Если это сон, не дай мне проснуться

Удивительно, но я всегда считала себя любимчиком Фортуны: она следовала по моим пятам, помогая даже в сложных жизненных ситуациях выходить почти сухой из воды. «Видимо, я израсходовала её лимит». Шок. Чувствуешь откровенный шок, когда тебя выкидывают из уютной кровати на пыльную каменистую дорогу, где с обеих сторон валяются просто гигантские мусорные кучи. «Запах, кстати, стоит соответствующий». Я ведь точно помню, что засыпала у себя дома, в уютной кроватке, после затяжной рабочей смены. Ну вот никак я не могла оказаться у чёрта на куличках! «Разве что я не страдаю лунатизмом». Но это вряд ли. За таким никогда не была замечена ранее. «Но всё бывает в первый раз». Мало того что стояла непомерная жара, так ещё и запах разлагающегося мусора давал о себе знать, вызывая приступ рвоты и лёгкое удушье. Вдоволь откашлявшись, я поняла, что просто сидеть и молиться Всевышнему по‑идиотски глупо. Надо встать и идти… «Только куда?» Кажется, когда теряешься где‑то, советуют не сходить с места и ждать помощи, но это, похоже, совсем не мой вариант. Сдохнешь либо от голода, либо от жажды. «Либо просто‑напросто задохнусь от вони». Перспективы сказочные. Особенно когда ты человек пассивный, дальше работы никуда не уходил, и в походах замечен не был. «Знала бы заранее — записалась бы на уроки выживания». Увы и ах, активный вид спорта не по мне. И не потому, что я больше люблю свой диван, а потому, что одной чем‑то таким заниматься… страшно. И как бы я ни агитировала малочисленных друзей, никто не горел желанием пробовать что‑то новое, предпочитая привычную бытовуху, где работа и дом занимают всё время. «Скучно живём, что сказать». С кряхтением, словно какая‑то пенсионерка, встаю с колен и понимаю: что‑то не так… «Попаданцев назвали так не за красивые глаза, уж точно!» Во‑первых, я похудела. Причём сильно, внезапно набрав мышечную массу: подняв жёлтую футболку, в которой я точно не ложилась вчера спать и которая совершенно не моя, отмечаю, что, пусть кубиков нет, зато живот совершенно плоский. «Ну хоть что‑то хорошее за сегодня…» Затем взгляд опустился ещё ниже. Джинсовые короткие шорты на низкой посадке с широким коричневым кожаным ремнём хорошо сидели на округлых крепких бёдрах. Кожа загорелая — в отличие от моей болезненно‑бледной. Давно я у себя — а у себя ли? — такой её не видела. «С детства точно…» И так, остался последний штрих, чтобы окончательно убедиться, что я — это не я: длинные густые белоснежные, словно снег, волосы, кончики которых окрашены в зелёный, собраны, по ощущениям, в высокий хвост, но даже в таком виде достают до лопаток. Нет, я не спорю, сейчас я перечислила одни плюсы моего нового положения! Фортуна, похоже, меня не оставила на произвол судьбы, но… «Мать вашу, где я?!» Осмотрелась ещё раз. Сплошная каменная пустошь, без единого деревца или травинки. Грустно и печально, честное слово! «Надо было меньше читать про попаданцев, дура!» Но что сделано, то сделано. И ничего уже не изменить. Глянула себе за спину. Там висит небольшой мешок‑рюкзак тёмно‑зелёного цвета. Радость! Меня переполняла какая‑то ненормальная радость, и я громко, даже как‑то истерично рассмеялась, тут же перекинув его вперёд, подставив под колено, и стала рыться. Нашла: три бутылки воды по 0,5 л, две банки тушёнки и несколько десятков батончиков. Странно то, что я неплохо так читала по‑английски. А это был именно он, хотя я его вообще не знала от слова совсем! «Ах, сколько слёз было пролито в школе…» Надо было лишь попасть в чужое тело, в чужой мир, чтобы выучить иностранный язык… — Какая чудесная погода! — для проверки говорю и слышу чисто русский язык. «Чу‑де‑са, да и только!» Но сегодня меня, кажется, уже ничего не удивит, честное слово! Ещё после недолгого копания нашла в другом небольшом отделении, похоже, паспорт. Бегло открыв его и пролистав, поняла, что так оно и есть. Место прописки и печати мне были, естественно, не знакомы. А вот новая внешность и возраст откровенно понравились. «Скинуть лишний вес и омолодиться на десять лет — мечта любой девушки, вообще‑то!» Ещё нашла кошелёк и бумажные, но незнакомые деньги. Пачка была увесистая. Зашнуровываю рюкзак — он был на верёвках — и уже было хочу его перекинуть обратно на спину, как на глаза бросается браслет на левой руке. Обычная фенечка — мы такие в детстве делали из зелёных и жёлтых нитей — словно шокер крепко держится на кисти, а к ней присобачен странный, неподходящий по стилю двухсоставной маленький брелок: с одной стороны — закрытый зелёный веер, с другой — крылатый жёлтый тигр с ярко‑зелёными глазами и зелёными крыльями. Как заворожённая провела по нему пальцами, подцепив. Металл явно дорогой. Будто крашеное серебро, а глаза — драгоценные камни. В груди что‑то ёкнуло. Это как идти по рынку, увидеть какую‑то вещь и безумно в неё влюбиться, а затем не снимать пару‑тройку лет, изнашивая до дыр, и даже тогда продолжая в ней ходить. Странная реакция, что тут сказать. Но не страннее остального. «Сначала надо добраться до цивилизации, а дальше что‑нибудь придумаю». Правда, вера в то, что люди прямо‑таки помогут, а не сделают ещё хуже, таяла с каждым пройденным мной километром. На ногах были удобные, но потёртые кроссовки. И этому я была очень рада, так как, окажись я обута в туфли, то далеко бы не ушла. Странно, но усталости в теле совсем не ощущалось, хотя я шла без остановки где‑то пол дня. «Ну да, это тело не заплыло жиром. Явно видно, что прежняя хозяйка вела активный образ жизни». — Фортуна, милая Фортуна, спасибо тебе за это! — от всей души вслух благодарю. Наверное, со стороны я кажусь поехавшей, но мне сейчас всё равно. «И кто сказал, что мне сегодня не везёт, а?» *** Ночевать под открытым небом, между встречающихся, но понемногу редеющих мусорных куч, — не предел мечтаний любого человека, но выбирать не приходится. «Сон нужен любому человеку». Спать на голой земле — просто кошмарно. Особенно когда ты легко одета, а температура стремительно опускается. «Красота!» Мне вот интересно: чем думала хозяйка этого тела, когда отправилась пешком по этой свалке куда‑то в лёгкой, совершенно не предназначенной для этого одежде? «Хоть бы спальный мешок взяла! Или велосипед, на худой конец!» Я видела, они здесь есть. В одной из мусорных куч торчал один. И я бы, несмотря на свою брезгливую натуру, полезла бы вытаскивать его из‑под завалов — да только одно колесо отсутствовало, а второе было спущено. Далеко бы я на нём не уехала. Уснуть вышло с большим, просто титаническим трудом. Я и до этого спала всегда чутко, а здесь, в незнакомом месте, и вовсе просыпалась от каждого звука. В итоге, толком не поспав, я встала, широко зевая, и полезла перекусить. Еду я экономила как могла — так же, как и воду. После двинулась в путь. Тишина давила. Нервы были на пределе, а страх неизвестности душил. Мне кажется, как только я окажусь в безопасности, то разревусь, как маленький ребёнок. Ещё и в голове мелькает пугающая мысль: «Обстановка до боли похожа на ту, что была в только недавно посмотревшим аниме…» Я молилась и за, и против. За — потому что лучше оказаться в знакомом (пусть и по аниме) мире. Да и от самого аниме я пришла в лютый восторг. А вот против — потому что никто не хочет жить на свалке и дышать отходами, выживая в псевдо утопии. Но это только мои мысли. До конца я пока не уверена в правильности догадок. Взгляд вновь упал на брелок — и тут же на душе стало спокойнее, появилось ощущение умиротворения. «Джинки! Пусть это будет джинки!» Надежда, как говорят, умирает последней. И это абсолютно верно. «Пожалуйста, давай же…!» Отстегнуть брелок оказалось очень просто и быстро — будто так оно и должно быть. Я нежно глажу тёплый металл пальцами и чувствую лёгкое покалывание. В какой‑то момент я вижу жёлто‑зелёную вспышку… пламени? Она объяла брелок. Я чудом не выбросила его из рук: сложно здравому смыслу доказать, что «огонь» не причинит мне вреда… А после он так же резко затух. Истеричный смешок сорвался с губ. «Нет худа без добра». За всё в этой жизни надо платить. Во всём нужен баланс. И если где‑то тебе повезло, то обязательно придётся отдать что‑то равноценное. «И всё же Фортуна меня любит — просто подарить мне джинки, это же надо… Свезло так свезло!» Теперь точно осталось добраться до города, а потом думать, что же мне с этой жизнью делать. Ещё бы хотелось узнать временной период. Хотя это мне ничего не скажет — ведь никаких дат я не помню из аниме. «Классика!»