Часть 10
14 июня 2026 г., 22:52
После того как Гермиона скрылась за поворотом тропинки, Драко ещё несколько минут стоял на месте.
Пальцы всё ещё помнили тепло её руки.
Губы — её поцелуй.
А сердце билось так легко, словно могло взлететь.
Он никогда не чувствовал ничего подобного.
Никогда.
И именно поэтому по дороге домой в голове всё яснее оформлялась одна мысль.
Он больше не хочет скрываться.
Ни от Гермионы.
Ни от самого себя.
Ни от родителей.
Когда Драко вошёл на виллу, свет горел только в гостиной.
Из открытых окон доносился шум моря.
Нарцисса сидела на диване с книгой.
Она подняла голову.
Посмотрела на сына.
И почти сразу улыбнулась.
— Всё прошло хорошо?
Драко невольно улыбнулся в ответ.
— Да.
— Очень хорошо?
— Мам.
— Что?
— Ты выглядишь слишком довольной.
— Потому что я довольна.
Она закрыла книгу.
— Ты счастлив.
Это был не вопрос.
Просто констатация факта.
И впервые Драко не стал отрицать.
— Да.
Нарцисса несколько секунд смотрела на него.
Потом мягко коснулась его руки.
— Я рада.
— Рада чему именно?
Низкий голос заставил обоих обернуться.
Люциус стоял в дверях гостиной.
Он приехал раньше.
Должен был вернуться только через два дня.
Драко почувствовал, как внутри всё напряглось.
Почти автоматически.
Так было всегда.
С самого детства.
— Отец.
— Драко.
Люциус перевёл взгляд с сына на жену.
— Кажется, я что-то пропустил.
Нарцисса спокойно поднялась.
— Возможно.
Но в её голосе прозвучало предупреждение, которое заметил только Драко.
Поздний ужин проходил непривычно тихо.
Люциус рассказывал о делах в Англии.
Нарцисса слушала.
Драко почти не слышал ни слова.
Он думал.
О Гермионе.
О сегодняшнем вечере.
О том, что если сейчас снова промолчит, то потом будет жалеть.
В какой-то момент он поднял взгляд.
И понял.
Пора.
— Отец.
Люциус отложил бокал.
— Да?
— Нам нужно поговорить.
В комнате стало тихо.
Настолько тихо, что было слышно море за окнами.
Люциус внимательно посмотрел на сына.
— Настолько серьёзно?
— Да.
Нарцисса медленно поставила чашку на стол.
Словно уже догадывалась, что последует дальше.
Драко сделал вдох.
И произнёс:
— Речь идёт о Гермионе Грейнджер.
Люциус не перебил его.
Не удивился.
Не повысил голос.
Но его взгляд сразу стал холоднее.
— Вот как.
— Да.
— И что именно ты хочешь мне сообщить?
Драко встретил взгляд отца.
Не отвёл глаза.
Впервые за долгое время.
— Я испытываю к ней чувства.
Несколько секунд никто не говорил ни слова.
Даже ветер за окнами словно стих.
Люциус медленно откинулся на спинку кресла.
— К Грейнджер.
— Да.
— К маглорождённой.
— Да.
— К девушке, которую ты не выносил шесть лет.
— Да.
Каждое слово давалось всё легче.
Потому что теперь он говорил правду.
— Это летнее увлечение.
Голос Люциуса звучал спокойно.
Почти равнодушно.
Но Драко слишком хорошо его знал.
— Нет.
— Ты уверен?
— Абсолютно.
— Драко, - Люциус сцепил пальцы, — Тебе семнадцать лет. Ты на отдыхе. Ты проводишь время у моря с красивой девушкой. Подобные вещи случаются и они проходят.
— Это не то.
— Откуда ты знаешь?
— Потому что я знаю свои чувства.
Впервые в жизни он произнёс это вслух.
Перед отцом.
И неожиданно почувствовал уверенность.
Настоящую.
Твёрдую.
Люциус долго смотрел на него.
— Ты понимаешь, что скажут другие семьи?
— Мне всё равно.
— Тебе будет не всё равно.
— Нет.
— Ты Малфой.
— И что?
Вопрос прозвучал раньше, чем Драко успел его остановить.
Люциус нахмурился.
Нарцисса внимательно наблюдала за ними обоими.
— Наша фамилия имеет значение.
— Возможно.
— Возможно?
— Но Гермиона тоже имеет значение.
Тишина.
На этот раз ещё более тяжёлая.
Нарцисса первой нарушила молчание.
— Люциус, не надо.
Он повернулся к ней.
— Не надо что?
— Делать вид, будто речь идёт только о фамилиях.
Она говорила спокойно.
Но в её голосе появилась твёрдость.
Редкая.
Опасная.
Та, которую Люциус уважал.
— Посмотри на него.
Люциус перевёл взгляд на сына.
— Я смотрю.
— Нет,- Нарцисса покачала головой. — По-настоящему посмотри.
Она подошла ближе к Драко.
— Когда ты в последний раз видел его таким?
Люциус ничего не ответил.
— Он впервые говорит не о статусе. Не о традициях. Не о будущем рода. Он говорит о человеке. И это делает его счастливым.
Драко почувствовал благодарность, которую невозможно было выразить словами.
Мать снова была рядом.
Снова поддерживала его.
Как поддерживала с самого начала.
Люциус поднялся из-за стола.
Подошёл к окну.
Некоторое время смотрел на тёмное море.
Затем тихо произнёс:
— И что ты собираешься делать дальше?
— Быть с ней.
Ответ прозвучал без колебаний.
Без сомнений.
Без страха.
Люциус медленно кивнул.
Словно обдумывал услышанное.
Очень долго.
— Я не одобряю это.
Драко почувствовал, как внутри всё сжалось.
Но отец продолжил:
— Однако ты уже достаточно взрослый, чтобы принимать решения самостоятельно.
Он повернулся к сыну.
— Даже если они окажутся ошибкой.
— Это не ошибка.
— Посмотрим.
Несколько секунд они молчали.
А потом Драко сделал то, чего никогда не делал раньше.
Он поднялся.
Подошёл к отцу.
И твёрдо произнёс:
— Я не прошу разрешения.
Люциус удивлённо поднял бровь.
— Вот как?
— Я просто хочу, чтобы ты знал: я не собираюсь отказываться от неё. Ни сейчас, ни когда закончится лето, ни когда мы вернёмся в Хогвартс.
Люциус долго смотрел на сына.
Очень долго.
А потом неожиданно увидел перед собой не мальчика.
Не наследника.
Не будущего главу рода Малфоев.
А молодого человека, который впервые в жизни защищал не свою гордость.
А своё сердце.
— Посмотрим, что останется от этих чувств через год, — наконец произнёс он.
Но в его голосе уже не было прежней уверенности.
Потому что впервые за много лет Драко не отступил.
И оба это понимали.
Позже, уже ночью, Драко стоял на балконе своей комнаты.
Море шумело где-то внизу.
Над водой сияли звёзды.
Он думал о Гермионе.
О её улыбке.
О её поцелуе.
О том, что ждёт их впереди.
Впервые будущее казалось пугающим.
Но не страшным.
Потому что теперь он знал одну простую вещь.
Что бы ни случилось дальше, он больше не собирается прятаться от своих чувств.
