Акира наслаждается своей новой жизнью

Жизнь в поместье постепенно вошла в своё идеальное русло. Акира окончательно стал третьим членом этой странной, но безумно уютной семьи. Межчеловеческие (или, точнее, межъёкайские) условности стёрлись сами собой. В доме, где царила прохлада вечности, не осталось места ложному стыду.Когда Акира пару раз случайно заставал Кицуко-сан без одежды, когда она выходила из купальни, лениво обмахиваясь своими девятью хвостами, это не вызывало у него дикого смущения. То же самое было и с Юки, который мог спокойно переодеваться в комнате, не закрывая сёдзи. Теперь это казалось абсолютно естественным: они видели друг в друге не мужчин или женщин, а родные души, объединенные одной крышей и общей тайной.Но была во всей этой идиллии одна проблема.Ссорились Юки и Кицуко редко. Очень редко. Но если уж это происходило, то максимально метко. И в такие моменты Акира проклинал своё новое бессмертие, потому что оказывался зажат строго между двух огней. — Твой перфекционизм переходит все границы, Юки-чан! — возмущенный голос Кицуко эхом разносился по коридорам. Лисица стояла посреди гостиной, её уши были сердито прижаты, а хвосты нервно ходили ходуном. — Я хозяйка этого поместья! Если я хочу переставить этот свиток с великим проклятием в левый угол, потому что там лучше падает лунный свет, я это сделаю! — Кицуко-сан, этот свиток держит барьер всего южного крыла, — ледяным, убийственно спокойным тоном отвечал Юки, скрестив руки на груди. Вокруг него воздух, казалось, начинал покрываться тонкой корочкой инея. — Если вы переставите его туда, духи-вредители сожрут твой любимый сад с хризантемами за одну ночь. Акира, скажи ей. Акира, который до этого мирно пил чай в углу, мгновенно замер с занесенной пиалой. Обе пары глаз — сверкающие лисьи и глубокие, холодные глаза Юки — синхронно уставились на него.«Ну зашибись, прилетело», — подумал Акира, чувствуя, как по спине пополз холодный пот. — Э-э-э... — Акира медленно опустил пиалу. Выбрать кого-то одного было чистым самоубийством. Примешь сторону Кицуко — Юки вечером вместо божественного ужина выдаст ему тарелку пустого пресного риса, а в комнате устроит персональный филиал Антарктиды.Примешь сторону Юки — Кицуко обидится, спрячет его выигрышный монокль, подсыплет в чай табака тенгу или, что еще хуже, заставит три дня мыть полы во всем огромном поместье без магии. — Ну, — Акира нервно усмехнулся, переводя взгляд с одного на другого. — С одной стороны, Кицуко-сан, сад действительно жалко, хризантемы классные. Но с другой стороны... Юки, может, можно барьер как-то подвинуть? Ну, чисто ради эстетики? — Акира, не паясничай, — синхронно и строго оборвали его оба. Акира тяжело вздохнул, поднял руки в защитном жесте и попятился к выходу на веранду: — Знаете что? Я ёкай молодой, глупый, в ваших древних свитках и фэншуе ни черта не смыслю. Разбирайтесь сами, а я пошел проверять речные капканы старика Каппы. Он буквально выскочил в сад, краем уха слыша, как за спиной снова возобновился высокоинтеллектуальный спор о магии и дизайне. Быть рефери в семье двух могущественных древних духов оказалость сложнее, чем заново учиться держать палочки. В итоге Акира решил переждать бурю в саду, сделав вид, что безумно увлечен чисткой пруда. Он лениво гонял палочкой мелких водных духов, пока голоса в доме постепенно не затихли.Когда на поместье опустились мягкие сумерки, Акира осторожно, на цыпочках, заглянул в гостиную через открытую террасу. Наступила та самая звенящая, опасная тишина, которая обычно бывает после крупной семейной разборки. Свиток в итоге остался стоять на прежнем месте — Юки победил в споре железной логикой, но атмосфера в доме всё ещё была наэлектризована.Кицуко сидела в углу веранды, демонстративно отвернувшись от кухни, и сердито расчесывала один из своих хвостов деревянным гребнем. Юки молча возился у печи, и по звуку того, как резко он ставил посуду, Акира понял: ужин обещает быть молчаливым.«Надо что-то делать, иначе мы погрязнем в этой пассивной агрессии до следующего полнолуния», — подумал Акира.Он решительно шагнул в дом, на ходу доставая из кармана юкаты колоду карт ёкаев, которую Кицуко подарила ему прошлым вечером. — Так, народ, — громко объявил Акира, усаживаясь прямо по центру гостиной на татами. — Хватит дуться. Юки, бросай свои кастрюли, у нас тут экстренная ситуация. Кицуко-сан, откладывайте гребень. Объявляю турнир. Оба духа удивленно повернули головы в его сторону. — Какой еще турнир? — буркнула лисица, но её уши любопытно дрогнули. — Турнир по ликвидации семейных кризисов, — ухмыльнулся Акира, ловко тасуя карты. Его пальцы уже не путались, движения были четкими и уверенными. — Правила простые. Играем втроем. Тот, кто проигрывает первый раунд — признает, что был не прав, и делает победителю массаж плеч. Тот, кто выигрывает весь турнир — получает право установить этот несчастный свиток куда угодно, хоть мне на голову. Юки подошел к порогу кухни, вытирая руки полотенцем. Он посмотрел на Акиру, затем на Кицуко, и лед в его глазах наконец-то начал таять. — Это глупо, — тихо сказал Юки, но всё же прошел в комнату и сел по правую руку от Акиры. — Но я в деле. Мои комбинации ты сегодня не побьешь. — Ой, неужели? — Кицуко мгновенно оживилась, её хвосты взметнулись вверх, а плохое настроение испарилось без следа. Она грациозно подползла к ним и села по левую руку. — Держись, Юки-чан. Я покажу тебе, кто здесь хозяйка. Нарезай карты, Акира! Акира мысленно выдохнул. Гроза миновала.Они просидели за игрой до самой глубокой ночи. Акира намеренно поддавался в ключевых моментах, сталкивая Юки и Кицуко лбами уже в шуточном, игровом азарте. В итоге первый раунд с треском проиграла Кицуко, и ей пришлось, забавно ворча, своими тонкими ладонями разминать затекшие плечи Юки, отчего тот впервые за день тихо и расслабленно рассмеялся.Сам Акира выиграл финальный кубок и постановил, что свиток останется на месте, но Кицуко получает право украсить его рамку живыми хризантемами. Решение устроило всех. Позже, когда уставшая Кицуко ушла спать, а Юки убирал со стола, Акира подошел к нему и оперся плечом о косяк двери.— Тяжело с вами, древними духами, — с улыбкой вздохнул он.Юки остановился, держа в руках поднос, и посмотрел на Акиру. В его взгляде было столько тепла и искренней благодарности, что Акире на секунду показалось, будто его обдало весенним ветром. — Спасибо, Акира, — негромко произнес Юки. — Без тебя мы бы спорили до утра. Ты... действительно стал клеем для этого дома. — Да ладно, — Акира весело потрепал Юки по плечу. — Просто кто-то же должен быть самым адекватным в этой семье нечисти. Идем спать, завтра я научу вас играть в человеческий покер. Устроим Кицуко-сан полный разгром.