Дарованный

Джин поспешил тактично удалиться, ибо он не знал, чем помочь Чонгуку в данной ситуации. — Что-то не так? — спросил Тэхён, сжимая одеяло в руках. — Помнишь того омегу, который «помог» тебе добраться до реки? — издалека начал альфа. — Помню… Он же меня обманул, — юноше было неприятно это вспоминать. В конце концов, он со всей добротой и открытым сердцем, а к нему так отнеслись. — Этот омега и есть Чэвон, — откинувшись на спинку стула, немного нервно произнёс Вождь. Тэхён удивлённо посмотрел на Чонгука. — Ну… Может быть, у него просто был плохой день? Такое же бывает… Да и если он беременный, значит, это гормоны играют, — попытался оправдать его омега. Альфа же в мыслях думал, что мальчишка слишком добрый и светлый для этого мира. — Он беременный от меня, Тэхён, — произнёс неприятную правду Вождь. — Как это от вас? Вы же сами сказали, что я первый… — И нет, омега вовсе не претендовал на место мужа или одного единственного, но всё-таки это не очень приятно узнавать. К тому же Тэхён думал, что они с Чонгуком смогут хорошо общаться, чтобы дарить ребёнку любовь в равной степени. А если есть ещё один беременный, то внимание Вождя будет на нём и его малыше. Тогда Тэхёну придётся объяснять своему ребёнку, почему его отец уделяет время не только им. От этих мыслей сдавило сердце. Вовсе не этого омега хотел для своей кровинки. — Верно, и я не соврал. Ты единственный, с кем оплодотворение прошло естественным путём. Чэвона оплодотворил Сокджин моим семенем через специальную процедуру. Поэтому Джин сейчас и рассказывал разницу ваших беременностей, — объяснял альфа, следя за реакцией юноши. Тот только хмурился, видимо думая о чём-то неприятном. — Если он уже понёс, тогда зачем вам нужен был я? Разве духи в камешке не сказали, что я один могу родить вам малыша? Или об этом знал только Хосок, а вы нет?.. — Тэхён пребывал в полной растерянности, и судя по всему, Вождь тоже. — Какой камень? Причём тут мой брат? — осторожно уточнил Чонгук, начиная чувствовать неладное. — Хосок сказал, что вы поклоняетесь тому большому камню на берегу. И духи нашептали, что родить вам малыша могу только я. Он разве вам не сказал? — наивно удивился мальчишка. Чонгук же стиснул челюсть, уже понимая, сколько травы Хосок навесил омеге. — Сказал, но слишком поздно… — врать нехорошо, но Вождь не хотел ещё больше огорчать омегу. Он обязательно потом сознается, правда не сейчас. Мало ли Тэхён уже беременный и только лишний раз будет волноваться? — Да и, честно признаться, я не знал, что у нас с тобой что-то будет. Всё это произошло случайно. Я никак не могу завести ребёнка. Беременность у омег обрывается в первый же месяц, поэтому многие начали отказываться, чтобы сохранить себе здоровье. Остался только Чэвон. Я просто не мог не попробовать в последний раз. Ему провели процедуру через несколько дней после того, как тебя привёз мой брат. А дальше всё так закрутилось, завертелось… В общем, так и вышло, что вас двое, — Вождь чувствовал себя сейчас очень плохим альфой. Будто он тут гарем собирает и меняет всех как перчатки. — Всё в порядке, я понимаю, — а у самого обида скапливалась на дне души. Как же так духи не предупредили Чонгука раньше? Да и разве можно, чтобы у одного альфы было несколько омег? Вот и Тэхён не знал. — Я хочу спать, — резко сказал мальчик, переворачиваясь к стенке и укрываясь одеялом. — Да, конечно, тебе стоит отдохнуть. Сладких снов, — Вождь, закусив губу, встал. Закончили они довольно грустно, хотя разве его должно это волновать? Альфу никогда не интересовало чьё-то мнение, но перед этим юношей хотелось показать себя с лучшей стороны. — выходя в основную комнату размышлял у себя в голове Чонгук.

***

Дни шли. Омега уже мог ходить, а вот сидеть — нет. Если только на чём-то очень-очень мягком. Джин дал ему мазь и какое-то лекарство, чтобы быстрее восстановиться, после чего с широкой улыбкой отправил его в шатёр к… Вождю. Тэхён сразу же отказался, предпочитая вернуться к Хосоку. Вдруг Чэвон тоже будет там жить или уже живёт? Юноша с посторонними быть не желал. Да и смотреть на них вместе не хотел. Сам не знал почему, просто от таких мыслей становилось неприятно и казалось, будто он там лишний. С этими раздумьями Тэхён вернулся в красный шатёр, застав там нервно собирающегося куда-то Хосока. — Хосок? Ты уходишь? — А? О, Тэхён! Рад, что тебе легче и ты вернулся, — улыбнулся альфа омеге. — У нас собрание, поэтому не скучай, скоро вернусь, — подмигнул молодой Господин юноше, юркнув на улицу. Тэхён же растерянно хлопал глазами. Только пришёл — и снова один. С того дня они с Вождём не виделись. Чему омега только рад — он решил соблюдать дистанцию, ведь возможно между Чонгуком и Чэвоном что-то есть, а он так влез в их отношения? И совсем неважно, что это вроде как была вынужденная мера. Тот омега очень красив, богато одевается, у него есть пышная фигура. А что Тэхён? Кожа да кости. Почему-то теперь казалось, что по сравнению с Чэвоном юноша — обычный глупец. В глазах защипало. Шмыгнув носом, омега отправился в купальню. Стоит наконец помыться. Когда Хосок зашёл в шатёр к брату, все уже были в сборе. Вот только вместо воинов за столом сидели его друзья. Обычно такой компанией они собираются, чтобы отдохнуть и поболтать. Чимин с Юнги, Джин с Намджуном и Чонгук. — Всем привет, а вы чего не сказали, что у нас дружеские посиделки? — плюхнувшись напротив брата, весело спросил молодой Господин. Вот только его радости никто не разделял. Не зря чуйка с самого утра била тревогу, когда слуга сказал, что Вождь собирает собрание. Он ещё тогда, в шатре Джина, краем уха услышал про камень и понял, что попал. Поэтому смылся оттуда за секунды и в течение нескольких дней пропадал где мог, лишь бы не попадаться на глаза недовольному брату. И кажется, Хосок начинает понимать, что никакого сбора изначально не планировалось — это просто Чонгук придумал, как заставить его прийти. — Да вот, решили сделать тебе сюрприз. Хотя думали, что духи нашепчут тебе о наших планах, — толкнув язык за щеку, стучал пальцами по столу Великий Вождь. И настрой у него был совсем не дружелюбный. — Да как-то не сообщили… — всё ещё надеясь на пощаду, молодой Господин не торопился рассказывать правду. Мало ли, вдруг Чонгук там что-то не так понял и у Хосока получится выкрутиться? — Так чего же ты у камня не спросил? Или он тебе только про беременных омег шепчет? — ну вот и всё, пощады не будет. Помните Хосока весёлым и дружелюбным. — Это была вынужденная мера! Я просто ускорил процесс! — начал оправдываться младший брат. — Врать же ему было необязательно… Как знал, что ты что-то затеял! — буркнул недалеко сидящий Чимин. Ему вот за Тэхёна было очень обидно. — Чон Хосок, а теперь, будь добр, расскажи нам всё с самого начала и до конца. Начиная с того момента, как ты вообще встретил Тэхёна, — стальным тоном не попросил, а именно приказал Вождь. Младшему брату ничего не оставалось, как сдать себя с поличным. — Я люблю кататься по степям. Нравится мне в гости ко всем заглядывать, навещать наших знакомых и прочее. Ну вы это и так знаете. Так вышло, что у меня отвалилось колесо от повозки. Из-за этого я сбился с маршрута. Ну и пошёл куда глаза глядят. А там Тэхён сидел, цветочки на полянке собирал. Я и спросил, мол, есть ли где-нибудь поблизости поселение? Повозку подлатать надо. Ну он и повёл меня к их Вождю. Воины наши рядом шли. Он их испугался, конечно, но я заверил, что мы люди добрые. В общем, до Вождя мы так и не дошли. Нам на глаза попался один мужчина. И оказалось, что это тот должник. Он как-то лично у тебя, Чонгук, товар брал и слёзно умолял отдать ему в долг, так как семья у него бедная и помощь срочно нужна. Ну я и решил с ним переговорить. Не видели мы его уже очень долго, а долг так никто и не вернул. Мужик как увидел меня — сразу дёру дал, ну и мы за ним. Так получилось, что я случайно задел факел, и он упал прямо возле его шатра. Огонь сразу же перекинулся на ткань, и всё резко вспыхнуло. Жители тушить побежали, суматоха началась. Ну мы и прижали к его горлу нож. А там такая ситуация… В общем, оказалось, что Тэхён — его младший брат. Плакал всё сидел и умолял нас ничего ему не делать. Ну у меня рука и не поднялась. Спросил его, что он нам взамен дать может и чем будет долг выплачивать. А тот ни секунды не думая сказал, чтобы мы омегу забирали. Я тогда дар речи потерял. Он просто отдал своего брата… Это же отвратительно… Чимин на фоне охнул, прикрывая рот ладошкой. Джин его реакцию прекрасно понимал, представляя, как больно было Тэхёну от такого предательства. — Я стоял там в полной растерянности, не зная, что делать. Ну в самом деле, не отрывать же омегу от семьи? Пусть и такой ужасной. Ко мне тогда какой-то старик подошёл, как сейчас все его слова помню. — «Ты, если человек добрый, забирай мальчишку. Не место ему здесь. Родителей нет, а брат его — не человек вовсе. Бьёт его вечно, да работать заставляет. Жалко Тэхёна, мальчик-то ещё совсем юн. Если здесь его оставишь, то ему жизнь и погубят. Инсок — ну который старший его — хочет его по рукам пустить. Он в долгах весь, а отдавать нечем, вот и планирует брата на одну ночь отдавать вместо выплаты долга. Да и дом у них теперь погоревший, а с едой совсем плохо. Поселение наше небогатое, а ты по одеждам видно — при деньгах». — Больше он ничего не сказал, просто ушёл. Не знаю, правду он говорил или нет, но судя по рассказам Тэхёна, я ссылаюсь на правду. Делать было нечего в такой ситуации — один бы он не протянул. Да и Инсок в этой толпе уже сбежал. Колесо нашли, повозку сделали. А когда пошли Тэхёна забирать, так он в слезах и убежал. Всё просил не трогать его, плакал, отбивался, к брату просился. Ну поэтому и пришлось его в клетку посадить. Её нам какой-то мужик дал, сказал, давно избавиться хотел, а тут якобы такая возможность. Из клетки он не сбежал бы, поэтому там и сидел. В общем, как-то так… — закончил свой рассказ альфа в угнетающей тишине. — А Тэхён тебе что рассказывал? — поинтересовался Джин, протягивая Чимину склянку с успокоительным, пока тот заливался слезами. — Да там вообще тёмный лес. Я как его привёз, после твоего осмотра решил накормить. Принёс ему всякого разного. А он на еду таким взглядом смотрел, будто впервые видел. Чуть не заплакал. Я тогда сделал вид, что ничего не произошло, но по нему видно было, как всё плохо. Да и он тогда сказал, что никогда такого не ел. Где это видано, чтобы человек в поселении никогда коровье молоко не пил и обычную похлёбку не хлебал? Да и вы не заметили в нём кое-что необычное? — спросил молодой Господин, переводя взгляд на друзей. — Он вечно ходит босиком, — припоминая встречи с юношей, озвучил Юнги. — Да, верно. Я когда поинтересовался, где обувь — ведь сам её выдал, — он сказал, что привык так. В шатре моём вообще ни к чему не прикасался. Видимо, боялся испортить. Это сейчас уже полегче ему стало, привык немного. А как-то один раз мы с ним разговорились. Ну и рассказал он мне что да как. Родителей, говорит, не помнит, где они — даже не знает. Никто его не воспитывал, только дедушка-омега там один был, вот к нему-то маленький и бегал. Тот его кормил да чтению и письму учил. А потом и того не стало, и остался он совсем один. Брат его за любую оплошность колотил. Скота у них не было, урожая и подавно. Одна только коза, и та старая. Как я понял, у них в поселении каждый сам за себя. Не принято делиться и распределять обязанности. Вот и получилось, что жили они очень бедно. Денег не было, поэтому у него всего пара затасканных туник имелась, и то они от Инсока достались. Босиком он ходил, потому что ножка маленькая — обувь не купить, а другие размеры большие. Привычка из-за этого и осталась. Поэтому он такой худой. В такой бедности удивительно, как живой ещё. Трое суток ревел без остановки. Всё надеялся, что брат придёт за ним и прощения попросит. Тишину разрезал только плач Чимина, которого успокаивающе поглаживал Юнги. Джин тоже прослезился. Намджун, конечно, единственный, кто не понимал ничего, но всё равно внимательно слушал и сочувствовал. Омегу-то впервые увидел только недавно — ночью и без сознания. Хотя вроде как замечал его с Хосоком, когда тот ему поселение показывал. — Как дошло до камней с духами? — напомнил о важном вопросе Чонгук, пока сам смотрел в одну точку. Он-то хотел брата наказать, а тут оказывается, что Хосок омегу спас. Вся злость ушла, будто её и не было. — Ну, я же не знал, что ты решил Чэвона в кандидаты взять. Пока Тэхёна везли, всё думал, что неплохо бы было и с ним попробовать. Ему, как бы это ни звучало, терять нечего. Да и в такой жизни хоть ребёнок его радовать будет. Понятное дело, что ты бы мою идею не одобрил, особенно с учётом того, что оплодотворение планировалось естественным путём. Поэтому я и узнал у Джина, когда у него течка, чтобы за это время его подготовить. Просто немного помог ему с принятием решения, сказав, что у нас духи в камне и мы ему поклоняемся и якобы это камень нашептал, что Тэхён — единственный, кто тебе родить может, и если он откажется, то мы все пропадём. С одной стороны, конечно, я не оставил ему выбора, но с другой — сказал, что он может и отказаться, и дал ему время подумать. Ну и на всякий случай решил его отварами для удачного зачатия напоить, чтобы уж наверняка. А в первый день течки он сказал, что согласен. Ну дальше вы и сами знаете, — теперь уж точно закончил всю историю Хосок. — Какой же ты всё-таки болван, Хосок, — недовольно выдохнул Чонгук, глядя на младшего брата. — Кто ещё из нас болван? Это вообще-то не я додумался дать Чэвону разрешение. Тебе будто приятна мысль, что он от тебя понёс, — не оставил без ответа реплику молодой Господин. У Чонгука на лице заиграли желваки. — Так, а что в результате с омегой-то? — впервые заговорил Намджун, привлекая к себе внимание. — Ничего ему не говорить. Делаем вид, что у нас реально духи всякие в камнях живут. Про то, что мы знаем его прошлое, тоже помалкиваем — ему, возможно, будет неприятно, что Хосок нам всё рассказал. Придерживаемся версии, что брат про веление духов мне сказал слишком поздно, поэтому и получилась эта ситуация с Чэвоном. По крайней мере, именно это я ему и наплёл днями ранее, — озвучил неоспоримую версию Великий Вождь. — Почему нельзя просто рассказать правду? — Чимин боялся, что Тэхён на них всех потом обидится. — Как ты себе это представляешь? Если он узнает, что никакие духи нам ничего не шептали, тогда он подумает, что мы обманом заставили его забеременеть, даже с учётом того, что согласился он сам. Более того, он начнёт переживать и волноваться, а это плохо скажется на его здоровье. Да и… С такой жизнью не хотелось бы портить ему её ещё больше, — объяснил Чонгук мужу Генерала. Все понимающе хмыкнули. — На этом всё, все свободны. Кто проболтается — отрежу язык, — как бы невзначай кинул Чонгук уходящим. — Хосок, останься, — приказным тоном заставил брата остановиться у самого выхода. Тот только закатил глаза, понимая, что от Вождя ему ничего не скрыть. — Ты же не всё рассказал? — прекрасно зная ответ, всё равно спросил старший Чон. — Не всё, — принимая неизбежное, молодой Господин вернулся на своё место у стола. — Ну и что ещё я должен знать? — Чуйка. Меня, как только я его увидел, без конца донимало шестое чувство. И окончательно я понял почему, только когда подумал о твоей проблеме. Всё внутри меня буквально вопило о том, что он правда может родить. И я до сих пор в этом уверен. Тэхён и правда единственный омега, который родит тебе ребёнка, — с твёрдой уверенностью Хосок посмотрел в глаза брату. Чонгуку же не верить не было смысла. Степи наградили младшего брата уникальной способностью — шестым чувством. Оно настолько ярко развито, что не раз помогало им в боях, каких-либо решениях, проблемах и сделках. Ещё ни разу чуйка его не подвела. Но она так же ни разу не возникала в столь личных делах. — Почему сразу не сказал? — Ты бы не послушал. Как бы мне ни доверял, а в насколько щепетильной теме ты подумал бы, что я тебя жалею, что даже омегу откуда-то привёз и про шестое чувство наплёл. У тебя слишком уязвимое состояние было, поэтому решил всё сделать потихому. В принципе, Хосок прав. Чонгук тогда слишком отчаялся, и помощь брата воспринял бы совсем не в хорошем смысле. — Про Чэвона твоя чуйка что-нибудь «говорит»? — Душа моя говорит, что этого омегу я ненавижу всем сердцем! А шестым чувством ощущаю, что от него теперь не оберёмся проблем! Мутный он какой-то. Как бы чего не задумал, — недовольно пробубнил молодой Господин, не желая вспоминать этого омегу. — Поживём — увидим. Тэхён же ещё у Джина? Нужно будет навестить его, — Чонгук желал встретиться с омегой. Они давно не виделись, да и стоило бы узнать о его самочувствии. Из-за поставленных меток альфа порой ощущал, будто его внутри что-то дёргает за ниточки. Но так как метки неполные, то и ощущения почти незаметны. — Вообще-то Тэхён у меня дома. Вернулся буквально в тот же момент, как я пошёл сюда. — Почему у тебя? Я же сказал Джину, чтобы он отправил его в мой шатёр, — Чонгука снова ослушались? Целоваться не даёт, так теперь и жить с ним не хочет? Вождь сам себя не понимал, почему от этих незначительных отказов зверь внутри так бесится. Они друг другу никто, а значит, отказы омеги на него никак не должны влиять. — Может, сам не захотел? Сам подумай, как себя сейчас ощущает Тэхён после всего, что с ним произошло за последнее время. А ведь он тут всего две недели. Может, ему тоже из-за Чэвона неприятно? Вот мне бы было неприятно, — представил себя молодой Господин беременным омежкой, у которого в конкурентах такая змея. — Ну и жуть, — фыркнул альфа, сочувствуя Тэхёну. И всё же Чонгуку он не всё рассказал. Брат не должен знать, что у Хосока в планах свести его с омегой. Или это у шестого чувства в планах? В принципе, уже и неважно. Чон Хосок — за любую идею. — И всё-таки, какой же ты болван, — отвесил Вождь подзатыльник младшему брату. Хосок возмущённо зашипел.

***

Дни шли своим чередом. Тэхён предпочитал отлёживаться в шатре Хосока. Альфа часто его веселил, рассказывая какие-то шутки. Лекарства он исправно пил, чтобы восстановить силы, а мазь… Мазью нужно было обрабатывать «там». Проблема была только в том, что сам он не мог — слишком неудобно, да ещё и внутри мазать нужно. Хосока просить нельзя — не должен его каждый альфа в таком виде видеть. Да и стыдно. Поэтому сейчас юноша ждал лекаря. Сокджин приходил каждый день, помогая снять покраснение и боль. — Чего стоим? Снимай штаны и на четвереньки, — с ходу заявил Джин, как только пересёк порог дома. — Ты сегодня долго, — встав в уже привычную позу, раздвинул руками ягодицы. В первые разы он сильно краснел и стеснялся, сейчас же просто чувствовал некую неловкость. — Дети раскидали мои травы, пришлось убирать. Ой! Я, кажется, забыл мазь. Подожди немного, я быстро! — не успел Тэхён сказать, что у него мазь вообще-то есть, лекарь выбежал наружу. На самом деле никакую мазь он не забывал. Просто встретил Вождя на улице, и гениальная идея сама посетила его голову. — Чонгук! — крикнул лекарь, привлекая внимание альфы. Тот, закончив разговор с каким-то мужчиной, поспешил подойти к Джину. — Что-то хотел? — спокойно поинтересовался Вождь, глядя куда-то в сторону. — Хотел. У меня дома срочное дело, а там Тэхёну очень нужна помощь. Поэтому не мог бы ты помочь ему, пока я занят? — Могу, конечно. А в чём помогать-то? — вопрос остался без ответа — лекарь уже сверкал пятками. Выдохнув, Чонгук направился к шатру брата, с ходу открывая дверь. — Чёртов Ким Сокджин… — прошептал альфа, уже прекрасно понимая, чего добивался омега. — Джин? Ты не дал мне договорить, у меня же есть мазь, не нужно было ходить за новой, — юноша на кровати так и лежал в откровенной позе. Вождь же глотал слюну. Эти ягодицы… В гон он вдоволь ими насладился, потому что даже сейчас видны остатки засосов и укусов на обоих половинках. Но, как говорится, вкусновато, да маловато… Вот и Чонгуку мало. Омега же в ответ на тишину решил обернуться через плечо, о чём тут же пожалел. Тэхён мило ойкнул и покраснел. Затем резко подскочил, но в результате неудачно приземлился на попу, сразу же болезненно замычав. — Ч-что вы тут делаете? — прикрываясь рядом лежащим пледом, смущённо спросил омега. — Джин сказал, у него срочные дела и тебе нужна помощь, — как будто ничего не было, Чонгук глазами нашёл баночку мази, беря её в руки. — Я сам справлюсь, — буркнул Тэхён, продолжая морщиться от боли. — Охотно верю. Не перестану повторять, что я там всё видел, тебе нечего стесняться. К тому же эти боли из-за меня, поэтому мне стоит помочь, — и, не дожидаясь ответа, перевернул омегу на живот, приподнимая попу. — Раздвинь ягодицы, — от властного тона Тэхён чуть не потёк, ладошками раздвигая булочки. Альфа, зачерпнув мазь на палец, начал нежно растирать её по колечку мышц. Феромон сладкой кувшинки резко ударил в нос, да так сильно, что Чонгук чуть не подавился. Внизу живота приятно потянуло, а кедр отзывчиво рвался наружу. Это нормально, что они так реагируют друг на друга? Юноша покрылся мурашками, а предательская капля смазки чуть не потекла по ложбинке, но Вождь вовремя надавил на дырочку, чтобы смазать внутри. Поэтому капелька никуда не вытекла. Тэхён с трудом держался, чтобы не расплавиться от приятных ощущений. Ему должно быть больно, но эти пальцы только сильнее напоминали о проведённых вместе днях. Но вместе с этим омегу посещали и другие мысли. Было ли такое действие привычным для альфы? Сколько раз они спали с Чэвоном? И спали ли вообще? Думать, что к нему прикасались после других, было очень неприятно. Хоть Вождь и сказал, что он в его ложе был первым, это не отрицало того факта, что Чонгук мог просто ходить к ним. За своими раздумьями Тэхён не заметил, как на него уже натянули нижнее бельё и штаны. — Осталось не так много дней, — задумчиво сказал Вождь, поставив баночку на стол. — До чего? — мальчишка лёг на живот, опасаясь боли сзади. — Сокджин проведёт тебе осмотр и скажет, понёс ты или нет. — Так скоро? Я думал, нужно больше времени… — Собрался ходить, пока живот не вырастет? — Вождь усмехнулся. — Достаточно двух недель, чтобы узнать результат. С учётом того, что я повязал тебя в нашу первую ночь, тогда всю ту неделю мы активно делали малыша, а вторая неделя идёт сейчас, и до её конца осталось совсем немного. — А какого вторичного пола вы бы хотели ребёнка? — Тэхёну и правда было интересно. Вдруг альфа откажется от карапузика, если пол будет не тот. — Мне это неважно. Я так долго грезил о детях, что будет кощунством ещё и выбирать. Я желаю, чтобы он хотя бы родился. Конечно, с моим статусом лучше альфочку. Но это только из-за того, что он станет наследником. Омеги не могут быть Вождями. Вас оберегать нужно да любить. Тяжёлой ношей должен заниматься только настоящий альфа. — А если всё же родится омега? — Значит, буду любить и баловать. Задаривать дорогими подарками и научу воротить нос от плохих мужчин. — Но… Тогда же у вас не будет наследников. Кому же достанется степь?.. — Если у меня не будет детей или они все будут омегами, тогда по крови титул может занять Хосок, а если не он — тогда его дети. Если даже у него тоже будут только омеги или никого не будет, значит, я просто выберу достойного мужчину, который заслуженно займёт должность и будет помогать степи. — Думаю, вы будете очень хорошим отцом, — Тэхён удивлялся, как искусно Великий Вождь находил ответы на любые его вопросы.

***

Наутро следующего дня омега решил сходить погулять. Постоянно сидеть дома ему уже надоело. С Чонгуком они вчера больше не говорили, потому что через время пришёл Намджун. Альфам нужно было решить какие-то дела, из-за чего омега остался один. Тэхён постарался одеться более закрыто, чем обычно, потому что он весь был в ещё не до конца сошедших пятнышках. Но одежда, которую ему дал Хосок, вся очень открытая. Поэтому, выйдя на улицу и проходя мимо шатров, юноша ловил на себе всё больше и больше взглядов. И здесь уже непонятно — из-за засосов это или того, что все слышали, как он занимался непристойными делами с их Вождём. Жители поселения так к нему и не привыкли. Шептались о чём-то за спиной, и Тэхён надеялся, что не о плохом. Куда пойти он не знал. На ту речку — ни ногой, вдруг опять Вождь решит кого-нибудь утопить… А вот посидеть у камушка с духами он не против. Травка приятно щекотала ступни, и омега с большим удовольствием сел на берег, помочив ножки в воде. — Вау, посмотрите, кто соизволил оторваться от наших альф, — посторонний голос с издёвкой раздался где-то за спиной. Тэхён резко повернул голову и к своему сожалению увидел Чэвона, а рядом с ним ещё двух омег. — Вы что-то хотели? — юноша постарался не придавать значения услышанному — возможно, он не так всё понял. — Хотел. Очень даже хотел. Сказать тебе, что Великий Вождь — мой, — с ядом выплюнул темноволосый. — Не совсем понимаю, о чём вы… — неприятные подозрения закрадывались в голову Тэхёна, делая ситуацию только хуже. — Да всё ты понимаешь. Устроился себе в удовольствие, с одного члена на другой прыгаешь. И не стыдно тебе? Вождь просто слишком уязвим из-за ситуации с детьми. Не знаю, откуда ты взялся, но он, видимо, решил перестраховаться. Думаешь, ты понравился ему и поэтому вы переспали? Да не в жизнь. Из-за возможной беременности мы временно перестали заниматься сексом, вот он и оторвался на тебе, — с неприязнью Чэвон смотрел на оставленные засосы на бледной коже юноши. А Тэхён даже не знал, что и сказать. Неужели он был прав, что между Чонгуком и этим омегой что-то есть? — Я не прыгаю с одного на другого… — хотел хоть немного оправдать себя мальчик, на что двое, судя по всему, друзей Чэвона рассмеялись. — Слушай, омега, понятия не имею, откуда ты, но будь добр, не лезь в чужую семью. Чэвон с Вождём ждут ребёнка, а после они и вовсе обручатся. Тебе нечего здесь ловить, — сказал один из двоих. У него были две маленькие косы, спадающие на лоб. — Я никуда не лез, и возможно, во мне уже тоже развивается малыш, — с обидой в голосе прошептал юноша, а на глазах уже наворачивались слёзы. Что они такое про него говорят? Откуда такая ненависть? — Думаешь, ребёнок тебя спасёт? Видимо, Великий Вождь не сказал тебе, значит, скажу я. Ребёнка у тебя заберут. Твоя задача — только выносить и родить, если вообще сможешь, — фыркнул Чэвон. — Твоего отпрыска, к сожалению, придётся воспитывать мне. Буду к нему благосклонен, но только из-за Вождя. В конце концов, мой малыш родится первым, а значит, будет законным наследником. А твой… Как бы это ни звучало — будет запасным вариантом, — усмехнулся омега, наслаждаясь чужими слезами, которые Тэхён не смог сдержать. — Е-если у тебя родится о-омега, он не сможет б-быть наследником, — сквозь плач вспомнил юноша вчерашний разговор с Чонгуком. — В любом случае он будет первенцем. И я уверен, что выношу здорового и сильного альфу. В отличие от тебя, я хотя бы разродиться могу. А ты… — глазами окинул Чэвон юное тело. — Узкий таз, худой и маленький. Как в тебе вообще ребёнок будет помещаться? Тэхён и сам не знал как, да его это уже и не волновало. Хотелось рыдать в голос. Неужели Вождь и правда отнимет у него малыша? В очередной раз всхлипнув, юноша вытирал рукавом глаза. — Поплачь-поплачь, вдруг легче станет. Но имей в виду, Тэхён. Если будешь крутиться возле Великого Вождя, я не буду терпеть. Он мой мужчина, и тебя в его жизни быть не должно. Позволишь себе слишком много — пожалеешь. Поэтому подумай головой, если хочешь сохранить беременность, — с явным намёком на угрозу прошептал Чэвон, после чего, махнув рукой, ушёл со своими друзьями. Юноша же, больше не сдерживаясь, зарыдал, утыкаясь головой в колени. За что же жизнь ему такая? Как же теперь самому живым остаться да ребёнка сохранить? Тэхён своего малыша никому отдавать не хотел, пусть он даже ещё не знал, понёс ли вообще, но любовь к маленькому комочку уже появлялась.

***

Оставшиеся дни до самого заветного омега предпочитал сидеть в шатре Хосока. Тэхён не желал видеться с друзьями и даже перестал навещать маленького Минджуна. Юноша старательно всех избегал, ссылаясь, что просто нет настроения и ему хочется окончательно восстановиться после течки и гона. К слову, восстановился он как раз таки на днях. Но вечно сбегать не выйдет, поэтому сейчас он сидел в шатре Джина. — Подождите буквально пару минут, и мы всё узнаем! — хлопнул в ладоши лекарь, глядя на цветок в баночке. Сокджин попросил его смочиться в ту самую баночку, чтобы опустить туда специальный цветок, через который и проявляется беременность. Тэхён прикусил губу, пряча взгляд. Прямо напротив сидел Чонгук. Тот нервно стучал ногой, взглядом пронизывая то омегу, то банку. Юноша на альфу даже смотреть боялся — теперь казалось, что у Чэвона везде глаза и уши. — Итак… Что же… говорить? — без какой-либо радости спросил Джин. От этого оба только сильнее нервничали, а кедр Чонгука неприятно горчил в воздухе. Кувшинка же где-то пряталась, не желая вылезать. — Не томи, — чуть не рыкнул Чонгук, резко вставая со стула и глядя в банку. Вот только ничего не понял. — Ну что же… Я вас поздравляю! Тэхён беременный! — резко, с криками радости на весь шатёр завопил Сокджин. Альфа же ругнулся себе под нос, облегчённо выдыхая. Он уже начал переживать, что ничего не получилось. Этот Ким Сокджин… Тэхён же замер, не до конца веря в происходящее. Беременный? Хоть он и мысленно прокручивал у себя в голове это каждый день, на деле всё ощущалось по-другому. Омега приложил ладонь к своему ещё плоскому животу, будто пытался что-то почувствовать. За его действием проследил и Чонгук. — Вы не рады?.. — робко спросил юноша на возникшее молчание, пока Джин на фоне танцевал победный танец. Ненормальный — не иначе. — Нет, — Вождь отрицательно покачал головой. — Я очень рад, — и Чонгук нисколечко не врал. Когда лекарь сказал о беременности Чэвона, альфа вообще никак не отреагировал — радости уж точно большой не было, если только за ребёнка. А с Тэхёном… А с ним появлялись какие-то другие чувства. И то, что этот нежный мальчик понёс от него — настоящее чудо, заполняющее Чонгука по всему телу. — Теперь тебе нужно беречь себя намного больше, — с улыбкой смотрел Вождь на животик омеги, представляя там внутри маленький комочек. — Совершенно верно! Кушай за двоих! Одевайся по погоде и не плачь. Плакать тебе нельзя, нервничать и волноваться тоже. У тебя может начаться токсикоз, поэтому будь готов выворачивать желудок. Так же тебя будет воротить от различных запахов. Если вдруг станет плохо или неладно себя почувствуешь, сразу дуй ко мне. И самое главное — тебе нужен феромон Чонгука. Поэтому не стесняйся просить подышать его шеей! — не переставал перечислять разные факты Сокджин. — Порой, если тебе будет плохо, то его кедр может очень тебе помочь. Обычно феромон альфы-отца облегчает какие-либо трудности беременного. Тэхён внимательно слушал, одновременно ужасаясь тому, через что ему предстоит пройти. Его о таком никто не предупреждал. — Понёс?! Тэхён! Ты понёс?! — в шатёр вихрем влетел Хосок. Он был вынужден пропустить самое важное из-за работы на жемчужной ферме. К слову, та начала бесить его ещё больше. — Стопроцентно беременный! — радостно проверещал Сокджин, показывая альфе баночку с поменявшим цвет цветком. Тот, конечно, тоже ничего не понял, но это было абсолютно неважно, ведь он услышал самое главное. — Понёс! — молодой Господин на радостях подскочил к Тэхёну, хватая того за талию и кружа по кругу. Омега пискнул, немного испугавшись такой активности. — Тэхён, ты беременный! Племяшка мой, развивайся там скорее, мы очень тебя ждём, — разговаривая с животом юноши, шептал тому что-то Хосок. Чонгуку такое поведение не понравилось. Он не может как брат кружить омегу, да даже обнимать не может. Не в тех они отношениях. Поэтому сейчас он смотрел на всю эту картинку с белой завистью. И вовсе не из-за Тэхёна, а ребёнка. Да, именно так себя Вождь и успокаивал, когда отпихивал Хосока в сторону, чтобы тот поменьше смотрел на самое сокровенное. — Тебе стоит переехать в мой шатёр, — озвучил давно крутившуюся в голове мысль Чонгук. На фоне Джин танцевал победный танец теперь не один, а с Хосоком. — Ч-что? — выплыл из своих мыслей Тэхён, надеясь, что ему показалось. Жить с альфой он точно не будет. Как же? Чэвон иначе не оставит его в покое. — Сокджин сам сказал, что нам лучше жить вместе. Да и… Тебе нужен мой феромон. К тому же беременные омеги вроде как хотят секса, — толкнув язык за щёку, озвучил Чонгук. Он совсем не против заласкать этого мальчишку ещё раз. — Нет-нет… Я думаю, не стоит, — краснея от последней фразы, юноша снова отвёл взгляд, пряча свои глазки. — В чём проблема? Я не буду трогать тебя без твоего желания, у тебя будет всё самое лучшее для вас с малышом. А с учётом того, что ты теперь беременный омега, будет неправильно, если ты продолжишь жить с моим братом, — Чонгук сказал это спокойно, но на самом деле в очередной раз начинал злиться. Почему он не может нормально воспринимать отказы Тэхёна? — Я… Я пока не готов жить вместе, — омеге было нечего придумать. Страх за себя и ребёнка был сильнее собственных желаний. К тому же, если альфа предлагает ему жить вместе, значит, и Чэвону предложит? Или они уже живут? Тэхён такого точно не переживёт. — Я дам тебе немного времени подумать, и всё же я не согласен с таким положением дел. Ребёнок от меня — значит, и жить ты будешь со мной, — почти поставил перед фактом юношу Вождь. Не хватало ещё, чтобы в степи шептаться начали. Если Чонгуку на слухи всё равно, то он бы не желал, чтобы их слышал столь ранимый Тэхён. Как же жаль, что Великий Вождь не знал, что творится в светлой кучерявой макушке юноши.

***

Утром Тэхён застал довольно необычную картину. Хосок зашёл в шатёр с большой стопкой каких-то тканей. Их было так много, что лица альфы не было видно. — Тебе помочь? — омега быстро появился рядом, потянув руки к вещам. — Нет! Ни в коем случае, тебе нельзя поднимать тяжести! — увернулся молодой Господин, не давая Тэхёну помочь. — Это всё для тебя. Представляешь, Чонгук лично выбирал каждую вещь! — альфа опустил стопку на кровать, показывая омеге его новую одежду. Юноша невольно охнул от разнообразия тканей. Шелка были настолько изящными, что на ощупь будто таяли в руке. Разные кружева, рюшечки, различные цвета. Ему этой одежды хватит до конца жизни — по крайней мере, ему так казалось. — Это правда мне?.. — Тэхён до сих пор не привык получать подарки, а особенно столь дорогие. Качество было на высшем уровне, а значит, Вождь потратился немало. Но зачем? Хосок и так таскал юноше красивые вещи, и тоже не дешёвые. — Правда-правда. Ну и удивился же я, когда он сунул мне всю эту кучу и сказал отнести тебе. Неужто охомутал моего братца? — с улыбкой на лице шёпотом сам у себя спросил альфа. — Но… Хосок, я так не могу. Это же дорого, — омега к тканям даже не прикоснулся, отчего молодой Господин нахмурился. — Как это не можешь? Он это сам выбирал, специально для тебя. Деньги для нас не проблема, ты же знаешь. Да и… А вдруг Чонгук на тебя обидится, что ты не принял его подарок? Ай-ай-ай, Тэхён. Так нельзя, — решил зайти с другой стороны Хосок, прекрасно зная доброту омеги. — Не надо обижаться, — напуганно произнёс мальчик, сразу же начиная очень серьёзно рассматривать вещи. Тут было всё и даже… даже трусики… Тэхён вспыхнул как спичка, скорее заваливая нижнее бельё другой одеждой. Хосок с трудом сдержал смех — он таких деталей не стеснялся. — Нравится хоть? Или сказать, что наш Великий Вождь полный промах в выборе красивых одеяний? — Нравится, — честно ответил юноша, с улыбкой рассматривая вещи. На удивление, здесь всё было в его вкусе. Неужели Чонгук так внимателен к предпочтениям омеги? Тут было много белого, серого и серебряного, что он сильно любил. Так же были и молочные тона, несколько ярких нарядов всех цветов. И так же синих вещей. Они были такого же глубокого цвета, как и шатёр мужчины. Специально ли подбирал или случайность? Обуви не было, что для Тэхёна было к счастью. Он её совсем не любил — тесная и неудобная. Омега невольно задумался, что Вождя нужно обязательно поблагодарить. — Мне стоит выделить тебе отдельный сундук, — задумчиво разглядывал свой шатёр молодой Господин. — Хосок… Я хотел поговорить с тобой, — Тэхён, отрываясь от вещей, нервно прикусил губу. — Что? Тебе плохо? Где болит? Нужно позвать Джина? Племянник же ещё слишком маленький, чтобы хотеть наружу! — альфа побледнел, не зная куда бежать. — Что? Нет! Со мной всё в порядке, не надо никого звать, — растерянно хлопал глазами омега. Хосок же с облегчением выдохнул, пропуская через пальцы свои волосы. Он чуть не поседел. — Не пугай меня так. — Я просто думаю… Вы очень многое для меня сделали, и неправильно с моей стороны ничем вам не отплатить. Ты уже почти месяц спишь из-за меня на полу, постоянно носишь мне еду и одежду. А я молча всё принимаю и даже не помогаю вам по хозяйству! Так нельзя, — чувствуя вину, Тэхён опустил голову. — Ох, Тэхён! Нашёл проблему. Ты даже думать о таком не смей. Внутри тебя растёт ребёнок самого Вождя. Если кто-то кому-то должен, так это только мы тебе, — и, видя, что омега собирается что-то сказать, тут же добавил: — И не смей спорить! Особенно в твоём положении не думай даже браться за какую-либо работу. Если узнаю — отдам тебя своему брату на перевоспитание, — с двойным смыслом закинул фразу альфа, посмеиваясь с красных омежьих щёк. И всё же юноша мнения молодого Господина не разделял. Но и не спорил.

***

Чонгук ничего не понимал. С того дня, как они узнали про беременность, омеги и след простыл. Тэхён его избегал? Стоило альфе подойти к нему, когда он был где-то на улице, как у того резко появлялись дела и он убегал. С одной стороны, он постоянно мельтешил где-то перед глазами, с другой — будто бы его и не было. Уже больше недели происходило что-то непонятное. Вождь даже перестал появляться на жемчужной ферме, вместо этого занимался делами где-нибудь в поселении, выискивая взглядом светлую макушку. Недавно шёл по улице и увидел Тэхёна. Тот тащил ведро воды. Альфа ужаснулся, уже спеша к омеге как можно быстрее. Нельзя ему такие тяжести таскать! По пути пытался юношу разговорить, на что тот отвечал односложно. Единственный раз, когда он сказал несколько длинных фраз — благодарил Вождя за подаренные вещи. И Чонгук очень рад, что омеге всё понравилось, ведь он долго пыхтел, доставая торговца с теми или иными просьбами, чтобы всё было идеально. Да и не зря же он так внимательно следил, что любит носить мальчишка. И не удержался, чтобы не купить ему что-нибудь синего цвета. Любит альфа этот оттенок, что поделать. Но Вождь совсем не рад, что Тэхён с ним практически не разговаривал. Когда он донёс воду до шатра брата, омега сказал только тихое «спасибо» и захлопнул перед его носом дверь. Уму непостижимо! Чонгук и сам не понимал, откуда такое желание видеть юношу и хотеть с ним разговаривать. Но альфа себе не препятствовал, в отличие от мальчишки. Последнее время он как умалишённый начал специально ошиваться возле шатра Хосока, чтобы застать омегу. Но тот либо не выходил, либо выходил, но тут же уходил, ссылаясь, что ему срочно нужно посидеть с Минджуном. Вождь с каждым днём злился всё больше. Последней каплей было, когда Чон услышал, как какие-то омеги шепчутся, называя Тэхёна вертихвостом и доступным юношей. Вот тогда Вождь собрал всю свою стальную силу голоса и гаркнул так, что у тех бледность с лица по сей день не сходит. До ужаса хотелось отрезать им языки. Всё-таки наказание он им дал, заставив на протяжении недели убирать навоз за всеми животными. И всё-таки пообещал отрезать, если услышит это снова. Конечно, альфа прекрасно понимал, откуда такое мнение. Тэхён сначала жил с Хосоком, потом заделал ребёнка с Чонгуком и вернулся опять к его брату. Со стороны выглядит всё именно так, как они сказали. Но это же неправда! В общем, слухи с каждым днём только больше ползли по поселению. И выдержка Чонгука трещала по швам. Он прямо сейчас готов сорваться в красный шатёр и забрать этого капризного омегу, так вкусно пахнущего кувшинкой. Но он всё же уважал мнение Тэхёна, поэтому и терпел. А ещё его ужасно раздражало, что юноша так свободно болтал с его братом. Так ещё смеет смеяться и улыбаться ему! А как Вождь что-нибудь скажет, так у омеги все эмоции с лица спадают. Поэтому сейчас Великий Вождь изливал свою душу родному брату, которого в моменты улыбки омеги хочется придушить. — Ревнуешь что ли? — подтрунивая над старшим, захихикал Хосок, словив на себе гневный взгляд. — С чего бы это? Я просто считаю, что он с тобой слишком свободно себя ведёт, и из-за этого может только больше слухов стать, — пытался оправдаться Вождь. — Мы, кстати, по ночам болтать с ним любим. И даже как-то на полу вместе валялись, разглядывая ночное небо через открытый круг купола в шатре, — специально выводил Хосок Чонгука, уже чувствуя удушающий кедр. — А ещё мы часто вместе обедаем, желаем друг другу спокойной ночи. А иногда он просит помочь застегнуть ему пуговицы на спине, ну знаешь, тех костюмчиков, что ты ему надарил, и я к… — Да, я ревную! Хватит мне это рассказывать, — раздражённо стукнул по столу Вождь, сверля брата гневным взглядом. А тот только сидел с гаденькой улыбочкой. — Ну так он же тебе нравится, верно? — о да, молодой Господин теперь не отстанет. — Нет. Ничего он мне не нравится, — слишком быстро выпалил Чонгук. — Это просто инстинкты. В конце концов, он носит моего ребёнка, вот я и чувствую всякие альфьи недовольства. — Да-да, конечно. Это просто инстинкты, — балванчиком кивал Хосок, прекрасно зная, что вовсе не в них дело. — Ревность, если что, появляется из-за чувств, а не твоего раненого эго. Ну это так, к слову, — подмигнул молодой Господин, готовясь к очередной порции горького кедра. — Заткнись. — Чонгуку ну очень сильно хотелось дать младшему брату смачную оплеуху. Будет он старшего ещё жизни учить. Лучше бы за своей следил. — Поднимаю белый флаг, — в примирительном жесте замахал руками Хосок. — Как он вообще? Хорошо ест? Ничего не болит? — задал интересующие его вопросы Чонгук. Омега ему кроме обычного «всё нормально» ничего не рассказывал. — Никаких изменений нет. Ест как обычно — не много не мало. По самочувствию тоже всё нормально. То к Джину, то к Чимину бегает. Поэтому скучать ему некогда. Рассказывать особо и нечего. — Может, я что-то не так сделал? Или сказал? Он избегает меня, а я даже не могу понять почему! — сложил руки на груди Вождь, недовольно выдыхая. — Впервые сам не знаю, в чём дело. Чуйка что-то подозрительно молчит. Да и Тэхён тоже. Он мне ничего не говорил про тебя. Но зато знаешь, он такой милый, когда просыпается! — снова не упускал возможности младший Чон поиздеваться над братом. — Хосок, я тебя сейчас придушу, — со всей серьёзностью сказал Великий Вождь, вставая из-за стола и направляясь к уже отходящему от него брату. И всё-таки, отвечая на вопрос молодого Господина… Да, кажется, нравится.

***

Сегодня Тэхён нежился на солнышке. Они с Чимином пришли купаться на речку. Жара стояла неописуемая, поэтому водичка нагрелась. Купаясь и весело дурачась в воде, друзья наслаждались днём. Жалко только, что Джина не было — тот вправлял вывих какому-то альфе после неудачной тренировки. Но и Чимин задержаться не смог: Минджун без папы совсем раскапризничался, что даже Юнги не смог с ним справиться. Поэтому друг был вынужден уйти домой, а Тэхён остался ещё понаслаждаться тёплыми лучами. На нём были только специальные шортики для купания. Те неприлично прилипали к попе из-за воды. Юноша стеснялся совсем чуть-чуть — ведь здесь все так ходят. От этого становилось легче. Решив, что неплохо было бы ещё немного освежиться, Тэхён направился к водичке, заходя всего лишь по щиколотки. Здесь нужно ходить очень аккуратно, потому что можно запутаться в тине или поскользнуться на скользких камнях. Так как омега ходил босиком, он это всё уже понял, в отличие от других. Многие из купающихся предпочитали не снимать сандалии, потому что боялись поранить ноги. Юноша и сам получил ранку из-за острого камня, но это не беда. Кровь быстро остановилась, поэтому мальчик даже не обращал на это внимания. — Ох, Тэхён, привет, ты тоже решил искупаться? — с виду мило спросил Чэвон, снова появляясь из-за спины. — Я здесь с утра, — неуверенно кивнул омеге юноша. Он всё ещё помнил их разговор, и мурашки от липкого страха поползли вдоль позвоночника. Но ведь он же ничего не сделает ему, когда здесь столько народу? — Я слышал, что ты понёс от нашего Вождя, поздравляю, — с наигранной радостью громко произнёс омега, привлекая лишнее внимание. Ещё не все в поселении были в курсе, что беременных от Вождя теперь двое. — Да, спасибо… — Тэхён понятия не имел, о чём ещё разговаривать с этим парнем. — Знаешь, ты, наверное, мало ознакомлен с трудностями беременных. Давай я помогу тебе и дам какие-нибудь советы? — пытаясь создать впечатление хорошего человека, омега резко потянулся к плечу Тэхёна. Вот только юноша данного прикосновения не желал, да и стоял он неустойчиво. Поэтому, увернувшись, отступил на шаг назад. А Чэвон, зайдя в воду в сандалиях, проехался ногами по склизкому камню, из-за чего потерял равновесие и неудачно упал в воду. Брызги разлетелись во все стороны, и слава богу, что упал он там, где поглубже, и на песок, так ещё и на попу. Иначе быть беде — беременный же. — Да ты… Да как ты смеешь! Вы видели это?! Он толкнул меня! — начал кричать Чэвон, сидя в воде. Все присутствующие тут же обратили на них внимание, забывая о своих делах. — Я… Я вас не толкал, — Тэхён от столь пристального внимания занервничал и отрицательно замотал головой. Он же правда никого не трогал. — Да кому ты врёшь?! С одного члена на другой прыгаешь, так теперь ещё и мне горя желаешь?! Я с тобой от всего сердца, а ты без ребёнка меня оставить хочешь! Выкидыш спровоцировать хочешь! — ещё больше драмы наводил до сих пор сидящий в воде омега, начиная плакать. У Тэхёна пульсировало в висках. Холодный пот каплями стекал по спине. Его хотят подставить? На глазах навернулись слёзы. Что же ему делать? Он же никого здесь не знает. С разных сторон послышались перешёптывания. Вдохи, ахи. Люди начали возмущаться, тыча в него пальцами. Омеге стало по-настоящему страшно. Могут ли они с ним что-то сделать? Утопят? От возникшей паники юноша судорожно задышал, пока горячие слёзы обжигали щёки похуже солнца. — Что здесь происходит? — властный тон заставил всех заткнуться. На берег вышел Вождь, а рядом с ним Хосок. К альфам прибежал маленький мальчик, прося их скорее прийти на речку из-за какой-то беды. Бросив свои дела на Юнги и Намджуна, они поспешили на место отдыха. Тэхён, кажется, впервые посмотрел на Чонгука таким жалобным взглядом. Омега шмыгал носом, утирая солёные дорожки. Как же ему хотелось спрятаться за альфой. Вождь, словно ощутив этот порыв, посмотрел в ореховые глаза. Злость из самых недр вскипела в крови. Почему его беременный омега плачет? Чонгук даже не заметил, как присвоил его в мыслях себе, но ему и не до этого сейчас было. Хотелось подойти и утешить, но он не мог. Не имеет на это прав, и не положено в данной ситуации. Ведь по статусу он сначала должен разобраться в случившемся. — Великий Вождь! Этот омега толкнул меня! Я же мог потерять ребёнка! Он сделал это специально! — вскакивая из воды, кинулся к Чонгуку Чэвон. Благо Хосок успел остановить парня одним движением руки, не давая приблизиться к брату. — Я… Я никого не толкал, — срываясь на всхлип, заплакал Тэхён ещё больше. — Толкнул! Он врёт! Все видели, как ты толкнул меня! — продолжал плеваться ядом омега. Хосок, не выдерживая всей этой напускной наигранности, подошёл ближе к юноше, осматривая его на повреждения. Мало ли. Молодому Господину не нужно много думать, чтобы всё понять. Такая подлянка со стороны Чэвона была очевидной. Это был жалкий вопрос времени. — Хватит. С самого начала желаю услышать правдивую версию, — потребовал Вождь, краем глаза завидуя брату. Тот опять мог спокойно быть с омегой в отличие от него. — Он толк… — Чэвон, мы достаточно тебя послушали, ничего нового ты не скажешь. Я хочу услышать версию Тэхёна, — альфа посмотрел на омегу. Тот стоял весь маленький и заплаканный. — Я… Я здесь с утра с Чимином купался, — шмыгнул носиком юноша. — Он потом ушёл, а я захотел остаться ещё. Когда пришёл Чэвон, мы поговорили немного, и он поскользнулся и упал. Я правда не толкал его! — закашливаясь, Тэхён пытался сдержать новую порцию слёз. — Да что ты врё… — Чэвон, я сказал хватит! — уже не сдержавшись, повысил голос мужчина. Альфа и сам знал омегу, а так же знал, что Тэхён никогда бы так не поступил, в отличие от другого. — Кто-нибудь видел происшествие? — обратился Вождь к присутствующим. — Я видел, Великий Вождь! — из толпы один омега поднял руку. Хосок стиснул челюсть. Этот омега был из шайки Чэвона. — Он и правда толкнул его! — тыкнул пальцем омега на Тэхёна. Чонгуку же захотелось этот палец сломать. — Ещё кто-то видел? — больше никто ничего не говорил, все только переглядывались друг на друга. — Вот и я не видел. Из всей толпы только двое утверждают, что Тэхён хотел как-то навредить беременному омеге. Как же удивительно получается, что Чэвон и Юмэ являются друзьями, — с явным намёком произнёс альфа. — В любом случае, неважно кто виноват, а кто нет. Оба носят моих детей, поэтому никаких наказаний никому не будет. Все свободны, — тоном, не терпящим возражений, приказал Чонгук. — Но, Вождь! — Чэвон, мои слова были тебе непонятны? — Нет, Великий Вождь, — послушно склонил голову омега, больше не пререкаясь. Постепенно толпа начала расходиться, возвращаясь каждый к своим делам. Чонгук же отправился вслед за уходящими Хосоком и омегой. Когда он пришёл, они уже были в шатре. И спасибо брату — тот тактично удалился, оставляя их одних. — Тэхён? Ну чего же ты плачешь? — присаживаясь на корточки перед сидящим на кровати омегой, Чонгук пальцами бережно стёр солёные дорожки со щёк. — Я-я его не толкал, — всхлипывая, утирал кулачком мокрые глазки. — Я знаю, жемчужинка. Ты бы так не поступил, — поглаживая юношу большим пальцем по щеке, успокаивал его альфа. — Правда? Вы мне верите? — вдыхая усилившийся кедр, млеял от обращения Тэхён. — Верю. И Хосок тебе верит. И ещё много кто поверит. Чэвон коварен, у него плохой характер, поэтому он может сделать кучу плохих вещей. Не бойся говорить мне, если он что-то тебе сделает. И омега очень хотел сказать. Признаться, как ужасно Чэвон с ним разговаривал и какие вещи говорил, но отчего-то не решился. Разве может он своими жалобами разрушить чужую семью? Чонгук, выдыхая, решается на более личные действия. Он усаживается на кровать, боком сажая себе на колени охнувшего омегу. — Ты холодный, ещё и наревелся. Нельзя же тебе нервничать, — бурчал недовольно альфа, укутывая мокрого Тэхёна в плед. Мальчик только расстроенно шмыгал носом. — Тебе нужно снять шорты, — и на возмущённый взгляд с трудом сдержал улыбку. О чём думает этот маленький негодник? — Они мокрые, ты так остудишься и заболеешь, а это может навредить малышу, — и только после сказанного юноша смущённо кивнул, позволяя рукам мужчины забраться под плед и стянуть с него одежду, откидывая ту куда-то на пол. — Ты избегал меня долгое время, — решил поговорить альфа на волнующую его тему. — Я не избегал, — прошептал омега, прячась лицом в изгиб шеи. Кедр там был насыщеннее всего. Как же приятно находиться рядом с этим мужчиной. И как же жалко, что он уже занят. — Избегал, — уверенно заявил Чонгук. — И надеюсь, я однажды узнаю причину такого поведения, — Вождь не хотел давить, поэтому продолжал потакать молчанию мальчишки. Тэхён постепенно засыпал. Он устал от этого резкого эмоционального всплеска. А в больших руках с пледом и тёплым мужчиной рядом и вовсе разомлел. Поэтому спустя время Чонгук услышал размеренное посапывание. Хотелось надолго остаться в этом моменте, чтобы держать омегу в крепких объятиях и наслаждаться этой незначительной близостью. Но, к сожалению, дела не ждут, и от юноши пришлось оторваться, осторожно укладывая его на кровать. И Великий Вождь позволил себе маленькую шалость — поцеловал Тэхёна в лоб.

***

— Ты не считаешь, что его нужно как-то наказать? — Хосок недовольно сложил руки на груди. Он всё ещё помнил вчерашний инцидент. — Что ты от меня хочешь? Он беременный омега, а значит, неприкосновенный. Чэвон некрасиво поступил, но и ему из-за ребёнка я ничего не могу сделать. Хосок ещё больше нахмурился, глядя на брата. — И это ты называешь «некрасиво»? Да это же было ужасно! Представь, каково было Тэхёну находиться в этой толпе осуждающих взглядов! Чонгуку самому было неприятно вспоминать напуганные глаза мальчишки. Но что он может поделать? — Я могу с ним только поговорить, но ты и сам знаешь, что он не послушает. Беременный омега, который носит под сердцем ребёнка Вождя, становится неприкосновенным, что бы он ни сделал. Духи накажут нас, если мы нарушим это правило. И боюсь, в наказание я останусь без семьи. Он внутри себя носит будущее нашей степи, — пересчитывая жемчужины, объяснил Чонгук. — У Тэхёна вообще-то тоже под сердцем будущий Вождь, — как бы между прочим напомнил молодой Господин. — Это зависит от вторичного пола ребёнка. Впрочем, неважно. Ты и сам всё прекрасно понимаешь. И да, Хосок понимал, оттого и молчал. — Кстати, совсем вылетело из головы. Пока ты был «занят» всю неделю, к нам приезжал Ин Бору. Мы проводили поставку, и он был крайне недоволен, что тебя рядом не было, — за всеми событиями молодой Господин и правда совсем забылся о важном. — Он всегда чем-нибудь недоволен. Кажется, с самого моего признания Вождём. — Ну ещё бы. Мы так-то отняли у него половину земель. Хоть с другими Вождями мы и решили заключить перемирие. Я всё же думаю, что он что-то замышляет. К тому же последнее время у наших гонцов, которые перевозят товар через их земли, начались проблемы. То разбойники внезапно нападут, то дороги перекроют. Недавно даже не дали нашим людям ночлег, — делился размышлениями Хосок, помогая брату опустить сети в воду. — У меня плохое предчувствие на этот счёт. Бору жаден и ведёт только грязные игры. Боюсь, как бы не пришлось снова собирать наших и кидаться в бой. — Да мы их одной левой! Не зря же я последнее время столько тренируюсь? — Хосок, — Чонгук, отвлекаясь от работы, посмотрел на брата с особой серьёзностью. — Если что-то произойдёт, ты останешься здесь. — Как здесь? Ты, кажется, на солнце перегрелся… — Какую-то часть воинов всё равно нужно будет оставить вам на защиту. Ты будешь за главного, присмотришь за поселением. Самое главное — за омегами. Они в приоритете, сам понимаешь. Если я не вернусь, то надеюсь, что хотя бы от меня останется кровинка. Поможешь Чэвону и Тэхёну, вырастите и воспитаете. И неважно, альфа будет или омега. Хосок смотрел на брата как на болвана. У них вообще-то всё хорошо, а он тут наговаривает всякого! Уже даже похоронить себя успел. Но возмутиться не дал строгий взгляд Вождя. Вот и пришлось молчать в тряпочку, принимаясь снова за работу.

***

Дни шли своим чередом. После того происшествия Тэхён выходить на улицу не желал. Поэтому Чимин с Джином его заставляли. К тому же лекарь не упускал возможности сказать, что свежий воздух очень полезен для малыша. Когда омеги узнали о произошедшем, Чимин успокаивал юношу, пока Сокджин вспоминал всю нецензурную лексику. Но о какой-либо конкретике они и не слышали — Тэхён говорить постеснялся. Но на удивление, больше никто не шептался и пальцем в него не тыкал. Следы от страсти Вождя уже полностью сошли. Омега даже не подозревал, что Чонгук пригрозил жестокой расправой каждому, кто хоть слово плохое скажет про мальчишку. Под защитой Великого Вождя Тэхёну ничего не грозило.

***

Вождь стоял на тренировочном поле, следя за тем, как Намджун тренирует бойцов. Последнюю неделю ситуация значительно ухудшилась. До них начали доходить слухи, что Ин Бору совершает набеги на другие поселения. Рано или поздно доберутся и до них — Чонгук в этом уверен. Договор о перемирии — просто затишье перед бурей. Поэтому было принято решение увеличить количество тренировок, чтобы быстро привести себя в форму и улучшить навыки. Но альфу сейчас волновало и другое. У Чэвона уже прошёл месяц беременности. Это тот самый срок, когда по каким-то неизвестным ему причинам плод не приживается. От того и Вождь сейчас напряжён сильнее, чем обычно. Джин проводил ему осмотр, и пока что никаких проблем не наблюдалось. Единственное — Чэвона начал постепенно мучить токсикоз. У Тэхёна же месяц будет только через несколько дней. Где-то ещё около четырёх дней, если Чонгук не ошибся. И альфа надеялся, что он ещё будет присутствовать на осмотре, ибо что-то ему подсказывало, что битва не за горами. Коих в степи по сути вообще нет. — Как там плакса? Давно к нам с Чимином не забегал, — Юнги остановился рядом, облокачиваясь на заборчик. — Хосок говорит, нормально. По крайней мере, ему уже лучше, и он вроде как снова выходит прогуляться. — Хосок говорит… А ты чего сам не спросишь? Или дай угадаю — запугал мальчишку, что он тебя избегает? Или может, он просто снова не хочет ходить весь в пятнах? Ты знатно постарался, — усмехнулся Генерал, подтрунивая над Чонгуком, как его брат. — Ты у меня сейчас в пятнах ходить будешь, от синяков, если не замолчишь, — недовольно рыкнул альфа. — Да ладно тебе. Ты его так пометил по всему телу, что на него ни один мужик смотреть не решался — мало ли ты им языки отрежешь или голову. А может… Тебе завидно, что он с Хосоком ближе, чем с тобой, вот ты его и наштамповал всего? — на самом деле Хосок просто разболтал Юнги недавний разговор с братом. Вот альфа и стебётся. Вообще он уже планировал принимать оборонительную стойку или хотя бы уклониться от летящего в него кулака, вот только этого не последовало. Чонгук на него вообще даже не отреагировал, глядя куда-то в сторону. И, проследив за его взглядом, на лице Генерала улыбка стала ещё шире. — Вот и потеряли мы Великого Вождя, добровольно сдавшегося в чары любви, — прошептал Юнги, наблюдая, как Чонгук любуется омегой. Мальчишка стоял и гладил лошадку. Да не простую лошадку — вороного коня самого Вождя. Тот пасся недалеко от них, спокойно поедая травку. Вот только от вкусной трапезы его отвлекла белая макушка, которая долго не решалась подойти. Тэхён увидел его издалека, охнув на месте от такой величественной красоты. Конечно, омега видел разных коней, но все они были какими-то обычными, а этот так и выделялся из толпы. Он был полностью чёрного цвета, без единого пятнышка на теле. Длинная густая, немного волнистая грива до самых копыт, такой же пушистый хвост. Но больше всего Тэхёна привлекло, что у этого коня на копытах была шерсть, почти полностью их закрывающая. Юноша, побоявшись, что лошадь может быть агрессивной, протянул ей ладошку для знакомства. Конь сначала недоверчиво фыркнул, но постепенно начал дышать чаще, обнюхивая омегу. Мальчишка заворожённо наблюдал, как лошадка ходила вокруг него. В конце концов, набравшись смелости, он нежно прикоснулся к щеке животного. Так и замерли друг напротив друга. — Ты очень красивый… Такой большой, наверняка альфа, да? — скромно поглаживая гладкую шерсть, шептал юноша. Омега рядом с ним был таким маленьким, что коню пришлось наклонить морду пониже. — Его зовут Фриз, — из-за раздавшегося голоса Тэхён вздрогнул, а названный Фризом потянулся за лаской к мужчине. Юноша не ожидал увидеть здесь Чонгука. Вождь просто наблюдать больше не мог. Его конь не тот, кто любит чужих, да и в целом людей. Ему самому потребовалось очень много времени, чтобы усмирить Фриза. Но на удивление конь спокойно отнёсся к омеге. — Это мой верный друг, — оглаживая лошадь по шее, сказал альфа. — Так это ваш… Простите, пожалуйста, я не знал, — мальчик тут же поспешил поклониться в знак извинений. Нужно было сразу догадаться, что эта громадная лошадь принадлежит Вождю! — Ну чего ты? Всё в порядке, не нужно извиняться. Просто будь с ним аккуратен — он никого к себе не подпускает. Думаю, просто почувствовал, что ты носишь моего ребёнка. Животные намного чувствительнее людей. — Он у вас очень красивый… — скромно прошептал омега. И альфа был с этим полностью согласен, но и юноша красотой не обделён. Жаль только, что не может он таких речей ему говорить. Хотя нет. Он альфа или кто. И нет, он ещё не до конца принял мысль, что юноша может ему нравиться. Но и комплименты говорить никто не запрещал. Только хотел было начать говорить, но Тэхён сделал это первым. — Я никогда не катался на лошадях. К сожалению, в моём родном доме мы не могли позволить себе такой роскоши, — вспоминая свою жизнь раньше, юноша немного приуныл. Чонгук же подумал, что это идеальная возможность наконец остаться с омегой наедине. Просто нужно пригласить его на конную прогулку. Они бы ехали верхом на Фризе, альфа держал бы поводья, пока Тэхён лежал бы у него на груди. Он с удовольствием втянет аромат кувшинки, исходящий от омеги. Поделится с ним своим кедром. И они спокойно поболтают. Что-то альфа замечтался, невольно подвиснув, пока конь не боднул хозяина в плечо. — Не хочешь прог… — не успел Чонгук договорить свою мысль, как его перебил громкий крик. — Торговцы едут! Торговцы! Скорее все сюда! — какой-то парень бегал по всему поселению, не переставая кричать. И в это же время между шатров по всей улице въехали люди в странных для омеги одеяниях. У тех были прилавки на колёсах, которые везли кони. И каждый такой прилавок был безумно красиво украшен ленточками, тканями, какими-то узорами и поделками. Люди то и дело выбегали наружу, спеша поближе к торговцам. Дети с визгом тянули своих родителей, прося купить какие-то игрушки. Даже Кихо и Канхо утянули куда-то Намджуна. — Кто это? — Тэхён уже понял, что какие-то торговцы, вот только видит он такое впервые. К ним в прошлое поселение никто и никогда не приезжал. — Странствующие торговцы. Они с некоторой периодичностью приезжают в разные поселения, чтобы торговать товарами. На самом деле это удобно — у них можно прикупить что-нибудь нужное и не только. Поэтому люди откладывают деньги специально для этого дня, — пояснил альфа, с разочарованием думая, что поездка сорвалась. Но ведь показать Тэхёну другой мир тоже отличная возможность. — Хочешь что-нибудь купить? Пойдём скорее, пока не разобрали, — не дожидаясь ответа, Чонгук взял юношу за ладошку, сразу же переплетая пальцы. — Д-да у меня же денег нет, — зардевшись, омега не знал, что его волнует больше: отсутствие монет или то, что они с Вождём у всех на глазах идут, держась за руки. Хотя в такой суматохе навряд ли кто-то заметит. — Рядом с альфой ты никогда не должен думать о деньгах. Это дело и прямая обязанность мужчины — платить за омегу. Твоя же задача — просить всё, что хочешь, и улыбаться, — строго наказал Чонгук, утягивая их в толпу. На прилавках всё очень быстро разбирали. Тут и там звенели какие-то колокольчики. Люди перекрикивались, сообщая друг другу, что нашли товары поинтереснее. Вождь показывал омеге буквально каждый стол. На одном — какая-то красивая деревянная посуда, на другом — разные шёлка. Дальше детские игрушки, одежда, аксессуары, оружие. Глаза просто разбегались от разнообразия. Тэхён просто скромно всё рассматривал. Ничего не просил, да и долго на что-то не смотрел. Поначалу Чонгук думал, что омеге ничего не нравится, но по глазам же видно, как те блестели. Купить он мог всё что угодно, но вот только что из этого хочет юноша? И хочет ли вообще. И в который раз Вождь начинал злиться. Вовсе не на Тэхёна, а на сам факт того, что рядом с таким состоятельным мужчиной омега продолжает скромничать. Он что, переживает за его деньги? Глупости. И от недовольной гримасы Чонгука спас их только прилавок с едой. Вот здесь, то ли Тэхён, то ли малыш явно захотели кушать, а может, и оба. Как бы юноша ни старался, а спрятать свой голодный взгляд и журчание живота не смог. — Желаете ли чего-нибудь? У нас всё свежее. Здесь вот яблочки в карамели. Разные сладости с западных степей — у вас такого не делают! Или может, красной рыбы? Только сегодня приготовили! А фруктиков хотите? Бананы, ананасы, арбузы. Всё-всё есть! — не переставал зачаровывать желудок омеги торговец. — Тэхён? — альфа с немым вопросом уставился на омегу. — Не стесняйся, малышу тоже нужно кушать, — и только после этих слов Тэхён смущённо ткнул пальчиком в… перепёлку? Да он эту несчастную птицу сам достать может и приказать приготовить. У них же в округе этих перепёлок очень много. Да в каждой степи они являются самым обычным блюдом! Чонгук про себя выдохнул, прося торговца завернуть им приготовленное мясо. Он готов ему что угодно — даже за мешок золотых купить. А тут… Обычная птица. — С вас три золотых, Господин, — протянул мужчина ладонь, в которую Вождь вложил озвученную сумму. Так мало на омег он ещё не тратился. Это задевало его гордость. Тэхён же, пряча глазки, попробовал один кусочек. И здесь Чонгук только усмехнулся с лица юноши. Тот ел это мясо так, будто ничего вкуснее не пробовал. — Вкусно? — он и так знал ответ, но не мог не полюбоваться надутыми щеками, с которыми Тэхён активно закивал. Но омега резко остановился — не одному же ему кушать. Поэтому, взяв в руку кусочек мяса, протянул его Вождю. Чонгук толкнул язык за щёку, гаденько хихикая своим мыслям. Вместо того чтобы взять кусок самому, как положено, альфа наклонился, съедая мясо с рук омеги. Тэхён гулко сглотнул, чувствуя, как Вождь прикусывает его пальчики, немного облизывая их и при этом смотря только в карие глазки. — И правда, вкусно, — с улыбкой отстранился Вождь, любуясь красным юношей. — Идём, посмотрим что-нибудь ещё, — подталкивая омегу в поясницу, Чонгук планировал купить что-нибудь подороже. Поэтому снова началась та же песня. Но всё, что бы он ни предлагал, омегу уже не интересовало. У очередного прилавка Чонгука остановил Юнги, показывая ему какой-то очень хороший нож. Из-за этой минутной заминки Вождь потерял юношу. Но успокоился и даже обрадовался, когда взглядом нашёл его возле стола с торговцем. Чтобы не спугнуть появившийся омежий интерес, альфа очень тихо подошёл со спины, следя за тем, как Тэхён оглаживает пальчиком какой-то деревянный гребешок. — Мы его покупаем, — с ходу заявил Вождь. Омега же округлил глаза. Как это — покупаем? — Нет-нет, не нужно, я просто смотрел, — поспешил оправдаться юноша, с ужасом глядя на ценник. — С вас тридцать пять золотых, — с нескрываемой радостью пропел торговец. Альфа прекрасно понимал, что хоть гребешок и ручной работы, но максимум он должен стоить не больше двадцати. Сейчас же Чонгук сам с желанием отдавал деньги. Ну хоть какую-то сумму на мальчишку потратил. А то эта перепёлка всего за три монеты… Вождю от такого и плохо стать может. — Это же дорого… Не нужно было, — принимая вещицу в руки, виновато сказал омега. — Я уже говорил тебе — рядом с альфой не смотри на цены. А тем более со мной. Разве он тебе не понравился? — Понравился… — Тэхёну этот гребень запал в самую душу. Насколько же красивым он ему казался. Ручная работа из тёмного дерева. Гребешок был изогнутой формы, как полумесяц, с длинными зубчиками. Но юношу тронуло вовсе не это. На нём была вырезана из дерева белая водяная лилия, от которой в разные стороны тянулись красивые кувшинки, переплетаясь между собой узорами. Видеть свой природный аромат наяву — было очень приятно. — Великий Вождь! Не хотите ли и мне оказать красивую услугу и купить какую-нибудь вещицу? — как из земли вырос Чэвон. Он с начала ярмарки наблюдал за этими двумя. Чуть от злости не лопнул, когда увидел их держащимися за руки, а когда Вождь купил омеге гребень, то и вовсе готов был взорваться. — Бери всё, что душе угодно, — Чонгук даже не посмотрел в его сторону, вслепую протягивая маленький мешочек золотых. Альфа с замиранием сердца смотрел на Тэхёна. Тот улыбался… Впервые так искренне и, самое главное, из-за него. Из-за того, что он просто купил ему гребешок для волос. Чонгук клянётся, что готов скупить все гребни мира ради этой улыбки. Кажется, он даже слышит стук своего сердца — настолько внимательно он смотрит на пухлые сочные губы. Чэвон же заливался ядом. — Я тебя предупреждал, мальчишка…

***

— Всё отлично! Никаких проблем нет. Всякие беременные штуки тебя ещё не мучают, поэтому просто отдыхай и хорошо питайся, — Джин провёл осмотр, ведь сегодня у Тэхёна был первый месяц беременности. Чонгук, как бы ни хотел, присутствовать не смог. Вчера вечером на всех парах к ним примчался гонец с песочных степей. Это был его друг — Иль Рахим. Он писал, что на его степь Бору совершил набег. Были некоторые потери, но отбиться смогли. Поэтому теперь предупреждал Вождя. Ин Бору шёл на их поселение целой армией, желая стереть их с лица планеты, забрав все земли себе. Поэтому тем же вечером был организован совет, по которому было решено, что Чон Хосок остаётся главным в поселении. Так же с ними остаются несколько воинов. А все остальные альфы — на битву. Оставшуюся часть ночи и раннее утро все прощались с близкими. Вот и Чонгук в последний раз обнял брата. Все уже были готовы в дорогу. Альфы сидели верхом на лошадях, ожидая приказа. Никому не хотелось оставлять своих детей и омег. Но что поделать — это ради их светлого будущего. Пугала только одна мысль — они могут не вернуться. — Береги себя, мы с Тэхёном будем тебя ждать, — старался скрыть грусть Хосок за приятными речами. Видит же, как Вождю омега нравится. Кстати, и тот стоит в сторонке, сочувствуя всем подряд. Чимин плачет, не желая отпускать Юнги, а Джин крепко обнимает мужа, целуя его в щёку. С каждой стороны кто-нибудь да плачет. Дети же не могут оторваться от ног отцов, вцепившись мёртвой хваткой. — Оседлать оставшихся коней и приготовиться к пути, — громко сообщил Вождь. Сам же поспешил к омеге. Чэвону он уже сказал, чтобы тот берёг здоровье. Мальчишке тоже нужно. — Тэхён… — юноша с нескрываемой грустью посмотрел на мужчину. — Кушай хорошо, в холодной воде не броди, к Джину обязательно на осмотры ходи. Я не знаю, сколько нас не будет, но надеюсь вернуться до рождения малыша. Хотя бы к округлившемуся животику, — с улыбкой кивнул альфа на самую малость выпирающий живот. Невооружённым глазом даже не заметить. — Чонгук, — альфу окликнул Юнги. — Нам пора, — Вождь только кивнул, в последний раз посмотрел в песочные глаза, после чего развернулся, оседлав Фриза. — И вы себя берегите. И возвращайтесь скорее… — прошептал юноша, не надеясь, что его услышат. Но Чонгук услышал. Будто сам ветер донёс до него такие тихие, но ласковые слова. С громким «Но!» мужчины помчались в далёкие дали, слыша вслед слова поддержки от их любимых омег, которые стояли и махали белыми платочками, желая удачи.