New omega-girl

###

Дверь комнаты Руки распахнулась, после чего сразу же захлопнулась за девушками. Даин уже успела овладеть губами старшей, переплетая языки. Так целовать может только она. Пальцы зарылись в мягкие пряди на затылке, но и Рука не отстаëт. Сев на край кровати, та посадила Рору к себе на колени, продолжая жадно сминать чужие губы. Не успела комната остыть от прошлой ночи, как феромоны снова обладали всем воздухом. Дерзкая вишня Даин слилась с яркой клубникой Руки. Сладко, остро и непринуждённо. Опустив ладони на ягодицы младшей, омега сжала упругую плоть. Из груди Роры вырвался сладкий стон, который сразу же разбился о губы Каваи. Качнувшись вперёд, Даин проехалась промежностью по бëдрам старшей, из-за чего обе омеги вздрогнули. Но стоило воздуху закончится, как губы сразу же отстранились. — Не нашла альфу? — рвано выдохнула Каваи, скользя руками по талии и выше, доходя до подрагивающей груди. — Ты же понимаешь, что я не всегда смогу помочь тебе с течкой. На этот раз и мне нужна скорая разрядка. — Почему ты вечно всë усложняешь, м? — наклонившись к лицу старшей, прошептала в чужие губы Рора. — Тебя уже не удовлетворяет секс со мной? — В том то и дело, что не могу потом остановиться, — прохрипела Рука, сжимая затвердевшие соски через одежду. Громкий стон раздался по всей комнате, делая атмосферу интимнее. Прижав младшую теснее к себе, девушка начала неуклюже стягивать джинсовые шорты сосвоей омеги. Твою мать! Рора снова нацепила то красное кружево, которое до безумия заводило не только Руку. Содрав и лонгслив, Каваи уставилась на полу открытую грудь перед собой. И если бы не этот чëртов лиф, то нежные соски младшей светились не только перед девушкой. Прильнув губами к ключицам, Рука стала спускаться ниже пока не врезался в края кружева. Даин сама расстегнула мешающую ткань, выкидывая куда-то в угол комнаты. Сброшенная ткань лифа сиротливо опустилась на пол, открывая Руке вид, от которого внизу живота мгновенно завязался тугой и горячий узел. Кожа Даин казалась фарфоровой в полумраке комнаты, а её дерзкая, пьянящая вишня вспыхнула с новой силой, полностью вытесняя остатки кислорода. — Смотри на меня, — приказала Рора, тяжело дыша и прогибаясь в спине, когда прохладные ладони Руки наконец коснулись её обнажённой груди. Каваи не стала ждать. Избавившись от собственных мешающих шорт, она потянула младшую на себя, укладывая её на мягкое одеяло и нависая сверху. Каждое мимолётное трение бёдер через тонкую ткань белья отзывалось в телах обеих омег болезненно-сладкой пульсацией. Две течки, столкнувшиеся в одной комнате, лишали рассудка, превращая осознанные мысли в чистые, первобытные инстинкты. — Ты слишком много говоришь, Рука... — всхлипнула Даин, когда старшая прильнула губами к её чувствительному соску, слегка прикусывая и тут же зализывая потяжелевший наводящий выдох. Пальцы Роры судорожно впились в плечи Руки, оставляя красные полумесяцы от ногтей. Клубничный запах Каваи стал невыносимо густым, сигнализируя о том, что предел близок для обеих. Рука скользнула ладонью вниз, оглаживая плоский живот младшей, и уверенно нырнула под край красного кружева, нащупывая обжигающую, влажную глубину. Даин резко выгнулась навстречу этому прикосновению, и громкий, сорванный стон эхом взлетел к потолку. В этот момент им не нужен был никакой альфа, весь их мир сжался до размеров этой кровати и сумасшедшего тепла друг друга. Влажные пальцы Руки скользнули глубже, заставляя Даин судорожно вдохнуть и сильнее втиснуться лопатками в матрас. Две омеги во время одновременной течки — это безумие, где каждый вдох пропитан чужой нуждой, а собственная смазка обжигает сильнее огня. Каваи двигалась тягуче, подстраиваясь под рваный ритм чужого дыхания, пока её большой палец методично и плотно нажимал на скрытый в кружеве, пульсирующий центр. — Рука… быстрее, пожалуйста, — умоляла Рора, теряя остатки контроля. Она обхватила бёдра старшей своими ногами, притягивая её ближе, чтобы чувствовать ответное, не менее сильное желание. Рука хрипло выдохнула ей в шею, сорвавшись на рваный, глубокий темп. Изнутри Даин была невероятно горячей и тесной, её мышцы непроизвольно сжимались вокруг пальцев Каваи, выбивая из груди младшей сладкие, непрекращающиеся стоны. Свободной рукой Рука удерживала Даин за талию, прижимая её таз к себе. Сумасшедшее трение собственным промокшим бельём о бедро Роры и дразнящие толчки пальцев внутри довели обеих до предела. Вишня и клубника смешались в удушающий, липкий коктейль. Когда Даин резко замерла, сжав пальцы на затылке Руки, и её тело содрогнулось в первой, самой мощной волне оргазма, Каваи не выдержала. Судорожная пульсация оргазма Роры эхом отозвалась в её собственном теле, заставляя Руку всхлипнуть и зайтись в такой же острой, болезненно-сладкой разрядке, полностью растворяясь в чужом тепле. Дыхание едва успело выровняться, но течка не собиралась отступать так просто, продолжая разгонять кровь по телам. Даин лежала, раскинув руки по матрасу, её грудь высоко вздымалась, а на щеках горел лихорадочный румянец. Заметив, как Рука смотрит на её всё ещё подрагивающие бёдра, Рора лукаво и призывно приоткрыла губы, рвано выдыхая чужое имя. Каваи сглотнула, чувствуя, как внутри снова вскипает горячая волна. Медленно, не разрывая зрительного контакта, она спустилась ниже, оглаживая чувствительную кожу на внутренней стороне бёдер Даин. Младшая вздрогнула, когда Рука окончательно стянула с неё промокшее красное кружево и развела её колени в стороны. Запах пьянящей вишни в этой части кровати был настолько концентрированным, что у Руки закружилась голова. Опустившись лицом между её бёдер, Каваи сперва коснулась горячей плоти лёгким, дразнящим выдохом, заставив Даин судорожно сжать пальцами простыню. А затем прильнула языком. Рора громко, надрывно застонала, выгибаясь в пояснице, когда Рука сделала первый широкий, влажный мазок снизу вверх, собирая сладкую смазку. Каваи действовала со всей возможной нежностью, но течка требовала интенсивности: её язык стал двигаться быстрее, очерчивая пульсирующие складки и раз за разом прицельно надавливая на саму вершину чужого удовольствия. Рука помогала себе пальцами, слегка растягивая нежную плоть, чтобы открыть доступ к самому сокровенному, и втягивала клитор Даин в свои губы, мягко посасывая. — Боже, Рука… я сейчас… подожди, — умоляюще прошептала Даин, её пальцы зарылись в волосы старшей, то ли пытаясь оттолкнуть от избытка чувств, то ли, наоборот, прижимая к себе ещё сильнее. Рука упивалась реакцией младшей, продолжая терзать её чувствительный центр до тех пор, пока Даин со всхлипом не зашлась в очередной, сокрушительной волне оргазма. Тело Роры обмякло, покрывшись тонкой испариной, а из груди вырвался тихий, измученный вздох.Однако течка Руки всё ещё требовала своего. Её собственное бельё было насквозь мокрым, а клубничные феромоны буквально кричали от голода. Даин, едва придя в себя, уловила этот отчаянный призыв. Взгляд её потемневших глаз затуманился новой волной упрямства. Скользнув ладонями по плечам Руки, она потянула старшую вверх, заставляя её подняться, а затем резко, но аккуратно перевернула её, укладывая на спину. — Теперь моя очередь, — прохрипела Рора, тяжело нависая сверху. Каваи прерывисто вздохнула, когда Даин одним уверенным движением избавила её от последней преграды. Оказавшись между бёдер Руки, Рора не стала медлить — её собственные губы, ещё влажные от недавней ласки, коснулись самой нежной, пульсирующей плоти старшей. Рука выгнулась дугой, шумно втянув воздух сквозь зубы, когда Даин уверенно провела языком по всей длине, слизывая накопленную влагу. В отличие от нежных ласк Руки, Рора действовала более дерзко и напористо: её язык очерчивал горячие контуры, толкался внутрь и тут же переключался на ритмичные, резкие мазки у самого основания клитора. Каваи судорожно вцепилась пальцами в волосы Даин, теряя контроль от этой сладкой пытки. Младшая умело зажимала губами её чувствительную вершину, слегка прикусывая и заставляя Руку буквально плакать от удовольствия, выкрикивая имя своей омеги в пустую комнату. Финальные толчки языка Даин принесли Руке долгожданную, оглушительную разрядку. Тело старшей омеги судорожно вздрогнуло, и она обессиленно откинула голову на подушки, ловя губами остатки воздуха. Рора оставалась между её бёдер ещё несколько секунд, прислушиваясь к затихающему сердцебиению Каваи, после чего медленно поднялась выше и перекатилась на свободную половину кровати. Силы окончательно покинули обеих. Сумасшедший вихрь из вишнёвых и клубничных феромонов в комнате начал постепенно оседать, оставляя после себя лишь шлейф уютного, сонного тепла. Течка отступила, забрав с собой изнуряющий голод и оставив лишь приятную, тягучую слабость во всём теле. Рука лениво повернулась на бок и потянула на себя край тяжёлого одеяла, укрывая их до самого подбородка. Даин тут же придвинулась ближе, по-хозяйски устраивая голову на плече старшей и переплетая свои пальцы с её ладонью. — Больше никаких разговоров об альфах, ладно? — сонно пробормотала Рора, утыкаясь носом в изгиб шеи Руки. — Мне никто, кроме тебя, не нужен. Рука лишь тихо хмыкнула, чувствуя, как губы сами собой расплываются в улыбке. Она крепче прижала младшую к себе, вдыхая родной запах, и поцеловала её в макушку. Сейчас, когда комната погрузилась в тишину, а за окном медленно догорал вечер, все её страхи и сомнения казались глупыми и далёкими. Укутанные в одно одеяло, согревая друг друга своим теплом, омеги незаметно погрузились в глубокий, спокойный сон, в котором не было места тревогам — только они двое.