Эпилог
17 июня 2026 г., 20:39
Год спустя Драко Малфой стоял на мраморной террасе сицилийской виллы Блейза Забини, глядя на закат, окрасивший Средиземное море в цвета жидкого золота. В кармане брюк едва ощутимо перекатывался бархатный футляр.
Этот год перевернул всё. Его предприятие по варке и оптовой продаже редких лечебных зелий вышло на международный уровень и добилось таких высот, что даже Люциус Малфой, до последнего хранивший скептическое молчание, признал финансовый успех и талант сына. На прошлой неделе в Мэноре отец впервые за долгие годы молча налил Драко столетний огневиски и коротко кивнул — высшая форма одобрения, на которую Люциус вообще был способен.
Старший Малфой так и не смирился с его выбором. Чистокровное воспитание по-прежнему брало верх, но после жёсткого ультиматума Нарциссы вмешиваться в их жизнь он больше не смел. Вместо этого Люциус, переступая через гордость, пытался шаг за шагом наладить отношения с сыном. Многолетний лёд наконец-то тронулся.
Их жизнь с Гермионой превратилась в сумасшедший, но счастливый вихрь. Она всё так же самоотверженно трудилась на благо магической Британии, помогая Кингсли реформировать законы и менять магический мир к лучшему.
Этот вечер на Сицилии был безупречен. Воздух дышал ароматом лимонных деревьев и нагретого камня. Блейз собрал всю компанию на своей вилле на традиционные летние каникулы, а Джинни, принявшая его предложение парой месяцев ранее в Лондоне, сияла в статусе будущей хозяйки дома.
Когда сумерки опустились на побережье, Драко увёл Гермиону подальше от шума гостиной, к самому краю террасы, где шумел прибой. Ветер растрепал её кудри, а в карих глазах отражались первые звёзды.
— Грейнджер, — негромко позвал он. Его голос лишился привычной деловой сухости, став тихим и мягким.
Она повернулась, улыбаясь. Драко подошёл вплотную, обнимая её за талию и заглядывая в самую глубину её глаз.
— Этот год показал мне, что я могу построить любой бизнес и подчинить себе любые обстоятельства, — произнёс он, касаясь пальцами её щеки. В его взгляде читалась бесконечная искренность. — Но всё это не имеет смысла, если в конце дня я не возвращаюсь к тебе. Ты — моя единственная константа. Мой дом. Окажешь ли ты мне честь , и станешь моей женой?
Драко достал из кармана футляр и открыл его. Изящный ободок из бледной платины обрамлял чистейший, идеально огранённый бриллиант. Элегантное кольцо без капли вычурности — оно идеально подходило ей.
Гермиона тихо выдохнула, её глаза мгновенно блеснули от подступивших слёз.
— Да, — выдохнула она, прижимаясь к его груди. — Да, Драко.
Через пару минут, когда они вернулись в освещённую огнями гостиную, тишину взорвал восторженный возглас.
— Мерлин, Малфой, у тебя всё-таки есть вкус! — Пэнси Поттер первой подлетела к Гермионе, бесцеремонно хватая её за руку и с восхищением рассматривая камень.
— Никакой пошлой массивности. Оно великолепно. Грейнджер, поздравляю!
— О, покажи скорее! — Джинни, сияющая и уже привыкающая к собственному кольцу на пальце, протиснулась вперёд.
— Гермиона, оно потрясающее. Драко, ты превзошёл сам себя.
В это время Блейз Забини с широкой ухмылкой с силой хлопнул Драко по плечу.
— Ну что, Малфой, добро пожаловать в клуб? — рассмеялся Блейз, салютуя ему бокалом. — Приветствую в кругу будущих женатиков. Наконец-то ты решился.
Гарри Поттер, стоявший рядом, тепло улыбнулся. Он крепко пожал Драко руку.
— Береги её, Малфой. Поздравляю. Мы все действительно за вас рады.
Драко перевёл взгляд через комнату на Гермиону. Она смеялась, окружённая подругами, а на платиновом ободке мягко играли блики свечей. Напряжение, страхи и тени прошлого окончательно растворились в тёплом сицилийском воздухе. Они оба были там, где должны. Вместе. Навсегда.
