Сожженные мосты
13 июля 2026 г., 22:58
Сирена скорой помощи разорвала тишину площади. Белая машина с красным крестом остановилась рядом с ребятами, и из неё выбежали два медика с носилками.
— Где пациент? — спросил один из них.
— Здесь, — сказал Рэн, указывая на Изуку, который лежал на земле без сознания.
Медики быстро осмотрели Изуку и аккуратно перенесли его на носилки.
— Мы доставим его в больницу, — сказал один из медиков. — Кто-то из вас поедет с нами?
— Я поеду, — сказал Рэн. — Я его брат.
— Без старшего запрещено. — сказал медик. — Нужно присутствие совершеннолетнего.
Рэн замер, чувствуя, как его сердце сжимается.
— Я поеду с ним, — сказал Презент Мик, выходя вперёд. — Я его учитель. Я могу поехать.
— Хорошо, — сказал медик. — Садитесь в машину.
Мик повернулся к ребятам.
— Вы оставайтесь здесь. Я позвоню, как только мы будем в больнице. А вы, — он посмотрел на Тодороки и Бакуго, — следите друг за другом.
— Мы будем, — сказал Тодороки.
Мик и Рэн сели в машину скорой помощи, и она уехала, оставляя остальных на площади.
Ребята остались стоять под большим экраном, который транслировал битву Всемогущего и Всего За Одного. Они смотрели на него с замиранием сердца.
Презент Мик, уже сидя в скорой, достал телефон и написал сообщение Айзаве.
«Мидорию нашли. Он жив. Его увезли в больницу. Я еду с ним. Пока неизвестно, насколько серьёзны травмы, но он дышит. Держись.»
Он отправил сообщение и убрал телефон, глядя на Изуку.
***
В кабинете директора Незу в академии Юэй сидели Айзава, Влад и сам Незу. После встречи с репортёрами они вернулись в академию, чтобы обсудить дальнейшие действия. Айзава сидел на стуле, глядя в одну точку. Его мысли были заняты Мидорией. Он не знал, жив ли его ученик, и это разрывало его сердце. Внезапно его телефон завибрировал. Он достал его и увидел сообщение от Ямады. Он прочитал, и его сердце забилось быстрее. «Мидорию нашли. Он жив. Его увезли в больницу. Я еду с ним. Пока неизвестно, насколько серьёзны травмы, но он дышит. Держись.» Айзава почувствовал, как его дыхание перехватило. Он закрыл глаза и сделал глубокий вдох. — Что случилось? — спросил Незу, заметив его реакцию. — Мидорию нашли, — сказал Айзава, его голос дрожал. — Он жив. Его увезли в больницу. Мик едет с ним. В комнате повисла тишина. Незу и Влад переглянулись, чувствуя облегчение. — Это хорошая новость, — сказал Незу. — Мы должны быть благодарны, что он жив. Айзава кивнул, но его мысли были заняты Мидорией. Шота сидел в тишине, чувствуя, как его сердце наполняется облегчением. Он знал, что Мидория жив. Он знал, что его ученик в безопасности. Ты выжил, Мидория, — думал он. — Ты выжил. Он чувствовал, как напряжение, которое держало его последние часы, начинает уходить. Он не знал, что его ждёт впереди, но он знал, что Мидория жив. И этого было достаточно. — Я должен поехать в больницу, — сказал он, вставая. — Я поеду с тобой. — сказал Незу. Айзава кивнул и направился к выходу.***
Машина Айзавы остановилась у входа в больницу. Он выскочил из неё, даже не выключив двигатель, и побежал к входу. Сердце колотилось, дыхание сбивалось. Он должен был увидеть Мидорию. Он должен был убедиться, что его ученик жив. Он вбежал в приёмный покой и увидел Презент Мика и Рэна, сидящих на пластиковых стульях в коридоре. Мик выглядел уставшим, но спокойным. Рэн был бледным, его глаза были красными, а руки дрожали. — Его состояние? — сразу спросил Айзава. Мик поднял голову и посмотрел на него. — Он в реанимации, — сказал он. — Врачи сказали, что его состояние неоднозначное. Тяжёлые травмы, сломанные рёбра, вывихнутая рука, множественные ушибы и внутреннее кровотечение. Айзава почувствовал, как его сердце сжалось. — Но он жив? — Да, — сказал Мик. — Он жив. Но врачи сказали, что он держался слишком долго и упёрто. Его тело уже несколько часов было на пределе. Они делают всё возможное. Айзава закрыл глаза на мгновение, чувствуя облегчение и страх одновременно. Айзава сел рядом с Рэном. Тот выглядел потерянным, его взгляд был пустым. — Рэн, — сказал Айзава. — Расскажи мне, что произошло. Как вы нашли Мидорию? Рэн поднял на него глаза. Его голос дрожал, когда он начал говорить. — Мы знали, что Лига Злодеев находится в Камино, — сказал он. — Яойорозу прикрепила датчик на Ному, и мы отследили их местоположение. Мы не могли ждать, пока герои начнут операцию. Мы должны были спасти его. — Вы пошли туда без разрешения? — спросил Айзава. — Да, — сказал Рэн. — Мы знали, что это рискованно, но мы не могли оставить его там. — Дальше что? — сказал Айзава. — Мы подошли к зданию, где его держали, — сказал Рэн. — Мы увидели, что там выращивают Ному. Целые капсулы. Их было слишком много. А потом началась операция героев. Зу был в другом месте, а там где были мы, были только Ному и Все За Одного… Айзава замер. — Все За Одного? — переспросил он. — Да. — сказал Рэн. — Он начал битву с Всемогущим. Мы видели, как они сражались. Всемогущий сдерживался, чтобы не задеть Мидорию. — Как вы его вытащили? — спросил Айзава. — Мы придумали план, — сказал Рэн. — Тодороки создал ледяной трамплин. Иида использовал свою скорость, чтобы схватить Мидорию. Бакуго использовал свои взрывы, чтобы увеличить скорость. Мы вытащили его и побежали. А Яойорозу побежала к героям, чтобы сказать им, что Мидория с нами. Айзава слушал его, чувствуя, как его сердце наполняется гордостью. Эти дети рисковали своей жизнью, чтобы спасти своего товарища. — Вы его спасли, но вы рисковали своей жизнью! — он стал чуть строже. — Но все же вы помогли ему. — Мы не могли оставить его там.***
Айзава сидел в тишине, глядя на двери реанимации. Он думал о Мидории, о том, как он боролся, чтобы выжить. Он думал о том, как его ученики рисковали своей жизнью, чтобы спасти его. — Он выживет, — сказал Мик. — Он сильный. — Я знаю, — сказал Айзава. — Он слишком упертый.***
Все За Одного отбросил Всемогущего назад, и тот приземлился на колени. — Ты не сможешь победить меня, — сказал Все За Одного. — Ты знаешь это. Твоя сила уходит. Ты больше не Символ Мира. — Я всегда буду Символом Мира, — сказал Всемогущий. — Даже если моя сила уходит, я буду защищать людей. — Ты глуп, — сказал Все За Одного. — Ты думаешь, что люди верят в тебя? Они верят в твою силу, а не в тебя. Когда они увидят твою настоящую форму, они отвернутся от тебя. — Ты ошибаешься, — сказал Всемогущий. — Люди верят в надежду. Они верят в справедливость. И я дам им это. Все За Одного ударил Всемогущего в то место, где когда-то сам оставил ему болевую точку. Всемогущий закричал от боли и упал на землю. — Ты помнишь это место? — сказал Все За Одного. — Я оставил его там, чтобы ты никогда не забывал, кто ты на самом деле. Всемогущий попытался встать, но его тело не слушалось. Все За Одного отбросил Всемогущего назад, и тот потерял свою геройскую форму. Он стал худым, щуплым, его лицо было искажено болью. Он больше не был Символом Мира. Он был просто Тошинори Яги. То, чего боялся Всемогущий, свершилось. Мир увидел его настоящую форму. — Смотри, — сказал Все За Одного. — Они видят тебя настоящего. Они видят, кто ты на самом деле. В этот момент на площади, где стояли люди, повисла тишина. Они смотрели на экран, который транслировал битву, и не верили своим глазам. Всемогущий, их Символ Мира, был просто худым человеком. Но внезапно раздался голос Гранда Торино. — Тошинори! — крикнул он. — Ты всё ещё являешься Символом Мира! Плевать, в какой форме тебя увидят люди! Ты всегда будешь для них надеждой! И люди, стоящие на площади, начали кричать. — Всемогущий! — кричали они. — Ты можешь победить! Мы верим в тебя! Они не отвернулись от него. Они верили в него, несмотря ни на что. Ребята стояли под экраном и тоже переживали. Тодороки сжал кулаки, Бакуго смотрел на экран с напряжением, Яойорозу прикрыла рот рукой, а Иида стоял неподвижно, глядя на битву. — Он должен победить, — прошептал Тодороки. — Он победит, — сказал Бакуго. — Он не может проиграть. — Всемогущий! — крикнула она. — Мы верим в тебя! Ты — наш Символ Мира! Ты не можешь сдаться! Это был голос девушки. Всемогущий посмотрел в сторону. Напротив в разрушенном здание была девушка, она была в крови, но все еще могла двигать и верь в Символ Мира. Её голос был полон надежды и веры. И он дал Всемогущему силы. Он медленно встал. Его тело болело, но он знал, что должен продолжать. Он собрал все свои силы и приобрел форму, но только для правой руки. — Это конец, — сказал он. Все За Одного усмехнулся. — Ты думаешь, что сможешь победить меня одной рукой? — Я не думаю, — сказал Всемогущий. — Я знаю. Он нанес решающий удар по Все За Одного. Сила удара была разрушительной, и Все За Одного отлетел назад. — Нет! — закричал он. Маска на нем разбилась. Без нее он не мог дышать. — Все покончено. — сказал Всемогущий. Он встал в позу после которой все стало ясно. Герой № 1 победил.***
Изуку открыл глаза. Всё было белым и размытым. Он моргнул несколько раз, пытаясь сфокусировать зрение. Потолок был белым, и в воздухе пахло лекарствами и антисептиками. Где я? — пронеслось в его голове. Он попытался пошевелиться, но его тело пронзила острая боль. Он застонал и замер, чувствуя, как каждый мускул, каждая кость напоминают о себе. Всё ломило. Руки, ноги, грудь, голова — всё болело так, будто его переехал грузовик. Он с трудом повернул голову и увидел капельницу, которая была подключена к его руке. Рядом с кроватью стоял стул, а на столике лежала ваза с цветами. Больница, — понял он. — Я в больнице. Он попытался вспомнить, что произошло. Лига Злодеев. Плен. Даби. Вот же урод. — подумал Изуку. Он закрыл глаза, чувствуя, как его тело начинает уставать от напряжения. Дверь палаты открылась, и в комнату вошёл Рэн. Он выглядел уставшим, но его лицо озарилось улыбкой, когда он увидел, что Изуку открыл глаза. — Зу! — крикнул он, подбегая к кровати. — Ты очнулся! — Рэн... — прошептал Изуку, его голос был хриплым и слабым. — Где я? — Ты в больнице, — сказал Рэн, садясь на стул рядом с ним. — Ты был без сознания почти день. Врачи сказали, что ты в порядке, но тебе нужно много отдыхать. В этот момент в палату вошли медсестра и врач. Они подошли к кровати и начали осматривать Изуку. — Он очнулся, — сказала медсестра. — Пульс стабильный, давление в норме. Врач кивнул. — Хорошо, — сказал он. — Мы должны сообщить в академию, что ученик очнулся. Он вышел из палаты, чтобы позвонить. Через час в палату вошли директор Незу и Айзава Шота. Незу выглядел серьёзным, а Айзава — уставшим, но его глаза горели облегчением, когда он увидел, что Изуку в сознании. — Мидория, — сказал Незу. — Мы рады, что ты очнулся. — Директор... Айзава-сенсей... — сказал Изуку. — Рэн, — сказал Айзава, поворачиваясь к нему. — Мы должны поговорить с Мидорией наедине. Выйди, пожалуйста. Рэн посмотрел на Изуку, который кивнул ему. — Хорошо, — сказал Рэн. — Я буду в коридоре. Он вышел из палаты, закрыв за собой дверь. Когда Рэн вышел, Изуку повернулся к Незу и Айзаве. Его лицо было пустым. В его глазах не было эмоций. Он говорил резко, с холодом в голосе. — Я должен сказать вам кое-что, — сказал он. — Что случилось? — спросил Айзава. — Мой опекун, — сказал Изуку, его голос был стальным. — Даби. Он предал меня. Айзава замер. — Даби? — переспросил он. — Я узнал об этом только когда увидел его, — сказал Изуку. — Я не знал, что он член Лиги Злодеев. Я не знал, что он всё это время был с ними. Он был моим опекуном последние три года. Он дал мне дом. Изуку смотрел в одну точку, его голос был ровным, но в нём чувствовалась сталь. — Он был предателем с самого начала. Он наблюдал, как меня мучают, и ничего не сделал. Он стоял рядом с Шигараки и смотрел на меня, как на чужого. Незу и Айзава переглянулись. Они чувствовали холод, который исходил от Изуку. — Ты уверен, что он член Лиги? — спросил Незу. — Я видел его, — сказал Изуку. — Я видел его собственными глазами. Айзава подошёл ближе. — Мидория. — сказал он. — Ты не должен проходить через это один. Мы поможем тебе. — Мне не нужна помощь. — сказал Изуку, его голос был холодным. — Я справлюсь сам. Я всегда справлялся сам. Айзава почувствовал, как его сердце сжалось. Он видел, что внутри Изуку всё разбито. Его тело было в порядке, но глубоко в душе была рана, которая кровоточила. — Ты не один, — сказал Айзава. — У тебя есть твои друзья. Он отвернулся к окну, давая понять, что разговор окончен.***
Незу и Айзава вышли из палаты, оставляя Изуку одного. Рэн зашёл обратно и сел рядом с ним. — Ты в порядке? — спросил он. Изуку не ответил. Он просто смотрел в окно, на голубое небо за стеклом. — Да. — сказал он наконец. — Я всегда справляюсь. Рэн хотел сказать что-то, но передумал. Он просто сидел рядом, чувствуя, как его сердце разрывается от боли за брата.***
В кабинете директора Незу царила тишина. За столом сидели Незу и Айзава. Перед ними лежали документы Мидории Изуку — его личное дело, медицинская карта и пустой лист, где когда-то стояла подпись опекуна. — Мидория является несовершенно летним подростком. — сказал Незу. — Даби стал членом Лиги Злодеев, а парень остался один. Айзава сидел неподвижно, его лицо было серьёзным. — У него даже родственников нет. — Именно, — сказал Незу. — Мы не можем оставить его одного. Он несовершеннолетний. У него нет жилья, нет средств к существованию. Он нуждается в помощи, даже если сам не хочешь ее принимать. Айзава посмотрел на Незу. — Я его классный руководитель, мне не впервой брать ответственность на себя. — сказал он. — Я так понимаю ты готов взять его под свою опеку. — Да. — сказал твердо Шота. Незу задумался. — Хорошо. — сказал он. — На данный момент он будет под твоей ответственностью. Вопрос о дальнейшем опекунстве Мидории мы будем решать уже после его восстановления и переезда в общежитие. Айзава кивнул.***
Айзава сидел на стуле рядом с кроватью Изуку. Тот смотрел в окно, его лицо было пустым, а глаза — холодными. Он выглядел лучше физически, но внутри него что-то сломалось. — Мидория, — сказал Айзава. — Я хочу поговорить с тобой о твоём будущем. Изуку повернул голову, но его взгляд оставался пустым. — О чём? — спросил он, его голос был сухим и резким. — Ты остался один, — сказал Айзава. — У тебя нет жилья и опекуна. Я хочу, чтобы ты жил у меня, пока мы не переселим всех студентов в общежития UA. Изуку усмехнулся — коротко, без эмоций. — Жить у вас? — переспросил он. — Для чего? Айзава нахмурился. Он видел, что Изуку изменился. Он стал холодным, резким, закрытым. — Ты не должен справляться сам, — сказал Айзава. — Ты прошёл через слишком многое. Ты не должен быть один. — Я всегда был один, — сказал Изуку, его голос был стальным. — Даже когда у меня был опекун, я был один. Я привык. — Ты не привык, — сказал Айзава. — Ты просто пытаешься убедить себя в этом. — Вы не знаете, что я чувствую. — сказал Изуку, его голос стал резче. — Мне не нужна помощь. Изуку отвернулся к окну. — Я не хочу вашей жалости, — сказал он. — Это не жалость, — сказал Айзава. — Это забота. Изуку молчал. Он смотрел в окно, и его лицо оставалось непроницаемым. — У меня все равно нет выбора. — сказал он. — Для чего вообще этот разговор? Если мое слово ничего не значит. Айзава почувствовал, как его сердце сжалось. Он знал, что Изуку страдает, но он также знал, что не может заставить его открыться. — Когда тебя выпишут, я заберу тебя. — сказал он. Изуку ничего не ответил. Он просто смотрел в окно, и его глаза были пустыми. Мидория сидел в палате один. Он смотрел в окно, на голубое небо за стеклом. Его лицо было пустым, а глаза — холодными. Он думал о Даби, о предательстве, о том, как он доверял ему. Пидор. — Думал Мидория. — Теперь ясно почему он изменился в последнее время. Он вспомнил его холодный взгляд в штабе Лиги Злодеев. Как он стоял и смотрел, как его мучают. Как он делал вид, что не знает его. Он даже не посмотрел на меня. Он отвернулся. Изуку чувствовал, как внутри него что-то умирает. Что-то, что когда-то было тёплым и живым. Теперь там была только пустота. Чтобы я еще раз кому-то доверился. Он думал о Рэне. О своём брате, который всегда был рядом. О Тодороки. О друге, который рисковал своей жизнью, чтобы спасти его. Об Айзаве. О своём учителе, и тем кто гонялся за ним по крышам. Все таки близкие рано или поздно предают. Он закрыл глаза, чувствуя, как холод разливается по его телу. Он не хотел доверять никому. Он не хотел снова чувствовать боль.
