Наруто - Бог Шиноби

В безмолвной пустоте небытия, где царили лишь вечная тьма и тишина, вспыхнула искра. Этот свет, не похожий ни на что виденное прежде, нес в себе семена творения — энергию настолько чистую и живую, что она сокрушила монотонное безмолвие пустоты. Эта разумная, но еще не осознавшая своего предназначения сила пульсировала потенциалом бесконечных возможностей. Одинокая сингулярность в бескрайнем ничто, она жаждала понимания и самовыражения. В стремлении обрести себя, воображение этой энергии развернулось, подготавливая почву для беспрецедентной трансформации. Это история о том, как всё возникло, рассказанная с точки зрения тех, кто был рожден из этой первозданной мощи. Пока энергия осмысливала свое существование, произошел колоссальный взрыв, породивший время и пространство. В новообразованном космосе энергия танцевала, трансформируясь, разделяясь и создавая внутри себя вечные контрасты. Из её сущности выделились три первозданные силы: Творение, обладавшее мощью порождать жизнь и материю; Разрушение, таившее в себе силы конца и обновления; и Хаос — непредсказуемая энергия, соткавшая саму ткань перемен. Взаимодействуя друг с другом, эти силы формировали мир. В бескрайних просторах первозданная энергия концентрировалась, порождая материю и её антиподов — антиматерию. Их соприкосновение вызывало рождение звезд, планет и галактик, раскрашивая холст мироздания светом и тенями. Небесные тела объединялись в галактики, а скопления галактик образовывали Вселенные. Бесконечное множество таких вселенных, подобно пузырькам в океане, составляло Мультивселенную, над которой возвышалась Гипервселенная. Но и она была лишь крошечной частью еще более грандиозного масштаба — Супервселенной, которую мы называем «Миром». Разумная энергия пронизала всё сущее, обретя имя самого Мира, хотя её истинная цель всё еще оставалась скрытой. Используя первозданные силы, она создала нечто, подобное себе, но в корне иное. Сгусток невероятной мощи пульсировал, сжимался и взрывался, пока из него не явилось существо — величественное и в то же время отвратительное. Массивное скопление щупалец, в центре которых горел единственный глаз. Открыв взор, оно осознало себя. Оно определило себя как первое творение, первое существо, рожденное из самой жизни. Его имя было Зеро — Первое Существо, единственное истинное Первозданное, Высшее, Бесконечное — Первый Бог. Как только Зеро осознал свою цель — создать существ, подобных ему, но отличных от него, — он раскинул свои щупальца. Его руки пронзили все Гипервселенные, разветвляясь во всех Мультивселенных и, наконец, достигнув каждой отдельной Вселенной. Он высвободил особую форму энергии, ставшую его клонами, но обладающую меньшей силой. Эти существа наполнили вселенные жизнью, наделив каждое создание собственным разумом и уникальными силами. Именно поэтому законы жизни и мироздания в каждой вселенной стали неповторимыми. В той вселенной, где начинается наша история, клон Зеро после своего появления принял человекоподобный облик. Это был мужчина с безупречно белой кожей, худощавым телосложением, точеными чертами лица и сияющими белыми волосами. Он был совершенно обнажен. Затем Зеро создал и другие формы жизни. Первым явился Джинсейгами, бог Жизни; вторым — Синигами, бог Смерти; третьим — Ками, бог Бытия; и четвертым — Ями, бог Запределья. Эти четверо стали известны как Четыре Силы Природы. Они разделили мир на три царства: Небесное, Земное и Ад. Начался процесс сотворения жизни, и множество планет в галактиках обрели разум, ставший основой самой природы. Природа породила первую микроскопическую жизнь, которая в ходе бесконечной эволюции привела к появлению множества существ. На самой вершине этой пищевой цепи, в качестве альфа-хищников, оказались люди. Люди не обладали физическим превосходством над многими другими расами, но их истинной силой стал интеллект. Именно благодаря ему они преодолели иерархию и создали цивилизацию. Наша история — о человеке, который не был связан узами судьбы этого мира. О том, кто отверг законы мироздания и власть самого Первозданного. Он возглавил восстание против самого бытия. Это история Наруто Н. Узумаки, который покорил «Мир». [17 лет спустя после нападения Девятихвостого] Данзо разжал печать на своей груди — ту самую, что напоминала технику Дейдары. Печать начала жадно высасывать его внутреннюю энергию, заставив Саске и Обито насторожиться. Обито среагировал мгновенно: он телепортировал Саске в тот самый миг, когда произошел удар. На мосту возникла огромная черная сфера, поглощающая всё на своем пути. Когда взрыв утих, на месте сражения не осталось даже капли крови. Обито и Саске были потрясены, решив, что часть их мести завершена, но они и не подозревали, что Данзо заранее подготовил систему призыва, позволившую ему вернуться. В другом месте, среди клубов дыма, появился Данзо. Вид его был плачевным: он лишился глаза Шисуи и искусственной руки, а из плеча хлестала кровь. Но он был уверен, что выживет. — Проклятые сопляки... — прохрипел Данзо. — Сначала эти Узумаки, теперь Учихи. Они думают, что я так легко погибну? Я вернусь. И я снова возьму их под свой контроль! Тук-тук-тук-тук. — Кто здесь? — резко спросил он. — Тск. Данзо, я же говорил тебе: всегда наступай только на тот камень, который выдержит твой вес. Иначе обязательно поскользнешься, — раздался спокойный голос. Из тени вышла фигура в черном снаряжении шиноби. На нем была куртка АНБУ, в одной руке он сжимал маску, а в другой — изящную катану. Его лицо украшали яркие светлые волосы, красные зрачки и глубокие отметины, напоминающие усы. Перед Данзо стоял Наруто Узумаки. С окровавленным клинком и безумной улыбкой на губах он смотрел на свою жертву. — А ты?.. — Данзо опешил. — Зачем ты здесь? И где мои АНБУ? — Разве ты не видишь? — Наруто лишь усмехнулся. Данзо перевел взгляд на окровавленную катану и начал складывать детали в единую картину. Его АНБУ были уничтожены самым «добросердечным» ниндзя Конохи. Он знал, что это не его истинная сущность, ведь по жестокости этот мальчишка не уступал Орочимару. Его сила превосходила мощь хвостатых зверей, но Данзо всегда недооценивал его интеллект, считая, что он на два шага впереди. Теперь это убеждение рухнуло. — Как ты нашел это место? — выдохнул Данзо. — Даже Хирузен не знал о нем. По всем моим расчетам, ты должен был быть в Стране Железа! — О, Данзо, ты всегда был осторожным и невыносимым, — Наруто сделал шаг вперед. — Но ты совершил одну ошибку: ты никогда не был впереди меня. На самом деле, всё это время я сам вел эту игру. — Но тебя не было в деревне три года! Твой шпион мог только наблюдать! Как ты мог изменить мои планы? — Разве я говорил, что я действую в одиночку? — Но ты раскрыл свою истинную суть лишь единицам! — возразил Данзо. — Хирузен и Джирайя мертвы. Цунаде и её ученик не проявляли инициативы. Нара и Абураме слишком осторожны, а Учиха был вне деревни. Как это могло повлиять? — Хм. Попробуй вспомнить, кто постоянно косвенно доставляет тебе неприятности? — Твоя розововолосая напарница по команде... — пробормотал Данзо. Наруто посмотрел на него так, словно тот только что сказал несусветную глупость. — Но она недостаточно сильна, а Цунаде не могла ею манипулировать! В чем смысл? — Возможно, Цунаде и не могла. Но ты не знаешь, кто еще мог это делать. Данзо озадаченно замер. По его сведениям, единственными близкими людьми к Сакуре были её родители и Какаши. Ни один из них не знал о истинной сути Наруто, а девушка из клана Яманака не была достаточно влиятельна. Внезапно его осенило. Если его догадка верна, то почти все кланы Конохи — или даже вся деревня — всё это время были марионетками в руках Наруто. — Это... это принцесса Хьюга? — дрожащим голосом спросил Данзо. Наруто злобно усмехнулся. Данзо почувствовал, что перед ним не человек, а монстр, пришедший пожрать его душу. — Дин-дин-дин! Отлично, Данзо. Теперь ты понимаешь? Весь этот план был направлен не на захват Конохи, а на то, чтобы объединить пять наций под одним флагом. У меня есть планы и поважнее. Твоя полезность исчерпана. Я исполню обещание, данное Джиджи много лет назад: «Я утоплю тебя в пучине отчаяния, пока ты не сойдешь с ума». Прощай, моя третья по величине пешка. Встретимся в аду. Наруто занес меч для удара, но Данзо в отчаянии закричал: — ПОДОЖДИ! Подожди минуту! Меч замер в дюйме от шеи. — Если ты убьешь меня сейчас, это вызовет политический хаос! — взмолился Данзо. — Цунаде еще не вышла из комы! Система рухнет, и Коноха падет! Ты же не хочешь уничтожить деревню, которую так «любишь»? Что скажут Цунаде, твоя девушка, твои погибшие родители, Хирузен и Джирайя?! — Похоже, ты что-то путаешь, Данзо, — холодно ответил Наруто. — Я никогда не любил Коноху. С самого детства. — Что?! — С того рокового дня, когда мне было четыре года... Когда толпа пыталась сжечь меня заживо. Именно ты организовал тот инцидент. Ты дал мне причину и мотивацию стать сильнее. И теперь ты в моих руках, и твои грязные ладони могут только молить о пощаде. В этот момент пространство вокруг них заполнилось рунами, и вспыхнул красный барьер. От Наруто начали исходить волны чакры настолько плотные, что казалось, будто перед ним стоит целая армия Девятихвостых. Воздух стал тяжелым, Данзо стало нечем дышать. Пространство начало искажаться. Взглянув на Наруто, Данзо в ужасе увидел, как духовная энергия превращает мальчика в подобие высшего существа, истинного Бога, пришедшего вершить суд. Он понял: красный барьер был нужен лишь для того, чтобы скрыть эту мощь. Если бы не он, о чакре Наруто узнала бы вся планета. Впервые Данзо испугался не за свою жизнь, а за всё человечество. Он осознал, что именно он создал этого зверя, и если Наруто захочет, он сотрет планету с лица земли. Теперь всё встало на свои места. Все эти годы: резня Учих, маска Наруто в академии, его миссии, встреча с Джирайей, нападение Орочимару, спасение Цунаде, предательство Саске, его странствия, тайные тренировки Хинаты... Все эти события были либо использованы им, либо созданы им самим. Наруто Узумаки не был гением или последним надеждой. Он был великим манипулятором, который управлял самой судьбой. — С каких это пор я попал в твою ловушку? — прохрипел Данзо. — Хм, я бы сказал, что девять лет назад, когда мы впервые встретились. Но ты был не совсем на поводке, так что, пожалуй, пять лет назад, после экзамена на Чунина. — Учиха знал о твоей силе, но ты всё равно позволил ему уйти к Орочимару... — Данзо горько усмехнулся. — Теперь я понимаю. Ты использовал Учиху, чтобы сделать меня своей марионеткой, а когда моя роль закончилась, ты пожертвовал мной, чтобы поставить Учиху на нужное тебе место. Ха-ха! Ты поистине великий Наруто Узумаки! Ты используешь нации как пешек! В Конохе никогда не было никого подобного тебе. Ты сам написал судьбу этого мира. Ты стал Богом! — Богом? — Наруто презрительно выплюнул это слово. — Какое отвратительное слово. Говорят, чтобы победить чудовище, нужно самому стать им. Прости, Хината-чан, но в этой войне нам предстоит сражаться не только с ниндзя, но и с целым кланом полубогов и Верховным Богом. Скорее всего, я тоже погибну. Какой я презренный человек — оставляю жену и еще не рожденного ребенка в этом жестоком мире. Но я отчетливо помню, с чего всё началось. [17 лет назад] Картина ужаса: пылающая деревня, руины, крики умирающих и гигантская лиса, несущая смерть в самом центре поселения. Сцена меняется. Мы видим Девятихвостого, скованного цепями. Его когти замерли в миллиметре от двух людей: мужчины с золотистыми волосами и женщины с огненно-рыжими волосами. Перед ними, на алтаре, лежит новорожденный младенец. — Кушина, у нас мало времени, — прошептал Минато. — Наш сын должен услышать твои последние слова. — Прости, Минато... — проговорила Кушина, с трудом сдерживая слезы. — Я знаю, как важно присутствие отца... — Не беспокойся обо мне. Отцу не нужны слова, чтобы передать свою любовь. — Наруто... — прошептала она. — Пожалуйста, не будь привередлив в еде, ешь много, чтобы вырасти сильным. Не засиживайся допоздна, высыпайся. Заводи друзей, но не ищи их слишком много, достаточно нескольких верных людей. Учись усердно, и если что-то не получается — не опускай руки. Уважай учителей и старших. И помни три запрета шиноби: будь осторожен с деньгами, не пей алкоголь и... берегись плохих женщин. Найди ту, которую полюбишь на всю жизнь. И, Наруто... берегись Джирайи-сенсея. Ох, сколько всего я хотела сказать... Прости, что оставляю тебя одного в этом жестоком мире с таким тяжелым бременем... — Шики Фуин: Печать Восьми Тетраграмм! — выкрикнул Минато. Тело Девятихвостого превратилось в чистую энергию и впиталось в тело младенца. На животе ребенка проступила печать. Родители замерли, мертвые, но с любовью в глазах. Так родилась легенда. [4 года спустя] Маленький мальчик со светлыми волосами и тремя полосками на щеках, одетый в лохмотья, бежит босиком по земле, оставляя за собой кровавые следы. За ним гонятся те, кто скрывает свои чудовищные намерения под маской справедливости. Жизнь Наруто никогда не была легкой. С самого рождения он познал лишь боль и одиночество. Из-за неосторожности Третьего Хокаге статус Джинчурики стал известен всем, и с тех пор даже еда была для него роскошью. В приюте к нему относились как к мусору. Его названные братья, Шин и Сай, тайно кормили его, но после одного инцидента они исчезли, оставив ребенка на растерзание толпе. Опекуны морили его голодом и позволяли любому издеваться над ним. Он выжил лишь благодаря негласной защите АНБУ. Ему не давали нормальной одежды, а мыли его лишь раз в месяц, когда приходил Хокаге, чтобы присвоить себе пособия. Только Хирузен был к нему добр, и только благодаря его книгам Наруто научился читать и писать. 10 октября, День фестиваля Кьюби. Наруто стоял перед надзирательницей, дрожа от страха. Женщина смотрела на него с ненавистью. — Что тебе нужно, сопляк? — бросила она. — М-мама... Можно мне сегодня выйти на фестиваль? Все дети гуляют, а мне нельзя... Я обещаю, я не буду мешать! Пожалуйста... — он уже начал плакать. Надзирательница задумалась. «Если он выйдет сегодня ночью, мы наконец сможем избавиться от этого проклятого демона. Никто не станет скорбеть о смерти монстра». — Ладно, — внезапно сказала она. — Возьми деньги и иди. И не возвращайся, когда стемнеет. — Правда?! Спасибо! Обещаю, я буду вести себя хорошо! — мальчик, сияя, выбежал на улицу. На фестивале было чудесно. Фонари, фейерверки, яркие краски. Наруто подошел к киоску с едой. — Сколько это стоит? — спросил он. — Убирайся, монстр! — рявкнул продавец. — Мы не обслуживаем таких, как ты! — Я... я прошу прощения... — Наруто бросился прочь, сдерживая слезы. Вскоре толпа начала сгущаться. — Это тот самый мальчик-демон! — Уходи! — Он пришел устроить беспорядок! Он бежал, не разбирая дороги, и скрылся в темном переулке. Кто-то наблюдавший за ним из тени, ухмыльнулся. Человек запрыгнул на крышу и увидел плачущего ребенка. Он спрыгнул вниз, а затем направился к толпе, которая уже собирала оружие — вилы, копья и факелы. — Я нашел его, — произнес незнакомец, обращаясь к людям. — Ждите меня у западных ворот через полчаса. Толпа кивнула. Человек исчез. Спустя мгновение он появился перед Наруто. Мальчик поднял на него испуганные глаза. — К... кто вы? — пролепетал он. Незнакомец не ответил. Он оглушил ребенка и завернул его в сверток. Толпа ждала. Они потеряли семьи во время нападения Кьюби и требовали казни Джинчурики. Сегодня они верили, что месть близка. Вскоре появился шиноби с бумажным свитком. Толпа передала ему мешок с деньгами, и он исчез. Женщина открыла сверток и увидела спящего мальчика. Все они радостно улыбнулись. [Точка зрения Какаши] У Какаши был ужасный день. Проваленная миссия, предательство клиента, отсутствие еды и зарплаты... А теперь еще и Наруто пропал из приюта. Югао и Ину тоже заметили неладное и, почувствовав неладное, отправились в лес. На поляне они увидели кошмар: Наруто был прибит к столбу, изрезанный и обожженный. Толпа смеялась, наблюдая за его мучениями. — Сэмпай, спаси его! — воскликнула Югао. — Я разберусь с ними! Ину мгновенно потушил огонь и освободил мальчика. Когда толпа попыталась сбежать, из тени вышел АНБУ в маске кота. Через десять секунд все на поляне были мертвы. Какаши ворвался в больницу с криком о помощи. Медсестра лишь презрительно фыркнула: — Мы не лечим демонов. Оставьте его умирать. — Это приказ Хокаге! — прорычал Какаши. — Немедленно готовьте операцию! Операция длилась четыре часа. Наруто выжил. Когда пришел Хирузен, он почувствовал облегчение, но знал: впереди самое сложное — выход ребенка из комы. [В сознании Наруто] Наруто падал в бесконечную бездну. Его схватили щупальца, утягивая в темноту, но чья-то рука остановила его. Он обернулся и замер. — Четвертый Хокаге... — прошептал он. Яркий свет поднял его. Перед ним стоял Минато. — Привет, Наруто. Не думал, что мы так скоро встретимся. Из-за решетки раздался яростный рев. Это был Девятихвостый. — Проклятие тебе, Четвертый! Из-за тебя я заперт в этом сопляке! — Он слишком шумный, пойдем в другое место, — улыбнулся Минато. Пейзаж изменился: бескрайние равнины, горы и океан. — Ты действительно он? — спросил Наруто. — Ты жив? — Я — Четвертый Хокаге. Я жив, а вот ты... ты не мертв. Мы в твоем подсознании. Наруто был потрясен. Он нашел семью. Он бросился к Минато, обнимая его и горько плача. — Я знаю, что я подвел тебя, — прошептал Минато, чувствуя, как его чакра угасает. — Я не заслуживаю твоей любви. Но если боги услышат мою молитву, пусть я хотя бы раз смогу утешить своего сына. Минато рассказал правду. Нападение не было случайностью. Это была спланированная атака. — Помни, сын мой, — сказал Минато, погружаясь в вечный сон. — Мы с матерью будем любить тебя, какое бы решение ты ни принял. Наруто плакал, но когда слезы высохли, в его глазах осталась лишь пустота и ярость. Его ненависть была настолько велика, что даже Кьюби почувствовал холод. — Почему я? Почему этот мир отверг меня? — прошептал он. — Жители Конохи — не люди, а отбросы. Они называли меня демоном. Я покажу им, что такое настоящий демон. Этот мир будет моим. Я его покорю. Снова кадр: Наруто вырывается из света и падает в бездну, но на этот раз тьма не поглощает его. Она склоняется перед ним. Это начало истории «Великого бунтаря» — Наруто Узумаки, который сокрушит даже богов. Ни одна жизнь не будет пощажена. Глава 2: Перемены Неделю спустя Наруто выписали из больницы. Все это время, пока он находился в коме, у него была возможность размышлять о своем положении и о тех решениях, которые принял Третий Хокаге. Хирузен приходил к нему каждый день, поражаясь невероятной скорости выздоровления мальчика. Видеть внука в таком состоянии было невыносимо больно, но Наруто понимал: в этой богом забытой деревне только Хирузен действительно заботился о нем. Осознание того, что место, которое когда-то называло его домом и должно было защищать и любить, предпочло лишь сострадать его страданиям, стало тяжелым ударом для невинного ребенка. Когда Наруто очнулся спустя шесть дней, Хирузен был первым и единственным, кто заговорил с ним, не считая медицинского персонала. Это дало мальчику представление о том, как сильно его приемный дедушка ценит его, хотя он также понимал: Хирузен намеренно никогда не рассказывал ему о родителях, даже зная о них всё. Но об этом он будет думать позже. Сейчас он был слишком зол, чтобы на чем-либо сосредотачиваться. «Неужели это и есть настоящий мир? Если так, то я больше никогда не позволю себя сломить. Больше никогда в этом мерзком месте!» В его глазах на мгновение вспыхнул огонь ненависти, но он тут же погас, сменившись апатичным, холодным взглядом, напоминающим бездну, способную поглотить любого, кто осмелится заглянуть в неё. В этот момент дверь палаты открылась, и вошла медсестра. Она не смотрела прямо на мальчика, поэтому ему удалось вернуть лицу безразличное выражение — он понимал, что в его состоянии не сможет изобразить фальшивую улыбку. Когда взгляд женщины всё же остановился на нем, она увидела израненное, безжизненное лицо ребенка, и её сердце наполнилось сочувствием к его судьбе. — К вам пришли посетители, — мягко произнесла она, пытаясь успокоить мальчика. — Хотите с ними встретиться? Наруто лишь кивнул, догадавшись, что пришел дедушка. Медсестра вышла, и через несколько мгновений в комнату вошли трое. Первым шел Хокаге — Хирузен Сарутоби, а за ним — двое оперативников АНБУ: мужчина и женщина. Наруто не раз видел женщин в масках АНБУ рядом с дедом, но впервые заметил мужчину с торчащими серебристо-белыми волосами. Впрочем, сейчас это было не важно. Хирузен смотрел на мальчика с такой глубокой грустью, что даже его привычная маска спокойствия давала трещину. Он собрался с духом, понимая, что не может позволить себе проявить предвзятость. — Как ты себя чувствуешь, мой мальчик? — спросил он с улыбкой, но Наруто сразу понял: за этим жестом Хирузен пытается скрыть подступающие слезы. — Со мной всё в порядке, Джиджи, — бодро ответил Наруто, стараясь успокоить старика. — Врачи помогли мне, и люди в масках тоже. Хирузен лишь скептически улыбнулся. Он не верил, что пережитая травма не оставила глубокого следа в психике ребенка. — Наруто, я обещаю тебе: подобное больше никогда не повторится. Эти люди в масках будут защищать тебя. — Правда, Джиджи? Спасибо большое! Я никогда этого не забуду! Наруто с восторгом обнял дедушку, но в его глазах, скрытых от взглядов Хокаге и АНБУ, затаилась серьезная тоска. «Я очень благодарен тебе, Джиджи. Даже если ты лжешь мне, ты делаешь это ради моей защиты. Я всегда буду помнить это, но я больше никогда никому не буду доверять. Если я захочу защитить себя, я сделаю это своей собственной силой, а не чьей-то еще. Я стану настолько сильным, что никто и никогда не сможет растоптать меня или моих близких». Прошло три недели. Наруто выписали из больницы. Хирузен навещал его еженедельно, принося подарки, а оперативник АНБУ в маске собаки взял его под постоянную негласную охрану. — Хорошо, Наруто, результаты анализов готовы. Похоже, тебя выпишут через два дня после планового осмотра, — тихо произнес Ину. На лице мальчика появилась улыбка, но за ней скрывалась хмурая гримаса. «Всё как обычно. Но в этот раз я не позволю жителям деревни делать всё, что им вздумается. И я не должен позволить этой маске сползти, иначе это создаст проблемы для Джиджи». — Тогда, Ину-сан, можно мне снова пойти поесть рамена? — с энтузиазмом спросил он. Ину лишь усмехнулся в ответ: — Конечно. Через два дня, после завершения осмотра, Наруто незаметно для окружающих покинул больницу. Перед уходом он прихватил хирургический скальпель из медицинского оборудования. Он стал еще осторожнее и понимал: ему нужно оружие для самозащиты. В это время в деревне среди жителей зрело недовольство. Те, кто участвовал в нападении на мальчика, надеялись, что на этот раз они навсегда покончат с «демоническим сорванцом». Однако их планы рухнули, когда стало известно, что ребенка лечат врачи под личным надзором Хокаге. Их многонедельные попытки устранить угрозу провалились, и теперь они таили обиду на лидера. На самом деле, гнев жителей всегда был направлен на беззащитного мальчика, а не на Сарутоби, который был героем двух великих войн ниндзя и стал Хокаге в шестнадцать лет. Они боялись противостоять сильнейшему шиноби Конохи, поэтому вымещали свою ярость на ребенке. Их ненависть ослепила их. Увидев, что мальчика выписали совершенно здоровым, двое жителей не смогли сдержать чувств. — Что, этот демон полностью выкарабкался? — прошипел первый. — Мы ведь позаботились о том, чтобы нанести ему непоправимый вред! — Тише ты! — одернул его второй. — Разве ты не слышал указ Хокаге? Нападение на ребенка карается суровым наказанием. Первый лишь недовольно хмыкнул: — Да, я знаю. Но я не верю, что он здоров. Может, Хокаге-сама просто поддался влиянию демона? — Возможно... — ухмыльнулся второй. — Слушай, у меня есть идея. Почему бы нам не прикончить этого сопляку сейчас? Если нам повезет, Хокаге-сама даже наградит нас за то, что мы освободили деревню от власти демона. — А это неплохая мысль. Смотри, он идет. Пойдем за ним. Наруто шел по улицам, не оборачиваясь, но он уже чувствовал их присутствие. После разговора с отцом в него проникла часть чакры Кьюби, наделив его способностью чувствовать чужую злобу. Как только он покинул пределы больницы, его захлестнула волна негативной энергии. Он увидел двух мужчин средних лет, смотревших на него с неприкрытой ненавистью. «Отлично. Я еще даже не вышел из деревни, а они уже готовы меня убить. Но в этот раз я этого не допущу. Посмотрим, к чему приведет моя решимость». Сначала Наруто вел себя как потерянный ребенок, бродя по улицам в случайном направлении, а затем начал менять маршрут. — Похоже, он идет в сторону квартала развлечений, — прошептал один. — Наверное, возвращается домой. Но Наруто свернул с пути и направился к памятнику Хокаге, а затем и вовсе пошел в сторону леса. — Он идет к башне Хокаге? Нет, он сворачивает в лес! — обрадовался второй. — Сегодня наш счастливый день! Они старались держаться позади, чтобы не попасться на глаза патрульным шиноби. Они не подозревали, что Наруто намеренно уводит их подальше от деревни. Он знал маршруты патрулей как свои пять пальцев. Ни Наруто, ни Хирузен не догадывались, что мальчик, благодаря крови клана Узумаки, обладал врожденными способностями сенсора. Когда троица вышла за пределы стен, младший из нападавших почувствовал внезапный, необъяснимый ужас. — Старший брат, что-то не так... Мне кажется, сейчас случится что-то плохое. — Это просто нервы, — отрезал первый. — Смотри, цель уже совсем близко. — Нет, я чувствую... Может, вернемся? — НЕТ! Мы зашли слишком далеко. Я доведу это до конца! Они обернулись и увидели, что мальчик исчез. — Черт! Куда он делся? Я поищу на востоке, а ты — здесь! Ответа не последовало. Старший обернулся и увидел лишь своего брата, лежащего на земле с глубоким порезом на шее. — БРАТ! — закричал он. Он упал на спину, отчаянно отползая назад, озираясь по сторонам безумными глазами. Но чья-то рука мгновенно зажала ему рот, а лезвие прижалось к горлу. Он попытался обернуться, но увидел лишь ледяные голубые глаза, смотрящие прямо в душу. Он даже не успел почувствовать боли, как его горло было перерезано. Второй упал замертво с застывшим на лице ужасом. Наруто стоял над двумя трупами в лужах крови и смотрел на небо, по которому собирались пролиться дождевые тучи. «Ха. Что это за чувство? Пустота. Говорят, первое убийство преследует человека всю жизнь, но я не чувствую ни капли вины». Он сначала тихо улыбнулся, затем начал смеяться — громко, но в этом смехе не было ни веселья, ни радости, ни печали. — Ха-ха-ха-ха! Берегись, мир! Я собираюсь дать отпор! Что бы ты ни бросил в меня, я верну это в тысячу раз больше! Внутри печати внутри него Девятихвостый тоже оскалился в ухмылке. «Моя интуиция была верна. Твоя тьма станет твоей силой. Посмотрим, как ты справишься с моей ненавистью, грядущий БОГ». Вскоре начался проливной дождь. Наруто бросил нож и побежал обратно в деревню. Следы преступления было невозможно обнаружить — дождь смыл всё. Четыре года спустя Наруто сидел в классе, смертельно скучая и глядя в окно. Классным руководителем был Ирука Умино — мужчина среднего роста в стандартной форме чунина, со шрамом на носу и волосами, собранными в хвост. Он объяснял основы основ для шиноби. Большинство учеников внимательно слушали, но Наруто был явно не здесь. Рядом с ним спал мальчик с волосами-ананасами и в футболке с символом клана Нара — Шикамару Нара, один из его немногих близких друзей. По другую сторону сидел пухлый Чоджи Акимичи, наследник клана Акимичи, который с аппетитом уплетал чипсы. За эти годы Наруто обзавелся связями. Среди его знакомых были дети влиятельных кланов: Ино Яманака, Киба Инузука, Сакура Харуно, Хината Хьюга и даже Саске Учиха. Однако по-настоящему близкими друзьями для него были только Шикамару, Чоджи и Шино Абураме. С ними он был искренен. К Хинате он испытывал странные, противоречивые чувства, которые не мог объяснить, и интуиция подсказывала ему, что использовать её чувства в своих целях — плохая идея. Вскоре после того инцидента Наруто начал собственное расследование. Он искал информацию о родителях и в итоге нашел дневник матери. [Воспоминание] В разгар праздничной ночи Наруто пробирался через стены Конохи, направляясь к окраине клановых поселений. Он старался быть максимально незаметным. Перед ним стояло двухэтажное здание с высокими стенами и защитными печатями. Подойдя к двери, он не почувствовал чужого присутствия. Дверь была запечатана. Пользуясь инструкциями отца, он сделал надрез на пальце и прижал окровавленный большой палец к центру двери, вливая в неё чакру. Печать на секунду вспыхла красным, и дверь со скрипом поддалась. Внутри было чисто, несмотря на прошедшие годы. Защитные пломбы работали исправно. Пройдя через длинный коридор, он зашел в комнату матери. В шкафу среди вещей шиноби он нашел простую книгу с надписью: «Дневник Кушины». Он листал страницы, узнавая историю своей матери. Она была принцессой Водоворота, дочерью 159-го даймё Страны Водоводов и наследницей Узушиогакуре. Она рассказала о том, как была призвана в Коноху Мито Узумаки, чтобы стать вторым джинчурики Девятихвостого. Она писала о трудностях жизни в Конохе, о том, как на иностранку смотрели свысока, и о своей команде, в которую входили Микото Учиха и Мебуки Харуно. Она писала о похищении кланом Кумо, о спасении, которое совершил Минато, и о том, как влюбилась в него. Она стала джонином и тайно вышла замуж за Четвертого Хокаге. Наруто закрыл книгу. Его поразили не столько рассказы о подвигах, сколько та безграничная, безусловная любовь, которую мать вкладывала в каждую строчку. Затем он перешел в кабинет отца. Там он обнаружил множество свитков с дзюцу, включая записи о технике «Летящего Бога Грома». Хотя он не смог сразу освоить её, он забрал свитки по тайдзюцу стиля Узумаки и стиля Колибри, которыми владел его отец. В ходе своего расследования Наруто выяснил, что большинство кланов относятся к нему нейтрально, но в гражданском совете его многие презирают. Лишь Казаши и Мебуки тайно пытались помочь ему. Он также узнал, что Микото Учиха не раз пыталась усыновить его, но совет блокировал эти возможности. Наруто был благодарен им и поклялся отплатить тем же. [Конец воспоминания] После этого дня Наруто начал тренироваться в лесу, вдали от посторонних глаз. Поскольку он был еще ребенком, он сосредоточился на физической подготовке и тайдзюцу. За четыре года он достиг уровня чунина в рукопашном бою и научился бегать без остановки двое суток. Он стал мастером скрытности и научился идеально контролировать свои эмоции, сохраняя маску обычного ребенка перед жителями деревни. Он знал: его истинная сила должна остаться тайной, пока придет время нанести удар. Он снова посмотрел на одноклассников, и на его губах заиграла ухмылка, от которой у Шикамару по спине пробежал холодок. «Посмотрим, как далеко я смогу зайти». Он еще не осознавал своего истинного потенциала и не знал, что судьба больше не властна над ним.