Дом, который построил Снейп

Гарри думал о философском камне. Смутно помнил, что его получение состояло из трёх стадий: Нигредо (символом её был чёрный цвет), Альбедо (белый) и Рубедо (красный). И ещё — какие-то промежуточные процессы. Он ошибался сперва, когда воображал, что все персонажи носят чёрное в честь закрытых и строгих мантий Снейпа. Нет. Очевидно, это относилось лишь к тем существам, которые олицетворяли собой первую стадию. Было удивительно, что Снейп вообще продвинулся дальше, чем Нигредо. Стадия отрицания и нецелостности, казалось, была создана для него — безумца. Значит, дела Декана не так плохи, если явился Лебедь и на крылах принёс надежду. Принёс Альбедо. Разумеется, философский камень был лишь символом счастливой и здоровой жизни. И именно к ней Снейп сделал шаг. Но жила в Гарри смутная тревога. Она была связана с тем пеплом, который опадал с белых одежд Лебедя. Словно бы это ознаменовало начало конца, стало предвестником беды. Что ж, неслучайно ведь другие целители сбегали. Он должен остаться и увидеть, как проявлена болезнь Снейпа. Увидеть до конца, чтобы, вероятно, помочь. Гарри твёрдым шагом спустился на кухню. Все знакомые ему персонажи были там. Они ждали его к обеду. Он вздрогнул, заметив среди них Снейпа. Мэтр собственной персоной сидел за столом. Стараясь не выдать охватившего его смятения, Поттер сел на свободный стул. Все принялись за еду. Иногда Гарри чувствовал на себе внимательный взгляд чёрных глаз. Поймал себя на том, что старается есть бесшумно, как будто звяканье ложки о фарфор — кощунство. Это, разумеется, было полнейшим бредом. Декан мог быть светилом, но не до той же степени, чтобы при нём бояться дышать. А Гарри контролировал каждый вдох и выдох. Безумный Дом! Всё в нём шло наперекосяк. Когда трапеза была закончена, Снейп отложил в сторону салфетку и сказал: — Что ж, делайте своё чёрное дело. — Какое? — Диагностику. Кажется, вы об этом мечтали, господин целитель. — Если позволите… — Гарри достал палочку и просканировал невозмутимого Декана. Определённо перед целителем была картина безумия. Структура полностью соответствовала этому состоянию. Но что-то смущало. И Гарри быстро догадался что: узор личности Снейпа выглядел так, словно соответствующая иллюстрация из учебника. — Кхм, спасибо. — Не за что, — сказал Снейп и, кивнув на прощание, ушёл. «Да он просто водит меня за нос. И других целителей тоже. Как они только проглядели его обман!» Его размышления были прерваны: появился новый персонаж. В дверях кухни стоял стройный мужчина с зелёными вьющимися волосами — очень пышными, окружающими голову ореолом. Одежда его также была оттенка весенней листвы. — Я грозный Лев, изумрудно-зелёный, в магический мир беззаветно влюблённый. Я Лебедю выправлю свет преломлённый в Доме, который построил Снейп. Герой шагнул внутрь и направился к Лебедю. Ворон вскочил, освобождая место. Лебедь прикрыл глаза — и вокруг него стало видно сияние, но каждый из лучей был изломан под тем или иным углом. Гарри вдруг ощутил, как больно на это смотреть. — Сейчас, сейчас… — пробормотал Лев, устраиваясь рядом. Он протянул руки к лучам и стал осторожно расправлять один из них. Его крупные руки задрожали. — Сейчас… — он пару раз сжал их в кулаки, но дрожь всё не утихала, а зелёные одежды внезапно прямо на глазах у Гарри состарились и сделались выцветшими лохмотьями. — Сейчас, — беспомощно повторил Лев. Потом поднял полный отчаяния взгляд на Гарри. — Вы не представляете, что это такое — быть настолько нищим. Не деньгами, а содержимым души. Когда все запасы истощены… — А вы отдохните, — немедленно предложил Гарри. Другие персонажи встали со своих мест и смотрели на происходящее от стены. Лев составил вместе три стула и грузно лёг на них. Закрыл глаза и затих, и дрожь его рук постепенно унималась, пока не прекратилась вовсе. Тогда с бледного лица окончательно исчезли краски и оно начало мертветь. Гарри, не помня себя от ужаса, вскинул палочку: — Vita! Это было заклятие вливания магии. Гарри почти забыл, что перед ним — персонаж, плод фантазии. Предчувствие голосило, что нельзя дать ему умереть. Лицо Льва слегка порозовело. Он шумно вздохнул. — Спасибо, — прошептал чуть слышно, — этого хватит на какое-то время. Мне гораздо лучше, — он посмотрел на Лебедя, — но не настолько, чтобы помочь тебе. Прости.