Сосед по аду

Шаги соседа остановились у его двери. Джисон смотрел на дверь, как заворожённый. Даже не зная, что будет лучше: чтобы Минхо зашёл или наоборот – ушёл. Он знал ответ, но пытался его всячески избежать. За дверью была тишина, но Хан её не пугался. Он больше боялся дальнейших действий – что от соседа, что от себя. Минута, две, пять, десять – время потеряло счёт, оставался только этот навязчивый старшекурсник, который всё больше и больше испытывал чужое терпение и нервы. Вдруг шаги начали удаляться, после чего Джисон услышал хлопок двери напротив. Он не расстроился, нет, но в груди что-то неприятно сжалось. Парень начал злиться на себя за ожидание. За ожидание чего? Это был другой вопрос. Младший вновь принял лежачее положение и смотрел в потолок. Глаза начали слипаться, было непонятно, сколько времени, но оно было и неважно. Сон приходил медленно, почти мучительно, но спустя некоторое время уснуть всё же получилось.

***

Темнота. Сначала в ушах был какой-то шум и гул, а потом резкая вспышка света. Перед глазами появляется кухня. Всё такое же, как и всегда было. Стол с знакомыми кружками, плита, окно, на подоконнике которого лежала запечатанная пачка сигарет, рядом зажигалка. Но рядом с Ханом стоял Минхо, смотря в глаза. Взгляд оставался непроницаемым, холодным, как обычно. Не успел Джисон опомниться, как послышался чужой голос: – Что ты мне хотел сказать? – голос Минхо звучал ровно, серьёзно. Не было никакой предыстории, лишь вопрос, который был задан слишком резко, что Хан опешил. – Я? – Джисон хотел огрызнуться, сказать что-то колкое, но не мог. Слова застревали в горле, превращаясь в густой комок, который было невозможно проглотить. – Я не знаю. – честно признался он. – Нет, знаешь. – снова давление. Джисон не заметил, как чужие пальцы сжались на его подбородке, не давая возможности отвернуться, вынуждая смотреть в глаза. – Ты знаешь, Хан. Ну же, скажи это. – Ты мне нравишься, Минхо. – Хан сам не понял, почему и при каких обстоятельствах он это выпалил. Теперь хотелось зажмуриться, провалиться сквозь землю, а может, вообще сделать так, чтобы Минхо его забыл. Пальцы на подбородке сжались сильнее, Хан видел, как чужие костяшки побелели. Минхо стал улыбаться, но не той мягкой и доброй улыбкой, о которой иногда Джисон всё-таки фантазировал, а той, которую он боялся больше всего. – Что же ты хочешь от меня услышать, Хан? – Минхо продолжал держать зрительный контакт, он мучил Джисона. – Ты же понимаешь, что я не могу ответить взаимностью? У меня есть кое-кто получше тебя. – Ты про Даюн? – всё же решился спросить Джисон, уже зная, что ответ его ударит похлеще любого физического удара. Злость начала закипать, да так активно, что Минхо не успел и слова сказать, как Хан начал пытаться набрать воздуха в лёгкие. – А про кого ещё? – И... – он запнулся. Слова снова не шли, мысли не формулировались. Глаза застелила пелена нахлынувших эмоций, которые он так ненавидел и презирал. – И зачем ты мне это говоришь? – Чтобы ты понял. – Минхо продолжал сжимать чужой подбородок, сокращая расстояние между лицами. – Я выбираю её, а не тебя. Ты – просто сосед, который понадеялся на что-то большее, сам же утопая в своей лжи и чувствах. Хан замер, в глазах всё поплыло, но это были не слёзы, а навязчивые мысли. Больше не было ни кухни, ни Минхо, остались только эти слова, ударившие в самую больную рану. – Хватит! – резко выкрикнул Джисон. Внутри начало закипать ещё больше, Хан больше не мог контролировать это чувство. Но от крика Минхо даже не дёрнулся, это злило ещё больше. Хан не понял, как его рука взяла тарелку с края стола и швырнула её в стену, в миллиметре от лица Минхо. Тарелка разбилась вдребезги, но парень напротив даже не дёрнулся, он лишь коротко рассмеялся – холодный и безразличный смех. – Жалкий. – прошептал Ли, сокращая дистанцию. – Ты самый жалкий человек, которого я видел, Джисон. – Что? – глаза неприятно защипало, но слёзы не текли. Зрачки бегали по лицу Минхо, ища хоть какой-то намёк на шутку, но вместо этого он нашёл насмешку. Насмешку над его чувствами. Минхо молчал. Секунду, потом вторую, но эти секунды были самыми долгими в жизни Хана. От этого становилось только хуже. – Ты не можешь меня ударить, только посуду бьёшь. – всё так же шёпотом говорил Минхо, хватка на чужом подбородке оставалась такой же сильной. – Как твой отец. – Заткнись! Заткнись, блять! – Хан зажмурил глаза и не хотел смотреть больше на человека рядом. – А то что? Снова кинешь тарелку? Или...

***

Глаза резко открываются. Сердце бешено колотится, в горле сухо. – Сон... Это просто сон, сука. – Хан протёр глаза ладонями и снова их прикрыл, пытаясь отдышаться и вернуть сердцебиение в норму. – Почему я во сне признался ему в чувствах? О каких чувствах? У меня нету никаких чувств. Я его ненавижу. Бред какой-то. Немного придя в себя, он снова открыл глаза и посмотрел в окно. Было темно. Взял телефон в руки – три часа ночи. Спать перезахотелось, поэтому он просто отвернулся от окна и смотрел в потолок на одну точку. Глаза начали слипаться, но перед ними всё ещё стоял Минхо. Его усмешка, улыбка, слова про отца, про Даюн. Он будто прожил этот кошмар, будто это был не сон, а реальный фрагмент из его жизни, что пугало. Но больше пугал не сам сон. А то, что Минхо был рядом даже во сне. «Дай мне покой, хотя бы во сне.» – просьба прозвучала мысленно. Вся ночь прошла в раздумьях, на улице начинало светлеть, но Джисон больше не поворачивал головы в сторону окна. Вспоминал сон, который продолжал бить больнее любого физического контакта. Из мыслей его вывели хлопок двери напротив, а затем шаги, направившиеся на кухню. Хан устало потёр лицо и привстал на локтях. Немного поколебавшись, он всё же встал и тоже пошёл на кухню. Выглядел Джисон помятым: уставшее лицо, небольшие синяки под глазами, растрёпанные волосы. Минхо уже сидел за столом и пил свой кофе. Напротив места Хана ничего не стояло. Ни чашки, ни тарелки, но он и не претендовал. Просто до этого Ли почему-то делал завтраки на двоих, а сейчас только себе. «Плевать. Я вообще пришёл воды попить.» – парень быстро окинул взглядом своего сидящего соседа и направился к раковине, осушая стакан одним глотком. – Сколько ты спал? – как ни в чём не бывало спросил Минхо, не отрывая взгляд от телефона. Джисон едва не подавился воздухом. Прочистив горло, он несколько секунд подбирал слова для ответа. – Тебе какое вообще дело? – фыркнул парень. – Сколько надо – столько спал. – Хан подошёл к чайнику и нажал кнопку кипячения. – Просто ты всю ночь ворочался. – Минхо пожал плечами. Хану почему-то стало неловко. Ли правда слышал его ночью? Он лишь надеялся, что Минхо блефует, чтобы... Чтобы что? Просто блефует. – Ты следишь за мной, я понять не могу? – Хан посмотрел на белую макушку через плечо, но быстро себя отдёрнул и достал кружку, заваривая чай. – Тут шумоизоляция плохая. Хан на это лишь громко выдохнул и стиснул зубы. «На кого я злюсь, блять.» – непонятное раздражение начало нарастать, но парень просто взял кружку с чаем и ушёл к себе, оставляя Ли на кухне одного. В комнате было тихо. Джисон закрыл дверь и скатился спиной по ней, садясь на пол. Руки закрыли лицо, а мысли продолжали настойчиво течь, как будто даже не думали прекращать мучить Хана. Через пару минут он нашёл силы, чтобы встать, и достал свой планшет. На нём всё ещё была домашняя работа, которую он так и не закончил, хотя должен был её сделать ещё вчера. Неохотно пытаясь нарисовать линии, он постоянно залипал. Перед ним всплыл образ Минхо. Потом слова из сна. Он начал сильно злиться, сжимая стилус настолько сильно, что костяшки побелели, прямо как в том сне. Перед глазами снова возникли пальцы Ли, сжимающие его подбородок так же сильно. «Хватит! Хватит! Пошёл нахуй, это невозможно!!» – стилус полетел куда-то в угол, а Джисон взялся за голову и теперь сжимал свои волосы, не сильно, но ощутимо. Через несколько секунд надел наушники и выкрутил громкость на максимум, чтобы это помогло. Минхо же сидел на кухне, даже не обратив внимания на Джисона, но отвернулся на слишком резкий хлопок двери. Пожал плечами и допил свой кофе, делая что-то в телефоне. Когда он проходил к себе, то услышал какое-то падение, когда Хан кинул стилус. «Что у него там вообще происходит?» – подумал Минхо. Он уже хотел постучать и войти, но вовремя отвернул себя от этих действий. «Какое мне вообще дело до чужих истерик?» – покачав головой, всё-таки свернул к себе. Джисон сидел у себя в комнате и иногда посматривал на время в телефоне. Двенадцать часов дня, а встреча с Сынмином у них в два. В принципе, если Хан выйдет раньше, то ничего не случится, а он развеется. Он взял телефон в руки, разблокировал и зашёл в мессенджер с Сынмином. Написал:

JSash: Сынмин, привет. Сегодня же всё в силе?

Закрыл телефон и ещё несколько секунд тупо смотрел в экран, будто ожидая моментальный ответ. Потом сам себя мысленно послал и стал собираться на очередную прогулку. Любимые широкие штаны, чёрная оверсайз-футболка. Чуть пригладив волосы, он побрызгался карамельным парфюмом. Джисон подошёл к двери и немного замялся. Положил ладонь на ручку, но не спешил её открывать. Сглотнул. За дверью было тихо. Судя по всему, Минхо сидел у себя в комнате. Тогда Хан всё же приоткрыл дверь и выскользнул в коридор, стараясь не издавать лишних звуков. Присев на корточки, начал натягивать ботинки. Когда Хан натягивал второй ботинок, то услышал ухом щелчок двери позади. Он ускорился, быстро застегнув обувь, посмотрел через плечо назад. Никого не было, дверь была заперта. «Показалось, что ли...» – Хан отвернулся и быстро, даже резко, встал с корточек, открывая входную дверь и выходя на лестничную площадку подъезда. Заперев Минхо в квартире, он начал спускаться вниз. Подъезд никак не изменился, ничем не примечателен. Зато выйдя на улицу, Хан вдохнул полной грудью воздух, пытаясь всё-таки вытравить одного человека из своей головы. Музыка больше не помогала, мысли были громче и навязчивее. Что помогало? Без понятия, но было бы неплохо найти это чудо. Дорога до парка тянулась бесконечно долго. Хан постоянно пытался отвлечься на что-нибудь или кого-нибудь. Он не упускал ни единого человека, ни единую машину, следил за каждым действием, шагом, просто чтобы занять свои мысли чем-то другим. Цеплялся за каждую мелочь, лишь бы забыть этот кошмар, который, видимо, будет его преследовать очень и очень долго. Наконец дойдя до парка, он сел на скамейку и снова закурил. Прикрыл глаза и выпускал дым в воздух. «Ненавижу его. Как паразит засел, мешает, блять.» – Джисон снова себя поймал на том, что думает о Минхо. Раздражённо встряхнул головой и затушил сигарету, выкинул окурок в урну рядом. Даже когда Хан специально ушёл из дома, чтобы не ощущать чужое присутствие, оно было, только в его голове. И присутствие этого человека уже было невозможно никак вывести. Время – тринадцать тридцать, значит, Сынмин должен был скоро подойти и, скорее всего, заметит состояние Хана. Через несколько минут на телефон пришло уведомление, сообщение от Сынмина: SMN: Да, конечно! В два, напоминаю :) Джисон лишь решил ничего больше не писать. Если бы Сынмин узнал, что его друг сидит и уже ждёт его, то мчался бы, размахивая руками. Вместо сообщений парень смотрел на пруд перед собой, в котором купались дурацкие утки. Всё дурацкое, как и утро. Настроение было паршивое, а мысли снова уходили не в то русло. Вернулись к Минхо. К его шёпоту у уха, к его словам, к тому, что сегодня он почему-то не приготовил завтрак. От этого в груди начало жечь, а челюсть сама собой сжалась. Хан взял из-под ног камень и кинул в пруд, утки разлетелись, но Джисон лишь зарылся лицом в свои руки и отчаянно выдохнул. «Что же происходит, а?» – один и тот же вопрос преследовал, но ответа нет. Полчаса пролетели почти незаметно. Джисон увидел вдалеке знакомую фигуру, махающего красноволосого парня. Хан еле заметно улыбнулся и встал со скамейки, направляясь к другу. – Джисони!! Привет!! – Сынмин ускорил шаг и тоже улыбнулся Хану, пряча руки в карманы куртки. – Как ты? Выглядишь, если честно... – Он замолчал, пытаясь подобрать слова, чтобы никак не задеть чувства друга. Окинул ещё раз взглядом Джисона. – Ну... – Как дерьмо? – закончил за него Хан, усмехнувшись. – Не выспался просто. – Парень пожал плечами. Голос звучал устало, с небольшой хрипотцой. Джисон поднял взгляд на чужое лицо. Сынмин молчал несколько секунд, хотя для Хана эти секунды были бесконечностью. Он знал, Мин заметит, что дело не только в плохой ночи. С одной стороны ему нравилась эта наблюдательность со стороны лучшего друга, а с другой – раскрывать все карты своего состояния было не в его стиле. – Да... – тихо ответил Сынмин, не сводя своего взгляда. Прищурился и попытался выдавить улыбку, но его лицо выдавало, что он переживал и всё понимал. – Точно ничего рассказать не хочешь? Ты же знаешь, что я всё равно узнаю. Даже если не из твоих уст. – Парень стал звучать ровно, серьёзно, хотя иногда интонация выдавала его истинные переживания и чувства. Теперь молчал несколько секунд Джисон. Он начал неосознанно мять края рукавов куртки, но при этом смотрел всё ещё в чужое лицо. Выдохнул: – Так и знал, что ты заметишь. – Хан будто признавался, но усмехнулся. – Но рассказывать нечего. Не начинай только. Всё нормально, правда. – Врёшь. – твёрдо ответил Сынмин. – Сам себе противоречишь. Если рассказывать нечего, с чего ты решил, что я начну? – Красноволосый парень едва заметно усмехнулся. – Хотя начну. Потому что переживаю за тебя. Перестань уже отмахиваться от чужой заботы. – Ты иногда бесишь. – Хан закатил глаза и цокнул. – Я тебя тоже люблю. Так расскажешь? – Сынмин чуть улыбнулся. – Пойдём? Замёрзнем на одном месте. Заодно расскажешь по ходу прогулки. Джисон кивнул, и они начали неспешно идти по парку. Хан молчал, пытаясь собраться с мыслями и сформулировать правильно свои переживания. Сдался, поэтому просто выдохнул и начал рассказывать, как есть: – В общем, я не знаю уже, что делать. – Хан посмотрел в сторону друга. Тот не смотрел на него, но внимательно слушал. Отвернулся назад к дороге. – Этот придурок мне начал сниться. Я постоянно о нём думаю, это пиздец, Сынмин. – Джисон поморщился от своих же слов, будто сказал что-то незаконное или максимально отвратное. Хотя второй вариант был ближе к правде. – Снится? – переспросил Сынмин, моргнув, явно удивлённый. – Да! Сынмин, да! – Хан сорвался на высокий тон. – Я ему признался во сне. Признался в каких-то убогих чувствах. – Он хмыкнул и резко опустил руки. – А он... – Хан замолчал, сглатывая. – Он сказал, что у него есть девушка, что я просто сосед. Улыбался, будто я ничего не значу... – Наконец-то Джисон выдохнул и чуть отвернулся от Сынмина, хотя тот на него и не смотрел. Какое-то время они оба молчали. Джисон уже думал, что Сынмин решил никак не комментировать или вовсе прослушал, но вдруг услышал его голос: – Тебе во сне просто сказали, что у него есть девушка? – спокойно спросил Сынмин. – Просто? Ты сейчас обесцениваешь или что?! – голос Хана сорвался громче, чем он хотел. Сынмин даже не повернул головы. – Я не обесцениваю, – ровно ответил он. – Ты с этим и так отлично справляешься сам. Я просто уточняю. – Я не обесцениваю!! Мне просто всё равно. Это разные вещи... – Хан прозвучал крайне возмущённо и обиженно. Будто его поймали на чём-то, чем он не хотел. – Хан... Если тебе правда всё равно, то почему ты пытаешься убедить меня, а не себя? – Сынмин пожал плечами. Хан резко остановился, но только на секунду. Потом издал смешок: – Это просто сон, Сынмин. Просто сон!! – слова стали литься сами собой, быстрее, чем он их успевал обдумывать. – Почему мы вообще это обсуждаем? – голос звучал теперь тише. Джисон замолчал, но не надолго. Голос начал меняться на более раздражённый: – Мне плевать. Пле-ва-ть. – Хан сжал кулаки так сильно, что ногти впились в ладонь, но сам этого не заметил. – Хорошо. – после чего Сынмин замолчал. Одно лишь слово, которое почему-то заставило Джисона даже удивиться. Он на секунду даже сбился с шага, ведь ожидал чего угодно: расспросов, споров, возможно даже нотаций, но никак не одно слово. Через несколько метров, проведённых в молчании, Хан снова начал говорить: – Просто... Раздражает. Очень сильно раздражает. До невозможности. Весь идеальный такой. «Тут не кури», «это прибери», будто знает, как нужно жить. Бесит и всё. – Он выдержал молчание, но тема всё же снова вернулась к Минхо. – А он тебе хоть что-нибудь делал? – Сынмин впервые повернул голову в сторону Хана. Увидел его профиль и отвернулся назад на дорогу. На этом моменте Хан замолчал и задумался, потому что Минхо и вправду ничего ему не делал. Помимо отбирания сигареты, конечно. Открыл рот, чтобы что-то ответить, но в голове было пусто, слова больше не шли. Были сигареты, замечания, завтраки и... И всё. – Эм, нет? – голос прозвучал максимально неуверенно, с ноткой вопросительности. – Но было бы, наверное, легче, если бы он оказался мудаком. Сынмин искоса посмотрел на друга. Несколько секунд помолчал. После чего едва заметно хмыкнул. Отвернулся и вдохнул осенний воздух. Парк был уже полностью жёлто-оранжевым, на пруде валялись опавшие листья, на земле тоже. – Кстати, Чанбин писал. Звал всех погулять. Я решил без тебя не соглашаться. – Мин решил перевести тему, чтобы больше не выводить друга на эмоции. – О, а это отличная идея, Мин. Погуляем, развеемся хоть. – Хан кивнул и чуть расслабился. Это было заметно по тому, как плечи опустились, и по тому, как он выдохнул. Сынмин сразу достал телефон из кармана и набрал Чанбину. Тот взял трубку быстро, и через минуты три телефон был назад убран в карман. – Чанбин с Чонином будут минут через пятнадцать. Хёнджин подойдёт попозже, у него там какие-то дела. – Сынмин кинул взгляд на ближайшую скамейку, Хан понял без слов. Джисон кивнул и, опустившись на скамейку, прикрыл глаза. Прохладный осенний ветер приятно коснулся лица. Впервые за весь день ему не хотелось ни спорить, ни оправдываться. Где-то неподалёку звонко смеялись дети. На пруду с громким кряканьем что-то не поделили утки, подняв брызги воды. По дорожке неспешно проходили девушки, увлечённо обсуждая что-то своё. Ветер лениво перебирал жёлтые листья на деревьях, а те с тихим шелестом падали под ноги прохожим. Самый обычный осенний день. Только Джисон внутри был не совсем обычным. Молчание немного напрягало, но не настолько, чтобы хотелось убежать. По крайней мере, пока. Он достал пачку сигарет, покрутил в руке, поймал любопытный взгляд от Сынмина и наконец достал одну из пачки. Зажал в губах и повернулся к другу: – Будешь? – Хан чуть протянул свою пачку поближе к чужим рукам. – Нет, не курю больше. – Сынмин чуть улыбнулся. Хан удивлённо вскинул брови вверх, но ничего не сказал, лишь пожал плечами и убрал пачку назад в карман. Достал зажигалку и прикурил. Снова повисло молчание. Дым выпускался в чуть серое небо. Хан стряхнул пепел и улыбнулся. Никотин привычно обжёг горло. Мысли наконец стали немного тише. – Эм... Сынмин. – позвал Джисон, поворачиваясь к Киму. – Спасибо? Наверное. Ну, что не стал заваливать допросами и тем более читать какие-либо лекции. – даже неожиданно для себя выпалил Хан. Сынмин удивлённо поднял свой взгляд на Джисона, но улыбнулся в ответ, хлопая его по плечу: – Не за что благодарить. Видно же было, что добил бы тебя со своими допросами. – Ну, ты прав. – Хан снова затянулся, пока горло не начало саднить. Он медленно выпустил дым и затушил сигарету, выкинул. Джисон вернул свой взгляд на пруд. Утки больше не дрались – они вообще куда-то уплыли. Он уже собирался сказать что-то ещё, открыл рот, но передумал и закрыл. Несказанная мысль так и осталась сидеть глубоко в душе. Хан же лишь прочистил горло и на недолго прикрыл глаза. – Чанбин с Чонином скоро придут? – спустя минуту молчания всё-таки спросил Джисон. Сынмин достал телефон и бросил взгляд на время: – Если Чанбин по дороге не решил заглянуть в какой-нибудь магазин, то да. – Он усмехнулся. – Должны быть уже где-то рядом. Не успел Сынмин договорить, как вдалеке показались две знакомые фигуры. – О, вспомнишь солнце – вот и лучик! Пошли навстречу. – Ким не стал дожидаться ответа, просто схватил Хана за запястье и потащил за собой. Джисон не стал даже сопротивляться, просто хмыкнул. Чанбин и Чонин о чём-то увлечённо разговаривали. Младший активно жестикулировал, пока Бин внимательно его слушал. Когда они всё-таки повернули свои головы прямо и увидели Хана с Мином, разговор сразу оборвался. Оба одновременно улыбнулись и ускорили шаг. Через несколько секунд они уже встретились. Чанбин и Сынмин привычно пожали друг другу руки, а Джисон едва успел поздороваться, как Чонин притянул его в неожиданные и короткие объятия. – Ты как? – тихо спросил Ян, чтобы никто кроме них двоих не услышал. – В смысле? – Хан опешил, но не успел он никак среагировать, как младший отстранился. – Ну... Тебя Минхо донёс до дома? Я что-то совсем забылся, даже не написал тебе. – Чонин виновато опустил голову и стал переминаться с одной ноги на другую. При упоминании имени Минхо Хан на секунду замер, а улыбка дрогнула. Он прочистил горло, пытаясь найти, что ответить. Джисон боялся, что если сейчас тема снова завяжется о нём – то он снова незаметно сорвётся, чего делать не хотелось. При этом врать он совершенно не умел – голос и поведение его всегда подводили, но какие ещё варианты остались? – Да. – Он прочистил горло, но потом продолжил. – Всё хорошо, правда. – Хан похлопал Чонину по плечу, тот поднял на него лицо. Голос парня прозвучал не очень уверенно, но он старался не подавать виду. – О чём Чанбин с Сынмином разговаривают? – Джисон попытался перевести тему, руку с плеча младшего не убрал, но взгляд перевёл на двух парней, стоящих рядом. – Эй! Вы там про нас не забыли? – Он их окликнул, и на лице снова появилась привычная улыбка. Чанбин обернулся и посмеялся: – Вас? Забыть? – Парень развернулся полным корпусом к Чонину и Хану. – Мне кажется, вы наоборот везде и всюду. От вас избавиться невозможно. – Мин позади рассмеялся. – А вы, то есть, хотели от нас избавиться? – спохватился Чонин и наигранно надулся. – Я такого не говорил! – начал протестовать Бин. – Да кому ты врёшь, а? – начал вливаться Сынмин. Хан и сам не заметил, как начал следить за этой картиной. Он фыркнул, и уголки губ сами поползли вверх, а настроение подниматься. – Себя ещё и лучшим другом называет. Сдал меня с потрохами. – Чанбин закатил глаза и снова рассмеялся, потрепал Чонина по волосам. – Вместо плана избавления от этих двух, – Он указал на Джисона и Яна. – Давайте лучше решим, куда пойдём. А то стоим тут уже хер пойми сколько. – Куда угодно. – после этих слов он заметил, как глаза Чонина загорелись. Не дав ему сказать, он вставил: – Нет, Чонин, твои предложения не принимаются. – Это ещё почему? – Чонин удивлённо посмотрел на Мина, а потом цокнул. – Потому что на нашей прошлой гулянке ты зачем-то привёл меня в зоомагазин и стал искать капибар. – Ким скрестил руки на груди и стал наблюдать за тем, как Чонин начал недовольно пялиться на него. – Ты же в курсе, что капибары не водятся в зоомагазинах, блять? – Всегда нужно рассчитывать на лучшее! – он вскинул подбородок. – Чего ты такой злой-то? – Я не злой, просто это ты немного не соображаешь. – Сынмин подошёл поближе и щёлкнул того по носу. Чонин зажмурился, а потом непонимающе посмотрел на Сынмина. – Эй! – он хотел что-то ещё добавить, но их прервал Джисон: – Стесняюсь поспросить, часто ли вы гуляете вдвоём? – Хан вскинул бровь и переводил свой взгляд то с одного парня, то на другого. Ян и Ким переглянулись. Чонин первый отвёл взгляд и замялся, а Сынмин лишь хмыкнул и размял шею: – Не часто, но иногда. – Хан не успел ничего сказать, потому что снова зазвучал тот же голос: – Ладно, хватит. Давайте уже решим, куда идти. Хенджин должен скоро подойти, я ему геолокацию просто скину. Не успели они сделать и нескольких шагов, как вдалеке показалась знакомая фигура. Хёнджин почти бежал к ним, тяжело дыша: – Блять! Я прям вовремя, да? – Хен остановился и облокотился о свои колени. Отдышался и потянулся. – Ты только встал с кровати, что ли? – Чонин окинул взглядом пришедшего и вздохнул. – Выглядишь устало, даже с макияжем. – Чонин! – Сынмин дал тому подзатыльник. – Нельзя так прямо обсуждать внешность людей! – Всё нормально, Сынмин. Я правда не выспался. – Хенджин хмыкнул. – Я в клубе с таким очаровашкой познакомился. Теперь всё внимание было именно на Хенджине. Взгляды были заинтересованные и чуть удивлённые. – Чего так смотрите? Вы думали, что я просто так ушёл от вас на танцпол? Вы меня недооцениваете. – он потянулся. – Чего стоим? Пошли. – Куда пошли? Мы не решили, куда именно сейчас пойдём. – вклинился Хан. – И тем более после таких новостей. Не хочешь рассказывать? – Да что там рассказывать-то? – он замолчал. Все стали ждать продолжения, но Хен всё никак не понимал, что от него требуется. – Да что?! – Ты продолжишь, или нам нужно вытягивать из тебя информацию? – ответил Чанбин. Снова тишина. Хенджин нехотя начал рассказывать, потому что понял, что сам проболтался и теперь от него не отстанут: – Его зовут Феликс. Синеволосый. Немного самовлюблённый... хотя, может, мне показалось. – Понятно всё с тобой. – Джисон цокнул. – Мы в итоге решим сегодня наш маршрут, или мы так и будем стоять на месте весь день? – Куда ты так торопишься-то? Я между прочим тоже нашёл симпатичного парня. Правда, мы с ним не знакомы ещё, но он тоже ничего такой. – Чанбин вздохнул и пару раз моргнул. – Теперь, когда вроде все новости рассказаны, то можно решать наш путь. – В кафе? – предложил Хенджин. – Ты же ел. – подметил Чонин. – Что? – спросил он, так как все обернулись в его сторону. – А ты откуда знаешь? – Хен поднял вопросительно бровь. – Так ты выкладываешь каждый свой приём пищи в соцсети. Естественно, я увижу. – Чонин хмыкнул. – Ты за мной следишь, или что? – Хван рассмеялся. Джисон едва заметно замер. Та же самая фраза. Он уже слышал её, мало того – и сам её говорил. Перед глазами на мгновение всплыло чужое лицо. Как Минхо пересчитывал стаканы выпитой им воды. Как тот вырывал его сигарету, как тот вёл совершенно спокойный диалог у окна, будто до этого ничего не было, как... – Эй? Хан? Голос Сынмина вырвал его из своих же раздумий. – Всё нормально? – Да-да. Всё хорошо. – Хан несколько раз моргнул, будто стряхивая воспоминание. Он улыбнулся, пусть и чуть натянуто. Сынмин задержал на нём свой взгляд, будто пытаясь понять, врёт тот или, как всегда, предпочитает умолчать. К счастью, больше ничего не сказал и вернулся в спор. Проспорили они ещё минут пять, пока Чанбин наконец не озвучил самый очевидный вариант: – Может, вообще без плана? Просто погуляем по парку, а там уже решим, куда дальше. – Я за. – почти сразу поддержал его Джисон. Спор на этом закончился сам собой. Компания неспешно двинулась по гравийным дорожкам парка. Чонин с Сынмином почти сразу вырвались вперёд, продолжая что-то бурно обсуждать, а Чанбин, Хёнджин и Джисон невольно отстали. Под ногами приятно шуршали опавшие листья. Прохладный ветер трепал волосы и время от времени срывал с деревьев новые листья, закручивая их в воздухе. Некоторые пролетали совсем близко к лицу, на секунду заставляя провожать их взглядом. Впереди Чонин с Сынмином уже громко смеялись над чем-то своим. Со стороны казалось, будто они вообще забыли, что вышли гулять компанией, а не вдвоём. Вдруг Хенджин решил начать разговор: – Бин, а ты нам не хочешь подробнее рассказать про того парня? – Хен подмигнул и коротко рассмеялся. – Там нечего рассказывать, говорю же. Я к нему не подходил, так что даже имени не знаю. – он пожал плечами и цокнул. – Может, если бы хоть чуть-чуть трезвым был, то смог бы подойти. А так только его волосы и более-менее лицо запомнил. – Так попроси помощи у Чонина. – Хан кивнул в сторону Яна. – Он же у нас на программиста учится. Я думаю, что пробивать людей – это его хобби. – Какие-то у тебя стереотипные представления об этой профессии. – Хенджин ухмыльнулся. – Но попробовать и правда можно. Вдруг получится? – Как там Ини говорит? «Всегда нужно рассчитывать на лучшее». – Хан чуть помолчал. – А как он выглядел-то? Может, мы и без Чонина сейчас вычислим. – Ну... – Чанбин задумался на секунду, пытаясь восстановить лицо незнакомца в памяти. – У него длинные и тёмные волосы... высокий ещё... светлая кожа была. У него ещё губы пухлые были! – Ты на его губы смотрел? Вот это ты газ, конечно. – подколол его Джисон. Чанбин фыркнул: – Ты точно описал конкретного человека, а не каждого второго в нашей большой деревне? – Хенджин снова коротко рассмеялся, прикрывая рот рукой. – Да, Бин. Нам либо фоторобот идти делать, или каждого встречного спрашивать: «Извините, а вы не видели вот этого молодого человека?» – Хан тоже прыснул со смеху. – Ой, да пошли вы! Вот пойду и у Чонина помощи попрошу! – Чанбин закатил глаза. – Так, а что ты хотел от нас услышать с такими подробностями? – спросил Хан, когда чуть успокоился от смеха. – Так, а вы что хотели, когда я вам сказал, что видел его несколько минут? – перевёл Чанбин. – Где ты его вообще увидел? – неожиданно спросил Хван. – В зоне боулинга. – Хенджин и Хан переглянулись между собой, но ничего не сказали. Покачали головой, давая понять, что понятия не имеют, что это за человек. – Чони-ин! – резко окликнул Хан. Ян прервал беседу с Сынмином, и они оба одновременно повернулись в сторону источника звука. – Чего тебе? – Помоги Чанбину найти любовь всей его жизни! – Джисон перевёл взгляд на возмущённого таким поведением Бина, а потом и на Хенджина, который еле сдерживался, чтобы не засмеяться. – Чего? – Чонин непонимающе стал водить взглядом по каждому из трёх парней и нахмурился. – Что тебе непонятного? Чанбин в зоне боулинга встретил парня. Пытаемся найти. – ответил Хенджин. – А я тут причём? – Бля, ну как же. Ты на программиста вроде учишься, нет? – теперь вместо Джисона начала говорить Хен. Чонин помолчал несколько секунд, а затем всё-таки ответил: – Вы слабоумные, или че? – А ты разве не можешь найти человека по описанию внешности? – Могу. – Тогда в чём проблема? – Заткнитесь и дайте насладиться прогулкой!! – вдруг подал голос Чанбин. – Чонин, я тебе потом напишу или позвоню. – На это Бин получил лишь кивок со стороны младшего, и тот отвернулся. Мин же ещё раз окинул взглядом всех троих и тоже отвернулся, продолжая беседу. Пока Сынмин и Ян о чём-то увлечённо разговаривали, остальные трое просто наслаждались природой вокруг. Чанбин фотографировал каждую пылинку и каждый листик. Хенджина и Хана это, конечно, забавляло, но фотографии выходили и правда отличными и красивыми. Они шли по каменному мосту над тем самым прудом, в который смотрел Джисон, когда сидел на скамейке с Сынмином в ожидании остальных. Опавшие листья красиво плавали на поверхности, меняя направление в зависимости от ветра. Хенджин решил тоже запечатлеть эти моменты, но постоянно начинал мелкую перепалку с Чанбином. Тот пытался ему подстроить ракурс или сместиться на шаг. – Да у тебя фото неживое! Потому что свет не туда падает! – начал комментировать Чанбин старания Хенджина. – Я художник, и я так вижу! – огрызнулся в ответ Хван. – А я фотограф. На этот аргумент Хен не находил ответа и просто закатывал глаза и убирал телефон. Двое парней впереди постоянно подгоняли оставшихся троих, говоря, что это те слишком медленные, а не они быстрые. В ответ получали недовольные взгляды. В один момент Сынмин сам обернулся и увидел, как Джисон искренне смеётся в окружении друзей. Незаметно на его лице тоже начала расплываться улыбка, ведь он был правда рад, что его друг смеётся по-настоящему, а не из вежливости или из-за своего страха. Незаметно разговоры начали стихать. Осеннее небо постепенно темнело, воздух становился всё холоднее, а вдоль дорожек один за другим загорались фонари. Посетителей в парке становилось всё меньше, и шум постепенно уступал место спокойной вечерней тишине. Постепенно компания стала расходиться. Сначала ушёл Чанбин, потом Хенджин. Хан остался наедине с Чонином и Сынмином и решил, что ему тоже будет лучше уйти. – Эй. – окликнул Джисон их. – А? – Сынмин обернулся. – Ты уже уходишь? – Да. Я думаю, что пойду. Удачи вам погулять! – Хан развернулся, чтобы пойти, но вдогонку услышал голос Сынмина: – Напиши, как дома будешь. – после этого Джисон со спокойной душой пошёл в сторону квартиры. Хан шёл медленно, будто это могло хоть немного продлить вечер. Хотя на удивление никакой тревоги он не чувствовал, скорее наоборот – облегчение. Он хорошо провёл время с любимыми друзьями. Впервые за последнее время Джисон смог забыть о Минхо, поэтому возвращаться под одну крышу к нему очень не хотелось, но вариантов больше не было. По дороге он остановился во дворе у фонарного столба и облокотился спиной об него. Достал из кармана сигареты и закурил, выпуская дым в прохладный воздух. Сигарета тлела, к сожалению, быстро, хотя хотелось бы, чтобы этот момент был растянут надолго и в эту ненавистную квартиру не пришлось идти. Парень стряхнул пепел на асфальт, потушил о ближайшую мусорку, выкинул и нехотя направился к подъезду. Внутри было темно, лишь еле работающие лампочки на пролётах помогали адаптироваться к непривычной темноте. Добравшись до пятого этажа, Хан помялся перед собственной дверью, создавая иллюзию, что ищет ключи, которые уже были у него в руке. Через минуту он вставил их и начал прокручивать замок тихо, стараясь не издавать лишних звуков. Видеть недовольную рожу Минхо не входило в планы Джисона. Он открыл дверь и первое, что он увидел, это свет, исходящий с кухни. Кинул взгляд вниз, где стояли чужие, но уже привычные кроссовки. «Ну, конечно.» – Хан вздохнул и перешагнул порог, закрывая за собой дверь. Снял свою обувь и поставил с другой стороны. Хотелось завалиться сразу спать, потому что сегодняшний день его приятно вымотал. До комнаты он дошёл почти машинально, упал на кровать и стал просматривать фотографии, которые тоже изредка делал. Задумался и не заметил, как экран телефона сам собой погас. Прикрыл глаза, как вдруг... – Джисон? – до него донёсся голос с кухни. Тот противный и мерзкий, который он не мог выкинуть все несколько дней. Хан зажмурил глаза, будто надеясь на то, что это не ему, или просто показалось. – Джисон! – его окликнули громче, от чего стало не по себе. По телу пробежали мурашки, а руки сами собой закрыли лицо. – Что? – спустя несколько секунд всё же ответил Джисон через ком в горле. – Иди на кухню. – это всё, что ответил Минхо. – Позже приду, если это не срочное. – ответа не последовало, Хан принял и молчание, так что занялся своими делами. Переоделся в домашнюю одежду и открыл чат с Сынмином:

JSash: Я дома, Мин.

SMN: Отлично :) Ответ прилетел сразу же, но Джисон не обратил внимания. Он откинул телефон в сторону и направился на кухню. За столом как обычно сидел Минхо с телефоном в руке и рядом стоящим чаем, а напротив... – Это мне? – Джисон облокотился об косяк двери, скрестив руки на груди и усмехнувшись. Он посмотрел на чай, который стоял около его места. – А кому ещё, придурок? – Минхо бросил быстрый взгляд на Хана, но сразу же отвёл его назад в телефон. – Нагулялся? – Не твоё дело. – огрызнулся Джисон и забрал чай с собой в комнату, на что Ли лишь усмехнулся. Сидеть за одним столом с Минхо казалось чем-то невозможным, особенно спокойно. Зашёл в комнату и поставил чай на прикроватную тумбочку, а сам расположился на кровати, открывая телефон и начиная заниматься любимым бездействием, пока чай в кружке медленно остывал.