Булочная. Арка Майали

— Устал? — спросила женщина, укладывая последнюю связку заготовок на стеллаж в мастерской. — М? — Майали вынырнул из мыслей, не сразу поняв что обращаются к нему. — Есть немного. Он только сейчас ощутил насколько вымотался за день. Не столько от передвижений по ярмарке, сколько от общения с неугомонными пацанами. Хотелось просто закрыться где-нибудь в темном углу и чтобы никто не трогал. А еще он никак не мог разобраться в себе. Сегодняшний день чувствовался самым лучшим в его жизни, как будто он нашел то что так долго искал и никак не мог нащупать, а тут оно само свалилось прямо на голову. С другой стороны он прекрасно понимал что это не его счастье и не его семья, не нужно тут ни к кому привязываться. Всю дорогу до дома повторял себе что он чужой, ему тут не место и это все ненадолго. Что рано или поздно он вернется на улицу и если даже не займется старыми делами, то все равно будет выживать сам по себе, как всегда было. Но что-то внутри упрямо тянулось к этому теплу из-за чего эльф злился сам на себя и на свою глупость. — Мой руки тогда и пошли ужинать, — тифлингица заткнула рукавицы за пояс. — Ты с этими обормотами наверняка днем не ел ничего. — Я не хочу есть, — мотнул головой бывший бандит испытав какое-то раздражение от того что придется еще и весь вечер со всеми вместе сидеть. — Общий ужин такая же важная часть расписания как и завтрак, — нахмурилась женщина, складывая руки на груди. — На голодном пайке хорошим кузнецом не станешь. — А я и не хочу быть кузнецом, даже хреновым, — выпалил Май не в силах сдержать вспыхнувшую вдруг злость, которая вырвалась из глубины души как джинн из бутылки. — Это вы тут сами себе навыдумывали что-то о том как мне следует жить и что делать! Думаешь одного эльфа подобрали и раз он оказался вафлей не способной за себя постоять, то мы все такие? — Думаю что каждый достоин получить шанс наладить свою жизнь, — спокойно ответила Наан, даже бровью не дернув на такой выпад. С эльфом что-то было не так, то-ли бледность ее смущала, то-ли лихорадочный блеск в глазах, но сейчас он сам на себя не был похож и женщина не понимала от чего это происходит. — У меня была отличная жизнь! — огрызнулся ушастый махнув руками. — Пока этот рыжий придурок все не испортил! Пока ты не решила что это очень весело — поиздеваться над тем, кого ненавидишь, лучше бы прибила меня еще вчера! Не пришлось бы тогда унижаться перед булочником и остальными. — Вот уж унижение — попросить прощения за то что ограбил, — фыркнула тифлингица, гадая с чего вдруг ушастый так взбеленился. — И ничего я не издеваюсь, я действительно хочу тебе помочь, дурья твоя башка! Ты же неплохой парень, детям нравишься и вроде даже ладишь с ними нормально, что тебя не устраивает? Лучше было сидеть в продуваемой всеми ветрами халупе в компании других таких же отщепенцев, которые кинули тебя как только запахло жареным? По мгновенно вспыхнувшим щекам эльфа Наан поняла что проехалась по больному, но отступать было уже поздно. — Что такая тупая корова вроде тебя может знать о том, как следует выживать на улицах? — прошипел Майали окончательно теряя самоконтроль и чувствуя как нагреваются руки от едва сдерживаемой магии. — Ты же и секунды в своей жизни не была в одиночестве! Сначала у мамки под юбкой сидела, потом замуж выскочила и детей наплодила, а сейчас всех остальных принялась жизни учить! Тифлингица успела перехватить вспыхнувшие огнем запястья, даже не поморщившись от температуры, благо пламя быстро погасло задохнувшись под широкими ладонями. — Но ты же не из яйца вылупился, у тебя тоже были родители. Ее голос был пугающе спокойным, хотя эльф готов был поспорить что ему удастся быстро разозлить главу семейства. И от этого ее спокойствия становилось только страшнее. — Не было у меня никаких родителей, — Май безуспешно брыкнулся, пытаясь вывернуться из захвата. — Я один сколько себя помню после того, как спалил наш дом. Никто меня никогда не искал после этого, наверное решили что я сгорел. Наан внезапно все поняла. И то почему ушастый такой злобный, и почему так сопротивляется вливаться в семью, и почему сейчас ведет себя как последний ушлепок. Просто не умеет по другому и боится что у него не получится. — Послушай, раз я взяла за тебя ответственность, это значит что ты стал частью моей семьи, понимаешь? — она слегка наклонилась чтобы заглянуть парню в глаза. — И я тебя никогда не брошу, а если потребуется буду защищать. Потому что так и поступают в семье — мы всегда друг за друга горой. — Вранье, — буркнул ушастый отворачиваясь. Нерастраченный огонь как будто застрял внутри, начиная жечь в груди и в желудке. — Посмотрим как ты запоешь, когда я твой дом сожгу. — Ну, теперь это и твой дом, — улыбнулась женщина, отпуская его ладошки. — И я бы очень хотела чтобы у тебя все тут было хорошо. Майали упрямо помотал головой, чувствуя как предательски намокли глаза, а жжение внутри стало просто невыносимым. Казалось что стоит только выпустить магию и станет легче, но он отчаянно не хотел воплощать свои угрозы в жизнь, глупо надеясь что тифлингица говорит правду. Сотни противоречивых мыслей метались в сознании создавая страшный гул, как будто сунул голову в гнездо разъяренных шершней. Кузница казалась слишком темной и тесной, а из углов сочился противный шепот, суть которого никак не получалось уловить. — Я тебя не брошу, — повторила Наан обняв хлюпающего носом ушастого. Она погладила растрепанную голову и каким-то материнским чувством поняла что она слишком горячая. — Ты как вообще? Рогатая едва успела подхватить резко осевшего эльфа. Тот стал как будто еще бледнее и в целом выглядел очень хреново, хотя вот только что бодро размахивал руками и бойко ругался. Она позвала мужа, велев ему как можно быстрее бежать за лекарем, а сама отнесла парня наверх в его комнату. К приходу врача Наан успела его раздеть и осмотреть на предмет каких-нибудь травм, но выглядел он совершенно нормально, если не считать того что был тощим и весь горел. Пожилой дядечка эльфа тоже осмотрел, пощупал-послушал и развел руками, не обнаружив причины такого странного заболевания. — Делайте обтирания и компрессы на голову, давайте больше теплой жидкости, — посоветовал лекарь, нашарив в сумке пакетик лечебной травы от температуры. — Я сегодня загляну в справочники и завтра еще раз к вам зайду. Женщина тяжело вздохнула, присев на край кровати и отдав распоряжение мужу принести полотенце и миску с холодной водой. — Ты главное не помирай, — она накрыла ушастого одеялом и убрала со лба мокрые волосы, чтобы положить туда холодное полотенце. — Если помрешь дети будут рыдать, а оно тебе надо? Эту ночь она дежурила сама, поменявшись с мужем только под утро, чтобы еще раз переговорить с лекарем на свежую голову. Тот, впрочем, ничего нового в своих справочниках не нашел, предположив что это какая-то загадочная эльфийская болезнь и нужно идти советоваться к соседям. — Ладно, если станет совсем плохо то пойдем к ним, — решила тифлингица и назначила детям приглядывать за больным, пока она занята в кузне. — Не тыркайте его только, пусть спит спокойно. Рогатые вразнобой покивали и сами распределили очередь, решив что по одному дежурить будет лучше всего. Чтобы не было соблазна начать беситься в комнате где спит эльф и чтобы не проморгать если он вдруг проснется. Сложности начались практически сразу — Май бредил, постоянно пытался смахнуть полотенце и откинуть одеяло потому что жарко, после чего сразу замерзал. Дать ему лекарственный настой тоже никак не получалось и Лиид, дежуривший первым, весь измучился. — Ну как он? — Тиил принес свежую воду и полотенце. — Да чето неважно, — вздохнул старший брат уже мечтая выбраться на свежий воздух. — Надо ему как-то лекарство дать, есть идеи? Он вообще не в адеквате. Рогатый ненадолго задумался и сбегал вниз за чайной ложкой, предложив старшему заняться этим вдвоем — один держит, другой понемногу вливает. План отчасти сработал, половина так точно попала в эльфа, а остальное они решили дать в следующую пересменку. Тиил в семье считался самым ленивым, потому что всегда стремился облегчить себе работу. Он быстро разобрался сразу с двумя проблемами подоткнув одеяло поплотнее, чтобы ушастый не раскукливался и не трогал полотенце. Оставалось только менять компресс, когда он нагреется и присматривать за больным. А чтобы сидеть было не так скучно, мальчишка прихватил с собой книгу. — Хочешь тебе тоже почитаю? — рогатый пересел со стула на край кровати, подогнув ноги. — Надеюсь тебе нравятся книжки про мистику. Майали первое время еще что-то бормотал, потом успокоился, как будто история про загадочное поместье с призраками действительно была интересной. А может просто лекарство подействовало и ему стало полегче. Тиил тем не менее очень старался не запинаться и читать с выражением, скоротав таким образом еще три часа. Аано с дежурством повезло больше всех, ему досталась мудрость среднего брата по ухаживанию за ушастым, они вместе напоили его отваром и мелкий остался до самого ужина. Бегло читать он не умел, зато отлично болтал сам по себе, рассказывая все что придет в голову о веселых приключениях с братьями. — Вот вылечишься мы тебя тоже с собой на рыбалку возьмем, зимой знаешь как круто из лунки рыбу таскать? — он заново намочил полотенце и слегка его отжал, чтобы не натекло на подушку. — Можно же прямо на середину озера выйти, а там караси просто гигантские. А папка нам их потом пожарит или у дяди Моора пирогов напечь попросим, он очень вкусные пироги с рыбой печет. Вот бы Сааш большая уже была, тоже бы с тобой посидела, пока ты болеешь и на рыбалку бы с нами сходила. — Успеет еще, — Наан успела сполоснуться после работы. — Дуй ужинать, а то без тебя все съедят. Она растрепала светлые кудряшки, выдворяя младшего ребенка отдыхать и заняла дежурный стул. Отметив про себя что Май успел сильно осунуться, хотя казалось куда уж больше. И так тощий был как палка. Передать матери инструкции Аано не догадался, но когда у эльфа снова начался бред женщина сама разобралась что делать. У нее пацаны никогда так сильно не болели, но в своем детстве она видела как ведет себя мама, когда Моор лежит с высокой температурой. Наан пересела на кровать, чтобы сменить компресс и мотив успокаивающей песенки вспомнился сам собой, а рука легла поверх одеяла, чтобы парень просто чувствовал ее присутствие. Ушастый прерывисто вздохнул и постепенно расслабился, наконец уснув нормальным глубоким сном.