Колизей: Одиннадцать раундов

«Первая волна» Пыль над ареной двигалась широкой полосой. Сначала — просто мутное облако. Далее внутри начали проступать силуэты. Первая волна. Самые быстрые. Самые жадные до крови. Остальные не спешили. Кто-то шел шагом, кто-то вообще остановился поодаль, наблюдая, как «мясо» проверит оборону за них. Наш отряд стоял полукругом. Плотно. Щит к щиту. — А вот и то, чего мы так ждали! Голос Клауса прокатился над ареной. — Противостояние двух сторон! Ну наконец-то! Он наклонился к экрану перед собой, будто собирался сообщить нечто великое. — Да будет… РЕЗНЯ! Трибуны взревели. Я крепче сжал рукоять щита, потом еще раз разжал. Ладонь вспотела так сильно, что кожа скользила по металлу. «Чего они так долго…» Несколько секунд тянулись слишком медленно. Сердце колотилось где-то в горле. С высоты арена, наверное, казалась меньше. Но здесь, внизу, она выглядела чудовищно огромной. Слишком много открытого пространства, далеко бежать. Негде спрятаться. — Что, нервничаешь? Капитан даже головы не повернул. — Да. Я сглотнул. — Каждый раз как в первый. Он коротко ухмыльнулся. — И у меня так. После чего добавил: — Хотя бы больше не блюю как перепуганная девка. В строю тихо хохотнули. Напряжение немного отпустило. — Вижу первую волну, — спокойно сказала София. Она щурилась куда-то вперед поверх металлического края. — Двенадцать человек. Трое слева. Двое обходят справа. Остальные прямо на нас. — Глазастая, зараза, — буркнул капитан. Он поднял щит выше. — Не ссыте. Держим строй. Я повторил за ним почти машинально. И в этот момент кто-то выбежал вперед. Тощий парень в слишком больших доспехах. — А-аай, к черту все это! Железная пластина выпала у него из рук. Парень пятился назад, размахивая руками. — Я-я сдаюсь! Слышите?! Я вообще здесь случайно! Толпа недовольно загудела. Над рядами один за другим начали подниматься большие пальцы вниз. — Быстро в строй! — рявкнул капитан. — Да пошли вы! Я передумал! Вытащите меня отсюда! Парень лихорадочно оглядывал трибуны. — И вообще… эти ошейники… это же просто пугалка, да? — Эй. Не советую… — донесся голос Клауса. Но парень уже схватился за металл на шее. — Да ничего не будет если— Бум. Тело без головы рухнуло на песок. Из обрубка шеи хлестнула кровь. Кто-то в строю вздрогнул. Кто-то выругался. Толпа, наоборот, взревела от восторга. — А я ведь, предупреждал, — почти обиженно протянул Клаус. Свист. Стрела ударила в укрытие рядом со мной. Еще одна. — Щиты! Мы пригнулись почти одновременно. Где-то впереди остановились двое лучников. Остальные продолжали сближаться. В щиты застучали камни. Что-то металлическое со звоном пролетело над головой. — Три шага вперед! — скомандовал капитан. Мы двинулись разом. И почти сразу стало ясно — трёх шагов было мало. Песок захрустел под ногами. Моё прикрытие тянуло руку вниз. Слишком тяжёлое. «Надо было облегчить…» Дикий рев перекрыл шум арены. Они побежали. И за пару ударов сердца строй перестал существовать. Человек прямо передо мной — молодой, худой, с перекошенным лицом. Он несся прямо на меня, выставив оружие вперед. Рефлекторно толкнул щит навстречу. Удар. Парня отбросило назад. Он рухнул в песок, выронив оружие. Попытался подняться. Я уже навалился сверху всем весом, вжимая край щита ему в ногу. Хруст. Крик. Меня передернуло. На секунду. Только на секунду. Далее строй развалился. Все смешалось. Крики толпы, металлический звон, груды песка, разлетающиеся во все стороны. Люди сталкивались, падали, цеплялись друг за друга. Кто-то орал от боли. Кто-то просто орал. Шаг назад. Дышать стало тяжелее Передо мной уже оказался копейщик. Он ткнул копьем почти без замаха. Быстро. Щит в сторону. Наконечник скользнул совсем рядом с лицом. Еще чуть-чуть — и пробил бы шею. Я врезался в него плечом. Мы оба пошатнулись. Древко зажало между нами. Он тянул копье назад, пытаясь освободить оружие. Я, наоборот, навалился всем весом, вцепившись в древко одной рукой. Лица оказались почти вплотную. Резко пнул сабатоном ему по голени. Ткань и кожа лопнули под сталью. Копейщик вскрикнул, нога подломилась. Хватка на копье ослабла. Древко дернуло вниз — оружие вылетело из пальцев. Щитовая кромка врезалась в песок рядом, подняв облако пыли. Слишком тесно для нормального замаха. Кулак пошел в лицо. Поздно. Перчатка встретила его раньше — сталь в кость, резкий разворот головы. За ворот. Ткань рвётся в кулаке. Первый удар. Второй — уже без размаха, короткий, грязный. Кровь полоснула по щеке. Свист. Что-то попало копейщику в спину. Он дернулся всем телом. Стрела. Мужик захрипел, но еще стоял. Еще один свист. Вторая стрела вошла ниже первой. Лучники обстреливали уже не боясь задеть «своих». Быстро пригнулся за телом копейщика, почти рефлекторно прикрываясь им как щитом, и поволок его обратно к своему большому щиту. Копейщик хрипел. Дергался. Пытался что-то сказать. Секунда — и он уже не успел закончить. Еще две стрелы попали в спину. Стоны прекратились. Я отпустил мертвеца и тяжело дышал. Вся арена уже превратилась в свалку. Никакого строя. Никакого порядка. Только отдельные драки среди песка, тел и криков. Кто-то заорал. Справа Капитан уже дрался сразу с двумя. Одним щитом принимал удары, вторым бил в ответ, не давая подойти вплотную. София тоже исчезла где-то в общей мясорубке. Я сорвал из-под большого щита баклеры. Один обычный, с заточенным краем. Второй тяжелее — с шипами по ободу. Именно тогда ко мне двинулись двое. Лысый мужик с двуручным мечом. И второй — длинноволосый, с двумя топорами. Они начали расходиться в стороны. Хотели зажать. Топорник рванул первым. Широкий замах справа. Лезвие топора просвистело перед самым лицом. Следом второй взмах. С другой руки. Быстро. Слишком быстро для такого здорового ублюдка. Десять секунд — и я уже перестал считать удары. Продолжал пятиться, ловя ритм его действий. Ждал подходящего момента. Еще один. И только когда после очередного замаха его корпус раскрылся очень широко, сократил дистанцию. Режущий край баклера полоснул его по боку. Неглубоко, но мужик заорал и инстинктивно отшатнулся. Именно тогда что-то тяжелое врезалось мне в спину. Воздух выбило из легких. Я рухнул в песок. «Двуручник…» Звон стоял в ушах. Перевернулся почти вслепую. Меч уже опустился сверху. Вскинул левый баклер. Выпад оказался таким тяжелым, что руку прострелило болью до плеча. Но клинок все же ушел в сторону. Атака баклером ему в бедро. Шипы вошли глубоко. Мужик заорал. Я вскочил на ноги, пошатываясь. Топорник уже в ответ бежал ко мне. Сердце колотилось как бешеное. Шлем немного болтался, мешал обзору. Сорвал его с головы. Мир будто стал шире. Противник несся прямо на меня, занеся оба топора над головой как дикий зверь. Я не двигался. Последние две секунды растянулись почти до пустоты. Ждал. Ближе. Еще чуть-чуть. «Сейчас!» Шлем сорвался с руки и полетел ему навстречу. Бам. Железо глухо врезалось ему в лицо. Мужик пошатнулся и рухнул коленом на землю. Песок брызнул из-под сапог. Но сбоку уже шел меч. Я едва успел дернуть баклер навстречу. Удар чуть не вырвал руку из плеча. Меня развернуло. Второй взмах прошел совсем рядом с лицом. Почувствовал, как лезвие чиркнуло по щеке. Горячо. «Не успеваю…» Назад — шаг, второй. Дыхание рвётся. И только тогда приходит мысль: второй. «Тот двуручник! Опять он мешает.» Тот стоял в нескольких шагах впереди, тяжело опираясь на меч. Кровь стекала по ноге из пробитого бедра. Но уходить он не собирался. Наоборот, смотрел прямо на меня. Спокойно, почти зло. Затем он сделал шаг. И еще один. Волоча раненую ногу по песку. Я отпустил руки и несколько секунд просто стоял, пытаясь отдышаться. В ушах гудело. Ноги готовы были подкоситься от усталости в любую минуту. Вокруг продолжалась резня. Где-то слева мелькнула косичка Софии. Через секунду чей-то крик оборвался. Капитан, в отличие от меня, держался заметно увереннее. Одновременно с несколькими противниками. Лысый мужик резко шагнул вперед и обрушил широкий замах сверху. Дистанция между нами увеличилась. Клинок с хрустом вошел в песок. Почти без паузы новый взмах, по диагонали. Вновь ушел назад, чувствуя, как острие проходит перед самым лицом. Он держал дистанцию. Не лез слишком близко. Понимал, что вблизи я быстрее. «Соображает… падла». Руки уже немели от постоянных блоков и рывков. Я пятился, почти не разбирая дороги. И вдруг врезался спиной в кого-то. Резко дернулся в сторону. Здоровый меч прошел мимо меня и с влажным хрустом врубился в другого бойца. От ключицы до груди. Клинок застрял в теле. Всего мгновение, но этого хватило. Между нами осталось полшага. Режущий баклер пошел по его рукам. Мужик успел разжать пальцы прежде, чем лезвие достало кисти. Он рухнул задом в песок и быстро пополз назад. — Погоди… погоди, парень… Голос вдруг стал совсем другим. Испуганным. — Не надо… прошу… У меня дочь… семья… Я замер. Всего на секунду. Этого хватило. Комок песка и мелкий камень попали мне в висок. Перед глазами все вспыхнуло. Раненый уже пытался подняться, хромая к валявшемуся рядом топору. Я рванулся следом и с размаху ударил его плоской стороной баклера в лицо. Он рухнул обратно. Оба баклера обрушились лежачему на голову почти одновременно. После руки начали слабеть. Но я продолжал бить кулаками. Снова. И снова. Удары стали беспорядочными. Я уже почти ничего не видел перед собой. Только кровь. Хрип. Треск металла о кость. В какой-то миг тело подо мной перестало двигаться. А я все продолжал его бить. Пока наконец не остановился сам. Дрожь пробрала все тело. Дыхание рвалось из груди. Я застыл над телом. На его шее болтался обрывок детского шнурка. Лицо превратилось в кровавое месиво. Но голос никуда не делся. “У меня дочь…” “У меня семья…” “У меня дочь…” Меня резко затошнило. «Я это сделал… ещё раз…» Что-то внутри надломилось. Дрожь не унималась. «Вставай. Двигайся. Давай!» Чуть левее, поодаль от нас, брат с сестрой разбирались с психом, у которого была тройная коса. Топорник уже пришел в себя. Теперь он стоял в нескольких шагах от меня и больше не спешил бросаться вперед. Тяжело дышал. Смотрел насторожено. По лицу стекала кровь от броска шлемом. В руке остался всего один топор. Второй валялся где-то в песке. Попытался поднять баклеры, руки едва слушались. Нога за что-то зацепилась. Под сапогом лежал меч двуручника. Тот самый. Я машинально наклонился и схватил его свободной рукой. Тяжелый. Слишком тяжелый для одной руки. Плечо тут же отозвалось тупой болью. Перехватил меч двумя руками. Немного присел. Острие смотрело прямо вперед. Левая ладонь легла ближе к середине рукояти, помогая удержать вес. Противник внимательно следил за мной. Затем медленно поднял топор над головой. И с криком понесся вперед. Я закричал в ответ. Не из храбрости. Скорее чтобы заглушить страх и усталость. Он разгонялся все сильнее. Песок разлетался из-под сапог. А я стоял не сдвинувшись с места. «Сейчас» Я резко шагнул вперед и вложил остатки сил в бросок. Меч вылетел из рук словно копье. И в ту же секунду глаза расширились. Он сделал то же самое. Топор уже летел мне навстречу. «Вот же сука…» Я даже не успел закрыться. Топор с железным звоном врезался в плечо и сбил меня с ног. Мир перевернулся. Воздух выбило из груди. Тяжелый двуручный меч с глухим ударом вошел топорнику в грудь. Мужик замер на месте. Посмотрел вниз. Кашлянул кровью. А вслед за тем медленно рухнул на колени. Несколько секунд я просто лежал, не понимая, что произошло. Плечо горело огнем. Рука почти онемела. Наплечник смягчил удар, но даже через металл чувствовалось, насколько сильно вмяло броню. Без него топор бы, наверное, отрубил руку целиком. С трудом поднялся на локте. Топор валялся рядом. Меч все еще торчал из груди нападающего. Тело уже не двигалось. Только сейчас до меня начал доходить шум арены. Крики. Лязг металла. Чей-то предсмертный вопль. Бой продолжался. Медленно поднялся на ноги и подобрал топор. Потом подошел к мертвецу. Уперся сапогом ему в грудь и обеими руками выдернул меч обратно. Клинок вышел с сухим хрустом. Я тяжело закинул его за спину. Руки в ответ задрожали. Вмятый наплечник выкинул — ненужный больше инструмент. Где-то справа опять закричали. Над ареной раскрылась бойня и она еще не закончилась. Но тишины между ударами стало меньше. Намного меньше. Песок вокруг уже был месивом из тел, оружия и тёмных пятен. Капитан всё ещё держался где-то в стороне, но его силуэт уже терялся в общей свалке. Софию я больше не видел. Движение, вспышки стали, крики, которые моментально обрывались. Пальцы сжали рукоять меча за спиной сильнее. Руки дрожали, но уже не только от усталости. Что-то внутри не успевало за тем, что происходило. Как будто тел о ещё продолжало бой, а голова уже начинала отставать И это была только первая волна. Медленно выпрямился. Секунду просто стоял, ловя дыхание. Плечо горело. Руки не слушались. Но стоять было проще чем падать. Я поднял взгляд выше. На край арены. И тогда увидел их. Сначала — как линию. Плотную, ровную, не бегущую. Идущую шаг в шаг. Без суеты и криков. Это была не толпа. Это был строй. И он двигался сюда. КОНЕЦ 2 ГЛАВЫ