Часть 11
13 июня 2026 г., 12:15
Шпион-стоматолог и Лидочка.
Во вторник утром Марат Борисович пришёл на работу на двадцать минут раньше обычного.
Сел в кабинете.
Достал блокнот.
Открыл чистую страницу.
Написал сверху:
«Яна Зорина. Странности.»
Подумал.
И ниже вывел:
1. В Польше и в клинике одновременно находиться невозможно.
Посмотрел на запись.
Подумал ещё.
И добавил:
2. Если только речь не идёт о клонировании.
После чего вычеркнул пункт.
Потёр переносицу.
И решил, что начинает сходить с ума.
Тем временем Лидочка уже несла первую кружку кофе по коридору.
Проходя мимо кабинета начальника, она случайно увидела открытую дверь.
И замерла.
Марат Борисович сидел за столом и что-то записывал в блокнот.
Очень сосредоточенно.
Очень подозрительно.
Очень не по-маратовски.
Лидочка осторожно вытянула шею.
И успела прочитать только два слова:
«Яна Зорина».
Кружка едва не выпала из её рук.
— Ой...
Она мгновенно отпрянула от двери.
Сердце колотилось от восторга.
— Так я и знала...
К обеду вся клиника уже жила обычной жизнью.
Вся, кроме двух человек.
Марат Борисович расследовал.
Лидочка наблюдала.
Причём оба были уверены, что действуют незаметно.
Оба ошибались.
Первым делом Марат решил проверить архив видеонаблюдения.
Он открыл запись за прошлый четверг.
Увеличил изображение.
Яна сидела за стойкой.
Поправляла платок.
Потом что-то рассказывала пациенту.
Потом смеялась.
Потом снова поправила платок.
Потом зачем-то посмотрела на фикус.
Марат нахмурился.
Странно.
Очень странно.
Он включил соседний день.
Та же картина.
Ещё один.
Снова.
Платок.
Платок.
Платок.
Платок.
Каждые пятнадцать минут.
Будто человек постоянно проверял что-то под ним.
Марат поставил запись на паузу.
Прищурился.
И впервые задумался:
— Зачем?
В этот момент дверь кабинета распахнулась.
На пороге возникла Лидочка.
С абсолютно невинным выражением лица.
— Вызывали?
— Нет.
— А.
Пауза.
— Тогда я пойду.
Не ушла.
Марат поднял голову.
— Лидия.
— Да?
— Вы что-то хотели?
— Нет.
— Тогда почему стоите?
— Любопытно.
— Это не причина.
— Для меня причина.
Марат тяжело вздохнул.
— Идите работать.
— Хорошо.
Она развернулась.
Дошла до двери.
Остановилась.
И не выдержала.
— Марат Борисович?
— Что ещё?
— А блокнот зачем?
Наступила тишина.
Опасная.
Очень опасная.
— Какой блокнот?
— Тот, где написано «Яна Зорина».
Марат медленно закрыл блокнот.
Очень медленно.
Лидочка поняла, что сейчас её будут убивать.
Вероятно, степлером.
— Я случайно увидела! — быстро сообщила она.
— Разумеется.
— Честное слово.
— Конечно.
— Я никому не скажу.
— Поздно.
— Почему?
Потому что через час об этом будет знать вся клиника.
— Ну...
— Лидия.
— Всё-всё. Ухожу.
И исчезла.
Через сорок минут об этом действительно знала почти вся клиника.
Правда, в сильно изменённом виде.
По версии Лидочки, Марат Борисович тайно влюбился.
По версии терапевта Сергея Павловича, начальник собирался делать предложение.
По версии медсестры Светланы, свадьба уже назначена.
По версии охранника Виктора Ивановича, у них было трое детей и дача под Рязанью.
Слухи развивались стремительно.
Самое смешное заключалось в том, что Яна ничего не понимала.
После обеда на неё начали странно смотреть.
Улыбаться.
Подмигивать.
Один из врачей даже уступил ей место в столовой.
— Что происходит?
— Ничего, — подозрительно быстро ответила Лидочка.
— Лида.
— Совсем ничего.
— Ты ужасно врёшь.
— Спасибо.
— Это был не комплимент.
— А я всё равно рада.
Вечером Марат Борисович остался в кабинете один.
Перед ним лежал блокнот.
В нём уже накопилось несколько страниц заметок.
Фотографии.
Даты.
Наблюдения.
Несостыковки.
Он перевернул страницу.
Взял ручку.
И написал:
«Вопрос: если это была не Яна, то кто?»
Посмотрел на запись.
Потом на фотографию из Польши.
Потом снова на запись с камеры.
Где «Яна» пыталась объяснить что-то комнатному растению.
И вдруг вспомнил слова самой Яны.
Сказанные когда-то вскользь.
Ещё несколько месяцев назад.
— У меня есть брат.
Ручка замерла в его пальцах.
На несколько секунд в кабинете стало очень тихо.
Потом Марат медленно выпрямился.
И впервые за всё расследование по-настоящему удивился.
— Нет...
Он посмотрел на экран.
На фотографию.
На блокнот.
На улыбающуюся «Яну».
И вдруг начал понимать.
Если его догадка верна...
То последние семь дней он флиртовал вовсе не с Яной Зориной.
А с её братом.
С мужчиной.
Марат несколько секунд молча смотрел в стену.
Потом закрыл лицо рукой.
И впервые за много лет искренне рассмеялся.
— Господи...
Кажется его догадка, только что, стала намного интереснее.
