Сосед по аду

Дорога назад домой была тяжёлой. Джисон сам не понимал, почему. В квартиру назад идти не хотелось, но и одновременно его туда тянуло. В итоге, музыка так и лилась в уши, заглушая ветер, но не мысли. Ноги несли его вперед, хотя мозг и голова в принципе сопротивлялись, но он шёл. На скамейке около парка сидела пара. О чем-то увлечённо говоря, смеясь. Раньше бы Хан этого даже не заметил, а сейчас почему-то даже задумался. «Интересно, а дома они тоже ссорятся?» – Джисон искривился – то ли от своей мысли, то ли от нахлынувших воспоминаний – или просто от этой слащавой парочки, которая так и резала глаза. Хан отвернулся от них, сделав вид, что даже не заметил и его это не волновало. Шагал по кленовым листьям, хрустящими под ногами. Подошва черных ботинок оставляла разводы грязи на асфальте, но Джисон не замечал этого. Мысли были разбросаны, разум затуманен непонятно чем, но сосредоточиться на чем-то он не мог. Весь путь прошел почти незаметно. Из мыслей иногда вырывали редкие лаи собак из открытых окон домов, то громкий смех детей и очень привлекательный запах булочек из пекарен – сладкий и насыщенный. Двор был уже темным, лишь фонари освещали хоть что-то. В конце сентября начинало рано темнеть, и в шесть часов вечера становилось не светло. Джисон нащупал ключи у себя в кармане куртки. Железная дверь пятиэтажной хрущёвки поддалась не с первого раза, но со второго парень уже был в подъезде. Облупившаяся бирюзовая краска на стенах, запах еды из какой-то квартиры на третьем этаже, чей-то кот на лестничной площадке, растения на окнах. Джисон медленно поднимался на пятый этаж по ступенькам, ибо лифта нет. Каждый шаг отдавался чем-то очень странным в груди, но он продолжал идти, подавляя какую-то тревогу. Он остановился у двери, и сердце почти выпрыгивало из груди. Хан мялся, вытирал ноги об коврик. По итогу вставил ключи в замочную скважину, прокрутил их и дверь открылась. Джисон ожидал увидеть обычную картину, но... Хан открыл дверь, вместо привычного света на кухне или гостиной, он увидел темноту. Посмотрел на пол, ничьей обуви не было. Джисон подозрительно прошел и сам включил свет в коридоре, закрывая за собой дверь. – Минхо? – Джисон крикнул, но в ответ – тишина. Поняв, что дома он один, то выдохнул. Наконец-то можно спокойно закурить в окно без лишних диалогов, или громко разговаривать и не получить осуждения со стороны соседа. Тревога отпустила, а на лице расцвела улыбка. Он снял свои ботинки и сразу же прошел на знакомую кухню. Открыл окно настежь и закурил. Прямо как в тот раз, когда они с Минхо впервые встретились. Затянулся сильнее, пытаясь собраться и не думать слишком много. «Хватит уже об этом думать. Опять какой-то идеальный пацан, а ты тут себе голову этим забиваешь. Соберись, тряпка» – Джисон отрезал себя от этих навязчивых мыслей и докурил, выкинул окурок в пепельницу. Хан еще немного посмотрел на вид из окна, поморщился от резкого привкуса горького табака на языке, и подошел к чайнику. Прямо как в тот раз. Только в этот раз его пальцы замерли на кнопке включения электроприбора. Он заметил в раковине две кружки, немытых. «Вообще на Ли не похоже. Парится из-за любой пылинки, а тут еще и..» – мысль резко обрывается, ведь Джисон увидел на одной из кружек отпечаток чужой красной помады. «Теперь понятно, придурок. Свою шлюшку сюда заводил? Вот уебок.» – Хан горько усмехнулся и быстро отвернулся от этой несчастной раковины и этих кружек. Горло неприятно зажгло, но он тяжело сглотнул это вязкое чувство. Включил чайник, достал чистую кружку и заварил себе пакетированный чай. Самый дешёвый, горький, но до одури привычный и уже вкусный. Он решил не мыть кружки, Минхо надо? Он сам и помоет. И за собой, и за своей дамой. Было уже довольно поздно. Джисон вымыл свою кружку, поставил сушиться и быстрым, даже резким шагом ушел с кухни, направляясь в свою комнату. Закрылся и рухнул на кровать без сил. Глаза слипались, но сон всё никак не шёл. От чего он устал? Хан сам не знал. Возможно из-за множества мыслей, а может быть просто много ходил. Устав от такого количества раздумий, он просто выключил единственный источник света, а именно ночник, и натянул одеяло выше, почти до головы. Перевернулся на бок и всё-таки закрыл глаза. Минхо вернулся поздно. Примерно в часа два-три ночи. Джисон не услышал, уже спал крепким сном. Ли же, как обычно поставил свои чистые белые кроссовки ровно и пошёл к себе в комнату. Он понял, что Хан уже спал, ведь в квартире на удивление было тихо и темно, хотя что удивительного? Ночь на дворе. Парень закрыл дверь в свою комнату и хоть был уставшим, но переоделся в пижаму. Расправил кровать и лег спать. Мысли Минхо крутились вокруг его сегодняшнего дня, проведённого с девушкой. Они ходили по парку, потом зашли в квартиру к Ли. Даюн много разговаривает, а Минхо один из тех людей, у кого быстро садится социальная батарейка. Из-за этого сейчас просто не было сил что-либо делать, хотелось спать, спать, и еще раз спать. Наверное, именно сейчас, в тишине, ему было комфортнее всего. На удивление, в его комнате. Утро наступило быстро. Минхо встал как обычно, ровно по расписанию в семь утра. Сделал зарядку, разминая мышцы на будущий день. Принял душ, смывая с себя остатки вчерашнего дня. Потом вышел на кухню, поставил чайник и заметил в раковине две немытые кружки. «Блять.» – быстро пронеслось в голове у старшего, когда тот понял, что это те самые кружки, которые он так и не помыл после посиделок с девушкой. Ее красная помада была сильно заметна на белом фарфоре, прям алое пятно среди белого. Это на самом деле так резало глаз. «Джисон точно увидел, пиздец.» – хоть мысли были разные, но вид у Минхо оставался непроницаемым. Как обычно. Всё, как обычно. Ли поспешил быстро сполоснуть кружки и раз уж на то пошло, то приготовить завтрак не только для себя, но и для своего соседа. Две кружки кофе уже стояли на столе, а яичница доготавливалась на сковороде. Когда всё было готово, Минхо как раз сел за стол. Его волосы были уложены, на нем была та же самая учебная одежда, которая так бесила Хана. Ли ел медленно, прожевывая каждый кусочек и обдумывая мысли и действия Джисона, когда он увидел отпечаток помады. Почему Минхо так парится из-за этого? Он просто не хочет портить репутацию, которая и так была испорчена благодаря слухам. В которые верили все, кроме него. Сейчас же, когда слухи подтвердятся, станет еще хуже и тяжелее. От этих мыслей старший бросил вилку в тарелку и потёр переносицу, жмурясь, будто от яркого света. Вилка упала в тарелку с громким звуком, неприлично громким для такой тишины. Но даже так мысль не уходила. Она становилась всё навязчивее, всё настойчивее. В итоге, Минхо не выдержал и просто продолжил есть, будто ничего и не было пару минут назад. Ли из-за своей нарастающей агрессии не заметил, как на кухню зашел заспанный Джисон, который стоял около стола, смотря на тарелку и кружку с кофе около своего места и не знал, как реагировать. Увидев замешанное лицо Хана, Минхо быстро отвёл взгляд. Он взбесится еще больше, ведь уже чувствовал эту ухмылку, почти усмешку всеми фибрами кожи. Хан же в свою очередь немного постоял, не понимая, что делать и говорить, а потом вспомнил вчерашний вечер и хмыкнув, открыл настежь окно, доставая сигарету. Но в этот раз он не закурил, просто смотрел в окно, на солнце, которое уже поднималось, на облака, которые медленно рассеивались. Вдыхал осенний запах. Сигарета крутилась у него в пальцах, просто, чтобы занять руки. Это чувство... «Нет, нет, нет» – повторял себе как мантру Хан. Снова вязкое чувство в горле, сглотнул, но не помогло. – Ты долго будешь так стоять, Хан? – из своих мыслей и чувств его вырвал чужой голос за спиной. Глаза Хана бегали от одного дерева к другому, он не понимал, что происходит, но осознавал, что не то, что надо. – А что мне делать? – Хан постарался воссоздать лицо холодного и неуязвимого человека, но голос предательски дрогнул на последнем слове. Он сломал сигарету. Табак полетел с окна куда-то вниз, но Джисон этого даже не заметил. Он лишь надеялся, что Ли не заметил. Не заметил. – Ну, например сесть и начать есть? – Минхо в этот раз аккуратно положил вилку в тарелку и перевёл взгляд с еды на стоящего Хана у окна, со сломанной сигаретой. – И зачем ты держишь этот огрызок в руке? Сломан же. – Я не голоден, спасибо. – Парень у окна сделал вид, что не услышал чужое замечание по поводу сигареты и просто ее выкинул в окно. Да, намусорил, но сейчас было плевать. Сейчас его снова накрыло чувство. Какое? Хороший вопрос, ведь он постоянно от него бежал, но вот... Оно стало сильнее его самого. Стало противно от того, что из этой кружки, в которой сейчас кофе, пила девушка. Оставила помаду, и просто ушла. Джисон вновь сглотнул и повернулся к Минхо, встречаясь взглядом. Взгляд первым отвел Хан. Достал чистый стакан и налил в него воды, выпил три стакана, пытаясь запить кислоту в горле. Старший же продолжал следить за младшим, что смешивало все чувства в один непонятный комок, от которого хотелось спрятаться и не выходить назад. Ли же не понимал, зачем продолжал сверлить взглядом Хана. «Успокаивая» себя, что ради развлечения, было интересно понаблюдать за тем, как Джисон продолжает строить из себя неуязвимого, когда маска начинает трещать по швам. Младший же начал закипать. Не выдержав, он допил воду и со стуком стекла поставил стакан в раковину. Звук получился намного громче, чем сам хотел Хан. Но что Джисон, что Минхо не дернулись от звука. Парень медленно перевел взгляд с раковины на Минхо. Взгляды снова встретились, но в этот раз никто не отводил его первым. Смотрели они друг другу в глаза неприлично долго, пока на лице старшего вместо привычной расчетливости и спокойствия, расцвела усмешка – насмешливая, но в ней читалось что-то еще. Удовольствие? Хан даже сначала опешил, ведь сразу это заметил, но никак не показал этого. Ли всё продолжал маленькую битву, или скорее игру. Усмешка становилась шире, ровно до того момента, пока Минхо не взял себя в руки. Прокашлялся и всё-таки отвернулся к уже остывшей еде. Джисон выдохнул. – И долго ты будешь стоять? Еда стынет. – Минхо напомнил про еду. Снова. Холодный и спокойный голос, но как теперь Джисону выкинуть из головы эту навязчивую усмешку? – Я же тебе сказал, что не голоден. Отъебись. – Несмотря на недавний зрительный контакт, который почему-то был слишком длинным для Хана, он взял себя в руки и вернул себе грубость. – А три стакана воды ты по приколу выпил, да? – Минхо хмыкнул. Пожал плечами, дожевывая свою порцию. – Не хочешь – не ешь. – Старший залпом выпил кофе, и резко с грубостью оттолкнул Хана от раковины, чтобы поставить грязную кружку и тарелку. Джисон сначала растерялся, а затем встал за спину Ли, скрестив руки на груди. Просто наблюдал за тем, как руки Минхо вымывали посуду. – А ты так следишь за мной? Аж стаканы посчитал. – Не выдержав напряженного молчания, всё-таки выпалил Хан. – Может еще что скажешь? – После этих слов, парень увидел, как руки на фарфоре замерли, но через несколько секунд начали активнее и резче тереть посуду. Минхо же в это время затаил дыхание, сам себя же выдал. Он считал не специально, просто... Так получилось, и оно само вывалилось в лицо врагу. Старший крепче сжал пальцы на посуде, до побеления костяшек. Гнев? Ярость? Обида? Начало закипать в нем. Только вот на кого? На себя, за то, что выдался? На Хана, за то, что тот заметил? Ответа не было, но его и не нужно было. Так спокойнее. – Не слежу, просто заметил. – Минхо ответил через пару минут. Снова эта ухмылка Хана. Он ее почувствовал. Мерзкая, широкая, удовлетворённая. Ли не нравилось, что младший перехватил инициативу, стал водой в этих играх, про которые никто из двух парней не знал. – Ясно. – Джисон коротко рассмеялся, победно и властвующе. Потом развернулся и ушел к себе в комнату собираться в университет, оставляя Минхо один на один с комком чувств. Минхо пытался сосредоточиться на посуде, перемывая ее уже в какой раз. Когда совсем надоело, то он оставил кружку с тарелкой на сушилку. Перевел взгляд на чужую еду, которую готовил он. Напиток уже был остывший, как и еда в принципе. В груди неприятно закололо. Брови свелись у переносицы, он потёр виски, пытаясь хоть что-либо сообразить. «На что я еще, блять, рассчитывал? Неблагодарный ублюдок.» – было в мыслях. При этом он просто вылил уже холодный кофе в раковину, в этот раз быстро сполоснул стакан и оставил там же, где и была остальная. Сел на место Хана и тяжело вздохнул, протирая лицо руками. Просидел так недолго, по ощущениям. В итоге не выдержал и встал с места, направляясь в свою комнату, оставляя все напряжение и чувства на уже ненавистной кухне. Шаги звучали громко для тишины. Снова слишком громко. Он захлопнул дверь в свою комнату и, быстро найдя свою сумку, буквально выбежал из дома. Лишь на улице смог вдохнуть полной грудью уже чистый воздух. Джисон же так и валялся на кровати. В голове уже было пусто, но оно и к лучшему. Из залипания в одну точку его вырвал резкий грохот входной двери. Хан аж дернулся. Проморгался и всё-таки встал с кровати. Сегодня было настроение на черные прямые джинсы, белую свободную футболку и сверху всё же привычную темную толстовку. Настроение было странное, но ничего. Хенджин и Сынмин в университете поднимут его еще не раз. Парень напшикался сладким парфюмом с карамелью и вышел из квартиры. Закрывая дверь, он ничего не почувствовал. «Осенняя апатия?» – предположил Хан у себя в голове, но лишь пожал плечами и спускался по лестнице вниз. Минхо уже ушел, но Джисон об этом даже не думал. Лишь смотрел себе под ноги, снова напевая что-то под нос. Дорога до учебы была обычной, как всегда. Только у входа Джисон всё же закурил. Облокотился спиной о дерево. Выдохнул дым в небо, прикрыв глаза, и даже не заметил, как Сынмин и Чонин подошли к нему. Из очередных размышлений его вырвал голос младшего: – Хей, Джи! Привет, давно не виделись. Я тут хочу в клуб пойти вечером, придешь? – Чонин лучезарно улыбнулся, переминаясь с ноги на ногу. – Конечно, приду. Какие вообще вопросы? – Джисон хмыкнул и улыбнулся в ответ. Затушил сигарету и выкинул ее в мусорку. – Пойдемте на пары уже. У нас, Сынмин, заучка первую ведет, так что нас закопают за опоздание. – Хан, не дожидаясь ответа, пошел внутрь здания. За спиной Джисон услышал шепот друзей, но разобрать его не смог, да и было всё равно. Мысли были заняты всё равно не тем. – Он сегодня какой-то резкий и задумчивый, что ли? Нет такого ощущения? – после переглядывания с Сынмином всё же спросил Чонин. – Я тоже заметил. Потом спрошу, может, случилось что, хотя всё равно странный какой-то. – Сынмин пожал плечами и просто шел рядом с Чонином. На паре Хан снова не слушал преподавателя. Как обычно. Просто смотрел в окно, пока его друг рядом иногда кидал встревоженные взгляды. Сзади сидели девчонки, уши сами подслушали их разговор: – Вы видели, какой сегодня красивый Минхо в школу пришел? – голос первой девушки был почти шепотом, но всё равно немного низким, даже с небольшой хрипотцой. – Да!! Только так жаль, что у него девушка есть. Почему он закрывает глаза на ее измены? – ее подруга говорила тоже почти шепотом, но более мечтательно, а затем удивленно и непонимающе. – Знаешь, из-за сильной любви и не такое стерпишь. Пальцы Джисона крутили ручку, пока он не подслушивал разговор. После услышанного пальцы сжимались сильнее, а дыхание становилось прерывистым, чего Хан сам не замечал. По спине прошлись мурашки и холодный пот. «Блять, что это за дерьмо?» – такая реакция была впервые, еще и на простые разговоры. Что же происходит? Сынмин в этот раз задержал свой взгляд на чужих руках и вырвал друга из мыслей своей рукой на плече: – Эй? Хани? Всё нормально? – Сынмин выглядел неподдельно тревожным за его состояние. – Ты о чем? – Джисон нервно и коротко рассмеялся. Пальцы сжались сильнее, но он этого не заметил. Хан глубоко вдохнул и тут же выдохнул. – Не придуривайся. Ты понял, о чем я. – Сынмин стал серьезнее. Они встретились взглядами, и парень указал на побелевшую руку взглядом. – Что происходит? Если ты забыл, то я знаю тебя больше 13 лет, так что любое твое состояние замечу. Не расскажешь – буду сам пытаться выяснить, у тебя просто нет выбора. – Друг пытался выдавить улыбку, но быстро ее спрятал, ведь она получилась кривой. – Да, блять, Сынмин.. – Джисон отвел взгляд и протер глаза. Хоть он и не видел чужого лица, но чувствовал внимательный взгляд. – Всё так сложно, я сам не понимаю. Все мысли крутятся вокруг этого... перфекциониста. Он сегодня сделал завтрак на двоих, но вчера на кружке в раковине я видел след помады его девушки и... Я не помню, что было дальше, но точно ничего хорошего. – он горько усмехнулся и прикрыл глаза, вспоминая вчерашний вечер и сегодняшнее утро. Сынмин слушал, не перебивая, но в голове только шум: – Минхо и завтрак? Ты уверен, что ты ничего не делал? – всё же осмелился задать вопрос Мин. – Ну, по слухам и по твоим рассказам, это совсем на него не похоже, чтобы он делал кому-то завтрак. Еще и врагу. – Он опустил руку с чужого плеча. – Я тебе так скажу, милый, ты там давай не западай на этого перфекциониста. Проблем себе ухватишь только, понял? – Да ни на кого я не западал!! Что ты.. – Джисон закатил глаза и цокнул, но улыбнулся. – Ладно, спасибо, Мин. Но я уверен, что ничего не делал!! И для меня это тоже очень странным показалось. Сынмин еще раз окинул подозрительным взглядом Хана, но ничего больше не сказал. Пара длилась мучительно долго. Джисон писал строчки песен на полях. В последнее время он постоянно слушал музыку, но это лучшее решение, чтобы заглушить мысли. На полях начали вырисовываться те самые строчки, которые он недавно пел по дороге в университет. «И я начинаю болеть тобой.» – рука сама выводила каждую букву, когда он понял, что написал, то быстро зачеркнул и скомкал лист, положил его в сумку. Подперев голову ладонью, он снова уставился в окно, теребя в руках ручку. День в университете пронесся невероятно быстро и мутно. Единственное, что крутилось в голове до сих пор, так это разговоры девочек, сидящих позади. Хан быстро встряхнул головой, желая поскорее забыть и вообще не думать о нем. «Не думать, не думать... не думать..» – повторял себе в мыслях парень. По итогу он сделал музыку громче и пошел домой. Черные ботинки снова шагали по желто-оранжевым листьям, оставляя грязные разводы. Джисон смотрел себе под ноги, вслушиваясь и вникая в тексты песен. «Сейчас приду и надо начать собираться в клуб.» – единственная появившаяся мысль, прервавшая его раздумья над текстами и словами. Вот он подошел к ненавистной двери пятиэтажки. Снова открыл ее не с первого раза, снова обратил внимание на кота, снова запах еды только со второго этажа, снова эта облупившаяся краска на стенах. Снова. Всё снова. «Минхо уже дома? Снова этот взгляд, блять. Как же он меня заебал.» – мысль пришла сама собой, раздражая парня всё больше и больше. Он пнул какую-то коробку на лестничной клетке. Та глухо стукнулась об стену, убирая свисавшую засохшую краску. Хан подошел к своей двери, нащупал связку ключей и, открыв замок, увидел привычную картину. Чужие кроссовки стояли ровно, а вот Минхо, видимо, был в своей комнате. Оно и к лучшему. Парень выдохнул, немного расслабился и закрыл за собой дверь негромко. Джисон быстро проскользнул к себе и начал собираться в клуб. Нацепил длинную голубую кофту, сверху черную футболку, блестящий ремень, черные джинсовые шорты чуть ниже колена. И изюминка в его аутфитах – черные массивные ботинки. Настроение было хорошее, настроенное на хороший вечер пятницы. Но, чтобы вечер точно удался, он встал перед зеркалом, рассматривая свой образ. «Совсем забыл про украшения!!» – Джисон вспомнил про главное в образе – это цепочки и кольца. Надев их, он снова начал крутиться у зеркала. Убедившись, что наряд ахуенный, он одел куртку и достал из нее сигарету, зажимая ее в губах. Сейчас мысли были самые неподходящие, но они как на зло лезли в голову. Хан сглотнул ком в горле и глубоко вдохнул, пытаясь вновь настроить себя на клуб.

***

После того как Минхо хлопнул дверью и вышел после утренних переглядок, сразу будто легче дышать. Посмотрел в небо и едва заметно улыбнулся, но быстро сделал обычный вид. «Ничего не должно во мне измениться. Соберись в конце концов.» – Ли пошел в университет. Прямая спина, голова тоже прямо, взгляд уверенный и холодный. Осенний ветер раздувал блондинистые волосы, бил в лицо, но парень даже не морщился. Делал вид, что ему всё равно. Или ему и правда всё равно? Плевать. Главное, что другие так думают. Мимо проезжали машины, спеша на работу или тоже на учебу. Ходили школьники с рюкзаками на плечах. Но Минхо даже не засматривался и не думал об этом, он предпочитал забивать свою голову только тем, чем считал нужным. Уже у университета он без колебаний открыл железную входную дверь. Через несколько минут он уже был в аудитории. Сидел он между двух одногруппников, зато на задних рядах. Все сразу обратили внимание на грозу сплетен. Кто-то быстро отвернулся и занялся своим делом, кто-то продолжил рассматривать Минхо так, будто не видят его каждый день, а кто-то беззастенчиво начал шептаться и смеяться. Ли же было плевать, он просто сел на свое место и засел в телефон, пока не началась пара. Пара закончилась, и на перерыве Минхо спустился в кафетерий. Сидел за каким-то из столов, пив кофе и смотря в телефон. Вдруг ему пришло уведомление, а именно сообщение: Chn.Wav: Братишка, привет!! Давно с тобой не виделись. Не желаешь сегодня вечером встретиться и развеяться? В боулинг сходить, выпить?

MINcr: Привет-привет. Давай, я тоже соскучился.

Chn.Wav: Тогда я в.. девять за тобой заеду. Договорились? Настроение значительно поднялось. Брат был почти единственным человеком, которого Минхо любил и которому доверял абсолютно всё. Увидев сообщение, он еле заметно улыбнулся, но быстро скрыл улыбку. Хоть и было легче, но показывать этого опять же нельзя было. Поэтому внутри всё кипело от предвкушения, а снаружи Минхо был таким же собранным и нечитаемым. Снова началась пара, вроде всё как обычно. Учеба, учеба и снова учеба. Учиться нужно для хорошего и обеспеченного будущего. Минхо пытался сосредоточиться на преподавателе, на теме и на конспекте, но мысли всё возвращались к предвкушению о встрече с братом. Но эти мысли прервал шепот соседа с другом. Они сидели недалеко, так что было легко услышать разговоры: – Эй! Ты слышал, что наш Минхо теперь живет с Джисоном-второкурсником? Ну, это этот... Который еще дизайнер. Ну, точно знаешь! – голос одногруппника был высоким, почти девчачьим, но такой насмешливый, будто он рассказывал анекдот или шутку. Минхо рядом напрягся, вслушиваясь в дальнейший диалог. – Да? А как же Даюн? Или он решил поэкспериментировать? А может, он всё же застал ее в постели с другим? – голос второго звучал почти так же, но только немного ниже. Говорил он с сарказмом и той же насмешкой. Минхо затаил дыхание, но первый парень просто пожал плечами и усмехнулся. Эта усмешка напомнила ему Хана утром. Внутри начало рождаться раздражение, ярость и страх. На кого? На что? Из-за чего? Без понятия, вопросы без ответа. Чувства смешивались в один комок, и Ли знал, что на перерыве он точно уничтожит одного из этих ублюдков. «Как им вообще не мерзко обсуждать чужую постель?» – мысль осталась тоже без ответа. Он снова сосредоточился на предмете, хотя пальцы до сих пор сжимали край стола. Вся пара теперь была в тумане, в голове ничего не осталось, кроме чужого разговора. Когда начался перерыв, Ли быстро собрался и облокотился спиной о стену, ожидая нужное лицо. Внутри всё еще кипела злость и раздражение, которые росли с каждой минутой. Когда он увидел нужную макушку, то схватил его за капюшон со спины: – Куда так торопимся? – голос прозвучал серьезно, холодно. Взгляд стал полностью черным из-за нахлынувшего адреналина, непонятно откуда взявшегося. – Повернись, блять, я с кем разговариваю?! – голос стал тверже. Рука на капюшоне сжалась сильнее, но затем разжалась, давая возможность повернуться лицом к лицу. Остальные студенты проходили мимо, ведь иметь дело с Минхо и вмешиваться в конфликты – это обречение на верную смерть. – Минхо? – парень сглотнул. В его глазах читался страх, но он повернулся и сразу был прижат к стене спиной. Руку Минхо поставил слева от чужого лица. – Что... Что ты от меня хочешь? – На лице Минхо стала появляться победная и доминантная улыбка. Он обожал власть, особенно страх и адреналин. Он питался этими чувствами. – Ты сейчас мне повторишь всё, что сказал на паре своему дружку. Слово в слово. Усек? Хоть одно неправильное слово – будешь есть окурки сигарет моего соседа. – Хоть и на лице была улыбка, но она была скорее сумасшедшая, но точно не доброжелательная. – Я жду. У тебя пять минут. – Минхо... – молодой человек замялся, начал что-то неразборчивое болтать под нос, опустил голову, но замолчал, когда чужие пальцы с силой впились в его подбородок, поднимая голову назад и встречаясь взглядом. – А вообще это не я начал! Мне друг рассказывал. – Хуевый у тебя друг, однако. Не заметил, что он даже не подошел к тебе и не защитил тебя? Он как массовка. Слился с толпой и слинял. – Пальцы сжались на чужом подбородке сильнее, удерживая голову. – Повторяюсь. Мне нужен четкий ответ. Как вас ебет моя жизнь и моя постель, щенки? Парень не нашел что ответить, на что получил хлесткую пощёчину по щеке. Кожа начала гореть и краснеть от удара. – Сегодня пожалею. Отделаешься одной пощёчиной. Но если я еще раз услышу подобное – реально принесу окурки и заставлю всё съесть. Усвоил? – Минхо посерьезнел и сверлил взглядом чужую реакцию на удар. В самом же Ли бушевала победа и некое удовлетворение от произошедшего. Сплетник сразу же закивал и, немного прошипев от жгучей боли на щеке, быстро сбежал. Минхо проводил его взглядом, а потом как ни в чем не бывало пошел к следующей аудитории. Пары прошли быстро. Минхо даже перестал обращать внимание на посторонние звуки. Решил зайти в квартиру, чтобы переодеться, да и Чан задерживался. Дорога до дома была такой же непримечательной, как и до университета. Спина ровная, голова прямо, взгляд тоже. Осенние листья уже вовсю опадали, и на плечах Ли оставались оранжевые полузасохшие листья от деревьев, которые потом сами спадали при движении. Двор встретил непривычной тишиной, только пара противных бабок сидела на скамейке у подъезда и смотрела на всех косым взглядом. Пройдя мимо них, за спиной послышался их шепот, но он даже не вслушивался. Дверь открылась с первого раза, и, сразу занырнув в подъезд, он тихо выдохнул. Начал подниматься в квартиру и открыл дверь. Дома было темно и тихо. «Не вернулся еще, что ли?» – мысль быстро пришла и ушла. Минхо пожал плечами и просто снял свою обувь, ставя ее как всегда ровно. Он быстро привел себя в порядок и решил всё-таки сменить одежду. Прямые джинсы и свободная черная футболка были идеальным решением. Не слишком официально, но и не слишком расслабленно. Браслет на руке и уложенная челка завершили образ идеально. Когда Ли сел на кровать и залип в телефон, ожидая сообщения брата, то услышал открывание входной двери, чужие шаги в комнату напротив. Он напрягся, глаза перевелись с телефона на свою почти закрытую дверь. Маленькая щелочка всё же оставалась, пробивая луч света из коридора. Но старший быстро расслабился, ведь через двадцать минут его сосед покинул квартиру. Прошло десять минут, снова стало тихо, только резкий звук уведомления разбавил ее. Бан Чан приехал, значит, надо выходить. Минхо попшикался перед выходом своим парфюмом и быстро вышел из дома, закрыв дверь. У подъезда уже стояла знакомая белая машина. Фары горели, а на сиденье водителя сидел брат. Ли позволил себе улыбнуться и сел на пассажирское. – Привет, малой! Как ты? Как жизнь? – Чан звучал воодушевленно, наверное не менее, чем Минхо. Пока брат пристегивался, старший уже начал выезжать из дворов. – Тебе тоже привет. Я сойдет, учебой занимаюсь, как всегда. – Минхо пристегнулся и начал смотреть вперед, пока они проезжали всякие магазинчики, людей и дома. – Понятно. Ничего удивительного. – Старший усмехнулся, но продолжил следить за дорогой. – Чего переехал? – Да надоело с родителями жить. Захотелось самостоятельности, а по итогу с таким дерьмо-соседом сейчас живу. – Ли даже потер переносицу, говоря про Джисона. – Курит, так еще и характер просто ужасный. – Ох. Ну да, ты ведь не любишь хаос, всё должно быть привычным и спокойным. – Чан в этот раз тихо рассмеялся. – Ну, а если серьёзно, то релаксни. Может, он не такой плохой, как ты думаешь. – Да, конечно. Ты его просто не знаешь. – Минхо закатил глаза, но после посмотрел на профиль брата. Он решил не рассказывать про свою девушку, про слухи, зачем лишний раз напрягать брата? И так работает очень много, а тут еще он со своими драками и сплетнями. Оставшаяся дорога прошла в тишине, лишь звуки шин и тихое радио ее разбавляли. Минхо смотрел в окно, а Бан Чан за дорогой. Свернув и припарковавшись, они оба вышли. Оказались они на тёмной улице, только ярко-розовая вывеска «Клуб. Бар.» освещала улочку хоть чуть-чуть. – Клуб? Мы же в боулинг договаривались? – Минхо вопросительно посмотрел на брата, руки скрестились на груди. – Боулинг внутри находится, не нервничай. Пойдем. – Бан Чан вырвал чужую руку и потащил за собой в здание. У двери стояли пара курящих мужиков, о чем-то увлеченно болтая и выпуская дым куда попало. Зайдя внутрь, ярко-розовый и фиолетовый свет ударил в глаза, а громкая музыка заглушала любые слова. Минхо сразу съёжился, он ненавидел такие места всей душой. Воняло смесью парфюмов, алкоголем, табаком. Он ухватился сильнее за руку брата, и они вместе подошли к стойке с администратором. Разобравшись, где находится боулинг, музыка перестала казаться такой громкой, но всё еще резала уши. Ли отпустил руку Чана, просто идя за ним. Хоть он и пытался идти с ровной спиной и непоколебимым взглядом, но резкие басы сбивали его полностью. Он непроизвольно дергался и жмурил глаза. Музыка наконец-то сменилась на не такую агрессивную, дорога до зоны боулинга была непростой. Он проходил мимо вип-столиков и вдруг заметил его... «Хан?» – мысль пришла, но в этот раз не ушла так быстро, как хотелось бы. Минхо замер и даже не понял, как столкнулся взглядом с соседом. – Ты чего? – из некого астрала его вывел голос Чана. Тот положил свою ладонь ему на плечо. – Мы почти дошли, вон там уже боулинг. Там еще пара моих друзей пришла, ну, ты их знаешь. – Бан указал пальцем на неоновую вывеску «Боулинг», рядом с которой были изображены такие же неоновые кегли и мяч. – Подождете меня? Я сейчас приду. – Минхо кивнул, давая понять, что всё в порядке и он понял, куда идти. Брат лишь еще раз осмотрел чужое лицо и похлопал пару раз его по плечу лежавшей ладонью. После чего ушел. Ли же вернул зрительный контакт с Джисоном и увидел уже эту ухмылку. «Мерзкая, самодовольная...» – Минхо чуть не скривился, но не позволил эмоциям взять вверх. Он сделал шаги к столу, замечая с Джисоном его друзей. Кого-то он знал. «Чонин, тот самый первокурсник. Чанбин, его одногодка. Хенджина знал только по рассказам одногруппников, говорят, что он тот еще смазливый паренек.» – Все пятеро обратили на него внимание. Поняв, кто перед ними, кто-то засвистел, кто-то просто удивился, а Сынмин похлопал по спине своего друга, улыбаясь при этом. – Минхо, ты всё-таки следишь за мной, не так ли? – начал Хан. После этой фразы он сделал глоток пива из стеклянной кружки и вытер рот тыльной стороной ладони. Парень уже был не трезвый, это можно было понять по помутневшим глазам и растянутым словам. – Не слежу. – резко отрезал Ли и пожал плечами. Сейчас всё внимание было на нем, и это чертовски нравилось. – Что же ты тут делаешь, мм? – Джисон коротко рассмеялся и откинул голову назад, прерывая зрительный контакт. Минхо не успел ничего ответить, как его снова позвал Бан Чан. Он лишь цокнул и без слов покинул стол, направляясь в изначальное место назначения.