Приоритеты

Шейну нравилось смотреть на Илью, пока тот готовил. Илья действительно любил и умел это делать. Скажи кто-то Шейну пять лет назад, что Розанов станет его мужем и будет нарезать овощи на кухне их общего коттеджа, — Шейн бы, наверное, упал в обморок или ударил этого человека. Всё казалось сном, и, даже если это так, Шейн мечтал никогда-никогда не просыпаться. Аня упорно вилась под ногами, активно выпрашивая у Ильи что-то со стола. Впрочем, удачно — потому что Илья по доброте душевной дал своей девочке небольшой кусок курицы, почесав её за ушком. В коттедже действительно царила идиллия. На секунду Шейн задумался о том, чтобы отменить все планы на вечер, затащить Илью в кровать и обнимать до самого утра, но быстро откинул эту идею. Впервые почти за полгода у всех совпали графики для встречи. У Роуз нарисовался перерыв в съёмках нового проекта, а Светлана, с недавних пор живущая вместе с Роуз, работала на дому, поэтому смогла выкроить свободный вечерок. У «Оттавы» и «Монреаля» совпал перерыв в играх, а Джеки оставила детей со своими родителями. К тому же за окном лето только-только вступало в свои права. Сложно было не поддаться соблазну собраться всем вместе. Шейн откинулся на спинку кухонного стула, оторвавшись от нарезки моркови. Всю прелесть вечера слегка омрачало то, что за столько лет Илья и Хейден так и не нашли общий язык и цапались при каждом удобном и неудобном случае. Илья, услышав вздох мужа, повернулся к нему с вопросительным выражением лица, вытирая руки полотенцем. — Ты можешь сегодня не ругаться с Хейденом? Просто... не реагируй на него. Может, его отпустит. Илья поджал губы, пару секунд помолчал, а затем растерянно кивнул. — Я постараюсь, малыш. Слабая улыбка Ильи заставила Шейна улыбнуться в ответ. Ему и в голову не приходило, что эта фраза для Ильи била острее ножа. Он уже просил Илью о таком несколько раз, и такие вечера, на удивление, проходили спокойнее. Илья вернулся к поджариванию курицы, а Шейн заканчивал салат, когда в дверь позвонили. Минута в минуту, к назначенному времени, всегда приходили Светлана с Роуз. С последней Илья внезапно нашёл общий язык, когда они незапланированно встретились на концерте любимого исполнителя Ильи. Оказалось, что Роуз очень ничего такая. Купила Илье коктейль в баре при концерте, наотрез отказавшись от перевода, ведь: «Прекрати, Илья, я по-дружески угощаю». Илья тогда на секунду замер от удивления. Роуз считала его своим другом. А затем, помявшись, девушка попросила Илью о знакомстве со Светланой. Ну, Розанов и познакомил, без задней мысли, думая, что она просто хочет быть ближе к семье Холландеров-Розановых, а через месяц они будут отмечать год отношений. Девушки зашли в дом, и, кажется, сразу стало легче. Светлана, при всём своём уважении к Шейну, первым делом потянулась обнимать Илью. Они не виделись почти четыре месяца, в конце концов. Роуз же приветливо улыбнулась Шейну, кратко обняв его. Шейн особенно тактильным не был, если дело не касалось Ильи, и Роуз его личные границы уважала. Роуз поставила пакет из магазина, доставая вино, а Светлана ещё раз обняла Илью, что-то быстро спросив по-русски, тревожно взглянув ему в глаза. Шейн напрягся, но решил не сеять панику. Он же сам просил Илью не конфликтовать, поэтому ему самому стоит следить за языком. Светлана была рядом с Ильёй все те разы, когда Шейн не мог. По правде говоря, она стала нравиться Шейну куда больше, когда протянула ему три пачки российских обезболивающих, которые купила после очередной поездки в Москву. Это были единственные таблетки от мигрени, которые помогали Илье. Шейн тогда ещё даже не знал о том, что Илья страдает от мигрени, а эта кудрявая львица отдала таблетки, сказав, что если кто-то и может заставить Илью следить за своим здоровьем, так это Шейн. Быть может, на этом они и спелись. Их общей темой была вечная забота об Илье.

***

— Боже мой, Илюша, я скучала. Я умоляю тебя, обрадуй меня тем, что Пайк сегодня не приедет? — с нервным смешком сказала Светлана, крепко обняв Илью. — Увы, — грустно выдохнул Илья, прижимаясь к подруге. Боже, как же ему не хватало иногда просто поболтать на русском. — Я клянусь тебе, дорогой, если Шейн не заткнёт его сегодня — это сделаю я, и никому это не понравится. Кроме меня, разумеется. Светлана очаровательно улыбнулась, ещё раз обнимая Илью. Светлана могла понять, что в мире куча мудаков. Мир был жесток, а она давно не верила в сказочных пони и любовь без всяких «но». Правда, вот в то, что Шейн позволяет Хейдену так себя вести, ей верить не хотелось. Она несколько раз порывалась ответить Пайку сама, но её сдерживал тяжёлый взгляд Ильи. Розанов был так дорог сердцу Светланы, так важен и любим, и ей казалось, что Шейн чувствовал то же. Тогда почему он всё ещё не выгнал к херам этого ублюдка?

***

Тем временем Светлана, последний раз проведя ладонью по плечу Ильи, отошла от него, взяв бокалы со стола, чтобы налить вина. Разговор потёк легко, почти непринуждённо. Роуз щебетала про новый проект, активно жестикулируя, Светлана очаровывала её флиртом, заодно добавляя свои детали. Илья бы, наверное, хотел такого вечера. С этими людьми можно было не притворяться, быть собой, не молчать и не обдумывать каждую свою мысль по четыре раза перед тем, как сказать. У Ильи в голове не укладывалось, как Джеки и Хейден могут быть вместе. Потому что Джеки была чудесной матерью, подругой и женой. С ней Илья моментально нашёл общий язык, и девушка частенько просила Илью посидеть с детьми, когда убегала в магазин или на косметические процедуры. А Илья и рад. Маленьких детей он любил, а уж они его и подавно. А вот Хейден не вызывал ничего, кроме отвращения, злости и раздражения. Он нёс полную ахинею, считал себя самым важным человеком в жизни Шейна и не упускал ни единого шанса оскорбить Илью. Илья, правда, тоже за словом в карман не лез, но всё чаще заставлял себя глотать желчь, буквально разрешая Хейдену издеваться над собой. Когда в дверь снова позвонили, Илья тяжело выдохнул и на секунду прикрыл глаза, а Светлана бросила на Илью встревоженный взгляд, слабо сжав его плечо на пару секунд. Роуз и Шейн не поняли, наверное, в чём причина. Светлана сделала себе пометку в голове о том, что Роуз нужно будет рассказать, в чём причина её тревоги за Илью. А Шейну следовало бы перестать считать такое отношение Хейдена нормой.

***

Когда все обнялись, поздоровались (а Хейден вновь проигнорировал приветствие Ильи), а затем, наконец, уселись за стол, Илья на секунду позволил себе поверить, что ужин пройдёт нормально. Вечер был тёплым, закат красиво окрашивал небо, и никто не цапался. Да, Хейден пускал ехидные шуточки о том, что еда Ильи несъедобна и что Илье пора бы постричься, а то совсем на девушку похож, но Илья заставил себя молчать, и это, видимо, успокоило Хейдена. Роуз рассказывала о тонкостях своей карьеры, Светлана вспоминала весёлые истории из их с Ильёй детства и юности, умело обходя тот факт, что они встречались. Она старалась лишний раз это не упоминать, потому что ревнивые Шейн и Роуз, кажется, горели от этого упоминания. Иногда, конечно, они с Ильёй использовали это в своих целях, подстёгивая партнёров, но старались этим не злоупотреблять. Джеки тепло рассмеялась на рассказ Светланы о том, как Илья учил её плавать на озере в Москве. Девушка поддерживала разговор, похоже, ей действительно было интересно, как в России выглядит детство. — Так здорово, что ты тоже смогла переехать. Ты, наверное, очень скучала по Илье? — дружелюбно спросила Джеки, попутно умирая от восторга от пасты Ильи. — Конечно, скучала, Илья... — Да по Илье весь Бостон скучал. Скольких он там оттраханных оставил? — ядовито перебил Хейден, самодовольно улыбаясь. Светлана кинула на него убийственный взгляд и мотнула головой Илье, жестом попросив его помолчать. — Хейден, боюсь, в Бостоне не так уж и много девушек, которые могли бы составить конкуренцию Шейну, тебе не кажется? — с улыбочкой произнесла Светлана, чувствуя, как внутри закипает кровь от того, что Шейн всё ещё молчит. — Да в этом-то и дело. Шейну нельзя составить конкуренцию. Странно, что у Ильи получилось стать кем-то важным, а не мальчиком на одну ночь. Мой бывший капитан божественен, да, Шейн? — Хейден подмигнул Шейну, а тот закатил глаза и улыбнулся, прошептав что-то вроде «ой, да помолчи». Блять, да это уже ни в какие ворота. Светлана кинула взгляд на Илью. Розанов невидящим взглядом смотрел на стол перед собой. Джеки уже высказывала Хейдену, что тот ведёт себя по-скотски, Роуз положила руку на колено Светланы под столом, надеясь успокоить, но русская львица обещания, данные Илье, держала всегда. Рука дернулась, и Светлана вылила на Хейдена бокал белого вина. Тот вскочил, задыхаясь от возмущения. Светлана тут же встала вместе с ним. — Правильно ты встал, мудак. Забирай свой рюкзак, свою чудесную жену — хрен знает, за какие заслуги она тебе досталась, — и уёбывай из этого дома! Все резко замолчали, а Шейн тут же начал говорить, что Светлана творит хуйню. Хейден же решил сыграть обиженного подростка и действительно вышел, сказав, что так всё и знал. Джеки извинилась и убежала за мужем, и беседка погрузилась в тишину, а затем Илья молча встал и ушёл в дом. Светлана окинула его расстроенным взглядом, уже вставая, чтобы пойти следом. — Что, блять, с тобой не так, Светлана? Какого хера ты творишь в моём доме с моим лучшим другом? Светлана замерла. Её словно ударили раскалённым ножом. Шейн действительно не видел проблемы в словах Пайка. — Со мной всё, блять, в порядке! А проблемы в этом доме только у тебя, Холландер! Пайк ведёт себя как мудак, оскорбляет твоего мужа, а ты даже пальцем не ведёшь, чтобы защитить Илью. Тебе просто наплевать на его чувства! Роуз вскочила к девушке, стараясь её успокоить. — Иди, сбегай за своим другом, извинись и скажи, что Илья сам его вывел, давай! Проблема конфликтов Хейдена и Ильи не в них, а, блять, в тебе, который должен был выгнать этого придурка из дома в первую же встречу! — выкрикнула Светлана почти на одном дыхании, а затем потёрла лицо руками и серьёзно посмотрела на Шейна. — Илья бы никогда и никому не позволил так к тебе относиться. Зато ты позволяешь. Потому что это удобно, да? Считать Илью виноватым. Ты нихуя не потерял в отношениях с ним! У тебя остались друзья, семья, команда, а после каминг-аута ты пришёл в его команду, которую он тащил на себе кучу времени, и выиграл Кубок Стэнли. Ты... — Светлана замялась, в глазах встали слёзы обиды за Илью. — Да неважно, кто ты. Сам, надеюсь, догадаешься. А затем Светлана дала Шейну пощёчину, схватила сумку и побежала на своих чудесных каблуках в дом, к Илье. По опыту было ясно, что в расстроенных чувствах Илья мог натворить всё что угодно. Одному богу известно, что сейчас думал Илья.