Ведьма и кукловод

-Но если девушкам тяжело… Они могут уйти? Если они на грани? -Спросила Гис. Джеффри молча взял ее за руку и вывел из кабинета. Они спустились в подвал. Он подвел ее к одной из дверей и открыл ее. Все внутри комнаты было белым: стены оббитые белым бархатом, белая кровать с мягким льняным бельем… В белых вазах стояли цветы, а из динамиков лилась тихая расслабляющая музыка как для медитации. -Это белая комната, место где девушка может отдохнуть. Если ей тяжело она говорит мне об этом и я отвожу ее сюда. У нее есть аналоги и на верхних этажах, -Джеффри провел Гис внутрь. -Я останусь здесь. На ночь, -Гислейн разделась.-Утром поговорим. Джеффри выдохнул. Он видел что она на грани, что ей плохо, но она не убегает, она просто пытается адаптироваться… И пока у него получается… Она молча подошла к нему и потянулась к его губам. Джеффри остановил ее. -Не целуй, иначе я не смогу уйти, а тебе нужно подумать, -Он отстранился. Гислейн легла на кровать. Было ли ей страшно? Да чертовски. Было ли ей жаль девочек? Очень. Но уйти от него… Она не сможет. Но что делать? Стать девочкой Театра? Нет, если кто-то кроме Эпштейна тронет ее она умрет. Но что тогда? Она закрыла глаза. Должен быть выход… Мораль мешала ей думать, страх стоял на пути рациональности… Это было физически больно… Господи, будь она Хищницей она бы не задумываясь сказала ему да... Будь она... Хищницей... Гислейн резко села. Решение пришло само собой, но теперь нужно было найти в себе смелость озвучить его Джеффри и силы чтобы воплотить его в жизнь. Утром она вышла в зал было тихо. Ночь стала историей и ее убрали в память тех кто ее пережил. Гис. одетая в футболку и Джинсы нашла Джеффри, что сидел за роялем и наигрывал какую-то грустную мелодию. Она подошла к нему. При виде нее Эпштейн поднял глаза. -Быстро же ты пришла в себя. Зои говорила что ты месяц не будешь со мной говорить. Харви ставил нна неделю,- Джеффри усмехнулся. -Это было до северного пляжа. Та Гис бы сбежала узнав правду. Но та девчонка сдохла вместе с тем дикарем что ты убил Скажи... у твоего Театра Кукол есть администратор?- Гислейн смотрела в упор. Ощутив ее решимость Эпштейн почувствовал что-то не то. К чему она клонит? -Есть Кэтрин пирс, что присматривает за девочками, есть Нигяр Калфа-главная куртизанка. Куртизанками я называю тех, кто пришел сюда сам. Но нет той кто руководит этим всем. Нет моста между мной и девушками. Неужели ты знаешь кого-то кто согласится служить Дьяволу предварительно сожгя свои мораль и нравственность?-Эпштейн сузил глаза... И Тогда... Гислейн опустилась нна колени. Она взяла его руку с тяжелым обсидиановым перстнем и поцеловала ее с преданностью, но преданностью равной а не рабыни... -Я Хочу стать твоей Мадам, твоей правой рукой в этом Балагане Разврата... Научи меня ломать Людей, научи смотреть в бездну и не отворачиваться. Я твоя,- Гислейн смотрела смело, уверенно и без страха. Ее светло-карие глаза впились в его глаза. Джеффри замер. Нет, нет... Только не так... Она гасит свой свет ради него... Не так,.. Он не хотел такой цены за счастье с ней. Это неправильно. -Нет, Гис, даже не думай. Ты станешь холодной, ты станешь машиной! Ты станешь смотреть на людей как на вещи и ресурсы. Я потеряю твою человечность! Если ты хочешь быть со мной, то гне такой ценой!-Джеффри вскочил. -Джеффри, а какой у меня выбор? Ждать тебя? Плакать в подушку? Нет, я не хочу. Я буду учиться. Я стану королевой для Императора. Я сохраню свет, но только для тебя. Это же гениально-быть сукой для мира и твоим светом. Моя искра только для тебя. Только ты хозяин моего света,- Гислейн встала. Джеффри замер. Она сжигает себя для него. Нет, она должна была бороться спорить с ним... Но не сдаваться. -Может ты ещё и согласишься стать Хищницей,-Джеффри метался возле рояля запуская руки в волосы... -Нее знаю. Возможно,- Гислейн решила если она сжигает мосты и старый мир то пусть все горит синем пламенем. Джеффри выдохнул. Она-Хищница... Блять, эта смешная босая девушка хочет жрать людей править людьми и участвовать в оргиях. Господи... -Зачем ты это делаешь?- В отчаяние Прорычал Эпштейн. -Ради тебя, ради нас... Я не хочу вечно бояться, а ты будешь не один во Тьме!- Кричала Гислейн.- Любому монстру нужен кто--то кто скажет ему: я Здесь, я рядом... И сказав это погладит его по шерсти. Эпштейн упал перед ней на колени... Черт... Она сожгла все, она... она просто задвинула человечность на пятый план ради него. Гислейн села напротив него - Ты пожалеешь, ты возненавидишь меня,- Шептал он, обняв ее. -Нет, я пожалею если уйду. Я здесь... Ради нас,-Гис целовала его. Они сидели и молчали... Два существа, два сердца... - Ты Безумна, Гислейн Максвелл...-Наконец выдохнул Джеффри.- Хорошо. Будь по твоему. Но Прежде чем мы начнем... Ты должна стать частью этого места.