Часть 3
14 июня 2026 г., 22:52
К концу первой недели отдыха Нарцисса Малфой окончательно убедилась: с её сыном происходит что-то странное.
Не опасное.
Не тревожное.
Но определённо необычное.
Она замечала это в мелочах.
Драко стал задумчивым.
Чаще молчал за завтраком.
Порой отвечал невпопад.
Мог внезапно замереть посреди разговора, словно мысли уносили его куда-то очень далеко.
А ещё он начал каждый день уходить на пляж.
Сам по себе этот факт выглядел почти невероятным.
Обычно Драко предпочитал прохладную тень сада, библиотеку или прогулки в одиночестве по территории виллы.
Солнце и шумные пляжи никогда не входили в список его любимых развлечений.
Теперь же всё изменилось.
И Нарцисса прекрасно это видела.
— Ты снова уходишь? — спросила она однажды утром.
Драко замер возле двери.
— Просто прогуляюсь.
— Конечно.
Он подозрительно прищурился.
— Почему ты так на меня смотришь?
— Как именно?
— Будто что-то знаешь.
Улыбка Нарциссы стала чуть шире.
— Может быть, знаю.
— Мам.
— Что?
— Это пугает.
Она рассмеялась.
Драко закатил глаза и вышел из дома.
Но чувство, что мать видит его насквозь, осталось с ним до самого пляжа.
В тот день Гермиона читала под зонтом.
Ветер играл её волосами.
Иногда она что-то записывала в небольшой блокнот.
Иногда просто смотрела на море.
Драко расположился на знакомом месте среди скал.
Он уже почти выучил её распорядок дня.
Знал, когда она приходит.
Когда идёт плавать.
Когда устраивается читать.
Знал, что после обеда она обычно гуляет вдоль берега.
Знал, что она любит сидеть у самой воды и наблюдать за закатом.
И это знание одновременно радовало и пугало его.
Потому что означало только одно.
Он слишком много думал о Гермионе Грейнджер.
Намного больше, чем следовало.
Вечером Нарцисса нашла сына на террасе.
Он сидел в одиночестве.
Перед ним давно остыла чашка чая.
Солнце почти скрылось за горизонтом.
— Можно?
Драко кивнул.
Она заняла соседнее кресло.
Некоторое время они молчали.
Так было всегда.
Нарцисса никогда не торопила разговоры.
Она умела ждать.
Именно поэтому Драко доверял ей больше, чем кому-либо ещё.
— Ты счастлив? — неожиданно спросила она.
Он удивлённо повернулся.
— Странный вопрос.
— Возможно.
— Не знаю.
— Тогда спрошу иначе.
Нарцисса внимательно посмотрела на сына.
— Что занимает твои мысли в последнее время?
Драко отвёл взгляд.
И этого оказалось достаточно.
Мать заметила всё.
Абсолютно всё.
— Она красивая?
Он резко поднял голову.
— Что?!
Нарцисса улыбнулась.
— Значит, всё-таки она.
— Мам!
— Драко, я твоя мать.
Неужели ты действительно думал, что я ничего не замечу?
Он тяжело вздохнул.
Спрятаться было бесполезно.
Особенно от неё.
— Это глупо.
— Обычно самые важные вещи кажутся глупыми в начале.
— Ты не понимаешь.
— Тогда объясни.
Несколько секунд Драко молчал.
Потом тихо произнёс:
— Это Гермиона Грейнджер.
Нарцисса не изменилась в лице.
Ни удивления.
Ни осуждения.
Ничего.
Только спокойствие.
— Понимаю.
— Нет, не понимаешь.
Он нервно провёл рукой по волосам.
— Это Грейнджер. Мы ненавидели друг друга шесть лет, мы постоянно спорили. Я говорил ей ужасные вещи. Она терпеть меня не может.
— И всё же ты думаешь о ней.
Драко опустил голову.
— Да.
Слово прозвучало почти шёпотом.
— Постоянно.
Он сам впервые признался в этом вслух.
И от этого стало одновременно легче и страшнее.
— Когда всё началось?
— Не знаю. Наверное... на пляже. Я просто увидел её и она была совсем другой.
Нарцисса мягко улыбнулась.
— Не другой, Драко, просто ты впервые посмотрел на неё по-настоящему.
Они просидели на террасе почти час.
Драко рассказывал.
О её привычках.
О книгах.
О том, как она смеётся.
О том, как ветер путает её волосы после купания.
О том, как она смотрит на море.
И чем больше он говорил, тем яснее понимал одну простую вещь.
Он влюбляется.
По-настоящему.
Впервые в жизни.
И никакие попытки отрицать это уже не помогут.
Когда он закончил, Нарцисса взяла его за руку.
— Мне жаль, что ты так боишься.
— Я не боюсь.
Она выразительно посмотрела на него.
— Ладно. Боюсь.
— Из-за отца?
Драко кивнул.
— И не только... Она маглорождённая.
Нарцисса сжала его ладонь.
— Чувства не становятся неправильными только потому, что кому-то не нравятся.
Драко долго молчал.
Слова матери оседали где-то глубоко внутри.
Словно впервые за долгое время кто-то разрешил ему не бороться с самим собой.
На следующий день он снова отправился к морю.
Но теперь всё ощущалось иначе.
Он больше не пытался убедить себя, что это случайность.
Не пытался отрицать очевидное.
Он знал правду.
И хотя от неё становилось страшно, одновременно она приносила какое-то странное счастье.
Сидя среди скал, Драко наблюдал, как Гермиона идёт вдоль берега.
В руках она несла несколько полевых цветов, собранных по дороге.
Она остановилась, вдохнула их аромат и улыбнулась.
Но Драко почему-то запомнил эту улыбку.
По дороге обратно на виллу он думал только об одном.
Может быть, ему стоит просто поговорить с ней.
Без колкостей.
Без привычных насмешек.
Как нормальный человек.
Мысль казалась почти невозможной.
И всё же впервые за много лет ему хотелось узнать, какой будет Гермиона Грейнджер, если между ними не будет вражды.
Вот только для этого нужно было набраться смелости сделать первый шаг.
