Три свидания во время депрессии

Что за драма… по утру мне было стыдно, но я взял себя в руки и приготовил завтрак для нас троих. Юра проснулся последним. Он был очень помятым, каким-то сонно-злым и смущенным. Настоящий подросток, о котором я иногда забывал, готовя к соревнованиям. Это ведь обычный шестнадцатилетка, чьи родители тоже наплевали на воспитание. Быть может, мы с ним более чем похожи. Поэтому я решил завязать с отчуждением. Каждый вечер Юра уезжал со мной, а на выходные оставался у деда. Это свело на нет мое одиночество, добавило обязанностей и привило чувство ответственности как за младшего брата. Порой вместе с Юрой приезжал и Кацуки. Иногда оставался Алтын, если был в Москве. Ему, естественно, ехалось не по пути, но он зачем-то терся рядом с Плисецким. Я видел истоки этой дружбы и чувствовал доверие Юры. Ведь у него из-за дурного характера не завелись друзья в школе. Потом дедушка Юры очень сильно меня благодарил за помощь. Так я понял, что помогать - это искупление перед самим собой. За незаметной для жизни звезд и планет заботой пролетел целый месяц. Все это время ты присылал мне сообщения, рассказывал о каждом пройденном дне, делился результатами. Я же снимал свои программы на видео, наши занятия с Кацуки и Юрочкой, мои попытки в кулинарию. В один из таких вечеров, когда Юра смотрел телевизор и параллельно с этим копошился в телефоне, на моем экране высветилось сообщение. «Фото» Я вытер руку и открыл приложение. На фото был изображен билет. Не один билет, явно ещё два за верхним, однако информация на последнем гласила: Жан-Жак Алан Леруа.. какой-то там рейс, какой-то там гэйт, дата и город Санкт-Петербург. Какая-то там дата выпадала на послезавтра. - Че там? - Юра повернулся на диване и уставился на меня. - Джей прилетает послезавтра. - О, прикол! А как же Кацуки? - А что Кацуки? - Он ведь вроде как твой муж, нет? С кольцом ходит, взять золото готовится. - Хороший стимул. Не буду его лишать этого стимула. - Жестоко. - Ты лучше скажи мне… - я отложил телефон в сторону. - В том чемпионате Гран-При Америки… - Ой… не напоминай мне об этом псе. - Он же был среди юниоров. И как, простите, ему удалось тебя уделать? - Не напоминай! - гавкнул Юра. А мне стало смешно. Ведь я даже не замечал твои достижения, когда как у себя на родине ты был лучшим студентом университета Торонто, популярным рок-исполнителем, да еще и на льду занимал призовые места и только. - Высоко прыгает. - Что? - Я говорю, что у него высокие прыжки. Он высоко прыгает. Это позволяет ему делать много четвертных. Владеет квадами: тулупом, сальховом, лутцем и недавно освоенным риттбергером. Владел… по крайней мере. Я присвистнул. - Ты не знал? - Честно? Нет. Не интересовался его биографией. - Там вся семья имеет отношение ко льду. Старший брат играет за сборную Канады в хоккее. Младшие близнецы тоже фигуристы. Его тренировали Алан и Натали Леруа - известная пара чемпионов мира по парному фигурному катанию. И вообще Джей начинал как парный фигурист. Потом оставил это дело. - А ты откуда все это знаешь? - Знай врага в лицо. - Юра отвернулся. - Пока ты не считал его соперником, мне приходилось выжимать из себя все, чтобы превзойти его. Всю жизнь друг другу в спину дышим. Тем более его тренировал Селестино Чалдини. - Бывший тренер Кацуки. Юра кивнул. - Помню его. Мы мало общались, но Кацуки о нём отзывался очень хорошо. Да и Апчи на льду держится уверенно. Странно, что Селестино брался за Леруа. Самому Чалдини следовало бы поучиться у Джея. - Теперь ты его превозносить начал. Только так переобуваешься. Я улыбнулся. Может быть, Юра был прав. Мне хотелось узнать о тебе намного больше, чем из статьи Википедии. Стало стыдно за мои поверхностные знания о твоих достижениях, а ведь я замечал твои очень высокие прыжки, высокую выносливость и усложненную программу. Если это все делалось только ради меня, то я срочно должен был пойти в церковь и умолять отпустить мои грехи. «Я тебя встречу, Мой Джей» - написал я в ответ на фотографию. Ты поставил сердце на мое сообщение. Ещё немного, и этот дом станет твоим тоже. Ещё совсем немного. Знал бы я тогда, как ты ужасно рассорился с родителями, не был бы таким веселым. Но я ещё долго об этом не буду в курсе. Ты всегда так тщательно скрывал свои раны. По всем будущим внешним признакам и твоей помощи Юре в тренировке я понимал одно — ты способен выйти на лед снова. Но ты не хотел. Смелости предложить тебе свое тренерство под флагом России мне не хватало вновь, а ведь Отабек иногда на это намекал. Но это все меня только ждало. В тот вечер, готовя Юре ужин, я радовался твоему скорому приезду в Россию. Я тебя очень ждал, но почему-то только с пинком от Алтына смог тебе в этом сознаться. «Не забудь развестись с Кацуки. Твой Джей»