Сажа. Белое перо

Было темно. Стояла глубокая ночь. За окном выл ветер и хлестал дождь. Под подоконником подтекало. Хлипкие одеяла едва спасали от холода. Снаружи раздался оглушительный гром. Маленькая девочка, и без того дрожащая, сжалась под тряпкой и тихонько заскулила. В неё тут же полетела потрёпанная футболка. — Хватит выть, дай поспать! — Буркнул Серёжа, демонстративно закрывая уши. Футболка так и не долетела. На полпути её перехватил Олег. Бросил обратно, прямо в лицо рыжего. Сергей фыркнул, а Волков вылез из-под пледа и пересел на край Наиной кровати. Положил ладонь ей на плечо. — Боишься?.. Последовал едва заметный кивок. Олег вздохнул. — Может, расскажешь, почему?.. — Маму с папой вспоминаю... — Тогда... Расскажешь, что с ними случилось?.. А мы свои истории расскажем. Из укрытия вылезла маленькая голова, на которую перетекла ладонь Волкова. Снова кивок. — Тогда ты первая! — Развеселившийся Серёжа поудобнее устроился в импровизированном "Гнезде". Ная поникла, но рассказ начала.

***

Девочка улыбалась. Её папа развесил по комнате гирлянды, и теперь всё переливалось мягким светом. Мама стояла в проёме и следила за тем, как муж качал малышку под потолком, смеясь. Хмыкнула. То было счастье... ... Но наступило горе. Мама с папой ехали по шоссе, была гроза, ливень заливал лобовое окно. Из магнитолы играла весёлая музыка. Все улыбались. Ехали домой. Гудок. Грохот. Боль. Девочка не поняла, почему больше не могла шевелить руками и ногами. Потом увидела что-то красное. Кровь. Она капала с руки матери. Текла по шее отца. Обволокла её ноги горячей липкой коркой, застывала на лице. Девочка всхлипнула. Удар. На неё посыпались осколки стекла. Чьи-то руки потянули её наверх, отдаляя от родных, но перекошенных агонией лиц. Она успела лишь выхватить своего любимого плюшевого котёнка. Её бросили у какой-то машины – белой, с пульсирующим синим светом – а мужчина, только что вытащивший её, бросился обратно... И отшатнулся от вспыхнувшего огня. Всё было кончено. Слёзы безостановочно текли по её щекам. А низкий, мужской голос прошептал: — Всё будет хорошо, малыш. Я Константин. Дядя Костя. Я тебе помогу. Девочка сидела на стуле. На её руках и ногах, содранных при аварии, красовались бинты. Перед ней была уставшая, пожилая сотрудница службы опеки. — Имя?.. — Я...На... Я-я-я... — Малышка хотела сказать своё имя. Яна. Но женщина лишь фыркнула. — Ная Кошкина... — Протянула она, вписала в документ дату, застывшую на никому не нужном календаре, зная лишь год её рождения из-за уничтоженных в пожаре документов. Единственное, что удалось выяснить – фамилию и отчество. По регистрационному номеру автомобиля. Девочка попыталась подать голос, но её уже повели куда-то. Она боялась. Но её голос уже никто не слушал.

***

Когда она закончила рассказ, не такой поэтичный, как здесь, по её щекам бежали слёзы. Серёжа, оттаяв, присел рядом с ней и обнял. Его голубые глаза наполнились сочувствием. — Прости... — Наконец, шёпотом произнёс он. — Я... Могу тебя понять.