Сияние любви в лучах надежды

— Ты не должна была скучать по мне! Ты не должна была любить меня! Ничего из этого не должно было случиться, — кричал Джекс, шмыгая носом. Парень стоял под фонарным столбом, неумело вытирая слёзы руками и размазывая их по всему лицу. Свет фонаря казался приглушённым и тяжёлым. Помни, что шагала по сознанию Джекса, прямо к его ядру,смотрела прямо на своего страдальца, чувствуя, как к горлу подкатывает тошнота. — Прошу, оставь меня в покое! — умолял Джекс, стоя к шуту спиной. Перед глазами парня всплыл мимолётный образ, как Помни, в бессознательном состоянии, лежит посреди его кухни и не двигается. Джекс смотрел на свою руку, которой только что ударил её и не мог поверить своим глазам. Всё внутри перевернулось, затянувшись в прочный узел. Помни стала шагать чуть быстрее, а после перешла на бег. Внутри неё творился самый настоящий хаос: сначала она влезла в сознание Джекса, затем заглянула во все его скелеты в шкафу, а после залезла в его воспоминания, связанные с Риббит. История тронула её до глубины души, заставив затаить дыхание. Ей было больно за Джекса, хоть она и понимала, что во всём виноват именно он. — Ты вечно всё усложняешь, — и плакал, и злился парень, не поворачиваясь к девушке. Помни стала бежать быстрее, словно за ней кто-то гнался, но за ней и правда гнались — время. Добежав до кролика, она прыгнула и заключила того в объятия со спины. Закрывая своё лицо от собственного маленького мира, Джекс вдруг убрал руки от лица и на мгновение перестал лить слёзы. Его ошарашило действие Помни. Она просто взяла и обняла его? Этого не должно было случиться. — Ч-что ты делаешь? — удивился Джекс, пару раз моргнув, — а, впрочем, неважно, ты как всегда усложняешь ситуацию. Помни, так ничего и не сказав, прижималась к мужской спине и вдыхала его еле уловимый аромат, прикрыв глаза. — Ты должен был просто поговорить со мной, Джекс, — прошептала шут, сморгнув слёзы, которые разбились о влажную поверхность здешнего пола. — Уже слишком поздно, я сам себя до такого довёл, — процедив сквозь зубы, сказал Джекс, сдерживая скопившиеся в уголках глаз слёзы. Помни тёрлась о джексову спину, наслаждаясь моментом. Ей тяжело было поверить, что Джекс, её дорогой и горячо любимый Джекс, рассеялся. Однако у неё была надежда всё исправить. Она не то что верила в это — она знала. Кролик, развернувшись к Помни, присел на корточки, дабы быть с ней одного роста, и обнял: нежно, искренне и немного боязливо, словно держал в руках хрустальную вазу. Из глаз непроизвольно текли слёзы, капая шуту на её дурацкий колпак с бубенчиками, которые тихо позвякивали. — Я ненавижу тебя, ты знала это? — прошипел Джекс, шмыгая носом и смотря куда-то вдаль. — Знаю, — тая, как сыр на горячей сковороде, ласково проговорила Помни, утыкаясь куда-то в парня. Грудную клетку жгло, в глазах летали мушки, а щёки предательски горели, как от лихорадки. Слёз Джекса стало вдвое больше. — Ненавижу тебя за твою доброту, поддержку и отзывчивость, — шипел парень, лишь сильнее стискивая шута в объятиях, — ненавижу тебя за твою любовь. Джекса не по-детски трясло, руки, которыми он обнимал Помни, неестественно дрожали, словно держали неподъёмный груз. — Джекс, ты услышан, понят и любим, так что, пожалуйста, не покидай меня, — проговорила Помни, посмотрев своими красными и опухшими от слёз глазами прямо на Джекса, — мы справимся со всеми трудностями вместе. Кролик начал быстрее дышать, хватая ртом воздух. Сердце неистово билось, ударяясь о грудную клетку с космической силой. Дыхательные пути словно перекрыли колючей проволокой, а глаза мельтешили с одного места на другое. — Я не хочу уходить, — тяжело дыша, прошептал Джекс, держась за шута крепче. — Нет, останься со мной! — взмолилась Помни, удерживая парня. Джекс засветился золотистым светом, озаряя всё вокруг ярким сиянием, и его силуэт стал почти невесомым. Помни обняла кролика ещё крепче, воскликнув: — Я с тобой, я тебя не брошу! Джекс начал растворяться, подняв сильный ветер, из-за чего шут, еле-еле устояв на ногах, прижала к себе силуэт. Вдруг Помни почувствовала, что её кто-то схватил и потянул. Девушке пришлось отпустить почти растворившегося в пространстве Джекса. Зубл, что применила свои запчасти, вытащила Помни из рассеявшегося парня. Шут с глухим звуком упала на спину, увидев над собой своих друзей: Рагату, Королёра, Генгл и свою спасительницу Зубл. — Боже, я думала, что мы не успеем, — воскликнула Зубл, уставившись на ошарашенную Помни. — Слава богу, что ты в порядке, — весело воскликнула Рагата. Девушка пялилась сквозь своих друзей, прожигая дыру в пустоте. — Что с Джексом? — единственное, что волновало на данный момент шута. Помни, поднявшись на ноги и отряхнувшись от невидимой пыли, устремила свой взгляд на рассеявшегося Джекса, который светился золотистым светом. Как вдруг бесформенная фигура начала уменьшаться, становясь всё меньше и меньше. Фигура превратилась в Джекса; в самого настоящего фиолетового Джекса, который, ничего не понимая, уставился на присутствующих. Все стояли в оцепенении и шоке, особенно Помни, прожигая парня удивлённым взглядом. Джекс в ужасе оглянулся по сторонам, не имея понятия, что делать дальше. Его переполняли эмоции: он был на грани жизни и смерти, а теперь стоял целый и невредимый. И всё благодаря Помни. — Я-я жив, я воскрес, — шептал Джекс, трогая себя то за лицо, то за уши, то за плечи. Все, кроме Помни, ринулись его обнимать, и даже вечно ворчливая Зубл, что огрызалась на постоянные подколы парня. Теперь же она стояла и вместе со всеми обнимала Джекса, который сильно зажмурился от переполнявших его эмоций и от крепких объятий его друзей по несчастью. Не сдерживаясь, он начал плакать и хвататься за всех, как за спасательный круг. — Я этого не заслужил, — шептал парень, но Королёр в утешающем жесте поглаживал того по голове. — Я должен был рассеяться. В животе Помни порхали разноцветные бабочки, а на лице сияла лучезарная улыбка. Она была так счастлива, что смогла спасти его. Её безграничному счастью не было предела. Помни смотрела на Джекса, как на своё сокровище. Джекс, отстранившись от ребят, медленными шагами направился к Помни. Шут слегка запаниковала, когда Джекс стал приближаться к ней. Парень и сам был взволнован, шагая к девушке, которая его спасла и которой он сказал, что ненавидит за её любовь. — Наверное, нам стоит уйти, — негромко проговорила Рагата, после чего она и её друзья удалились в зону отдыха. Джекс упал на колени и заключил Помни в крепкие объятия, продолжив плакать. Из глаз градом капали слёзы прямо на девушку, как было в его сознании. В душе творился кавардак, но как же он был счастлив, что он жив. Из-за всех своих проблем он особо не ценил свою жизнь, несмотря на то что она была цифровой. Но стоило ему столкнуться с собственным рассеиванием, как всё изменилось. — Помни, — шмыгнув носом, обратился к ней Джекс, крепко обнимая её, — ты спасла мне жизнь, поверить не могу. Шут обняла парня в ответ, уткнувшись тому в грудь. Было тепло и неожиданно спокойно. Спокойствие, о котором она мечтала с того самого дня, как оказалась в цифровом цирке. — Помни, о Боже, моя милая Помни, спасибо, — искренне говорил Джекс, поглаживая девушку по голове. Было непривычно слышать от Джекса столько благодарностей, но она чувствовала, как ему это нужно было ей сказать. — Ты лучшее, что случалось со мной в этом цирке, — ласково признался парень, устало вздохнув. — Только в цирке? — попыталась пошутить шут, после чего неловко хихикнула. Джекс прижал её к себе ещё крепче, негромко ответив: — В моей жизни. И тут Джекс, не имея возможности сопротивляться своим эмоциям и желаниям, взял в свои тёплые руки лицо Помни и наклонился, прижавшись своими губами к её. Оба невольно вздрогнули и тихонько ахнули друг другу в губы, но не отстранились. Поцелуй был нежным, до безобразия неумелым и таким невинным. Их взгляды встретились лишь на миг, а после оба смущённо закрыли глаза. Никакой страсти, никакого опыта — лишь трепетные и ласковые поцелуи, нежные касания губ и тихие, почти неслышные причмокивания. Отстранившись друг от друга, Помни покраснела и улыбнулась, с теплотой и нежностью смотря на Джекса. — Не знаю, как мне удалось тебя спасти от самого рассеивания, но я этому безумно рада, — с широкой улыбкой на лице воскликнула шут, поглаживая парня по щеке, — уверена, это всё сила любви! — Не неси ерунды, Пом-пом, — усмехнулся Джекс, отведя смущённый взгляд в сторону. — Теперь тебе нечего бояться, ведь я люблю тебя, — шептала Помни, смотря в испуганные глаза напротив. Джекс слегка отстранился, но не с целью обидеть, просто он не привык ко всей этой нежности. — Я не заслужил твой любви, Помни, тебе со мной будет очень сложно! — тараторил кролик, дёргая себя за уши. Вдруг оба резко замолчали, а после гробовой тишины Помни дала Джексу щелбан по лбу. — Что за фигня? — схватившись за больное место, рассердился парень. — Я и не через такое проходила, Джекс, так что не волнуйся, я принимаю тебя таким, какой ты есть, — ласково сказала Помни, беря Джекса за руки. — И хуже, чем тогда, когда ты выбросил меня из фуры, уже не будет. Оба улыбнулись и поднялись на ноги. Шут ухмыльнулась, давая ему понять, что грустить и повторно рассеиваться, она не даст. Потянув парня в сторону, куда ушли их друзья, Помни бросила: — И знай, Джекс, что я всегда буду рядом. Сжав ладонь девушки крепче в своей, Джекс, прикрыв глаза, весело зашагал вместе с ней. Эта девушка изменила его, собрала по кусочкам давно израненное и разбитое сердце — она его склеила. Джекс чувствовал, что рядом с Помни исцелится и все его открытые раны зарастут.