Сажа. Белое перо

— Так как вы всё-таки познакомились?.. — Ная уже спокойно сидела на кровати Серёжи. Сам он сидел на подоконнике, укутанный в одеяле, и рисовал что-то в блокноте. Услышав вопрос, он отвлёкся. Глянул на стушевавшегося Олега, до этого чистящего свои ботинки. — Ну, это не так давно было...

***

— Знакомьтесь, дети, это Олег. — Воспитательница добродушно улыбнулась, подтолкнув неприветливого на вид мальчишку к толпе, жаждавшей познакомиться. Тот даже не обратил внимания на шумящих вокруг детей. Пошёл к комнате, на табличке которой ещё виднелось свободное место. "Разумовский С." "Дюжин А." "Сукин Ю." И сам приписал туда неровное, но лаконичное: "Волков О." Воспитательница, явно довольная, выдохнула и разогнала детей обратно по комнатам. Олег тоже вошёл в свою, и сразу наткнулся на остальных. — Юрец, а давай его прислугой сделаем?.. — Пискнул один. Он сидел напротив, судя по всему, Юры, и кивал на рыжего мальчика, зажавшегося в угол, где и спал, используя вместо подушки свою же одежду. — Будет нам ботинки чистить... — Он заметил Волкова в дверях и показушно усмехнулся. — О! Новенький! Не хочешь к нам?.. Я Лёха. — Когда он проследил за взглядом Олега и увидел, что направлен он на Разумовского, фыркнул. — На него не обращай внимания, он псих. Нёс что-то про то, что он сын депутата, а щас затих, как на место поставили. — И как же вы его поставили на место?.. И... — Новенький указал на свободную раскладушку. — Разве у вас нет свободных мест?.. Почему он на полу?.. — А ему, собаке, большего и не надо. — Юра пожал плечами. — Знаешь... — Олег оскалился. — Исходя из твоего отношения... Скорее ты тут собака. Сука, вернее. — Ах ты! — Юрец вскочил, но был остановлен Лёшей. — Бессмертный, или чё?.. — Он встал перед Олегом. — Я тут старший, и на мне закон. — Бессмертие мне ни к чему. — Тогда и безделушки тоже! — Сукин хмыкнул и протянул руку к кулону на шее Волкова... И тут же заскулил от удара в челюсть. — Не трожь чужое! — Олег спрятал кулон под футболкой. — Тварь! — На него бросился Лёха... И сразу же вылетел в коридор и врезался в дверь, когда Волков просто отшагнул в сторону. Следом с пинком полетел Юра. Далее – их немногочисленные вещи. В конечном счёте и с таблички стёрлись имена, и замок щёлкнул. Олег и Разумовский остались в комнате вдвоём. Кареглазый подошёл, опустился на колени рядом с сжавшимся на полу рыжим. — Успокойся. Я тебя не трону. — Волков положил ладонь ему на плечо. — Я мир предложить хочу. — Т-точно?.. — Голос мальчика дрожал. — Точно. Меня Олег зовут. — Серёжа... — Разумовский нервно поправил края кофты, и зажмурился, когда Волков поднял руку, вызвав у того улыбку. — Да не бойся ты... Я, конечно, Волков, но не кусаюсь. Разве что... — Он резко опустил руки на бока Серёжи и лениво пощекотал. Рыжик дёрнулся, вскрикнул. — А... Так ты боишься... — Убрал руки. — Ладно-ладно, не боись. Тем же вечером они уже открыто общались. Серёжа так активно жестикулировал, будто у него плотину прорвало. Часы уже давно перевалили заполночь, и Олегу захотелось спать, а потому... Он встал и присел на край кровати Разумовского. — Давай спать, а?.. Могу колыбельную спеть, если надо. — В смысле? — Голубые глаза распахнулись от удивления. — Ну, ты же вряд ли сам уснёшь... — А... Давай. — Серёжа улёгся на спину и прикрыл глаза. — Баю-баюшки-баю, не ложися на краю... — Замогильным голосом начал Олег. — Придёт серенький Волчок, и укусит за бочок... И тут же на бока Серёжи опустились детские ладони, и Разумовского начали щекотать. Тот истерически рассмеялся, начал умолять прекратить, плакать... Но остановился Волков только когда рыжий начал задыхаться. — Теперь уснёшь?.. — Ус... Усну... — Выдохнул Серёжа и замялся. — Только... Можно... — Он нервно прикусил губу. — С тобой лечь?.. Олег кивнул и понимающе улыбнулся. — Кошмары? — Д-да... — Парень пристыжено опустил голову. — Иди сюда. Олег приподнял край тонкого одеяла, позволяя Серёже лечь совсем рядом. Обнял рыжего, прикрыл глаза. — Мы... Теперь семья?.. — Неуверенно промямлил Разумовский, слегка плотнее прижимаясь к Волкову. — С чего ты взял?.. — Кареглазый усмехнулся. — Ну... Мы теперь вместе будем... Защищать меня будешь... — Многого хочешь, мажор. — Но... Ты же уже. Повисла тишина. Олег крепче прижал к себе Серёжу, вздохнув. — Мы теперь больше, чем семья... Теперь ты моя Стая. — Стая – потому что ты Волков?.. — Рыжик перевернулся лицом к нему, за что получил лёгкий, едва ощутимый поцелуй в лоб. Замялся, покраснел от смущения. — Именно. — Заметив его реакцию, рассмеялся. — Спи уже. — Развернул обратно спиной к себе. — И не бойся – я не голубой. — Ага, успокоил... Но сам Серёжа расслабился. Олег же осторожно положил подбородок ему на макушку. — Спокойной ночи, Рыжик...

***

— Олег... А ты правда не голубой?.. — Ная наклонила голову набок. Волков закатил глаза. — Нет. В СССР геев нет. — Он хмыкнул. — Секса тоже. — А что такое секс?.. — Оле-ег... — Серёжа медленно повернулся к мгновенно смутившемуся другу. — Эм... Тебе пока ещё рано знать. — Я уже большая! Я шить умею! — Ная гордо задрала подбородок. Парни рассмеялись. — Но пока что тебе рано. Как подрастёшь, или сама узнаешь, или мы расскажем. — Серёжа подмигнул ей. — Ещё и про дрочку с гейством. — И вздрогнул, получив лёгкий подзатыльник. — А что такое дрочка?.. — Тебе рано. — Олег оскалился на Разумовского, а он лишь хихикнул. — Корпус "В" на обед! — Послышалось из коридора. Пришлось идти, пока не наругали.