Aurinko

Когда Марко сказал, что пригласит Олли в “особое место”, тот совсем не мог ожидать, что увидит перед собой большое здание из красного кирпича, а вход будет украшать огромный пропеллер корабля с одной стороны, и такой же якорь - с другой. Прошло пару минут, прежде чем гитарист что-то сообразил сказать: - Это… - ошеломляющее чувство оставило после себя послевкусие недопонимания. Блондин резко развернулся к Марко, который загадочно улыбался. - Что это? Завод по кораблестроению? Мужчина покачал головой и подошел к Олли. Он мягко прикоснулся пальцами к его подбородку, неторопливо разворачивая к “заводу”: - Прочти первое слово на вывеске, - бархатный голос прозвучал совсем близко. - “Ресторан”… - протянул блондин и неожиданно замолк, пока через секунду на ум не пришло значение этого слова. Он хотел возразить, но Марк его опередил. - Как думаешь, завод по производству кораблей назвали бы рестораном? - Если бы только ты был его владельцем. Заливистый смех Марко заставил Олли немного улыбнуться, хотя пару секунд назад он в уме уже набирал номер такси. Легкий толчок в спину подсказал, что нужно двигаться вперед, но как только гитарист хотел взяться за дверную ручку, дверь перед ним уже открыли: - Дамы вперед, - Марко, как услужливый лакей в ливрее перед хозяином особняка, нараспашку открыл дверь и поклонился. Растерянный вид Олли забавлял мужчину, и он не смог удержаться от еще одной колкости, лишь бы еще раз увидеть этот пунцовый цвет на скулах. К сожалению, довольствоваться пришлось недолго, потому что без лишних слов блондин зашел внутрь, старательно избегая зрительного контакта с Марко. Вопреки своим ожиданиям увидеть здесь железные станки и прочую аппаратуру, Олли был приятно удивлен убранством помещения в морском стиле. Кое-где выступали кирпичные стены, но они были лишь для антуража, как и висевшие на них черно-белые картины. Прямо по курсу была барная стойка со стеллажом выпивки на любой вкус и цвет, а из помещения вели три выхода в большие залы, где, собственно, и стояли столики. Подняв голову вверх, Олли увидел, что весь потолок переплетен деревянными балками, с которых на расстоянии друг от друга свисали массивные люстры. - Идем, - рассматривая интерьер, блондин не сразу почувствовал прикосновение к запястью, - уже все готово. Марко подмигнул и повел гитариста за руку в один из трех представленных залов, в котором… никого не было. - Выбирай любой, какой нравится. - Мужчина засунул руки в карманы брюк, лишь изредка посматривая на растерянного Олли, и снова заулыбался. Повсюду стояли столы круглой и квадратной формы, а вокруг них находились либо кожаные диванчики, либо стулья с мягкой обивкой. Взгляд блондина пал на место рядом с окном, откуда открывался вид на пристань, и можно было понаблюдать за рябью на воде. С удовольствием сев на мягкий диван, Олли придвинулся ближе к окну, ожидая, что Марко сядет рядом, но тот выбрал место напротив. Блондин успел только удивленно выгнуть бровь, как на его безмолвный вопрос тут же ответили: - Я хочу чтобы мы поели, а сладкое… - Марк поставил локти на стол и сложил пальцы в “замок”, поддерживая ими подбородок. Олли мог только гадать, какие черти пляшут в этом прищуренном взгляде. - Сладкое всегда должно оставаться на десерт. В доказательство слов мужчина быстро облизнул свои губы, заставив гитариста почувствовать моментальную волну мурашек по всему телу: - Ты боишься, что я… на тебя наброшусь? - Хм, не исключаю, - с загадочной улыбкой дерзнул Марко и прислонившись к спинке дивана, откинул голову назад, о чем-то размышляя. Олли искренне не понимал в чем смысл сказанных слов и хотел что-то возразить, но в этот момент к их столику подошел рыжий паренек с меню и блокнотом для заказов. Раскрыв его, гитарист удивился большому количеству рыбных блюд и понял, почему ресторан выдержан в морском стиле. Он только не понимал, почему Марко выбрал это место, ведь он не любит рыбу и все, что с ней связано. Может быть из-за панорамного вида на залив и за близкое расположение к яхтам, к которым блондин испытывал не меньший трепет, чем к Марко? Олли счастливо улыбнулся и готов был прямо сейчас расцеловать мужчину за внимательную заботу, но в очередной раз помешал официант, о существовании которого уже было забыто: - Так что будете заказывать? Гитарист быстро пролистывал меню, пытаясь найти что-то подходящее, но либо он был невнимателен, либо радостно возбужден, но то, что нужно не хотело попадаться на глаза. - Две порции сливочного супа с курицей, два фруктовых салата, и бутылку десертного вина. Неожиданно глубокий голос заставил Олли дернуться и выглянуть из-за меню. Сложив руки привычным образом, Марко обратился к парню, который только секунду назад с нетерпением ожидал заказ, а сейчас был на удивление спокойным: - И будьте добры, принесите еще два кусочка фирменного торта вашей кухней. Последние слова мужчины сопровождались очаровательной улыбкой, будто он уже попробовал это лакомство и остался доволен. На светлой коже рыжеволосого официанта появилось подобие стыда, когда он обнаружил, что спустя несколько секунд, так ничего и не записав в блокнот, все еще нескрываемо пялился на того, кто сделал заказ весьма непринужденным голосом с нотками хрипотцы. Парень что-то пролепетал про быстрое исполнение заказа и поспешно скрылся во внутреннем помещении ресторана. Мимо Олли такое “представление” не прошло. - Посмотри на него еще раз - и он тебе не только принесет сладкое за счет заведения, но и луну с неба достанет, - пробурчал гитарист, подставив руку под голову и отчего-то нервно барабаня пальцами по столешнице. - И перестань пугать парня. Еще немного, и его ширинка просто взорвется. Марко только рассмеялся на это и захотел прикоснуться к барабанящим пальцам Олли, но тот резко отдернул руку: - Кстати, а откуда ты знаешь, какое здесь меню? - Я здесь уже был, - непринужденно ответил Марк. - Вчера. - Был? Од… Один? - Нет, с тем парнем, что сейчас нас обслуживал. За бокалом вина он рассказал мне, что они здесь готовят и подают. Ты ведь видел, как он на меня смотрел? - спокойно спросил Марко и пожал плечами. - Должно быть надеялся на продолжение вечера. - Прекрасно… - фыркнул Олли и, попавшись на удочку мужчины, еще сильнее забарабанил пальцами по столу. - Ревнуешь? - Марко загадочно посмотрел и прикусил губу. - Я? Нет, у меня же нет на это… оснований, - усмехнулся гитарист. - Разве я могу ревновать мужчину, который выглядит, как бог и демон в одном флаконе, поет, как ангел, и от которого большая половина фанаток у себя в голове уже воспитывает с ним общих детей… - блондин на секунду запнулся и посмотрел в сторону. - Скажи, у меня есть хоть какая-то реальная причина… ревновать этого мужчину? Марко на секунду оторопел, а в груди кольнула совесть, увидев, как Олли завелся из-за слов, которые Марко сам же только что и придумал, чтобы чуть-чуть подразнить его. Мужчина не знал, что сказать в ответ и как переубедить, что это все было выдумкой. Но когда он увидел, как по покрасневшей щеке что-то блеснуло - все сомнения исчезли. Он незамедлительно пересел к любимому и прижал его к себе. - Олли? Олли, ты меня слышишь? - тот не замечал перед собой ничего, кроме теплых и родных прикосновений. - Это все неправда. У меня с ним ничего не было, я вообще вижу его первый раз в жизни. - Тогда зачем… Зачем ты это сказал? - Я хотел узнать… - … с какой скоростью я выбегу из этого ресторана? - неприкрытое ерничество звучало в каждом слове Олли. - Узнать, что ты меня ревнуешь. Блондин широко раскрыл глаза и с полным непониманием уставился на Марко: - Зачем? Ты… ты не веришь, что я тебя люблю? После всего, что между нами было? Олли положил руку на сердце мужчины и почувствовал, с каким быстрым ритмом оно колотится. - Я ни разу не сомневался в искренности твоих чувств, солнце, - шепотом ответил Марко, пробуя на вкус одно из любимых прозвищ которое он случайно дал любимому. Теперь оно стало неотъемлемой частью жизни. Олли это льстило, ведь он никогда не думал, что является для кого-то таким же солнцем, коим для него является сам Марко. - Но иногда, знаешь, хочется удостовериться, что ты принадлежишь человеку всецело. - А засосы по всему телу - это уже не доказательство? - недоверчиво покосился блондин. - Я бы не прочь получить их еще раз для большей уверенности, - вкрадчиво шепнул на ухо Марк и положил ладонь на грудь Олли, медленно скользя вниз. Он провел пальцем по открытому участку чувствительной кожи, чем вызвал волну мурашек в теле возлюбленного. - Как думаешь, у них хорошая звукоизоляция? Блондин не сомневался, что слышал в голосе издевательские нотки под маской невозмутимой серьезности. - А если сюда кто-нибудь зайдет? - Этот зал принадлежит только нам двоим. Я его взял в аренду до глубокой ночи. - Весь зал?... Но это же слишком дорого, Марко. - Не дороже, чем видеть счастье на твоем лице, - ответил мужчина и ласково провел по широкой скуле костяшками пальцев. - Прости, я такой идиот. Надо было подумать прежде, чем говорить. - Марко мягко отстранил любимого и прикоснулся губами к его щеке, стирая мокрую дорожку. - И поэтому я хочу искупить вину. Здесь и сейчас. Вкрадчивый тон придавал голосу нотки озорства, а рукам - излишнюю распущенность: без труда гибкие пальцы пробрались под футболку Олли, проводя по нежной коже с превеликим удовольствием. А приоткрытые, манящие своей невинностью, губы, оказались накрыты чужими, но такими теплыми. Частица разума, что еще оставалась, призывала остановиться и продолжить в более укромном месте, но разве устоишь перед прикосновениями, распространяющими жар по всему телу? Марко знал, что Олли уже в его власти, а потому может переходить к более решительным действиям: не отрываясь от поцелуя, он перевел руку со спины на грудь, чувствуя чужое сердцебиение, и коснулся чувствительного соска, слизывая с губ первый стон. От внезапности Олли прикусил губу Марко, за что поплатился сжатым цепкими пальцами соском, но и он не остался надолго в долгу. Влажная дорожка прошла от губ мужчины до его ключицы, где кожа оказалась предупредительно укушена. Олли считал, что Марко в рубашке выглядит безупречно, но без нее - просто восхитительно, а потому он шаг за шагом расстегнул две первые пуговицы и вжался губами в грудь, продолжая оставлять на ней влажные следы. Когда очередь дошла до соска блондин не стал церемониться и сразу же накрыл его ртом, слегка покусывая. Из груди Марко вырвалось хриплое рычание, а хрупкие запястья гитариста оказались сжатыми, будто тисками. Мужчине уже не терпелось посадить любовника к себе на колени и толкнуться бедрами вперед, чтобы хоть немного снять нарастающее возбуждение. Олли прекрасно знал, в какой момент стоит провести влажным языком по набухшему комочку плоти, а в какой - самодовольно посасывать с такой силой, будто из груди сейчас польется молоко. - Блять… - обычно сдержанный Олли, протяжно ругнулся сквозь поцелуй, когда почувствовал, как возбуждение начинает одолевать и его самого. Уткнувшись еще не совсем твердым членом в бедро Марко, блондин пытался потереться сквозь жесткую ткань собственных джинсов. Звон чего-то металлического прорвался в разум гитариста и он хотел отстраниться, но поздно сообразил, что уже прижат к окну, а неумолимые поцелуи покрывали каждый миллиметр его шеи. - Мар… Марко? - хрипло проговорил Олли, пытаясь “достучаться” до любовника, но тот только сильнее впивался губами в молочную кожу. - Марко, остановись… Прошу. Блондин удивлялся сам себе - будь это у них дома, он бы ни под каким предлогом не сказал такие слова, а наоборот, умолял бы продолжать, но сейчас... - Марко? - он обхватил ладонями лицо мужчины и постарался заглянуть в глаза: темные, как море во время шторма. - Марко… Ласково произнеся имя, Олли коснулся губами светлой макушки и наблюдал, как в любимых глазах постепенно проявлялись светлые оттенки голубого, а буря наконец-то начинала сходить на “нет”. В этом взгляде блондин увидел растерянность и… стыд, когда начал поправлять и застегивать на Марко рубашку. Неожиданно Олли замер, заметив, как из нее выглядывает все еще покрасневший сосок. Так волнительно и так притягательно. Подобного в мыслях гитариста не было, но он все-таки решился наклониться чуть вперед и, накрыв сосок губами, прикусил его, а потом отстранился с довольной улыбкой. - Теперь мы квиты. Марко вздрогнул от подобного действия и через пару секунд окончательно пришел в себя, когда последняя пуговица была застегнута. - Я прикусил тебя за губу, а ты спустился ниже и укусил за сосок. Следуя этой логической цепочкой, куда я укушу тебя в следующий раз? Зажмурив глаза, Олли только сейчас понял, что это он спровоцировал Марко и чуть не трахнул его в этом заведении. Яркая краска залила скулы, а угроза, произнесенная таким очаровательным тоном, не казалась такой грозной, но что-то все равно засосало под ложечкой. Мужчина с широкой улыбкой взъерошил пшеничные волосы Олли и пересел на свое место напротив. Спустя несколько минут послышался скрип двери и из нее выглянул тот самый рыжий официант с подносом в руках. Пока парень приближался все ближе и ближе к заветному столику, выдержка его таяла буквально на глазах. Молча расставив заказанные блюда, он поспешил ретироваться обратно на кухню, пожелав напоследок приятного аппетита. - Что это с ним? - спросил Олли, почесав затылок. Его удивило, что официант, смотревший на Марко с таким восхищением, даже не взглянул на него. Нет, блондин был только рад этому, но на мгновение пробрались какие-то сомнения, что… - Тебя это так волнует? - как ни в чем не бывало произнес Марко и указал на еду, - Давай, приступай. Гитарист пустым взглядом посмотрел на свою порцию и неуверенно набрал ложку супа. После произошедшего есть не хотелось от слова “совсем”. Первая половина ужина прошла в полной тишине. Марко слишком был увлечен едой, как будто не ел до этого несколько часов, а Олли не приходило в голову ничего умного, с чего бы завязать разговор. Ему было стыдно. Когда очередь дошла до десерта, Олли уже более-менее заинтересовался едой. Наколов на вилку кусочек яблока политый йогуртом, Олли несколько секунд наблюдал, как стекает кремовая жидкость, но пропустил, как она продолжила течь вниз по его пальцу. - Дай помогу. Бархатный голос Марко вывел гитариста из размышлений, но к тому времени его палец уже был у губ мужчины. Олли догадался, что он хочет сделать и поэтому отчаянно пытался вырвать руку, но все было безрезультатно. Палец постепенно погружался в рот Марко, начиная с подушечки, а потом и целиком. Горячий язык проводил по фаланге так медленно, что Олли почувствовал необычайное наслаждение, а смыкающиеся губы вокруг пальца двигались вверх-вниз, как… - Достаточно. Теперь он чистый, - хрипло произнес Марко с озорным огоньком в глазах, а потом неожиданно предложил: - Разреши мне поухаживать за тобой. Мужчина поцеловал пальчик в подушечку и отпустил руку, возвращая ее хозяину. Олли потер затекшее запястье и только сейчас ощутил, как крепко оно было сжато, а также в его голове пролетела мысль, что еще немного, и он бы кончил на этом самом месте. Распечатав бутылку вина, Марко разлил его по бокалам. Рубиновая жидкость плескалась по его стенкам и переливалась на свету всеми оттенками красного цвета. Марко протянул бокал Олли, но хрупкая вещь неожиданно выскользнула из рук и полетела на пол, разбившись на пару больших и несколько маленьких осколков. Капли вина капающие с них, собирались в большую лужицу и по цвету напоминали кровь. - Прости… - произнес мужчина, виновато глядя на то, что осталось от бокала. - Это я такой неуклюжий... - Зато так красиво, и свет искрится на осколках, - простодушно улыбнулся гитарист и пожал плечами. Ему это не казалось каким-то громадным происшествием, и он просто любовался на разбитые осколки. - Свет искрится в твоих глазах… Олли резко поднял глаза и посмотрел на Марко, не в силах что-либо сказать. Он только чувствовал. Чувствовал, как к щекам приливает краска, как бьется сердце, а в душе становится неимоверно тепло. И все из-за него… Того, кто сидит напротив и искренне улыбается самой прелестной улыбкой на свете…