Поймать тень - значит показать, что такое свет

Дверь палаты открылась, и в комнату вошли Рэн и Тодороки. Они выглядели уставшими, но их глаза горели надеждой. Они хотели поговорить с Изуку, хотели попытаться достучаться до него. — Зу, — сказал Рэн, садясь на стул рядом с кроватью. — Мы пришли проведать тебя. Изуку сидел на кровати, поджав колени к груди, и смотрел в окно. Он не повернул головы, даже не показал, что слышит их. — Мидория, — сказал Тодороки, становясь рядом. — Как ты себя чувствуешь? — Жив, — ответил Изуку, его голос был холодным и безжизненным. — Мы хотим поговорить с тобой. — сказал Рэн. — Я не хочу. — его голос был слишком сух. — Зу, ты не можешь закрываться от всех, — сказал Рэн. — Мы твои друзья. Мы твоя семья. — Вот только не начинай мне говорить про семью, помощь которую вы все мне можете дать. — он посмотрел на Рэна. — Я этого уже наслушался. — Мидория. — сказал Тодороки, его голос был спокойным. — Ты не должен проходить через это один. Мы здесь, чтобы поддержать тебя. — Я уже говорил, что мне не нужна ни ваша помощь, ни жалость. Рэн и Тодороки переглянулись. Они чувствовали, как холод исходит от Изуку, как он отталкивает их. — Зу, пожалуйста, — сказал Рэн. — Дай нам шанс. — Валите уже от сюда. — голос был резким. Рэн хотел сказать что-то ещё, но Тодороки остановил его. — Мы уйдём, — сказал Тодороки. — Но мы не перестанем пытаться. Он посмотрел на Рэна, и тот кивнул. — Мы принесли твои вещи, — сказал Рэн, ставя сумку на стул. — Те, что ты брал в лагерь. Мы подумали, что они тебе понадобятся. Изуку не ответил. Он просто смотрел в окно, и его глаза были пустыми. — Мы оставим их здесь, — сказал Тодороки. — Если захочешь поговорить, мы будем рядом. Они вышли из палаты, закрыв за собой дверь.

***

Изуку сидел неподвижно, глядя в окно. Он слышал, как закрылась дверь, и знал, что они ушли. Он не смотрел им вслед. Он не хотел смотреть. Прошло несколько минут. Он смотрел на сумку, стоящую на стуле. Она была обычной, ничем не примечательной. Но он знал, что внутри неё есть то, что никто не должен был найти. Он медленно встал, чувствуя, как его тело протестует против каждого движения. Боль всё ещё была сильной, но он не обращал на неё внимания. Он подошёл к сумке и открыл её. Внутри лежали его вещи — одежда, книги, мелочи. Но он знал, что в потайном кармане находится то, что он искал. Он расстегнул скрытую молнию и заглянул внутрь. Всё было на месте. Костюм Фантома. Сложенный, чёрный, безликий. Он лежал там, как напоминание о его другой жизни. О жизни, в которой он был не просто учеником, а тенью, которая боролась за справедливость. Маска. Та самая, которую он носил, когда выходил на ночные дозоры. Она была его защитой, его лицом, его клеткой. Очки-линзы. Они усиливали ночное зрение и помогали ему видеть в темноте. Изуку смотрел на них, чувствуя, как внутри него что-то шевелится. Он не знал, что это было — ностальгия, боль или надежда. Он закрыл потайной карман и застегнул сумку. Всё на месте. — подумал он. Он вернулся на кровать, чувствуя, как его тело начинает отдыхать. Он снова посмотрел в окно, но теперь его мысли были заняты другим. Что мне делать теперь? — думал он. — Я не могу вернуться к тому, что было. Но я могу быть Фантомом. Я могу продолжать делать то, что делал. Я могу быть тенью. Изуку сидел в тишине, глядя на сумку. Он думал о том, что теперь ему придётся жить у Айзавы. Он думал о том, что он не хочет никого подпускать к себе. Вот почему именно Стерка? — думал он.

***

Штаб Лиги Злодеев был разрушен. Стены покрыты трещинами, мебель разбита, повсюду разбросаны обломки. То, что когда-то было их убежищем, теперь выглядело как поле битвы. Шигараки сидел в углу на обломках стула, его пальцы нервно постукивали по колену. Тога стояла у стены, её лицо было мрачным, без привычной улыбки. Спинер сидел на полу, сжимая свой меч, его глаза были пустыми. Магне и Твайс стояли рядом, переглядываясь. — Мы проиграли, — сказал Спинер, нарушая тишину. — Все За Одного побеждён. Всемогущий победил. — Мы не проиграли, — сказал Шигараки, его голос был холодным. — Мы просто отступили. — Отступили? — переспросила Тога. — Мы потеряли всё. Нашего лидера. Нашу базу. Всё. — Мы проиграли битву, но не войну, — сказал Шигараки. — Мы ещё вернёмся. — Что мы будем делать теперь? — спросил Твайс. — У нас нет плана. У нас нет целей. Шигараки замолчал. Он смотрел в пустоту, и его глаза были пустыми. Он не знал, что делать дальше. Все За Одного был его наставником, его учителем. Теперь он был один. — Мы будем ждать, — сказал он наконец. — Мы будем восстанавливаться. Мы будем становиться сильнее. — А Мидория? — спросил Спинер. — Что насчёт него? Шигараки посмотрел на него, и в его глазах мелькнула злость. — Он ушёл, — сказал он. — Он снова ушёл. — Он не захотел присоединиться к нам, — сказала Тога. — Он выбрал их. — Он выбрал быть героем, — сказал Шигараки, и в его голосе послышалась насмешка. Даби стоял в углу комнаты, прислонившись к стене. Его лицо было скрыто капюшоном, и он не участвовал в разговоре. Он смотрел в пустоту, и его мысли были заняты другим. Он ушёл, — думал он. — Он снова ушёл. Он вспомнил тот момент, когда они стояли друг напротив друга на площади. Когда он пытался остановить его. Когда он использовал своё пламя, чтобы преградить ему путь. Он не захотел присоединиться к нам. Он не захотел идти со мной. Даби чувствовал, как внутри него закипает что-то странное. Это было не гнев, не разочарование. Это было непонимание. Почему? — думал он. — Почему он боролся до последнего? Почему он не сдался? Он вспомнил, как Изуку стоял перед ним, разбитый и израненный, но его глаза горели решимостью. Он не сдался. Он не отступил. Он боролся за них. За своих друзей. За своих героев. Даби сжал кулаки. Он не понимал этого. Он не понимал, почему Изуку так упорно защищал людей, которые, по его мнению, были слабыми и не заслуживали его внимания. Я дал ему всё. Дом. Еду. Обучение. Я научил его выживать. А он выбрал их. Он закрыл глаза, чувствуя, как внутри него борется что-то, что он не мог назвать. Ты ошибаешься, Изуку, — думал он. — Ты ошибаешься в них. Они предадут тебя. Рано или поздно. Он открыл глаза и посмотрел на Шигараки, который всё ещё говорил о планах на будущее. Он не слушал. Он думал о другом. Я должен был забрать тебя, Изуку. Я должен был заставить тебя понять. Но ты ушёл. Он оттолкнулся от стены и направился к выходу. — Я выйду, — сказал он, ни к кому не обращаясь. — Куда ты? — спросил Шигараки. — Мне нужно подумать, — сказал Даби. Он вышел из штаба, оставляя остальных в тишине. Даби стоял на улице, глядя на разрушенный город. Ветер дул, и он чувствовал, как его плащ развевается на ветру. Ты был моим учеником, — думал он. — Ты был моим братом. Ты был моим проектом. Он вспомнил тот день, когда он встретил Изуку. Он был маленьким, худым и голодным. Но в его глазах горела решимость. Он хотел стать сильным. Он хотел выжить. Я дал тебе всё, что ты хотел. Я научил тебя. Я защищал тебя. А ты ушёл. Он усмехнулся, но его улыбка была горькой. Ты не такой, как я, — думал он. — Ты не такой, как мы. Ты не хочешь разрушать. Ты хочешь защищать. Даби сжал кулаки. Но ты ошибаешься, Изуку. Мир не изменится, если его защищать. Мир изменится, если его разрушить. Он посмотрел на небо, и его глаза стали пустыми. Я вернусь, — думал он. — Я вернусь и сделаю то, что должен. Я заставлю тебя понять. Он развернулся и ушёл в темноту, оставляя свои мысли позади.

***

Айзава сидел на диване в своей гостиной, глядя в одну точку. В комнате было темно, лишь свет уличных фонарей проникал через неплотно задёрнутые шторы. Он чувствовал себя опустошённым. День был долгим. Академия. Незу. Больница. Мидория. Он провёл рукой по лицу, чувствуя, как его глаза слипаются. Он был слишком уставшим, чтобы даже раздеться. Он всё ещё был в своей обычной чёрной одежде, его шарф висел на спинке стула. Я устал, — думал он. — Я слишком устал. Он закрыл глаза, но сон не шёл. Его мысли были заняты Мидорией. Тем, как он выглядел в больнице — холодным, пустым, разбитым. Тем, как он отталкивал всех, кто пытался помочь ему. Он опять пытается справиться со всем сам. Айзава открыл глаза и посмотрел в потолок. Этот пацан слишком многое пережил. Он вздохнул и откинулся на спинку дивана. Я устал. Я слишком устал. Внезапно его мысли переключились на другую тему. Он вспомнил, что во время операции по спасению Мидории не было Фантома. Он не появился ни разу. Странно, — думал Айзава. — Он всегда появляется, когда происходит что-то важное. Но на этот раз его не было. Он вспомнил, как на собрании в академии Незу сказал ему: — Айзава, я знаю, ты думаешь о Фантоме. Но он не сможет присутствовать. На это есть веские причины. Айзава тогда не стал спрашивать, какие именно. Но сейчас он думал об этом. Какие причины? — думал он. — Почему он не пришёл? Он знал, что Фантом всегда был где-то рядом, всегда следил за порядком. Но на этот раз его не было. Может быть, он был ранен? Или у него были другие дела? Айзава задумался. Он не знал ответа. Но он хотел узнать. Он достал телефон и написал Фантому: «Ты в порядке?» Он отправил сообщение и ждал. Ответ пришёл только через десять минут. «Я в порядке. Был занят. Свои дела.» Айзава нахмурился. Обычно Фантом отвечал быстрее. И его ответы были другими — дерзкими, игривыми, с подколами. Здесь же было что-то холодное. «Чем занят?» «Не важно.» Айзава почувствовал, что что-то не так. Фантом никогда не был таким скупым на слова. Он всегда находил повод пошутить или подколоть. «Ты какой-то странный. Всё нормально?» «Нормально.» «Ты не похож на себя.» «Просто устал.» Айзава смотрел на экран, чувствуя, как его беспокойство растёт. Обычно в их переписке всегда было место флирту. Фантом часто заигрывал, называл его «Стеркой», отпускал двусмысленные комментарии. Сейчас — ничего. Только холод. «Ты даже не пытаешься меня задеть. Или пофлиртовать. Я уже скучаю по твоей наглости.» «Не до этого.» «Что случилось?» «Личное.» Айзава задумался. Он знал, что Фантом всегда держал дистанцию, но сейчас эта стена казалась выше. Он не шутил, не играл, не пытался сблизиться. «Ты говоришь со мной как с незнакомцем.» «Может быть, так и есть.» Айзава почувствовал, как его сердце сжалось. Он не мог позволить Фантому уйти так просто. «Ты говоришь, так будто между нами ничего не было.» «А что было?» Айзава почувствовал холод. «Ты не помнишь ту ночь?» Ответа не было несколько минут. Айзава ждал, чувствуя, как его сердце бьётся быстрее. Наконец пришёл ответ: «Помню.» «Тогда ты сам попросил меня довериться тебе.» «И что?» «Ты сам снял маску и поцеловал.» Изуку смотрел на экран, чувствуя, как его дыхание перехватывает. Он вспомнил ту ночь. Как он стоял перед Шотой, сняв маску. «Зачем ты напоминаешь мне об этом?» «Потому что ты пишешь по другому.» «У меня дела. Я не могу сейчас думать о чем-то другом, не до этого.» Айзава почувствовал, как его сердце сжалось. Он знал, что Фантом переживает что-то серьёзное, но он не знал, что именно. «Тогда я подожду.» «Хорошо.» «Пиши если что.» «Ага. Айзава убрал телефон и закрыл глаза. Он чувствовал, как его сердце бьётся быстрее.

***

Изуку сидел на кровати, одетый в свою обычную одежду — чёрные штаны и длинную рубашку с длинными рукавами, которая скрывала его запястья. Он выглядел лучше физически, но его лицо оставалось пустым, а глаза — холодными. Дверь палаты открылась, и вошёл врач. Он держал в руках карту Изуку и выглядел серьёзным. — Мидория-кун, — сказал он. — Я хочу поговорить с тобой перед выпиской. Изуку поднял голову, но его взгляд оставался пустым. — Я слушаю, — сказал он, его голос был сухим. — Твои травмы серьёзные, — сказал врач. — Сломанные рёбра, вывихнутая рука, множественные ушибы. Твоё тело нуждается в восстановлении. Изуку молчал. — В ближайшее время ты не должен сильно нагружаться, — продолжил врач. — Никаких тренировок, никаких резких движений. Твоё тело должно отдохнуть. — Я понял, — сказал Изуку. — Также ты должен будешь делать перевязки самостоятельно, — сказал врач. — Я оставлю тебе инструкцию и необходимые материалы. Раны должны быть чистыми, чтобы избежать инфекции. Изуку кивнул, но его лицо оставалось непроницаемым. — Если почувствуешь сильную боль или ухудшение состояния, немедленно обратись к врачу, — сказал врач. — Твоё здоровье сейчас очень уязвимо. — Хорошо, — сказал Изуку. Врач посмотрел на него с лёгким беспокойством, но ничего не сказал. Он оставил на столике пакет с бинтами, антисептиками и инструкцией. — Береги себя, Мидория-кун, — сказал он и вышел из палаты. Изуку остался один. Он смотрел на пакет с медикаментами, и его глаза были пустыми. Через несколько минут в палату вошёл Айзава. Он выглядел уставшим, но его глаза были внимательными. — Ты готов, Мидория? — спросил он. Изуку поднял голову и посмотрел на него. Его взгляд был пустым. — Да. — сказал он. Айзава заметил пакет с медикаментами на столике. — Что это? — спросил он. — Врач сказал, что я должен делать перевязки сам. — сказал Изуку, его голос был безэмоциональным. Айзава нахмурился, но ничего не сказал. Он взял сумку Изуку и пакет с медикаментами. — Пойдём, — сказал он. Изуку встал и пошёл за ним. Он не сказал ни слова, не посмотрел на учителя. Он просто шёл, глядя в пол. Они вышли из больницы и сели в машину Айзавы. Всю дорогу до квартиры Айзавы Изуку молчал. Он смотрел в окно, но не видел города. Он видел только пустоту. Айзава несколько раз пытался заговорить с ним, но Изуку не отвечал. Он просто сидел и смотрел в окно. Когда они приехали, Айзава вышел из машины взял вещи Мидории, и они пошли к подъезду.

***

Айзава открыл дверь своей квартиры и пропустил Изуку вперёд. Квартира была небольшой, но уютной. В гостиной стоял диван, несколько стульев и книжный шкаф. Кухня была маленькой, но чистой. Изуку стоял в центре комнаты, оглядываясь. Его лицо оставалось непроницаемым. — Я покажу тебе твою комнату, — сказал Айзава. Он провёл Изуку в спальню. Она была небольшой, с кроватью, шкафом и письменным столом. На кровати лежало свежее постельное бельё. — Ты можешь спать здесь. — сказал Айзава. — Я буду спать на диване. Изуку посмотрел на него, и его голос был холодным. — Я могу и на диване поспать. — Мидория, — сказал Айзава. — Ты гость. — Я не буду доставлять вам неудобства. — сказал он. Мидория прошел в гостиную и сел на диван. Айзава оставил Изуку в гостиной и пошёл на кухню, чтобы приготовить ужин. Он предложил Изуку поесть, но тот отказался. — Я не голоден, — сказал он. — Ты должен поесть, — сказал Айзава. — Тебе нужно восстановить силы. — Я не голоден, — повторил Изуку. Айзава не стал настаивать. Он оставил еду на столе и пошёл в свою комнату. Изуку сидел на диване, глядя в одну точку. Он чувствовал, как его тело начинает уставать, но он не хотел спать. Он не хотел закрывать глаза. Через некоторое время он встал и взял пакет с медикаментами. Он пошёл в ванную, чтобы перевязать раны и смыть с себя запах больницы. Изуку закрыл дверь и включил воду. Он стоял под душем, чувствуя, как горячая вода стекает по его телу. Парень смотрел на свои руки, на шрамы, которые всё ещё были видны. Мидория чувствовал, как его тело расслабляется, но внутри него было пусто. Когда он вышел из душа, он сел на край ванны и достал бинты и антисептик. Он начал обрабатывать раны, следуя инструкции врача. Его движения были механическими, безжизненными. Блять самому это не удобно делать. — думал он. Закончив перевязывать раны он посмотрел на себя в зеркало. Его лицо было уставшим и в мелких царапинах. Он вышел из ванной и вернулся в гостиную. Айзава сидел на стуле и читал книгу. Шота посмотрел на него. — Если нужна помощь в перевязке то говори. — сказал он. Мидория что-то промычал, а затем сел пошел к дивану. Рядом с диваном стояла его сумка и рюкзак. Он искал там свои наушники. Найдя их он сел на диван, включил в них музыку и смотрел в одну точку.

***

Изуку лежал на диване, глядя в потолок. В комнате было темно, лишь свет уличных фонарей проникал через неплотно задёрнутые шторы, создавая длинные тени на стенах. Его тело было уставшим, но разум отказывался отключаться. Он закрыл глаза, надеясь, что сон придёт. Мидория знал, что ему нужно отдохнуть, но мысли продолжали кружиться в его голове. Он сделал глубокий вдох и попытался расслабиться. Мидория чувствовал, как его тело начинает расслабляться, как его сознание медленно погружается в темноту. Парень начал засыпать.

***

Изуку стоял посреди пустого пространства. Вокруг не было ничего — только бесконечная тьма, которая простиралась во все стороны. Он не знал, где он находится. Он не знал, как он сюда попал. Он сделал шаг вперёд, и эхо его шагов разнеслось по пустоте. — Изуку... Голос прозвучал у него за спиной. Он обернулся и увидел Даби. Он стоял в нескольких метрах от него, его руки были скрещены на груди. Его лицо было скрыто тенью, но его глаза горели холодным огнём. — Даби? — сказал Изуку. — Что ты здесь делаешь? — Я здесь, чтобы помочь тебе, — сказал Даби. — Я здесь, чтобы дать тебе выбор. — Какой выбор? — спросил Изуку. — Выбор между ними и нами, — сказал Даби. — Ты должен решить, на чьей ты стороне. Изуку покачал головой. — Я уже сделал свой выбор. Я не присоединюсь к вам. — Ты думаешь, что у тебя есть выбор? — усмехнулся Даби. — Ты думаешь, что они примут тебя? Ты — Фантом. Ты — линчеватель. Ты нарушал закон. Они никогда не примут тебя. — Ты ошибаешься, — сказал Изуку. Они приняли меня. — Они приняли тебя? — переспросил Даби, и его голос стал холодным. — Они приняли тебя как ученика. Как Мидорию. Но что будет, когда они узнают, кто ты на самом деле? Что будет, когда они узнают, что ты — Фантом? Изуку замолчал. Он не знал, что ответить. — Ты боишься, — сказал Даби. — Ты боишься, что они отвернутся от тебя. Ты боишься, что они предадут тебя. — Они не предадут меня, — сказал Изуку. — Ты уверен? — спросил Даби. — Ты уверен, что они не сделают то же самое, что сделал я? Изуку почувствовал, как его сердце сжалось. — Ты предал меня, — сказал он. — Ты был моим братом, и ты предал меня. — Я сделал это, потому что я хотел спасти тебя, — сказал Даби. — Я хотел показать тебе правду. Они не спасут тебя. Они только используют тебя. — Ты ошибаешься, — сказал Изуку. — Тогда докажи это, — сказал Даби. — Выбери. Внезапно тьма вокруг них начала сгущаться. Из неё появилась фигура — высокая, тёмная, властная. Это был Все За Одного. Он стоял перед Изуку, и его глаза горели холодным огнём. — Изуку, — сказал он. — Ты снова здесь. Ты снова перед выбором. — Я не буду выбирать, — сказал Изуку. — Ты должен, — сказал Все За Одного. — Ты не можешь избежать этого. Ты — мой сын. Ты принадлежишь мне. — Я не принадлежу тебе, — сказал Изуку. — Я никогда не принадлежал тебе. — Ты ошибаешься, — сказал Все За Одного. — Ты — моя кровь. Ты — моя плоть. Ты — моё наследие. — Я не хочу быть твоим наследием, — сказал Изуку. — Я хочу быть собой. — Тогда выбери, — сказал Все За Одного. — Выбери, кем ты хочешь быть. Героем или злодеем. Светом или тьмой. Ты должен решить. Изуку смотрел на них — на Даби и на Всего За Одного. Они стояли перед ним, и их глаза горели ожиданием. — Я не буду выбирать, — сказал он. — Я не буду выбирать между вами. — Тогда мы выберем за тебя, — сказал Даби. Он шагнул вперёд и схватил Изуку за руку. — Идём со мной, — сказал он. — Я покажу тебе правду. — Нет! — крикнул Изуку. Он попытался вырваться, но Даби держал его крепко. — Ты не можешь убежать от себя, — сказал Все За Одного. — Ты не можешь убежать от нас. Изуку чувствовал, как его тело начинает исчезать. Он проваливался в темноту, и голоса Даби и Всего За Одного звучали в его голове. — Выбери! — кричали они. — Выбери!

***

Изуку резко открыл глаза. Он сидел на диване, тяжело дыша, чувствуя, как пот стекает по его лицу. Сердце колотилось так сильно, что он слышал его стук в ушах. Его тело было напряжено до предела, каждый мускул дрожал. Он попытался вдохнуть, но воздух застрял в горле. Его грудная клетка сжалась, и он почувствовал, как паника накатывает на него волнами. Мидория схватился за грудь, пытаясь сделать вдох, но его лёгкие отказывались слушаться. Комната начала плыть перед его глазами. Это просто сон. — думал он. Но его тело не слушалось. Паника продолжала нарастать, сжимая его грудную клетку. Он чувствовал, как холодный пот стекает по его спине, как его руки начинают дрожать. Он закрыл глаза, пытаясь успокоиться, но образы из кошмара всё ещё стояли перед его глазами. Голоса продолжали звучать в его голове. Выбери! Выбери! Ты должен решить, на чьей ты стороне. Изуку застонал, чувствуя, как его тело начинает сдаваться. Он сжал кулаки, пытаясь унять дрожь, но это не помогало. — Я н….не…… выберу…. — задыхаясь говорил он. Воздух начал поступать в легкие, но паника никак не унималась. Мидория не мог прямо сейчас унять это все несколькими порезами. Он не мог возвращаться к этому.

***

Айзава сидел за письменным столом в своей комнате, склонившись над стопкой документов. На столе горела настольная лампа, освещая исписанные листы и открытый ноутбук. Он выглядел уставшим, но его глаза были сосредоточены. Он работал над отчётами из академии. После событий в Камино бумаг стало ещё больше. Отчёты о состоянии учеников, планы на восстановление, документы по переезду в общежития. Бесконечная бумажная волокита. Он потёр глаза и откинулся на спинку стула. Я должен закончить это сегодня, — думал он. — Завтра будет новый день. Он взял ручку и снова начал писать, но через несколько минут его отвлёк странный звук. Он замер. В тишине ночи он услышал что-то, что не должно было быть там. Сначала он подумал, что ему показалось. Но звук повторился — он был громче, прерывистее. Это было похоже на сбивчивое, тяжёлое дыхание. Кто-то задыхался. Айзава нахмурился и прислушался. Что это? Звук доносился из гостиной, где спал Мидория. Айзава встал и тихо подошёл к двери. Он открыл её и выглянул в коридор. В гостиной было темно, но он мог разглядеть силуэт Изуку на диване. Он подошёл ближе и замер. Изуку сидел на диване, его тело было напряжено до предела. Он тяжело дышал, его дыхание было прерывистым и сбивчивым. Он схватился за грудь, пытаясь сделать вдох, но его лёгкие отказывались слушаться. Его руки дрожали, а по лицу стекал холодный пот. Он смотрел в одну точку, и его глаза были широко открыты, но он ничего не видел. Он был где-то далеко, в своих кошмарах, в своей панике. — Я н…не…..выберу…. — прошептал он. Айзава подошёл ближе и увидел, что Изуку весь дрожит. Его лицо было бледным, а дыхание было поверхностным и быстрым. — Мидория! — сказал Айзава, подходя к нему. — Мидория, ты меня слышишь? Айзава легонько коснулся плеча парня. Но Мидория вздрогнул и попытался отстраниться, так что он чуть не упал с дивана. Изуку поднял голову и посмотрел на него. Его глаза были наполнены страхом, но он узнал Айзаву. Он попытался взять себя в руки, но его тело всё ещё дрожало. — Да…да… — сказал он. — Я в порядке. — его голос был хриплым и сухим. Айзава нахмурился. Он видел, что Изуку не в порядке. Его дыхание всё ещё было сбивчивым, а руки дрожали. — Ты не в порядке, — сказал Айзава. — Ты весь дрожишь. — Я сказал, что я в порядке. — повторил Изуку, и его голос стал холоднее. Айзава хотел возразить, но сдержался. Он видел, что Изуку отталкивает его, что он не хочет принимать помощь. — Хорошо, — сказал он. — Если захочешь то ты можешь поговорить со мной. — Нет спасибо, — он был сухим. — Я воздержусь. Айзава почувствовал, как его сердце сжалось. Он знал, что не может заставить Изуку говорить. — Я не буду настаивать. Изуку ничего не ответил. Он смотрел в пол, и его глаза были пустыми. Айзава пошёл на кухню и вернулся с двумя чашками горячего чая. Он поставил одну чашку на столик рядом с Изуку и сел на стул напротив. — Попей чай. — сказал он. — Станет легче. Изуку посмотрел на чашку, но не взял её. Он сидел неподвижно, и его лицо оставалось пустым. — Ты не должен быть один, — сказал Айзава. — Я знаю, что ты пережил предательство. Это оставляет глубокие раны. Но ты не должен закрываться от всех. — Я не закрываюсь. — сказал Изуку, его голос был холодным. — Я просто хочу, чтобы от меня все отстали. Мидория посмотрел на чашку стоящую на столике перед ним. Он взял ее и сделал глоток. Чай был теплый, и приятно согревал изнутри.