Падение ниже бездны...

Воздух вокруг Рудо сгустился, превращаясь в тяжелую, давящую массу. Это не была просто энергия — это была боль тысяч людей, заключенная в «серию Хранителя», которая теперь обрела плоть в истерзанном теле альбиноса. Тэмси попятился. Впервые за всё время его маска абсолютного превосходства дала трещину. Он видел перед собой не мальчишку, которого можно унизить, а нечто, больше… — «Я больше не буду падать…» — повторил Тэмси, и в его голосе прозвучало нечто, подозрительно похожее на радость, смешанную с ужасом. — О, Рудо, ты даже не представляешь, какую бездну ты сейчас открыл внутри себя. Рудо медленно поднял руки. Алое пламя, вырывающееся из его предплечий, уже не жгло его кожу — оно стало продолжением его воли. Он выглядел как оживший кошмар, как само воплощение того «мусора», что решил подняться со дна и превратиться в стихийное бедствие. Десятки… Нет сотни предметов наполнились энергей, они словно безудержный и смертоносный поток поднялись в воздух. — Энджин, — голос Рудо прозвучал глухо, словно из-под толщи воды, — отойди. Энджин, до этого застывший в нерешительности, почувствовал, как инстинкты кричат ему об одном: бежать. Он медленно отступил, его пальцы, сжимавшие оружие, побелели. Рудо сделал еще один шаг. Земля под ним просела, пошла паутиной трещин, которые разбегались во все стороны, как раны на теле самой Бездны. — Ты называл меня мусором, Кейнс? — Рудо поднял взгляд, и в дымке его глаз вспыхнули искры первобытного гнева. — Что ж, добро пожаловать на свалку. Тэмси сжал посох, готовясь к удару, но он опоздал. Пространство вокруг Рудо на мгновение исказилось, а эти сотни предметов устремились прямо на Кейнса. — Знаешь, я заберу не только перчатки… но и его самого. Он станет идеальным экспонатом, — Тэмси обвел взглядом бушующий хаос, его голос, несмотря на творящееся вокруг безумие, оставался пугающе спокойным. Рудо, парящий в центре этого вихря, лишь холоднее прищурился. Его голос перестал быть человеческим, в нем слышался скрежет металла и шепот забытых душ. — Ты всё еще веришь, что что-то здесь решаешь? — Рудо почти улыбнулся, и эта улыбка была острее любого клинка. Тэмси тихо рассмеялся, отбивая посохом летящий в него кусок бетонной плиты. — Я просто всё еще даю тебе «взлететь», Рудо. Давай, покажи всё, на что способен ребенок убийцы. Ты ударишь, выдохнешься, и тогда я выиграю. Снова. Рудо сделал шаг вперед, прямо по воздуху, опираясь на невидимые потоки энергии. — Ты слишком наивен, Темси Кейнс. Или мне называть тебя просто «предателем»? — Грязь, — прорычал Тэмси, теряя свою ледяную маску. — Высокомерная, никчемная грязь! Это стало последней каплей. В одно мгновение тысячи обломков, ржавых конструкций и забытых вещей, скопившихся на этой свалке, пришли в движение. Это не был хаотичный шторм — это был направленный, осознанный удар. Предметы, летевшие в Тэмси, светились изнутри той самой алой энергией боли. Они были не просто «оружием», не просто вещами… они стали сосудами бесконечной, неконтролируемой энергии. Тэмси, почувствовав исходящую от потока угрозу, активировал свое веретено. Он не отступил, не уклонился. Напротив, он рванулся вперед, прямо в эпицентр, пытаясь схватить сам «источник», руки Рудо, чтобы перекрыть этот поток энергии. — Рудо! — Энджин, наблюдавший за всем со стороны, вскрикнул, понимая, что если они сейчас столкнутся, от этого места не останется даже пыли. Но Рудо уже не слышал. Он стал самой Бездной. И в этот миг, когда расстояние между ними сократилось до вытянутой руки, мир замер, ожидая столкновения двух стихий. Предметы взметнулись вверх, выстраиваясь в монолитную, вибрирующую стену. Тэмси не был бы собой, если бы поддался панике — каждое его движение было выверено до миллиметра. Веретено активировалось хватая десятки предметов, он пытался разрушить стену из мусора… Нет не из мусора, из вещей которые наконец то, снова стали кому то нужными. Шагнуть, парировать, пробиться. Сила, опыт, энергии… У каждого из них был свой предел, свой уровень мастерства, недоступный другому. Тэмси, искал изъян в этой «стене». Он видел, как вещи, которые годами гнили в небытии, вдруг наливались силой, становясь монолитными щитами. — Неплохо, — сквозь зубы процедил Тэмси, когда его веретено с отчаянным, визжащим треском врезалось в землю, высекая искры. С жалким, почти отчаянным треском, веретено притянуло к себе сотни предметов, которые создавали непробиваемую, защитную стену. И когда последний барьер рухнул, Тэмси замер. Его глаза, привыкшие видеть мир как шахматную доску, расширились от первобытного ужаса. Перед ним парил Рудо. Альбинос не касался земли. Он левитировал, окруженный искаженным пространством, а его некогда живые глаза превратились в пустые, ослепительно белые сферы. Из них, медленно и неотвратимо, стекали тонкие струйки алой крови, оставляя на бледных щеках ровные, пугающие дорожки. Но самым страшным были руки. Они сияли так ярко, что на них было больно смотреть. Энергия, исходившая от них, вибрировала в самом воздухе, заставляя окружающие предметы распадаться на атомы. Тэмси видел тысячи, миллионы линий жизни каждой вещи, и все они замыкались на Рудо. Это была не просто ярость. Это была Сила, для которой в этом мире не было оболочки. — Рудо… — прошептал Энджин, чувствуя, как его собственные ноги подгибаются от давления этого присутствия. Тэмси впервые в жизни сделал шаг назад. Он увидел то, чего боялся больше всего: Рудо перестал быть вещью или человеком. Он стал самой концепцией разрушения. — РУДО! — в ужасе закричал, наконец очнувшийся Занка. Но только он приблизился к Энджину… Он замер в полном шоке. — И всё равно… Да к чертям эту аккуратность! — процедил Тэмси. В его глазах промелькнула искра безумного азарта. Он понял: пока Рудо находится в этом состоянии «Бездны», он уязвим для внешних раздражителей, для своих привязанностей. Кейнс мгновенно освободил веретено, сбрасывая всю накопленную тяжесть предметов, чтобы высвободить максимум скорости. Это был ва-банк. Победа или окончательный провал. — РУДО! — отчаянный, пронзительный крик Занки разрезал густой воздух, как клинок. Энджин хотел остановить его, хотел заткнуть ему рот, но было поздно. Этот голос, голос того, кому Рудо доверял, сработал как спусковой крючок. Пелена в глазах альбиноса на долю секунды дрогнула и он резко, дернулся головой в сторону источника шума. Это было роковое замешательство. Тэмси не упустил ни миллисекунды. Веретено сорвалось с места, превратившись в размытое серое пятно. Оно с ужасающей скоростью обернулось вокруг Рудо, туго стягивая его, врезаясь в истерзанные, светящиеся руки. Боль, которую Рудо до этого переплавлял в ярость, в одно мгновение вернулась к нему, ударив по нервам адским, невыносимым разрядом. Рудо выгнулся, из горла вырвался лишь отчаянный хрип, а алое сияние начало стремительно гаснуть, перекрытое черными нитями веретена. Тэмси приземлился неподалеку, тяжело дыша, но на его губах играла победная, оскаленная улыбка. Он перевел взгляд на застывшего в ужасе Занку. — Выражаю вам огромную благодарность, — насмешливо произнес Кейнс, картинно поклонившись. — Я бы провозился с ним еще черт знает сколько, если бы вы не решили устроить этот трогательный момент. Занка стоял, не в силах пошевелиться. Его руки дрожали, а лицо стало бледнее мела. До него медленно доходило: его попытка спасти друга стала тем самым крючком, на который Тэмси поймал их всех. — Что… что я наделал… — прошептал Занка, глядя на то, как Тэмси начинает медленно приближаться к поверженному Рудо, который теперь даже не мог пошевелить пальцами от нестерпимой боли.