, ушёл. Я облегчённо выдохнул, но внутри почему-то кольнуло разочарование. Чтобы не идти сразу домой, я решил прогуляться до старых районов. Они были в получасе ходьбы отсюда. Я скучал по старым советским панелькам, по пустынным улицам. Наушники играли музыку, настроение поднималось. По дороге встречались влюблённые парочки, компании подростков, но не было его. Я дошёл до старого стадиона. Он был ограждён хлипким забором и обсажен деревьями. Сквозь ветки я заметил размытые фигуры. Я снял наушники и убрал их в сумку. Послышались низкие мужские голоса. Я выглянул из-за дерева и увидел двоих накачанных мужиков и толпу парней примерно моего возраста. Один стоял, опершись на волейбольное кресло судьи, второй разговаривал с двумя парнями. Я заметил рыжего. Значит, и остальные здесь. Начался бой. Парень со шрамом на щеке против другого, такого же мощного. Первый явно уступал в технике, но брал силой. Публика разделилась пополам. Когда бой закончился победой высокого, проигравший требовал реванша, но громила пресёк его слова. Кто-то возмущался, что мёрзнут на улице, и организатор объяснил: в помещении потекли трубы, нужно пару дней на ремонт. Мне становилось скучно. Я уже хотел уйти, когда громила объявил следующий поединок: Марк против парня слегка ниже него. Ребята подошли к чану и начали кидать деньги — кто выиграет, тот забирает восемьдесят процентов банка, остальные — организаторам. Большинство ставили на Марка. Я замер. Теперь это шоу было интереснее. Громила объявил о начале боя. Марк скинул кофту, и я впервые увидел его по-настоящему: загорелый, подкачанный, с красивой фигурой. Иногда нефорята прячут такие сюрпризы. Соперник первым набросился на него, чуть не сшиб, но Марк устоял и с какой-то яростью начал атаковать. Они били друг друга так, что кровь летела через пару минут. У Марка носом текла кровь, рассечены бровь и губа, пара царапин на локтях. У соперника лица было похоже, но ссадин и царапин на теле было куда больше — Марк то и дело валял его по асфальту. Когда парень уже не мог подняться, громила оттащил Марка и назвал победителем. — Молодец, не теряешь хватку, — рыжий положил руку ему на плечо. — Ага, кофту можно, холодно, — Марк вздрогнул и натянул одежду. — Я отойду, — он достал пачку сигарет и зажигалку. Друзья кивнули, и Марк направился в мою сторону. Закурив, он выпустил облачко дыма и уставился в телефон. Я нырнул за соседнее дерево и присел. В этот момент у него зазвонил телефон. — Алло, нет, не приду сегодня. Можешь не ждать. Где я буду — неважно. Ты плевала на меня шестнадцать лет, и когда у меня появились деньги, ты вдруг вспомнила обо мне. Я тебе ни копейки не дам. Я сниму квартиру и заберу Настю. Я не дам тебе угробить девчонку, как меня. Через пару месяцев мне восемнадцать, и ты её больше не увидишь. Я всё сказал. Да пошла ты, — он сбросил и затянулся снова. — Как всё заебало. Я понял, что пора сваливать, но судьба не любит меня. Или я просто не умею тихо сидеть. До меня дошёл сигаретный запах, и я не сдержал чих. — Кто здесь? — зло спросил Марк. Он подошёл ближе. — Ты что тут делаешь? — Гуляю. На вас вышел случайно, — ответил я. — Или, может, следишь за мной? — он ухмыльнулся, и в этой улыбке не было ничего хорошего. Он схватил меня за плечо и притянул к себе. Запах крови смешивался с парфюмом, сигаретами и алкоголем. — Это больше к тебе вопросы, — огрызнулся я. — Что ты сказал? — Глухой или как? Говорю, по слежке к тебе обращаться стоит, — ответил я. — Мелкий подлец, — он ударил меня чуть ниже рёбер. Я скривился, но дал отпор. Я не думал, что он настолько сильный. Завязалась драка, нас заметили остальные. Рыжий подошёл с ухмылкой: — Смотрите-ка, кто тут нарисовался. И что ты тут забыл? — Мимо проходил, — отхаркнулся я. — Верим. Ладно, пусть будет так. Чтоб об этом месте никому не говорил, усёк? — Да понял я, понял. — Ну и прекрасно, а теперь свали домой. Меня отпустили. Я развернулся и пошёл, чувствуя, как горит бок. Но на полпути остановился. — Марк, — я не обернулся. — Завтра на перемене я буду у спортивного зала. Если хочешь поговорить — приходи. Сзади было тихо. Я слышал только ветер. Домой я пришёл за полночь. Родители уже спали, я тихонько прошмыгнул в комнату, переоделся, помылся и лёг. День выдался тяжёлым, особенно вечер, и я без проблем уснул. Но перед сном я провёл пальцами по плечу, где остался след от его хватки. Он не хотел сделать мне больно. Он просто не знал, как иначе коснуться. Завтра я его увижу. И, может быть, это изменит всё.