Игрушки слово не давали

На следующий день Чонгук приехал в университет на машине вместе с Тэхёном. Тот выглядел не очень  бледный, с тёмными кругами под глазами, двигался скованно, будто каждое движение причиняло боль. Но никто не хотел в этом разбираться, потому что все знали: когда Тэхён начинает злить Чонгука, это не чем хорошим не заканчивается. Они вышли из внедорожника. Чонгук, как всегда, был собран и спокоен  тёмные джинсы, чёрная футболка, подчёркивающая татуировки. А вот Тэхён... Тэхён шёл на полшага сзади, опустив голову. На шее, там, где воротник рубашки не мог скрыть, виднелись сине-фиолетовые следы пальцев. Запястья, выглядывающие из рукавов, были в ссадинах. Он даже волосы сегодня не уложил  они висели тусклыми красными прядями, закрывая лицо. К ним подошли Юнги, Джин и Намджун. Юнги пнул камешек на асфальте, Джин держался за локоть своего альфы. Все трое смотрели на Тэхёна  на то, как он буквально держится на ногах, как мелко дрожат его пальцы. — Привет, Чонгук, — сказал Намджун первым. — А что это с Тэхёном случилось? Что он уже натворил на этот раз? В голосе не было осуждения. Скорее усталое любопытство. Как будто речь шла о сломанной вазе, а не о человеке. Чонгук усмехнулся, переведя взгляд на своего омегу. Тэхён стоял, не поднимая глаз, и вжал голову в плечи  как побитая собака. — Он вчера решил пофлиртовать с новеньким, — ровным голосом ответил Чонгук. — С тем бракованным. Пришлось напомнить, где его место. Юнги, который до этого молчал, вдруг напрягся. Его взгляд скользнул по фигуре Тэхёна, задержался на синяках на запястьях, на неестественной позе  омега стоял, чуть согнувшись, будто у него болело всё внутри. — Напомнил, — повторил Юнги. Голос его звучал ровно, но Джин, знавший его давно, уловил сталь. — Смотри, не перестарайся. Он ещё твой омега, а не груша для битья. — Никто не спрашивал твоего мнения, — огрызнулся Чонгук, но как-то неуверенно. Юнги был единственным, кого он опасался по-настоящему. Намджун вмешался, положив руку на плечо Юнги: — Всё в порядке. Тэхён знает правила. — Он посмотрел на бледного омегу. — Правда, Тэхён? Тэхён медленно поднял голову. Его глаза были красными, опухшими  он плакал сегодня утром, и не раз. Он посмотрел на Чонгука, потом на Намджуна, потом на Джина, который стоял молча и кусал губы. — Правда, — прошептал Тэхён. — Я больше не буду. — Вот и молодец, — Чонгук погладил его по затылку  жест, который должен был выглядеть ласковым, но Тэхён вздрогнул, как от удара. — Идите уже, а то на лекцию опоздаете. Они разошлись. Намджун с Джином ушли первыми, уводя за собой Тэхёна  Джин обнял его за плечи и что-то тихо зашептал на ухо, поддерживая. Юнги задержался на пару секунд, глядя на Чонгука. — Ты знаешь, что он тебя боится? — спросил Юнги. — Лучше пусть боится, чем не уважает, — ответил Чонгук и пошёл в сторону корпуса. Юнги остался стоять на парковке. Он сунул руки в карманы джинсов и посмотрел на небо. Серое, низкое, будто вот-вот заплачет. — Идиоты, — прошептал он себе под нос. — Мы все идиоты. В этот момент из-за угла выглянул Чимин. Он видел всю сцену  как Тэхёна вели, как он дрожал, как синяки виднелись даже с расстояния. И почему-то вместо злорадства  ведь этот омега его целовал, унижал, смеялся  он почувствовал только тошноту и страх. «С ним так поступили из-за меня»,  понял Чимин. — «Из-за того, что он посмотрел на меня». Он отступил обратно за угол, прижался спиной к холодной стене и закрыл глаза. В голове билась одна мысль: если они так могут сделать с тем, кто рядом с ними  что они сделают с чужим бракованным омегой, у которого вообще никого нет? — Эй, — раздался голос прямо над ухом. Чимин вздрогнул. Перед ним стоял Юнги — оказывается, он прошёл мимо и заметил его. — Ты чего прячешься? — Ничего, — выдохнул Чимин. — Просто... дышу. Юнги посмотрел на него долгим, читающим взглядом. Потом перевёл глаза на удаляющуюся фигуру Тэхёна, которого Джин почти вёл на руках. — Ты видел, — сказал Юнги. Это не был вопрос. — Видел, — тихо ответил Чимин. — И какие выводы? Чимин поднял на него глаза  испуганные, но упрямые. — Один вывод, — сказал он. — Я ни за что не стану чьей-то игрушкой. Юнги криво усмехнулся. — А если у тебя не спросят? Он развернулся и ушёл, оставив Чимина одного в холодном коридоре. Чимин вошёл в аудиторию и увидел Тэхёна, который сидел кое-как на стуле  скособочившись, перенеся вес на одно бедро, и даже не смотрел в его сторону. Красные волосы закрывали лицо, плечи вжаты. Он казался маленьким, сломленным  совсем не похожим на того самоуверенного омегу, который ещё вчера целовал Чимина у входа. В аудиторию зашёл Хосок и сел рядом с Чимином, бросив быстрый взгляд на Тэхёна. На их ряды никто не обращал внимания  студенты готовились к лекции, перешёптывались, кто-то доставал телефоны. Чимин не мог успокоиться. Внутри всё кипело от смеси страха, жалости и какого-то непонятного чувства вины. Он повернул голову к Хосоку и прошептал очень тихо, почти беззвучно: — Хосок, а Чонгук всегда такой жестокий, когда Тэхён его не слушает? Хосок вздохнул. Он посмотрел на Чимина долгим взглядом  в нём читалась усталость и предостережение. — Чимин, я же сказал, это не наше дело. Тэхён сам виноват. Не надо его жалеть, — голос Хосока был твёрдым, но тихим. — Он сначала злит Чонгука, а потом, когда получает от него... ну, сам видишь. Такое уже не в первый раз. Они уже больше двух лет встречаются. Тэхён привык. Чимин сжал ручку в пальцах. Привык? Как можно привыкнуть к тому, что тебя ломают, бьют, насилуют до крови? Он посмотрел на Тэхёна снова. Тот сидел неподвижно, только пальцы дрожали на крышке парты. — Но это же неправильно, — прошептал Чимин, чувствуя, как к горлу подступает ком. — Нельзя так с человеком. — А кто сказал, что в этом мире всё правильно? — Хосок пожал плечами. — Послушай, Чимин. Я тебя понимаю. Но если ты влезешь не в своё дело, пострадаешь сам. Чонгук не прощает, когда кто-то лезет в их отношения. А Тэхён... он тебя же и сдаст, если что. Ради того, чтобы выслужиться перед своим альфой. Он так уже делал. Чимин замолчал. Он знал, что Хосок прав. В школе он тоже пытался заступиться за одного омегу, которого травили альфы. В итоге тот сам же и облил его грязью перед обидчиками, лишь бы его оставили в покое. — Я просто... — Чимин не закончил. В этот момент дверь аудитории открылась, и вошёл Чонгук. Он был спокоен, даже весел. Кивнул Юнги, который уже сидел на подоконнике, и плюхнулся на стул рядом с Тэхёном. Чимин видел, как Тэхён вздрогнул, когда альфа положил ему руку на колено. — Как ты, малыш? — громко спросил Чонгук, не стесняясь окружающих. — Хорошо, — еле слышно ответил Тэхён. Чонгук одобрительно кивнул и погладил его по бедру. Жест был почти нежным  но Чимин заметил, как побелели костяшки пальцев Тэхёна, вцепившихся в край парты. Лекция началась. Чимин пытался слушать профессора, но взгляд то и дело возвращался к паре в первом ряду. Тэхён сидел, как кукла, не двигаясь. А Чонгук время от времени наклонялся к его уху и что-то шептал  и после каждого шёпота Тэхён мелко кивал. «Это не любовь, — подумал Чимин. — Это тюрьма». Но он промолчал. Потому что Хосок был прав: это не его дело. И он не хотел стать следующей игрушкой, которую сломают. Только почему-то на душе скребли кошки. И когда лекция закончилась, Чимин так и не поднял взгляда на Тэхёна  боялся, что в глазах того увидит что-то, что заставит его забыть о самосохранении.