Последняя рыбачка рода Хёго

Тридцать пять лет спустя Взрослая женщина медленно приблизилась к трибуне. Из зала послышались редкие аплодисменты, призванные поддержать выступающую. Несмотря на то, что публика встретила её довольно холодно, на лице женщины сияла уверенная улыбка. Руки слегка тряслись. Не от волнения - азарт от предстоящей речи захлестывал с головой. Элая знала, сегодня был решающий день в её карьере. А, может, и во всей жизни. Аплодисменты умолкли так же быстро, как и начались. Женщина обвела взглядом публику. Скучающие коллеги-ученые, сидевшие в первых рядах, смотрели на довольно молодую по меркам ученого совета женщину с лёгким скепсисом. Сидящие прямо за их спинами представительницы Совета Островов казались скучающими и незаинтересованными. Разрозненная толпа, стоявшая поодаль, за спинами всех этих уважаемых женщин, так и вовсе с нетерпением ожидала окончания изрядно затянувшегося мероприятия. Однако выступающую это нисколько не смущало. Она верила в себя. Знала, что сможет изменить их настрой. Ученая потянулась к микрофону. Сделала глубокий вдох, собираясь с мыслями. - Уважаемые коллеги, уважаемые жительницы островов. Как вы уже знаете, сегодня мы с вами станем свидетельницами наступления новых времён. Ведь технология, которую сегодня я вам презентую, воистину изменит жизнь островной части нашей страны навсегда. Элая замолчала, ловя реакцию зала. Слушательницы были не слишком впечатлены. Их кормили подобными обещаниями год за годом. Женщина поспешила продолжить свою речь. - Я счастлива презентовать эту технологию вам здесь, в Новой Акре. Прекрасном городе, одним из красивейших островных городов нашей страны. В городе, с которым я чувствую особенную связь. Знаете, я помню падение старой Акры тридцать пять лет назад. Помню, как этот город лежал в руинах, не пережив нападения кракенов. Этот день навсегда остался в моей памяти. Потому что именно в тот день я, как и многие другие дети островов, осталась сиротой. Элая потянулась к стакану воды. Она не смотрела на публику, но чувствовала, что внимание некоторых островитянок смогла притянуть к себе. Наверно, они слушали её больше из вежливости. Старались поддержать её своей мнимой вовлечённостью. Ведь она всё-таки была одной из них. - Моя семья погибла от лап кракенов в тот год. Порой перед моими глазами проносится та страшная сцена. Цепкие щупальца, утопающей в крови моей матери, море и я, маленькая потерянная душа, посреди огромного океана. Я знаю, что многие из вас меня прекрасно понимают. Ведь вы, живущие на островах, также год за годом оплакиваете своих близких, погибших из-за немилости моря. Элая снова сделала глоток воды, боясь, что голос её дрогнет. Но она смогла взять себя в руки, несмотря на то, что воспоминания о прошлом давались ей тяжело. - Уехав с островов, я много училась в университетах по всей стране. Но моё сердце всегда оставалось с моим народом. Народом, что прятал своих детей в бункерах под землей, пока дети других народов спокойно наслаждались летним солнцем. С моим народом, что вынужден был полагаться лишь на милость моря, моля его о милости, пока другие жительницы нашей страны даже не помышляли о смертоносности водной стихии. Мне было больно за свой народ. Всю свою жизнь я мечтала сделать хоть что-то, чтобы сделать вашу жизнь хоть чуточку легче. Элая на секунду прервалась, обведя взглядом собравшихся. Теперь даже те, кто к островам не имел никакого отношения, внимали каждому ее слову. Островитянки же следили за ней с замиранием сердца. Все ожидали от учёной сухих фактов, а она обнажала перед ними душу. Большинство слушательниц это подкупало. В их глазах она, наконец, видела надежду. Пусть пока ещё и совсем призрачную. - Несмотря на страх, несмотря на боль от воспоминаний, связанных с кракенами, я посвятила свою жизнь тому, чтобы выяснить, как обезопасить наш с вами дом от бесконечных нашествий. И нашла решение. Вместо того, чтобы продолжать бездумно уничтожать морских обитателей, я решила действовать тоньше. С группой таких же энтузиасток, как и я, мы выяснили, что кракены издают особый звук на неслышимых человеческому уху частотах, когда предупреждают своих сородичей об опасности. Спустя долгие годы экспериментов, мы смогли сымитировать этот звук. Звук, которого кракены боятся как огня. Была создана и успешно протестирована ультразвуковая установка. Сестры, больше не нужно будет прятаться. Больше не нужно будет сражаться. Не нужно будет скрываться за щитами. Хорошая новость - мы получили разрешение на инсталляцию установок, издающих нужный нам ультразвук. Благодаря содействию всем известной госпожи де Негейль, одной из представительниц Совета Островов, переоборудование острова Кого, на котором мы с вами сегодня и находимся, начнётся с завтрашнего дня. Овации на секунду оглушили ученую. Это были не те вымученные аплодисменты, которыми одарили её перед началом выступления. Наконец, они были искренними. Элая знала, сегодня она, наконец, подарила островитянкам надежду. Надежду на другую жизнь. Элая наслаждалась безмерным счастьем своей родины. Она смотрела не на учёных, не на чиновниц островов. Её взгляд был устремлён на простых людей, что стояли поодаль. Молодые девушки и старухи, немногочисленные мужчины и девушки-подростки, все они искренне ликовали. Они восславляли её, восславляли науку. И не было большего счастья для Элаи, чем знать, что были счастливы обычные островитянки. Такие же, какой когда-то была и она сама. В этой разношерстной толпе Элая выцепила глазами в толпе знакомое лицо. Взрослый мужчина с проседью в длинных волнистых волосах смотрел на нее, не отрывая взгляда. В его глазах она видела гордость и благодарность. И только лишь один счастливый взгляд этого мужчины стоил всего ликования этой толпы. Элая коротко поклонилась ему. И, будто на секунду вспомнив, что ей есть ещё, что сказать, она подняла ладонь вверх, призывая толпу дать ей возможность продолжить. Довольно быстро дисциплинированные островитянки замолчали, продолжая внимать словам учёной. - Мы начнём с острова Кого, но скоро эти ультразвуковые установки будут расположены на всех обитаемых островах. Я долго думала над тем, как назвать эти установки. Ответ пришел мне сам собой. Когда-то давно моим щитом, моим спасением стала одна морячка, нашедшая меня в море. Она спасла меня от стихии. Воспитала меня, как родную дочь. Именно она всегда стояла за моей спиной, всегда была моей главной опорой в жизни. К сожалению, её больше нет с нами, но эта женщина навсегда останется жить в моем сердце. И даже воспоминания о ней наполняют меня силой для того, чтобы продолжать бороться дальше. Я хочу, чтобы эти установки стали для нас тем же, чем для меня была она, моя названная мать. Надёжным щитом, незаметно укрывающим от любых невзгод. Верным другом, на которого можно положиться в каждый момент своей жизни. Тена Хёго, я воспеваю твое имя. Пусть каждая ультразвуковая установка "Тена" хранит вас, мои земные сестры. Также как хранила меня она. Элая вновь бросила взгляд на мужчину в толпе. Тот не сдерживал слез. Смотрел на неё с такой нежностью, как не смотрел на неё ни один любовник. Элая мягко улыбнулась старому знакомому, пытаясь подбодрить. Заметив её взгляд, обращённый к себе, мужчина наскоро стёр слёзы рукавом рубахи, попытавшись выдавить из себя подобие улыбки. Толпа продолжала ликовать. Слова Элаи заставили растрогаться даже самых замшелых сухарей. Ученая восхищённо смотрела вокруг, наслаждаясь своей минутой славы. Элая была рада. Она много лет шла к этому моменту. Она с нетерпением ожидала того момента, когда "Тены" своим незаметным присутствием станут защищать её народ. Она сделает всё, чтобы защитить остров за островом. Она добьётся, чтобы эти установки стояли даже на самых нищих, самых отдаленных островах страны. К счастью, упорства ей было не занимать. - Искренне ваша, Элая Хёго. Или, как меня знают эти земли, Тена Су Док с острова Екорро. Элая поклонилась, обозначая окончание своей речи. Медленно сошла с трибуны. Тут же со всех сторон её облепили люди. Журналистки засыпали бесконечными вопросами, восторженные островитянки - благодарностями. Элая с удовольствием отвечала на вопросы о детище всей своей жизни, купаясь в заслуженном признании. *** На островах темнело быстро. Элая шла по знакомому ей пирсу, утопающему в блеклом свете фонарей. За ней по пятам следовал мужчина средних лет, держащий за руки двух детей, старшего мальчика и совсем маленькую девочку. Они едва поспевали за матерью семейства. Женщина, хоть и заметно прихрамывала на правую ногу, шла быстро, будто боялась не успеть. Внезапно она остановилась посреди пирса. Резко сменив направление движения, приблизилась к небольшому катеру. Мужчина, все ещё удерживая за руки детей, медленно подошел поближе, с отвращением осматривая катер, что больше был похож на груду металлолома. - Мы ради вот этого шли на пирс? Я думал, мы просто погуляем по набережной, - недовольно обратился к жене мужчина. - Это "Кора", - коротко ответила женщина, не отрывая взгляда от старого катера. Мужчина непонимающе вздернул брови. Оглянулся по сторонам. - Элая, тут никого нет, - осторожно ответил мужчина. Женщина тихо рассмеялась в ответ. - "Кора" - это катер. Островитянка осторожно провела рукой по корпусу старенького катера. Старушка "Кора" верой и правдой служила ни одному поколению семьи Хёго. Элая помнила, как впервые оказалась на борту этого катера. Когда чуть не умерла от яда рыбы-химеры. "Кора" спасла её, домчав до берега так быстро, как только могла. С этим катером у Элаи было связано много воспоминаний. На "Коре" Элая училась вязать узлы под чутким руководством Тены. С неё же она училась закидывать сеть. На ней она так часто плакала, и также часто смеялась. Именно старушка "Кора" сохранила тело Тены, когда однажды в море у её названной матери остановилось сердце. "Кора" была рядом всегда, посвящая всю себя служению рыбацкой семье. Элая сжала посильнее глаза, смахивая с ресниц ностальгические слезы. Её муж лишь удивлённо таращился, не в силах объяснить себе, как кто-то может испытывать хоть какие-то чувства к груде проржавевшего металла. За спиной послышались шаги. Элая обернулась. Увидела мужчину, с которым сегодня она сегодня уже ни раз пересекалась взглядом, пока тот внимал её словам в толпе. Не обращая внимания на хромоту, Элая почти вприпрыжку подбежала к мужчине, крепко сжимая его в своих объятиях. Мужчина крепко обнял её в ответ. - О, Сестры Небесные, какая же ты стала взрослая. Так говорила, что за душу хватало. Кто бы мог подумать, что наш остров воспитает такой самородок, - обратился к Элае мужчина. - Керат, я так счастлива тебя видеть, - искренне рассмеявшись, произнесла женщина. - Ну-ну, все ещё Мина Дисо́, - с наигранной обидчивостью произнес мужчина, звонко рассмеявшись в ответ. - Серьезно? Мина тебя ещё не прогнала? Та самая Мина, которой надоедает всё спустя пол часа? Та самая, которая выгнала уже двоих мужчин до тебя? Признайся честно, ты угрожаешь ей и её семье? Мужчина благодушно рассмеялся. Элая рассмеялась в унисон с ним. В этот момент она чувствовала себя так, будто снова вернулась на Екорро. Будто вновь стала той беззаботной молодой девушкой, которой она когда-то была. - Ладно тебе, ты нашим островитянским юмором совсем засмущала своего спутника. Юноша, не слушайте её. Вон, в люди выбилась, в все ещё рыбачкой осталась, - запричитал мужчина, включая в беседу притихшего спутника Элаи. Элая добродушно улыбнулась Керату. - Конечно, рыбачка. Рыбачкой до самой смерти и останусь. Керат, познакомься, это Элая Дисо́. Дисо́, это Мина Дисо́, мужчина, который, можно сказать, заменил мне отца и брата. Элая Дисо́ вежливо поклонился Керату. Глубоко, как отцу жены, следуя традициям. Керат неглубоко поклонился в ответ. - А это моя ребятня - Элая Те Уок и Элая Су Туок. Старший мальчик поклонился взрослому мужчине, приветствуя его. Младшая девочка стеснительно прижалась к отцу, ища защиты от неизвестного ей старика. Керат, любящий детей безусловно, никогда не делил детей на своих и чужих. Уже через несколько минут Те Уок заливисто смеялся с его шуток, а Су Туок отлипла от отца, позволив Керату даже взять себя на руки. Заметив, что дети полностью доверяют старшему мужчине, со временем оттаял и Элая Дисо́, покорившись харизме знакомого жены. - Я не просто так предложил встретиться. Хотел поговорить о "Коре", - вставил Керат так буднично, словно эти слова были абсолютно столь же лишены смысла, как светские разговоры о погоде. Элая с замиранием сердца покосилась на старенький катер. Почувствовала, как душу её наполняет любовь. - Как она себя чувствует? Ещё на ходу? Керат кивнул головой. Осторожно дотронулся рукой до бортов катера, словно до драгоценности. - Да, ещё на ходу. Но старушке становится всё хуже. Я делаю, что могу, но годы всё же берут свое. Элая с сожалением провела рукой по борту катера. Ей было жаль расставаться с "Корой". Но жила она далеко и ухаживать за катером сама не могла. А обременять Керата и дальше считала неправильным. - Ты что-то решил с ней? - столь же буднично спросила Элая, скрывая свои чувства под маской безразличия. - Я поговорил с музеем рыболовства на острове Нагия. Они давно хотели себе подобный экспонат. Таких древних катеров в таком хорошем состоянии мало. Я понимаю, что тебе дорога "Кора", но если ты согласна... Элая продолжала смотрела на катер, не отводя от него взгляда. Керат был прав - "Коре" действительно самое место в музее. Это будет достойная пенсия для вечной труженицы и верной подруги. Женщина согласно кивнула головой. - Да, ты прав. В музее о ней позаботятся. На пару минут повисла тишина. Не выдержав, Керат тихо усмехнулся. - Если честно, я надеялся, что ты меня остановишь. Скажешь, нет, не отдавай "Кору", она ещё столь дорога нам всем как память. Элая промолчала. Мужчина продолжил. - Кажется, я пол жизни посвятил этому катеру. Сначала когда у госпожи Тены был целый рыболовецкий флот, заботился о "Коре" по долгу службы. Потом хлопотал над ней, когда помогал вам с госпожой Теной. И даже после смерти госпожи Тены ни на день не забывал об этом катере. Но, видно, и вправду, время её пришло. Элая видела грусть, почти граничащую со скорбью, в глазах мужчины. Она понимала его чувства и отчасти разделяла их. Ей захотелось что-то сделать для Керата. Как-то подбодрить его. И тут Элае пришла в голову замечательная идея. Она улыбнулась той самой улыбкой, которая обычно ничего хорошего не предвещала. - Керат, Дисо́, дети, а давайте в последний раз прокатимся на "Коре"? Проводим старушку в последнее плаванье перед тем, как она навсегда станет на причале. Элая Дисо́, бледный от природы, казалось, побледнел ещё сильнее. В его глазах Элая увидела первобытный страх и отвращение. Мужчина инстинктивно прижал к себе малышку Су Туок, будто не давая и шанса Элае подумать о том, что он отпустит её на прогнившей посудине вместе с ребенком. Чуткий Керат быстро уловил настроение мужчины и поспешил сгладить углы. - "Кора" действительно уже старушка. Заплывать в море с детьми я бы не стал. Может быть опасно. Элая Дисо́ благодарно окинул взглядом старшего мужчину. Но он прекрасно знал, что его жена от своих идей не отступает, поэтому поспешил ретироваться. - Элая, мы с детьми погуляем по городу. Будем ждать тебя в отеле, - кинул мужчина, поскорее уводя детей с собой. Элая Дисо́ с детьми стремительно скрылся из виду, даже не дав жене опомниться. Мать семейства позволила себе тяжело вздохнуть. Она зашла на борт катера. Керат устремился вслед за ней. - Не обижайся на мужа. Всё-таки он не островитянин, можно понять его страх. Элая поджала губы. Она была недовольна, хоть и всеми силами пыталась отогнать это чувство, не давая ему испортить ей настроение в такой важный день. - Он просто трус, - отрешённо ответила Элая, потянувшись к ключу зажигания. Мотор завелся с третьего раза. Элая осторожно потянула рычаг, пустив "Кору" малым ходом вперед. Катер, недовольно задребезжав, устремился в море. Элая даже не подозревала, как скучала по морскому бризу. Как скучала по запаху моторного масла, сырости и старой резины. "Кора" двигалась медленно, бросаясь наперерез прибрежным волнам. Элая решила не гнать "Кору" слишком далеко в море. Она остановилась в тот момент, когда звуки с берега уже стали едва различимы, однако сам берег был ещё прекрасно виден на горизонте. В море дул холодный ветер, "Кора" покачивалась на волнах, стремящихся отнести её поближе к огням большого города. Элая ловко перебралась на нос катера, усевшись на него. Свесила ноги за борт, повернулась спиной к берегу, наслаждаясь открывающимся ей видом на знакомое с детства море. Море, что когда-то давным-давно пощадило её, дав маленькой утопающей девочке шанс, которым Элая смогла воспользоваться. Керат сел рядом с ней. Какое-то время они сидели молча, наслаждаясь морским бризом. Мужчина заговорил, нарушая идиллию. - Ты - лучшее, что случилось с нашим народом. Когда я смотрел на тебя, выступающую на сцене, я чувствовал такую гордость. Мне хотелось закричать: "Смотрите, это наша девочка! Наша островитянка с Екорро!". И когда ты подчеркнула это, не стыдясь своего происхождения, я испытал такое счастье. Спасибо тебе. Элая обернулась к мужчине. Ветер трепал его волосы, выбивая и путая седые пряди из туго собранного на затылке хвоста. Элая нежно улыбнулась. - Я правда верю в то, во что говорила. Я обязана своей жизнью каждой и каждому из вас. Матери Тене, что спасла меня от неминуемой смерти. Врачиням Акры, что боролись за мою жизнь. Нашему Екорро, что ни на секунду не забывал о том, сколько Тена дала ему в свое время. Помнишь, как вы с Миной начали подкладывать нам морские деликатесы в корзинах под дверь? Мать знала, что вы это делаете и брать не хотела, а Мина настояла, чтобы я прятала эти корзины от матери, постепенно добавляя те деликатесы в наш рацион. Мать ворчала тогда, она никогда не любила быть кому-то должной. Никогда не ела то, что дарили ей островитянки, а я только и рада была, ведь мне больше доставалось. Ещё помню, как ты помогал ухаживать за нашим домом, когда Тена слегла с первым сердечным приступом. Помню, как госпожа Зена приносила мне книги и занималась со мной биологией по вечерам. Екорро навсегда остался в моём сердце. Я помню всех и каждую. И тех, кто ещё жив. И тех, кто живёт теперь только в наших сердцах. Правда, я никогда не забывала о вас. И мечтала вернуть вам хоть кусочек той заботы, что вы подарили мне, чужому осиротевшему ребёнку. Именно понимание моего долга перед вами давало мне силы для того, чтобы пробовать поступать в университеты раз за разом. Днём подрабатывала на заводе у станка, а ночью зубрила биологию. Именно из моей любви к вам я упорно выгрызала финансирование своих проектов зубами, порой спонсировала экспедиции из своих денег, брала неподъемные займы. Просто потому что верила, что обязана помочь тем, кто в своё время не бросил меня. Знала, что это мой долг. И, как видишь, Небесные Сестры смилостивились надо мной. Керат положил руку на плечо Элаи. - Ты столько делаешь для других. Но, скажи, а ты сама вообще... счастлива? Элая усмехнулась, отвернувшись к морю. Как всегда равнодушное, оно молчало, не прерывая разговора. Немного подумав, женщина ответила. - Я счастлива, что смогла помочь своему народу. Что увековечила имя Тены в веках. Керат убрал руку с плеча девушки. Обратил свой взгляд к морю вслед за ней. Немного помолчал, подбирая слова. - Прости, если лезу не в свое дело, но... выглядит так, будто вы с мужем чужие люди. Элая усмехнулась. - Ты как всегда проницателен, Керат. Так и есть. Он родился в Зерте, избалованный столичный мальчик. Думаю, ему правда сложно принять меня настоящую. Рыбачку, так же ты меня назвал? Как только Су Туок подрастет, отправлю его обратно к матери. - А старший ребенок не будет переживать? - Обижаешь, Керат. Как говорила Тена, двое детей от одного мужчины - позор для островитянки. Отец Те Уока уже давно живёт с другой женщиной. - О, узнаю пагубное влияние госпожи Хёго, - попытался пошутить мужчина, стараясь развеять обстановку. Элая вежливо улыбнулась. Она давно уже смирилась с тем, что за пределами островов она никогда не найдёт родную душу, потому уже и не переживала о том. Женщина прикрыла глаза, подставив лицо морскому бризу. В тишине она задумалась о том, а была ли она когда-нибудь счастлива по-настоящему. И что вообще такое это неуловимое счастье. - Сейчас я, наверно, счастлива. Наедине с тобой и с "Корой" я будто снова вернулась в детство. Керат мягко улыбнулся в ответ на её слова. - Я рад слышать, что мы смогли оставить тебе такие счастливые воспоминания о детстве на Екорро. Это очень ценно для меня. Если я смог сделать чью-то жизнь приятнее, значит, и я прожил свою жизнь не зря. Элая по-доброму улыбнулась мужчине. Отвернувшись от него, прикрыла глаза, пытаясь раствориться в тишине и спокойствие этого момента. Женщина пыталась запечатлеть этот момент в своем сердце навсегда. Кто знает, когда она в следующий раз сможет так спокойно наслаждаться морем. И наступит ли этот момент когда-нибудь ещё в её жизни. - Я много думаю о том, что моя дочь, моя Су Туок, никогда не пройдет моим путем. И, знаешь, с одной стороны, я счастлива, что ей никогда не придется пережить то, что пережила в детстве я. С другой стороны, я прекрасно понимаю, что она никогда не сможет принять море. Как и её отец, не сможет понять, за что я так сильно люблю "Кору". Не полюбит бризы, не научится плести сети. Не узнает, какая рыба ядовита, какая стоит целая состояние, а какая сгодится только на паштет. Она никогда не почувствует ту любовь и ненависть к морю, которую могут почувствовать только те, кто предан островам с их тяжёлой опасной жизнью. Я много думаю о том, что я - последняя рыбачка рода Хёго. И это меня слегка удручает. Керат тяжело вздохнул, уставившись в глубину моря. "Кору" начало качать сильнее, ветер разбушевался, начинал поднимать волны. - Знаешь, что я думаю? - тихо спросил Керат. Элая повернулась, молчаливо ожидая его ответа. Мужчина потер затылок. - А ведь я впервые выхожу в море на "Коре". Элая удивлённо подалась назад. - Да ты шутишь, что ли!?