Сосед по аду

Джисон остался пить со своими друзьями, пока окончательно не перепил и почти не соображал, что говорит и что делает. Перед глазами плыло, слова еле говорил и так по списку. Друзьям сначала было смешно, но потом все стали переживать. Джисон еле держался на ногах, а до дома его как-то дотащить надо было, хотя бы на такси. Сынмин и Чонин не могли его поднять физически, Чанбин зачем-то слинял в зону для боулинга, а Хенджин смылся на танцпол. Сколько бы его не искали глазами младшие – было бесполезно. Хан всё же пытался проявить самостоятельность, но ноги не слушались. Подкашивались и не держали тяжелое тело. Он нёс какой-то бред... Или сущую правду? Кто его знает. Сынмин от греха подальше убрал со стола остальные алкогольные напитки. Музыка продолжала бить в уши, яркий свет в глаза, но сейчас была единственная проблема – это Джисон. – И че с ним делать? – сказал Сынмин, пытаясь перекричать музыку, чтобы Чонин его услышал. – Да вот, блять, не знаю. Пьяница... – Чонин глубоко вздохнул и протёр лицо руками, но быстро их убрал. – Мы его с тобой не дотащим. Ни один из нас, ни вдвоём. Чанбину бесполезно звонить? – Да, бесполезно. Не отвечает. – Сынмин сжал запястье Хана сильнее, чтобы тот не упал с дивана. Его друг уже почти засыпал на плече, но тело начинало расслабляться и скатываться по кожаной обивке дивана. – Пиздец, блять. – Чонин прикрыл глаза. – Ну, одного мы его тут точно не оставим, но что делать-то... А из-за чего он вообще напился так? Не видел его таким воодушевлённым к алкоголю. – Когда он уже был достаточно пьяным, то нёс какой-то бред про Минхо, про девочек с задних парт, про его девушку... Половину слов я уже не смог разобрать, но что-то всё-таки на него подействовало, да. – Сынмин уже отчаянно откинул голову на спинку дивана и прикрыл глаза. – Минхо? – Чонин замер, но потом немного улыбнулся. – Может... – Нет! – не дав договорить Чонину, перебил его Сынмин. – Ты совсем с дубу рухнул? Как я потом Хану в глаза буду смотреть? – А у нас есть ещё варианты? – Нету. – Ну вот. Ты знаешь, где находится Минхо сейчас? – Чонин подрасслабился, хотя напряжение полностью не ушло, это было заметно по его голосу, который звучал ниже обычного. – Ох, блять, Ини. Ни к чему хорошему это, конечно, не приведёт, но Минхо был в зоне боулинга. И!! Заодно посмотри там Чанбина, он вроде туда же ушёл. – Сынмин указал на зону прямо. На его плече уже мерно спал Хан с приоткрытым ртом и тихим сопеньем. Хотя несло от него алкоголем до сих пор. – Принято. – Чонин еле заметно улыбнулся и пошёл туда, куда указал Сынмин. Еле зайдя, потому что его не хотели впускать, он начал искать глазами знакомые макушки. Чанбина он обыскал везде, нигде не было. В туалете не было, у барной стойки тоже, и в бильярде также было пусто. Пришлось идти на крайние меры, а именно просить Минхо о помощи. Он нашёл глазами белые волосы. Ли стоял и разговаривал с каким-то высоким парнем, которого Чонин видел явно впервые, но не обратил на этого внимания. Минхо же не сразу заметил приближающуюся фигуру. И только когда его окликнули, он повернулся и немного нахмурился. – Минхо!! – Чонин подошёл, но всё ещё держал дистанцию. Он поздоровался с человеком рядом, который его особо не волновал, но ради приличия надо было. Снова повернулся к Ли. – Ты скоро домой будешь возвращаться? – И тебе привет. – Парень вновь сделал непроницаемое лицо и смотрел первокурснику в глаза. – Почему интересуешься? – Ну... там... – Младший замялся, не понимая, как дальше продолжить разговор. Почесал затылок и обратил внимание на врага Хана. Теперь Чонин заметил, как мышцы на плечах Ли немного напряглись и, скорее всего, он уже более-менее понял, что хотел донести до него Чон. – Короче, Джисон напился в хлам, а мы с Сынмином его никак не сможем донести до дома. Остальные ушли по разным углам куда-то. Минхо сначала постоял пару минут, смотря в лицо чужому другу. Обдумывал, но потом хмыкнул и показал своему собеседнику указательный палец, чтобы тот его подождал. «Где это горе луковое? Веди.» – сказал старший в сторону Чона. Незнакомец кивнул и проводил взглядом Ли с Чонином, удаляющихся с места. Ян шёл впереди, а за ним следом Минхо. Они не разговаривали, хотя идти было минут пять, если не меньше. На диване всё так же сидел Ким, на плече которого спал Хан. Сынмин залипал в телефон, и только когда к ним подошёл Чонин с Минхо, то убрал его. Мин окинул недоброжелательным взглядом Ли и кивнул Чонину в сторону спящего Хана. Ким аккуратно встал с дивана, но придержал Джисона за плечо, чтобы тот не упал на диван. Минхо же подошёл ближе и взял Хана за плечи, пододвигая поближе к себе. После чего поставил того на ноги, «обнимая» его за плечи, не давая упасть на пол. Друзья переглянулись между собой и наблюдали за картиной, как Ли вызывает такси. Минуты через две полного молчания, тишину которой разбавляла лишь клубная музыка, Минхо взял Джисона на руки, будто тот не весил абсолютно ничего, и пошёл к выходу. Сильные руки Ли держали Хана за подколенку и за лопатки. В общем, нёс старший Джи как принцессу. Ночной воздух ударил в лицо и раздувал светлые волосы. Спящее лицо Хана чуть дёрнулось от ветра, и брови сами свелись у переносицы, после чего он начал медленно открывать глаза. Алкоголь всё ещё действовал, так что перед глазами было всё размыто, от сна тоже. После того как он сфокусировал свой взгляд на Минхо, глаза расширились, а рот приоткрылся, чтобы что-то сказать, но, не сформулировав мысль, он его закрыл. Снова открыл: – Минхо? Ты... Ты че, блять?! – голос был ещё хриплым и низким, но на последнем слове он его повысил на несколько тонов. – Тише ты, не ори. Проснулся? – Минхо посмотрел на чужое лицо. Ещё сонное и не соображающее. Еле заметно улыбнулся краешком губ. – А ты сам не видишь?! Или может тебе твоя девушка зрение испортила? – голос сменился на обычный, но всё ещё неровный и иногда растянутый из-за опьянения. Он первый отвёл взгляд и еле заметно надулся. – Что? – улыбка быстро спала, но он не злился, просто не понял слов Хана. – Причём тут моя девушка? – Отпусти меня!! – спустя несколько минут молчания сказал Хан. Он так и не повернул голову в сторону Минхо. – Посмотри на меня. – голос звучал почти приказным, но Джисон не посмотрел. – Ты слышишь меня? Такси через пять минут приедет, мы с тобой дома ещё поговорим. – Отпусти!! – повторил Джисон, но никак не дёргался и не вырывался. – Нет. – ответ был твёрдым. Руки Ли сильнее сжались на чужих лопатках и подколенках. Джисон сдался и просто фыркнул в ответ, прошептав: «Да пошёл ты...» Прикрыл глаза, всё ещё чувствуя чужой взгляд на себе, но вскоре Ли поднял голову прямо, выискивая машину глазами. Машина приехала через две минуты. Минхо открыл задние пассажирские места, поздоровался с водителем и посадил Джисона к окну, а сам сел с другой стороны, тоже у окна. Водитель посмотрел в зеркало заднего сиденья, Джисон уже почти спал, поэтому он сделал радио тише. Ехали молча, только радио играло. Когда Джи оказался на сиденье, то немного протрезвел, хотя алкоголь всё ещё брал вверх. Хан уснул лицом к окну, а Ли ловил себя на том, что непроизвольно иногда поглядывал на соседа, но быстро отворачивался, дожидаясь конца поездки. Когда машина подъезжала к хрущёвке, Минхо быстро расплатился наличными и вышел из машины, обходя её и открывая дверь справа. Джисон пытался оттолкнуть Ли, но ноги не слушались, и он падал назад на сиденье, пока старший его не подхватил под локоть. – Да я могу ходить, отпусти!! – начал возмущаться Хан и в этот раз пытаться вырваться. Ли же закрыл дверь машины и сильнее сжал чужой локоть. – Будешь возмущаться – снова возьму на руки. – Минхо говорил серьёзно, холодно, даже угрожающе. Джисон цокнул, но перестал вырываться и возмущаться. Ноги были ватными, хотя он пытался этого не показывать, пытаясь сделать вид независимого. Ли дотащил младшего до подъезда, встал перед лестницей и посмотрел на своего соседа. Тот смотрел на свои ноги и был абсолютно расслабленным, ведь если бы приложил хоть капельку силы, то свалился бы на месте. – Ты как подниматься-то будешь? – Минхо коротко рассмеялся, хоть и холодно и отстранённо, но раньше даже такого смеха Джисон не слышал. – Разберусь и поднимусь как-нибудь. – Хан так и не поднял взгляд, хотя от чего-то на душе было спокойнее, или наоборот... Тревожно? А может, и то, и другое. Парень начал ступать на ступеньку, но сразу же отшатнулся и чуть не свалился на бетон, но Минхо успел его схватить за талию и поднять назад. – Эй!! Не трогай меня... – Ты даже подняться нормально не можешь, как не трогать, Хан? – Ли всё ещё выглядел серьёзным, голос был таким же. Он отпустил чужую талию и подождал, пока сосед развернётся к нему лицом. Когда тот повернулся, Минхо без колебаний закинул того на плечо и начал подниматься. – Отпусти, сука!! – Нет, Джисон. В следующий раз не будешь так напиваться. – Минхо почувствовал, как парень на его плече перестал как-либо сопротивляться и просто выдохнул ему в плечо. В Джисоне играла беспомощность, унижение и что-то ещё. Он точно не ожидал даже такой холодной заботы от своего врага-соседа. Просто свесил руки вдоль чужой спины и уткнулся лицом в плечо. От Минхо пахло чем-то хвойным и лесным. – Ты вкусно пахнешь. – всё-таки сказал Хан, когда они были на третьем этаже. Минхо на это просто хмыкнул. «Джисон был пьян и несёт бред» – подумал он и просто продолжил подниматься. Когда они наконец поднялись на пятый этаж, Минхо нащупал одной рукой связку ключей и открыл дверь. Дома было темно, лишь звуки ветра из-за открытого окна на кухне разбавляли тишину. Ли, не разуваясь, понёс Хана в его комнату, открыл дверь и просто кинул на кровать Джисона. Не слишком сильно, но и не мягко. Сосед лишь промычал и перевернулся на бок, быстро засыпая. Ли выходил из чужой комнаты, но у выхода повернулся и задержался взглядом на спящем Хане. Отдёрнулся и закрыл дверь, наконец снимая свои кроссовки. – Блять, теперь пол ещё мыть... Хоть бы этот не так сильно напился, а то ещё комнату обрыгает, вообще сказка. – Минхо встал около своих поставленных кроссовок и немного повозмущался. Пошёл в ванную, взял оттуда швабру и, смочив её, быстро вытер следы. Зашёл к себе и рухнул на кровать без сил. Этот клуб вытащил из него достаточно сил, ещё и Чан куда-то ушёл, оставляя Минхо одного в непривычной для него атмосфере. Но больше всего сил ушло на этого невыносимого соседа. Нет, он был лёгким, но тащить пьяное тело на плече до пятого этажа – такое себе удовольствие. Ли в итоге потер переносицу и достал телефон из кармана джинс: Ли Минхо: Чани, я пришёл домой. Напиши, когда освободишься. Закрыл мессенджер и начал переодеваться в пижаму. Вся вечерняя рутина вскоре была выполнена, и можно было просто завалиться спать, хотя в голове было пусто, кроме тех слов Джисона: «Ты вкусно пахнешь». Поворочившись минут пятнадцать, он всё же уснул. Утро встретило Джисона не ярким солнцем, а головной болью и большим сушняком в горле. Парень привстал на локтях, но сразу же свалился назад на кровать, шипя от боли и приложив ладонь ко лбу. Глаза было сложно разлепить, но через две минуты он их открыл и попытался сфокусироваться на потолке. – Блядство... – выругался себе под нос Хан. Взгляд перестал быть размытым, и, наконец набравшись немного сил, он привстал на локтях. Джисон услышал с кухни звуки сковороды и этой ненавистной музыки. Потом же увидел, что лежит в одежде на своей кровати. «Что вчера произошло вообще?» – мысль не успела обдуматься, как послышались шаги к его комнате, но быстро стихли за дверью напротив. Через десять минут парень набрался сил и всё-таки встал, направляясь на кухню. В горле сухо, очень хотелось пить. На кухне был Ли, готовил завтрак на сковороде. Услышав шаги, он даже не обернулся, но сразу понял, что это его сосед. Джисон прошёл мимо Минхо, достал стакан и налил себе воды. Осушив первый стакан, он налил себе второй и достал из ящика рядом блистер с таблетками от головы. Выпил одну, осушая второй стакан с водой. Парень у плиты всё это время был сосредоточен на готовке, но иногда оборачивался, смотря на Хана. Тот улавливал мимолётный взгляд, но не оборачивался в ответ. – Ты меня донёс? – когда стакан стукнулся об раковину, Джисон всё же решил начать диалог, хоть это, возможно, и было началом нового конфликта. – С чего ты это взял? – Минхо еле заметно улыбнулся краешком губ, но быстро её спрятал. Джисон повернулся корпусом к Ли, но тот не делал того же действия, опять же смотря на сковородку. – Подумал. – Хан встал за спину Минхо и посмотрел через его плечо на еду. На сковороде жарились яйца с беконом, рядом была доска с нарезанными огурцами и помидорами. – Молодец. – всё, что смог выдавить из себя Ли. Он сам не хотел рассказывать, как нёс его на руках, на плече до пятого этажа, как Хан сказал ту фразу, которая всё никак не выходила из головы. После чего потянулся за тарелками, достал две, что Джисон не мог не заметить. – Садись есть. В этот раз ты съешь всё, до единой крошки. Джисон опешил, открыл рот, чтобы что-то сказать, но мысль не шла и не формулировалась в слова. Закрыл рот и, прикусив язык, сел за стол. Через три минуты Минхо поставил тарелку перед собой и Ханом. Сделал кофе и поставил так же перед собой и Ханом. Ели оба молча, только иногда звуки чашки о стол разбавляли тишину. Доев, Джисон убрал за собой посуду и помыл её. Встал к окну и взял пачку сигарет, которая лежала в самом углу на подоконнике. Достал сигарету и зажёг её. Тишину теперь нарушали ещё и пение птиц с улицы. Хан выдувал дым в небо, сложив правую руку на подоконник, согнув одну ногу в колене. Вдруг тишину нарушил Минхо: – Ты вообще ничего со вчера не помнишь? – вопрос застал Хана врасплох. Он помнил, как пришёл в клуб, как встретил Минхо, которого быстро забрал какой-то молодой человек с тёмными и длинными волосами, как Хенджин слинял на танцпол, увидев какого-то синеволосого парня, как Чанбин ушёл в сторону боулинга, а дальше – провал. – А есть, что помнить? – спустя пару минут молчания спросил Джисон. Сигарета замерла в его руке, но потом он снова затянулся. – Ну, например... – Минхо замолчал, дожёвывая кусок бекона. Оставляя вилку и подходя ближе к Хану. Почти вплотную, но дистанция небольшая всё же была. – Ты сказал, что я вкусно пахну. – Я? – Джисон подавился дымом, начал бить себя по груди несколько раз, пока не перестал кашлять. – Я не помню. Минхо, я был пьян, что ты хочешь? – Хан попытался перевести всё на своё состояние, но уже знал, что Ли просто так не отступит. – Пьян? Джисон, это самое хуёвое оправдание, что я слышал. – Минхо позволил себе усмехнуться. Его ладони поставились по обе стороны от Хана, замыкая его в свои руки. Тот сначала этого даже не заметил, но когда заметил, то замер с сигаретой в руках. В груди что-то разлилось и разбилось на несколько кусочков. – И перестань курить эту дрянь. – Ли взял ситуацию под свой контроль, пользуясь шоком Хана, он вырвал чужую сигарету и, затушив её, кинул в пепельницу перед соседом. – Что ты... Что ты хочешь от меня? – Хан пришёл в смятение, но пытался этого никак не показывать, хотя краснеющие уши его стремительно выдавали. – Отойди, Минхо. – Джисон не поворачивался к Ли, но чувствовал его хвойный запах, его руки рядом с собой, его тепло, в конце концов, его дыхание, обжигающее затылок. – Я хочу, чтобы ты перестал врать. Хотя бы себе. – Минхо прижался ближе к чужой спине и наклонился к самому уху. – А что, если не отойду? Что, если буду действовать по своим правилам? – Ухмылка стала шире, Хан её почувствовал и сглотнул. Он как будто начинал сходить с ума от любого действия этого человека рядом, хотя сам в этом никогда не признается. – Минхо, отойди, блять. – спустя несколько минут молчания выдавил Джисон. Он пытался звучать серьёзно, но опять же голос подвёл. Ли наконец-то оттолкнулся от подоконника к столу, убирать свою посуду. После того как он вымыл тарелку и кружку, ушёл к себе в комнату. Выходной, деваться некуда, они вдвоём в квартире. Правда, если Минхо никуда не уйдёт. Ли оставил Джисона с кучей мыслей, со смущением и так по списку. Парень отошёл от подоконника и посмотрел на пепельницу и на свою сигарету, которая была затушена чужими руками. Он потёр своё лицо руками и направился к своей комнате, закрываясь и плюхаясь на кровать лицом в матрас. Пролежал так минут десять по ощущениям. По коже всё ещё были мурашки, от его голоса, от его рук, от... От всего. Он просто сводил с ума, и почему именно – Хан не знал, просто мысли были заняты этим ублюдком. Когда встал с кровати, то решил заняться учебой. Достал планшет и начал рисовать. Открыл приложение, начал выводить линии. Рисунок всё никак не шёл, абсолютно никак. Джисон разозлился, но продолжил пытаться. Через кучу неудачных попыток нарисовать простые цветы он просто сдался и выключил планшет. Вместо планшета достал телефон, ему уже писал Сынмин. Ещё вчера вечером, но он спал, а сообщения увидел только сейчас: SMN: Джисони, ответь, как сможешь :((( SMN: Надеюсь, что Минхо тебя дотащил до дома, а не оставил в подъезде ночевать. При виде сообщений Мина на душе стало теплее, и Хан немного улыбнулся. Лучший друг интересовался и беспокоился за него.

JSash: Сынминии, привеет.

JSash: Нет, ахах. Донёс до дома, даже на руках и на кровать уложил. Ещё и завтрак приготовил.

SMN: Ого? Минхо снова решил тебя задобрить завтраком?

JSash: Ну, что-то типа того, да. На удивление он даже готовит вкусно.

SMN: «Даже»? Джисон перечитал сообщение Кима несколько раз, а потом и своё. «Блять...» – прошептал он себе под нос, когда до него дошло. Он совсем ушёл в свои мысли и написал такое, что вообще не должен был. Но уже было поздно, Сынмин начал печатать новое сообщение: SMN: Может, ты мне ещё что-нибудь хочешь рассказать?

JSash: Да ну нет!! Случайно сказал.

SMN: Случайно? То есть ты от меня что-то точно скрываешь?

JSash: Да, блять, Сынмин! Нет! Ну, просто сказал, что вкусно готовит.

SMN: Ага-ага, конечно. Когда встретимся, то поговорим ещё :) SMN: Мне бежать надо, давай, удачи!

JSash: Пока-пока.

Джисон отложил телефон и уже тысячу раз себя проклинал за то злосчастное сообщение. «Вот как так можно было проговориться?» – подумал он, но тут же осекся от своих же мыслей. «Так, про что проговориться-то? Случайно написал "даже", а Сынмин уже как обычно начал.» – Он снова улёгся на кровать, рядом с рукой лежал телефон, но писать больше он уже никому не хотел. Мало ли снова бред какой-то скажет. От недавнего стресса в горле пересохло, и очень захотелось попить воды. Так что Джисон встал с кровати, оставляя телефон на кровати, и пошёл на кухню. Когда Джисон ещё не переступил порог кухни, то уже заметил светлую макушку, которая сидела и листала что-то в телефоне. Хан в это даже не вникался, просто прошёл мимо к полке, достал стакан и начал пить. Хоть Джисон и не стал сильно задерживать взгляд на соседе, зато Минхо оторвал голову от телефона, наблюдая за тем, как парень пьёт воду. – Ты всегда так гремишь стаканами? – резко спросил Минхо, когда Джисон уже ставил стакан в раковину. Голос звучал как обычно – ровно, серьёзно. – Я не гремлю. – начал протестовать Джисон. Он повернулся корпусом к Ли, облокачиваясь спиной об столешницу позади него. – Может, кто-то за мной просто следит? – Ты на меня намекаешь? – их взгляды встретились, но первым отвёл Джисон, устремляясь на свою заветную пачку сигарет. Час назад ему так и не дали покурить, но очень хотелось. Он подошёл к окну и снова достал одну, открывая окно настежь. – Может, хватит курить? – А ты у нас ЗОЖник? – усмехнулся Хан, взяв в руки зажигалку. – Ну да? А ты сразу не понял? – По тебе видно. – Парень зажёг сигарету не с первого раза, но когда загорелась, то повернулся полностью к окну. Та же поза, что и час назад. Минхо ничего не ответил, но встал с места, оставляя телефон на столе, и подошёл к Джисону, только встал рядом. Почти плечом к плечу, тоже посмотрел в окно. На улице вовсю опадали листья, начало октября радовало листопадами. Простояли они молча до того момента, пока сигарета в руках Джисона не оказалась докурена. Он стряхнул пепел куда-то вниз и положил очередную сигарету в пепельницу. Но не ушёл, остался стоять рядом с Минхо, также смотря в окно. – На улице красиво. – решил нарушить тишину Минхо, спустя минут десять. – Есть такое. – Хан пожал плечами, но улыбнулся. Еле заметно, но улыбнулся. Он не знал, почему сейчас стоит с Ли, почему не уйдёт к себе, почему разговаривает с ним. Сплошное «почему», а ответов нет. Либо они есть, но не такие, какие хотел бы слышать Джисон. – Но холодно. Дома сидеть больше нравится. – продолжал диалог Ли. – А с девушкой ты бы пошёл гулять. – Джисон ляпнул первое, что пришло, не подумав о смысле. Констатировал, по его мнению, факт. Минхо повернул голову и чуть её склонил, в недопонимании: – Что? – А... блять, ничего. – Хан дёрнулся, пытаясь погасить нарастающее чувство и уже знакомую и ненавистную кислоту в горле, сглатывая. – Забудь, ляпнул бред. – Не забуду. – Минхо сократил расстояние между ними и попытался заглянуть в чужие глаза, но Хан не поддался, он не хотел устанавливать зрительный контакт. – Почему ты её приплетаешь уже второй раз? Хан не знал, что ответить. Просто пожал плечами и уставился взглядом на свои руки. Только не в глаза Минхо. Ну, не скажет же он, что при одном её упоминании хочется блевать? Нет, не скажет. Будет держаться до последнего, даже до рвоты, но не скажет прямо. Но Минхо не отступал, он наклонился ещё ближе: – Эй? А чего это мы взгляд мой избегаем? – Он ухмыльнулся, Ли пытался скрыть усмешку, правда, но она вырвалась сама. – Посмотри мне в глаза, Джисон. – Снова этот приказной тон, снова, снова. – Я? Я не... Я не избегаю!! – Снова. Джисон снова начал протестовать и оправдываться. Пришлось поднимать взгляд и встречаться им с Минхо. Когда они встретились глазами, Джисон ещё несколько раз себя проклинал за это. В груди что-то начало трещать, что-то ещё. Что-то. – Ты ревнуешь, а? – усмешка стала шире, но Ли не отступил, а наоборот, стал давить сильнее, добиваясь правды. – Я что?! – Хан повысил голос и сделал непонимающее лицо. – Что ты несешь, ну ёпт твою мать?! – Джисон не удержался и немного отошёл от подоконника, отталкиваясь. – Ах, ну да, как я такое вообще мог подумать? – теперь в голосе был сарказм и насмешка, хотя ухмылка никуда не ушла. – Сначала говоришь, что мне Даюн зрение испортила, сейчас это. Что с тобой не так, Хан? – Со мной всё в порядке, в отличие от некоторых. – Ну да, я ещё и виноват. Джисон, разберись в том, почему тебя так интересует моя девушка. – Минхо первый отвёл взгляд в окно, после чего Джисон последовал примеру и тоже отвернулся к окну. Не найдя, что ответить Ли, Хан просто замолчал, как и парень рядом. Снова тишина. Простояли так минут пять. Тишину вновь нарушил Минхо: – Будешь чай? Джисон лишь кивнул и сел за стол, наблюдая за тем, как кипятится чайник, как руки Минхо достают чашки, чайные пакетики, наливают кипячёную воду. Хан бы сам себе не признался, что следил за своим соседом, но он это делал, и Минхо явно заметил, но не говорил. Лишь поставил кружку перед собой и темноволосым парнем, только тогда парень вышел из своих мыслей. – Спасибо. – всё, что смог сказать Хан, немного отпивая чая. – Слушай, не хочешь фильм посмотреть? Всё равно я дома сегодня, ну и ты тоже, вижу. – Минхо поставил кружку и посмотрел на Хана. – А? Фильм? Почему бы и нет. – ответил парень, когда поставил кружку на стол и тоже посмотрел на Ли. – Пойдём ко мне в комнату тогда? У меня там телевизор есть. – Ли позволил себе сдержанную улыбку. После чего встал из-за стола и, взяв с собой чай, пошёл к себе, слыша чужие шаги позади. Зайдя в чужую комнату, Джисон огляделся. Она выглядела именно так, как он себе представлял. Когда он жил один, то иногда туда заглядывал, поэтому обои, окна и так далее не поменялись, зато интерьер немного. Аккуратные белые статуэтки на тумбочке, строгий и обычный будильник рядом. На подоконнике стоял маленький кактус, иголки которого были покрашены в голубой. Небольшой телевизор стоял посередине комнаты, напротив него – диван-кровать. Минхо присел на диван и поставил кружку на тумбочку рядом, также сделал Джисон, только со своей стороны. Ли взял пульт и начал искать какой-то фильм. Хан даже не увидел какой именно, всё внимание было сосредоточено на чужой руке, водящей по этому грёбаному пульту. Фильм был интересным только первые пять минут, но потом всё скатилось на нет. Все мысли стали не о фильме или сюжете, а о парне, сидящем рядом. «Что за дерьмо?!» – сказал Джисон и быстро встряхнул головой. Минхо же тоже был сосредоточен на чём угодно, только не на фильме. Чаще всего этим «чем угодно» был его сосед. Он непроизвольно иногда поглядывал на него, но быстро себя останавливал и пытался вновь сосредоточиться на фильме. Фильм начал заканчиваться, за весь час никто из двоих не проронил ни слова, зато расстояние стремительно сократилось, и оба этого не заметили. Они сидели буквально плечом к плечу, Хан чувствовал чужое тепло, снова этот настойчивый хвойный запах. – Каким ты парфюмом пользуешься? – резко спросил Хан, нарушая тишину. Но когда понял, что ляпнул, закрыл лицо руками. – Блять! Нет, забудь, пожалуйста. – А что? Нравится? – Минхо усмехнулся, но встал с дивана и взял со стола какой-то флакончик. На флаконе было изображено пару хвойных деревьев, а форма квадратная. Быстро показав, он сел назад, уже не заботясь о расстоянии. – А куда делся Джисон, который мне с пеной у рта доказывал, что он сказал это по пьяне? – Начинается. – Хан закатил глаза и цокнул, опираясь спиной о спинку дивана и скрещивая руки на груди. – Что «начинается», Хан? – Минхо не дал уйти от ответа, он начинал давить. Улыбка становится шире и более заметной. Ли наклонился слишком близко, чем требовалось, но Джисон лишь затаил дыхание. Этот парень его точно когда-нибудь доведёт. – Я же не отстану, пока правду не скажешь. Ты это знаешь, не так ли? – Что ты от меня хочешь услышать вообще, Минхо? – всё же ответил Джисон, сглотнув. В горле пересохло от такой близости. – И... и отодвинься!! – Почему же? – Минхо саркастично поднял бровь вверх, но быстро вернул себе эту улыбку. Она уже бесила Джисона. Бесила тем, что засела в его голове так сильно, что он постоянно думает о ней. О нём. – Я хочу услышать правду. – Я не знаю, о чём ты говоришь. – Хан снова включил режим непонимания. Ему не нравилось давление, но и одновременно нравилось. Он не понимал. Но понимал, что сказать Минхо вот так напрямую, что его парфюм уже начинает сводить с ума, – не мог. Джисон сам вообще потерялся: он то отрицал свои навязчивые мысли, то наоборот питался ими. – Какую правду? Конкретнее, Минхо. – Мне сказать прямо? – Минхо не тупой, он сразу понял, что это защита, что Хан просто выигрывает время. Ухмылка стала широкой, но более игривой, но такой же насмешливой. – Тебя пугают твои же мысли, не так ли? – Конкретнее, Минхо, конкретнее!! С чего ты это взял. – Держать зрительный контакт становилось всё тяжелее и тяжелее, в горле была пустыня, голос иногда предательски дрожал и срывался на хрипотцу. Но Джисон не хотел проигрывать, хотя уже знал – он проиграл. – Ты хочешь меня. – выпалил Минхо шёпотом. Оба замерли, но улыбка с лица старшего никуда не делась. – Ты очень читаемый, Джисон. – Я что?! – Хан прочистил горло и повысил тон. – Ты, блять, вообще?! Это звучит ещё и двусмысленно!! – А ты воспринимай это так, как хочешь. – А если я никак не хочу? – Врёшь. – коротко ответил Минхо, пожимая плечами и сокращая дистанцию до минимума. – Ты не можешь «никак», ты уже хочешь. – Может, тогда поделишься своими желаниями? Улыбка с лица Минхо начала сползать, возвращая то самое холодное лицо. Ли создал дистанцию. Ему надоели эти игры, было весело, но сейчас надоело. Раз Джисон захотел узнать – он узнает. – Мои желания? – Он хмыкнул без чувственно, будто того Минхо, который сводил с ума таким маленьким расстоянием, и не было. – Моё самое главное желание – это чтобы ты перестал на меня смотреть так, будто я что-то для тебя значу. Мы не больше чем соседи, но твой взгляд говорит об обратном. Я ненавижу тебя, Хан. – Я тоже тебя ненавижу, Минхо. Откажись в следующий раз от идеи Сынмина тащить меня до дома, я бы лучше в подъезде ночевал. – Хан тоже резко сменился на грубого и холодного. После чего он встал, взял кружку с тумбочки и, не оглядываясь, пошёл на кухню. Быстро сполоснул посуду и пошёл к себе. Минхо остался в комнате один, телевизор горел, но больше фильм не шёл. Шли только мысли, его слова, сказанные Джисону. «Так надо, я сделал всё правильно» – пытался себе внушить Минхо, но он знал, что это не так. Руки потёрли лицо, и он взял пульт в руки и выключил этот бесящий свет от гаджета. Джисон же зашёл в свою комнату и, закрывшись, сел на кровать. Глаза неприятно щипало, но он не давал себе возможности показать эмоции. Даже если никого не было в его комнате, он не хотел показывать самому себе, что он слабый. Ладони вдавили глаза, и Хан глубоко вдохнул. Взял в руки телефон, который так и валялся на кровати, и открыл чат с Кимом:

JSash: Сынмин, не хочешь завтра встретиться?

SMN: Привет, как раз предложить хотел. Можем завтра в два дня?

JSash: Отлично, забились.

Снова отложил телефон, но не надолго. Достал наушники и включил себе музыку, смотря в потолок его комнаты. «Почему меня так задели его слова? Он же прав, мы не больше чем соседи.» – мысли крутились, но ответов снова нет. Это бесило. Из своего задумчивого состояния его вывел хлопок входной двери. Минхо куда-то ушёл, но сейчас было всё равно. Минхо же договорился с Чаном о встрече в кофейне. Сейчас шёл по осенней улице. Стало холоднее, ветер сильнее, а деревья лысее. На Ли было чёрное пальто, но белые кроссовки остались неизменными. Спина прямая, голова тоже, Минхо будто выучил эту походку и изменять ей нельзя было. Зайдя на какую-то небольшую улочку, он нашёл нужное место. Зашёл. Внутри кофейни было светло и чисто. Искусственные цветы для интерьера, нежно-розовые стены, десерты на прилавке, меню над головой бариста. За столиком неподалёку уже сидел его брат, который, заметив Ли, помахал ему и улыбнулся. Минхо направился к нему. – Привет! Как ты до дома вчера добрался? Извини, вчера ушёл, уже ничего не сказав. – Минхо сел напротив и попытался улыбнуться в ответ, но улыбка вышла не сильно радостная. Скорее уставшая. – Привет, да ничего. До квартиры весело добрался. – Он коротко рассмеялся и посмотрел на брата, который уже заметил его усталость. – Весело? Расскажешь? – Ну, когда ты ушёл, я остался разговаривать с каким-то из твоих друзей. Сказать честно, имени не помню. По середине диалога ко мне подбегает Чонин – это человек из компании Джисона – и попросил донести моего соседа до квартиры, потому что тот перепил. – Так. Дальше что? – Бан Чан внимательно слушал. Не дав ответить Ли, бариста выкрикивает имя Чана. – Подожди, я сейчас заберу кофе по-быстрому и вернусь, дорасскажешь. Минхо кивнул, и брат ушёл к прилавку забирать два стаканчика кофе. Ли же остался один на несколько минут, но эти минуты он обдумывал свои мысли и слова. Смотрел в окно, на проезжавшие машины, на уже тёмное небо. Было пять вечера, но темно, как в девять. Бан Чан вернулся и протянул один стаканчик кофе Минхо. – Твой американо, помню, что ты его пьёшь. – старший улыбнулся. – Дорассказывай. – В общем, я понёс Хана на руках. Тот, конечно, сопротивлялся, но потом перестал и просто спокойно переживал поездку в такси. Но когда я его поднимал на пятый этаж, он мне сказал, что я очень вкусно пахну. Эти слова почему-то так въелись в мою голову. – Он выдохнул, будто снял самый тяжёлый груз, но потом снова задержал дыхание, ведь теперь хотелось рассказать о сегодняшнем утре. О их встрече и просмотре фильма. – Все подробности я не вижу смысла рассказывать, но утром что-то щёлкнуло, и я сам себе сейчас удивляюсь. В плохом смысле, скорее. – Он замолчал. – Там что-то настолько плохое? – Чан постарался разбавить атмосферу небольшой шуткой, но не давил на брата. – Утром я приготовил завтрак на двоих, заставил его съесть. Потом он закурил, и я зачем-то начал сокращать дистанцию. Я заметил реакцию Хана, это разожгло во мне что-то, я вырвал у него саму сигарету и потушил. Напомнил ему про парфюм, он стал отрицать, а я не стал давить и ушёл. Потом снова встретились на кухне, предложил посмотреть фильм. – Он снова замолчал, сделал глоток кофе. – Джисон спросил про парфюм, я показал его и начал выпытывать правду... Сказал соседу: «Ты хочешь меня», он спросил про мои желания, а я ответил, что хочу, чтобы он перестал со мной взаимодействовать. Что ненавижу его. Он ответил мне взаимностью, и мы разошлись... – А ты уверен, что ненавидишь его? – спустя несколько минут молчания спросил Чан. Он смотрел в чужие глаза и посерьёзнел. – Мне кажется, что ты не ненавидишь его, а боишься того, что он заставляет тебя чувствовать. – Что ты имеешь в виду? – Ты не можешь ненавидеть человека, о котором постоянно думаешь, Минхо. – сказал Чан тихо и наклонился к Ли. – Если бы тебе было безразлично, ты бы не стал запоминать его фразу про парфюм, ты бы её забыл или насмехался над ней, но точно не запомнил. И уж тем более не стал бы требовать правды от человека. – Я не знаю, что мне делать, Чан. – всё же признался Минхо и выдохнул, отводя взгляд на стакан. – Ты никогда не задумывался над своей ориентацией? Ты уверен, что тебе не могут нравиться парни, Минхо? – брат спросил мягко, без давления, будто спрашивая о погоде, а не о любви. – Что ты такое говоришь? – Минхо аж дёрнулся, брови свелись к переносице, в нём начало разжигаться злость. Только вот от чего – непонятно. – Я не гей. Я всегда встречался с девушками и вообще не должен чувствовать эту дрянь. – Он замолчал. – Я не хочу. – Но ты чувствуешь. – подчеркнул Чан и пожал плечами. – Ты считаешь, что это плохо, или почему такая реакция? – Я не знаю!! – отрезал Минхо. Голос стал выше, хоть Ли и не планировал его повышать. Оно вышло само. – Но я точно знаю, что не хочу это чувствовать. Мне мерзко. – Я понял, но если захочешь поговорить или разобраться в себе – напишешь мне. – спустя несколько минут молчания всё-таки сказал Чан. Он больше не давил, ведь ни к чему хорошему это не приведёт. Они так и остались сидеть в тишине, пока Минхо переваривал слова брата. Через час Ли ушёл из кофейни, потому что ему нужно было доделать домашнее задание. Попрощавшись с братом, он направился в сторону дома. Дорога до дома также прошла в мыслях. Слова Чана всё также крутились на уме, но он хотел от них избавиться и больше никогда не слышать. Никаких внешних звуков не было для него, он будто остался в той же кофейне и никуда не уходил. Проживал диалог с Чаном ещё раз, ещё и ещё. Даже не заметил, как подошёл к двери квартиры и уже её открывал. Действия были на автомате, отработанные. Внутри квартиры было темно, лишь небольшая полоска света из-под двери соседа разбавляла её. Снял кроссовки и задержался у чужой двери. Она была приоткрыта. Его тянуло подглянуть, но останавливал лишь внутренний голос, который говорил, что это неправильно. Поборовшись со своим интересом, он отвернулся к своей двери, и как только начал дёргать ручку, из двери напротив начала литься музыка, а после и знакомый голос. Рука замерла на ручке, так и не открыв дверь. Он стоял, как идиот, и слушал голос. Не мог войти, не мог уйти. Сосед что-то тихо напевал, то, что Ли не мог разобрать. Мог лишь слышать голос, хоть и не понимая слова. Снова этот внутренний голос, кричащий о неправильности. Поборов себя, он наконец дёрнул ручку своей двери и скрылся за ней, включая свет в своей комнате. В голове всё смешалось. Фильм, слова брата, чужой голос. Полный хаос, который так ненавидел Минхо. Старший сел за стол и начал пытаться сделать домашнее задание от преподавателя, но мысли никак не шли. Он просматривал один и тот же фильм по несколько раз, пытаясь его анализировать, но ничего не получалось. Написав от силы два абзаца, он лёг на кровать. Решил, что сделает завтра, всё равно выходной. За домашним заданием он провёл несколько часов, и уже было девять вечера, по-хорошему – лечь спать, как это и делал обычно Минхо. Сделал обычную вечернюю рутину, переоделся и стал пытаться заснуть. Сон не шёл. Ничего не шло, кроме трёх сцен: фильм днём, разговор с братом и голос этого засранца. По итогу он просто лежал с закрытыми глазами на спине, всё ещё пытаясь уснуть. Джисон был в похожем состоянии. Всё это время он пытался отвлечься на заказы, на разговоры по телефону с друзьями, на еду, на музыку, но ничего не получалось. В голове всё ещё были слова: «Я ненавижу тебя, Хан.» Глаза зажмурились сильнее, пальцы на одеяле тоже. Он попытался сменить позу, чтобы лучше уснуть, но никакая не помогала. Он сдался и просто перевернулся на бок, пытаясь расслабиться, что не особо получалось. Прошёл час, может два, Джисон не знал, потерял счёт времени. Хан не выдержал, открыл глаза и сел на кровать, свешивая ноги на пол. Тишина была везде: что в коридоре, что в комнате напротив, вроде. – Ли? – прошептал он в тишину. Неосознанное слово, которое вырвалось раньше, чем он успел подумать. Хотя тут и думать не надо, всё равно Минхо спал, скорее всего, никто не услышит, да и не надо. Он снова прикрыл глаза и втянул воздух. Вдруг за дверью напротив послышались шаги, Джисон замер. Услышал, как Минхо выходит из комнаты и... «Он остановился у моей комнаты, серьёзно?» – Хан, кажется, забыл, как дышать. Шаги остановились у его двери, но никто не входил и не стучался.