Мое Самоубийство

«Меня зовут Оля, и моя жизнь – это мучительная тайна. Я безумно влюблена в девушку своей лучшей подруги. Это чувство поглощает меня, неумолимо, вопреки всякой логике и морали. Каждый раз, когда Даша появляется в поле моего зрения, мир вокруг замирает. Моё сердце начинает бешено колотиться, словно пытаясь вырваться из груди, а дыхание перехватывает. Помимо этой всепоглощающей страсти, меня терзает невыносимое чувство вины перед Катей. Она, моя самая близкая подруга и даже не подозревает о предательстве, которое я таю в своей душе. Возможно, ей не стоило нас знакомить. Эта встреча стала началом моего личного ада. Уже четвёртый месяц я медленно сгораю от неразделённого чувства. Взаимности нет и быть не может. Даша беззаветно любит Катю, их привязанность и нежность очевидны каждому, кто на них посмотрит. Я чувствую себя абсолютно опустошённой, мне нечего терять в этой жизни. Поэтому я решаюсь на отчаянный, возможно, безумный эксперимент. Если до конца месяца облегчение не наступит, я приму окончательное решение. Я покончу с этим. Эта пытка невыносима. Неразделённая любовь к Даше терзает меня, а вина перед Катей уничтожает изнутри. Осталось 30 дней» — Что ты там пишешь? — Катя бесцеремонно подалась вперед, пытаясь заглянуть в раскрытую тетрадь. Оля мгновенно захлопнула её, стараясь сохранить невозмутимое выражение лица, хотя внутри всё похолодело от страха разоблачения. — Ничего особенного. Ты уже выбрала подарок для Даши? — Оля резко сменила тему, быстро запихивая тетрадь в рюкзак. Катя досадливо поморщилась, не заметив странного поведения подруги. — Да нет… Я из-за этих бесконечных сессий совершенно выбилась из сил и ничего не успела купить. Просто ужас какой-то, времени катастрофически не хватает. Думаю заглянуть в торговый центр сразу после пар. Поедешь со мной? Поможешь выбрать что-нибудь дельное. Сердце Оли пропустило удар. Идти выбирать подарок для той, кого она любит, вместе с той, которая занимает место, предназначенное для неё самой – это испытание кажется садистским. — Нет, не смогу, — Оля произнесла это суше, чем планировала, и поспешила подняться со стула. — Мне нужно плотно заняться подготовкой к экзамену, я отстаю. — Ну ладно, как хочешь, — Кищук пожала плечами, всё еще поглощенная своими мыслями. — Тогда увидимся позже? Встречаемся у поворота, как обычно? — Да, хорошо, — Оля коротко отбила пять в знак прощания и поспешила прочь. С каждым шагом тяжесть внутри становится всё невыносимее. Ей нужно было остаться одной, чтобы хотя бы на время спрятаться от этой давящей реальности. Сегодня у Даши день рождения. Мы договорились отпраздновать его в одном из самых популярных клубов города. Честно говоря, сама мысль о шумной вечеринке вызывает у меня лишь глухое раздражение. Мне хочется запереться дома и выключить телефон, но я не могу позволить себе такую роскошь, подруги непременно заметят моё отсутствие и обидятся. Приходится заставлять себя собираться. Я наношу макияж, стараясь сделать его максимально нейтральным, и надеваю черное облегающее платье. Ткань плотно облегает тело, подчеркивая каждый изгиб, и в зеркале я вижу девушку, которой совершенно не хочется быть. Мысли предательски ускользают в сторону. Интересно, обратит ли на меня внимание Даша? Понравится ли ей мой образ? Я резко одергиваю себя, чувствуя, как внутри нарастает холод: «Боже, о чем я вообще думаю? Это же катастрофа». Схватив сумочку и пакет с подарком, я вылетаю из квартиры, словно надеясь, что бегство поможет оставить эти мысли за порогом. На привычном повороте меня уже ждет Катя. Она выглядит безупречно, и при одном взгляде на неё меня накрывает новой волной вины, которая становится почти физической болью. — Привет, — Катя лучезарно улыбается, не замечая, как сильно я сжимаю лямку сумки. — Ты отлично выглядишь. Даша будет в восторге, что мы все сегодня соберемся вместе. Надеюсь, ты готова тусить до утра? — Конечно, — отвечает Оля, выдавливая из себя слабую улыбку. Минуты тянулись мучительно медленно. Я не сводила глаз с танцпола, где Даша собственнически притягивала Катю к себе. Они двигались в такт какой-то попсе, абсолютно растворяясь друг в друге, а я чувствовала себя лишней на этом празднике. Вино в моем бокале почти закончилось, оставив на дне лишь горьковатый осадок. Внезапно мягкое сиденье дивана рядом со мной прогнулось. Я повернула голову и столкнулась с пристальным, изучающим взглядом незнакомки. В её облике читалась вызывающая уверенность, которая в моем нынешнем состоянии вызывала лишь острое раздражение. — Вечер слишком короткий, чтобы проводить его с таким хмурым лицом, — незнакомка улыбнулась, демонстрируя красивую щербинку. — Привет. — Я не заинтересована в новых знакомствах, — ответила Оля, придав голосу максимальную холодность. — Неужели? Даже если я очень постараюсь стать исключением? — девушка придвинулась ближе, игнорируя дистанцию. — У тебя взгляд человека, которому срочно нужно переключить внимание на что-то более... приятное. — С тобой я не стану знакомиться тем более, — отрезала Оля, надеясь, что ее тон поставит точку в этом бессмысленном разговоре. — Твоя навязчивость не делает тебя привлекательной. Девушка лишь шире усмехнулась, ничуть не задетая ответом. Она бесцеремонно положила ладонь на Олино колено и медленно провела пальцами по ткани платья, сокращая расстояние между ними до минимума. — А мне кажется, тебе просто нравится сопротивляться, — прошептала девушка, наклонившись к ее уху. Меня захлестнула волна ярости. Я резким, грубым движением сбросила её руку, чувствуя физическое отвращение от этого прикосновения. — Немедленно убери от меня свои конечности, — голос Оли прозвучал как удар хлыста. — Я не давала тебе ни малейшего повода думать, что мои границы можно нарушать. Я не объект для твоих дешевых игр. Ищи себе развлечение в другом месте, пока я не позвала охрану. Не дожидаясь ответа и не желая видеть её удивленное лицо, я стремительно поднялась с дивана. В голове пульсировала лишь одна мысль: мне нужно еще алкоголя, чтобы заглушить и эту встречу, и ту невыносимую нежность, которой Даша продолжала одаривать Катю на танцполе. Я направилась к барной стойке, даже не оглянувшись. — Виски, двойной! — Оля почти кричала, пытаясь перекрыть грохот басов, от которых вибрировал пол под ногами. Решение было окончательным, сегодня я сотру себя в порошок. В конце концов, у меня был весомый повод – мое собственное медленное самоуничтожение. Я бросила взгляд на танцпол: Даша и Катя слились в страстном поцелуе, не замечая вокруг никого, кроме друг друга. Я горько усмехнулась, чувствуя, как внутри всё сжимается от боли, и одним залпом осушила стакан. Обжигающая жидкость провалилась в желудок, принося лишь кратковременное оцепенение. Сколько времени прошло.. я не знаю. Зал тонул в разноцветных всполохах света, становясь всё более сюрреалистичным. Подруг я так и не нашла: вероятно, они уже отправились к Кате, чтобы продолжить вечер в уединении. Эта мысль ударила по сознанию острее, чем алкоголь. «Черт, о чем я вообще думаю? Почему я не могу перестать терзать себя этим?» Я отчаянно пыталась выгнать эти образы из головы, но они преследовали меня, как призраки. К выходу я добиралась словно по зыбкой поверхности, ноги стали ватными, а вестибулярный аппарат окончательно капитулировал. Мир вокруг расплывался акварельными пятнами. Вцепившись в холодные перила, я попыталась удержать равновесие, но гравитация победила. Резкий удар об асфальт пронзил тело острой болью. Последнее, что я помнила – как чьи-то руки бросились ко мне, пытаясь помочь подняться, и чей-то смутно знакомый голос, пробивающийся сквозь пелену небытия. Утро встретило меня тяжестью в голове и ослепительно белым потолком, который я видела впервые. Я зажмурилась, пытаясь отогнать пульсирующую боль, а затем резко вскинулась, осознав, что нахожусь в чужой квартире. Паника накрыла меня ледяной волной. Где я? Что произошло? Я не успела даже сформулировать вопрос, как в дверном проеме показалась фигура. — Проснулась? В девушке, стоявшей передо мной со стаканом воды, я безошибочно узнала ту самую «нахалку» из клуба. Мое сердце замерло. — Господи... Только не говори, что между нами что-то было, — Оля судорожно прижала ладонь к губам, чувствуя, как внутри всё сжимается от ужаса. — Было, — девушка небрежно пожала плечами и сделала шаг навстречу. — И должна признать, ты превзошла все мои ожидания. — Нет, нет, нет... — Серябкина зажмурилась, закрывая лицо руками. Этого просто не могло произойти. Только не с ней, только не после вчерашнего. — Расслабься, я шучу, — весело рассмеялась она, явно наслаждаясь чужой паникой. — Ничего не было. Ты отключилась сразу же, как только твоя голова коснулась подушки. — Ты вообще в своем уме? — выкрикнула Оля, убирая руки от лица. Сердце колотилось где-то в горле от пережитого испуга. — Не совсем. Я Лена, — она с улыбкой протянула ладонь. — Оля, — Серябкина проигнорировала её жест, но жадно уставилась на стакан. Лена поняла всё без слов и протянула воду. Я осушила стакан за несколько секунд, чувствуя, как прохладная влага немного возвращает меня к реальности. — Как я вообще здесь оказалась? — Всё просто, — Лена забрала пустой стакан. — Возвращаюсь я вчера домой, отвергнутая одной неприступной незнакомкой. И прямо у лестницы вижу эту самую незнакомку, лежащую на асфальте. Мне стало любопытно, да и оставлять тебя там было бы жестоко. Вот и решила приютить. — Ну... спасибо, наверное, — пробормотала Оля, чувствуя, как к горлу подступает стыд. — Одной благодарности мало, — Лена лукаво прищурилась, наклонив голову набок. — Как насчет поцелуя в знак признательности? — Может, мне сразу переспать с тобой? — язвительно спросила Оля, пораженная её наглостью. — Я абсолютно не против, — Лена непринужденно опустилась на край кровати. В ту же секунду ей в лицо полетела подушка. Лена со смехом поймала её у самой груди. — Я, по-твоему, похожа на ту, кто ложится в постель с первой встречной? — возмутилась Оля, пытаясь скрыть за злостью собственную уязвимость. — Ну, после вчерашнего мы уже далеко не чужие люди. Мы пережили вместе то, до чего некоторые семейные пары годами не доходят. — Прекрати этот бред, — бросила Оля, поднимаясь на ноги. Голова всё еще кружилась, но оставаться здесь больше не было сил. Я направилась к выходу. — Эй, ты куда? — крикнула Лена в спину. Она сидела на кровати, с легкой улыбкой вертя в руках пустой стакан. В этот момент во мне что-то надломилось. Накопленная злость на себя, похмелье, отчаяние от неразделенной любви к Даше и чувство вины перед Катей вырвались наружу безумным, неосознанным импульсом. Мне нужно было доказать себе, что я еще способна на какие-то действия. Я резко развернулась, в несколько широких шагов преодолела расстояние между нами, грубо схватила Лену за воротник футболки и потянула на себя, заставляя подняться. Прежде чем она успела что-то спросить, я яростно впилась в её губы. Это не было нежностью, скорее, отчаянная попытка заглушить внутреннюю боль чужим теплом. Разорвав поцелуй так же резко, как и начав его, я тяжело задышала, глядя ей прямо в глаза. — Теперь довольна? — выдохнула Оля. — Более чем, — тихо ответила Лена. Её улыбка стала шире, а во взгляде вспыхнул неподдельный, хищный интерес. — Сумасшедшая извращенка! — бросила Оля напоследок. Я развернулась и почти бегом бросилась вон из этой квартиры, поспешно захлопнув за собой дверь.