Папины секреты

Тони тихо выдохнул и закрыл дневник. Мужчина отбросил его на стол и вновь нырнул в железную коробку, которой пришлось срезать верх, чтобы открыть. Кажется, Говард хотел одновременно забыть и сохранить память о своей молодости. Или о конкретном человеке. Тони досадно вздохнул: тут не было фотоальбома и вся надежда осталась только на сохранённые в личном дневнике фото. Но было много безделушек, например зажигалка. Кислотно-розовая, от которой хотелось прижмурить глаза. Щелк. Не горит. Ну конечно, ей лет больше, чем самому Тони. Чуть ниже — книга Диккенса «Рождественская песнь в прозе: святочный рассказ с привидениями». Мужчина выгнул бровь и открыл её. На внутренней стороне обложки книги был прикреплен стикер: «С днём рождения, старик :) Будешь читать это своим детям, хаха» Тони хмыкнул. Не читал. Он вообще сомневается, что Говард прочитал эту книгу или хотя бы открывал её учитывая то, какой целой она выглядит. В коробке, на самом деле, было много всего, но Старк, решив, что без предыстории не будет ничего смотреть, вновь взялся за дневник. Открыв на нужной странице, поверх записей было прикреплено фото с дня эксперимента: куча людей. И только две женщины: одна стояла возле генералов, другая — между учёным и Говардом. Тони прищурился, пытаясь разглядеть её лицо, но фото было старое и потёртое. Папина красотка всё ещё оставалась секретом. 24.III.1942 Всё прошло хуже некуда. Её чуть не убили. Это было ужасно. Конечно, сначала всё было прекрасно. Она пришла вместе с Эрскином, а потом сразу же пошла ко мне, сидела возле пульта, пока я всё настраивал. Шутила и смотрела на меня. Мне было достаточно этого. Затем Стив вышел из капсулы, я пошёл к нему, она — за мной. Когда я повернулся к ней, стоя возле Роджерса, она как раз обернулась к Эрскину, который стоял от неё всего метра за три, возле меня, чтобы что-то сказать, но не успела, когда прозвучал взрыв. Она вскрикнула и пошатнулась, стекло полетело с верхнего этажа, когда я пытался закрыть её собой. — Какой благородный джентльмен, — вслух пробормотал Тони. Затем ещё лучше — выстрел и Эрскин упал на пол. Как страшно она кричала. Я думал, моё сердце остановится. Но самое страшное, что когда она отпрянула от меня, тем самым выровнявшись, пистолет направился на неё. Я повалил её на пол и пуля попала в кого-то другого. Убийца побежал. Я прижимал её к себе, не зная, что делать. Она была напугана. Я тоже. Моя бедная Роза, он узнал, что ты тоже знаешь формулу для супер-солдата. И теперь ты лежишь в моём доме в гостевой комнате, пока всё не уляжется, а я сижу здесь, в гараже, и пишу это, чтобы успокоить свой мозг и сердце. Тони хмыкнул. Говард забрал её к себе домой. Эта история начала набирать интересные обороты и мужчина, глянув на время, решил, что «ещё одна глава и точно спать».