Изнаночный шов

Топот копыт приближался с пугающей скоростью. Земля под ногами Юри ощутимо вибрировала. Из-за густых крон вековых деревьев на поляну, тяжело дыша, вылетел целый отряд всадников в лёгких кожаных доспехах. Возглавлял их мужчина с мягкими каштановыми волосами и открытым, мужественным лицом. Заметив толпу крестьян, он резко, до хрипа коня, натянул поводья. — Окружить поляну! Жителей не трогать, это приказ! — громко рявкнул он своим людям. Солдаты мгновенно рассредоточились по кругу, умело оттесняя напуганную толпу назад, к опушке леса. Всадник перевёл взгляд на Юри. На секунду в его карих глазах промелькнуло сильное, почти болезненное волнение, смешанное с удивлением при виде его необычайно длинных, рассыпавшихся по траве угольно-чёрных волос. Но мужчина тут же взял себя в руки. Он направил жеребца прямо к блондину, который всё ещё стоял слишком близко к парню. — Адальберт! — звонко крикнул каштановолосый мужчина, осадив коня точно между ним и Юри. — Отойди от него. Этот мальчик едет со мной. Адальберт криво, неприязненно усмехнулся, даже не думая убирать ладонь с эфеса своего тяжёлого меча. — Надо же, сам Конрад Веллер. Какая встреча. Не поздновато ли вы спохватились? Посмотри на него — он же ещё ничего не соображает. Обычный испуганный ребёнок из другого мира, который запутался в собственных волосах. Зачем он вам? Чтобы снова бросить в пекло войны? Юри слушал их, медленно переводя дыхание. Голова после чужой магии противно и глухо ломила, перед глазами всё ещё плыли цветные круги. Слова «другой мир» и «бросить в пекло» отозвались внутри знакомым холодком, но сориентироваться в ситуации он не успел. Сзади, со стороны замшелого скалистого выступа, послышался странный сухой скрежет. Юри инстинктивно обернулся и резко отшатнулся: прямо сверху, сорвавшись с утёса, на него свалилось нечто костлявое. Юри, повинуясь годами выработанным рефлексам, выбросил руки вперёд, ловя этот странный груз на лету. Пальцы наткнулись на холодные, жёлтые рёбра. На него из пустых глазниц в упор смотрел самый настоящий человеческий череп. — Да чтоб вас всех… — негромко выругался Юри. Скелет оказался на удивление целым и почему-то слабо шевелился, пытаясь ухватить Юри за рукава школьного пиджака. Парень, стараясь не делать резких движений, крепко перехватил анатомическое чудо за тазовые кости, чтобы оно не развалилось прямо на нём, и начал аккуратно опускать его на сухую траву. Пока он возился с костями, Конрад и Адальберт одновременно выхватили мечи. Длинные стальные клинки со звенящим грохотом скрестились прямо над головой Юри. От сильного удара во все стороны полетели искры. Кони под ними испуганно заржали. — Он — наш Король, Адальберт! И я защищу его, даже если мне придётся пройти через тебя, — твёрдо произнёс Конрад, нажимая всем весом на клинок соперника. — Король? — Адальберт зло сплюнул в траву, удерживая жёсткий блок. — Вы сошли с ума в своём замке. Мальчишка погибнет в первой же стычке с людьми, как и все остальные. Но сегодня я уступлю. Передавай привет Гвенделю. С этими словами Адальберт резко разорвал дистанцию, одним слитным движением взлетел в седло своего коня и, жестоко пришпорив его, скрылся в лесной чаще. Крестьяне, увидев, что их защитник сбежал, начали быстро и испуганно расходиться, опасливо косясь на угрюмых солдат в доспехах. Конрад со свистом убрал меч в ножны и спешился. Он подошёл к Юри, который наконец-то аккуратно уложил утихомирившийся скелет на землю. Юри поднялся, перекидывая тяжёлую, длинную прядь чёрных волос за спину, и принялся отряхивать колени. — Вы целы, Ваше Величество? — в голосе Конрада звучало такое искреннее, глубокое облегчение, что Юри невольно заглянул ему в глаза. Мужчина протянул ему сильную, мозолистую руку. — Простите, что заставил вас ждать. Меня зовут Конрад Веллер. Юри посмотрел на его ладонь, потом на свои испачканные рукава. — Я Юри Сибуя. И… можно просто Юри? Без «Величества». Я ведь просто в туалет шёл. Конрад мягко, едва заметно улыбнулся, словно именно такого ответа и ждал. — Как вам будет угодно, Юри. Пойдёмте, вам нужно обсохнуть и согреться. По дороге я всё объясню. Он помог Юри подняться на коня позади себя. Парень устроился на крупе, бережно собрав свои бесконечные волосы, чтобы они не запутались в сбруе. Конь пошёл ровной, уверенной рысью по лесной дороге. — Тот человек, Адальберт… кто он? — негромко спросил Юри, глядя на широкую спину Конрада. — И почему те люди в деревне швыряли в меня камни? Конрад вздохнул, уверенно держа поводья. — Адальберт — мятежник. Раньше он был на нашей стороне, но теперь предал свой народ и примкнул к людям. А крестьяне… они просто напуганы. Жители окрестных деревень — обычные люди. Они ненавидят и боятся расу Мазоку, к которой принадлежим мы. И к которой, Юри, принадлежите вы. Ваша внешность для них — как сигнал к войне. Юри промолчал, задумчиво глядя на мелькающие мимо гигантские папоротники. Ситуация пахла старой, до боли знакомой гнилью. Две стороны, которые ненавидят друг друга просто за то, какими они родились. ------------------------------ Минут через двадцать впереди показался небольшой деревянный домик, скрытый в густых зарослях. Около крыльца дежурили ещё несколько солдат. Как только конь остановился, из дверей дома буквально вылетел молодой мужчина. У него были длинные, сияющие чистым серебром волосы, идеальная осанка и расшитый золотом дорогой мундир, который смотрелся совершенно дико посреди этой лесной глуши. Его фиолетовые глаза горели таким фанатичным, безумным восторгом, что Юри инстинктивно напрягся и подобрался. — О, Истинный Король! — мужчина с размаху упал на одно колено прямо в дорожную пыль, страстно прижав ладонь к сердцу. — Мои молитвы были услышаны! Двадцать седьмой Мао явился в наш мир! Я Гюнтер фон Клайст, ваш верный слуга до гроба! Юри осторожно слез с лошади, чувствуя, как длинные пряди волос тяжело потянули голову назад. Он растерянно посмотрел на стоящего на коленях красавца. — Эй, встаньте, пожалуйста. Зачем в грязь-то ложиться? И никакой я не Мао. Гюнтер резко поднял на него сияющий взгляд, и тут же испуганно ахнул, заметив мокрую, испачканную одежду Юри. Он мгновенно вскочил на ноги, заламывая руки: — О ужас! Ваше Величество, они причинили вам вред?! Эти грязные людишки… они посмели коснуться вас?! Скажите мне, вы ранены?! — Да нет, всё нормально, — спокойно ответил Юри, убирая мокрую прядь со лба. — Просто камнем чуть не попали. И голова немного гудит. — О, Истинный Король… — Гюнтер выглядел так, словно сам готов был разрыдаться от чужой боли. — Скорее в дом! Конрад, как ты мог допустить такое! Внутри дома было тепло, приятно пахло сухими травами и растопленной печью. Конрад быстро забрал у Юри сырую школьную форму, унёс её сушиться к огню, а самому Юри выдал свободную светлую рубаху и штаны на завязках. Вскоре Юри уже сидел у массивного стола, плотно укутанный в мягкое шерстяное одеяло. Перед ним дымилась большая глиняная кружка с горячим чаем. Гюнтер сидел напротив, преданно заглядывая ему в лицо. — Ваше Величество, вы должны понять, — мягко начал Гюнтер, бережно пододвигая к нему кружку. — Вы должны были родиться здесь, среди нас. Но восемнадцать лет назад в Син-Макоку было слишком опасно, шла тяжёлая война. Чтобы защитить вашу душу, Истинный Король принял решение возродить вас на Земле, в безопасности. Юри сделал глоток чая. Приятное тепло разлилось по телу. — На Земле? Но мне пятнадцать. Гюнтер согласно закивал, его серебряные волосы качнулись: — Да. По закону мы должны были терпеливо ждать вашего восемнадцатилетия, когда ваша сила полностью окрепнет. Но обстоятельства прижали нас к стене. Ситуация на границах критическая. Нам пришлось… пришлось вызвать вас раньше времени. Нарушить правила. Юри опустил кружку на деревянную столешницу и внимательно посмотрел на Гюнтера своими тёмными, непроницаемыми глазами. — Знаете, Гюнтер… Мне кажется, вы ошиблись. Я самый обычный парень из Токио. Я обычный модельер,делаю одежду на заказ, школа. Я не имею отношения к вашим Королям. — Это абсолютно невозможно! — горячо воскликнул Гюнтер, всплеснув руками. — Как только я увидел вас, я сразу понял — это вы! Ваша внешность, Юри… эти потрясающие, бесконечные иссиня-чёрные волосы, эти глаза,эти прекрасные черты лица— это неопровержимое доказательство вашей чистокровности и королевской крови! И самое главное — язык. Язык, на котором мы сейчас разговариваем. Ведь вы понимаете меня? Юри нахмурился, вспоминая вспышку боли на поляне. — Понимаю. Но до того, как тот блондин, Адальберт, коснулся моей головы, я не понимал ни слова. Он что-то сделал со мной. Лицо Гюнтера мгновенно омрачилось, в глазах мелькнула искренняя печаль и тревога. Он тяжело вздохнул и опустил плечи. — Ах, Адальберт… Это ужасно. То, что он сделал — это опасная магия. Он насильно призвал к жизни воспоминания из вашей прошлой жизни, Юри. Он взломал вашу память, чтобы вы заговорили на нашем языке. Это очень опасно для разума, ведь ваша душа ещё не полностью адаптировалась. А ведь я… я так долго готовился! Я лично собирался преподать вам наш прекрасный, великий язык, шаг за шагом, бережно и аккуратно! И этот предатель всё испортил… Юри молча выслушал этот поток сокрушений. Внутри него крепла одна простая и холодная мысль. Его выдернули из его мирной, с трудом построенной жизни, потому что он им зачем-то нужен. — Хорошо, — спокойно прервал его Юри, крепче сжав пальцами тёплую глину. — Значит, я застрял здесь. И я так понимаю, я не вернусь домой, пока не сделаю то, что вы от меня хотите? Гюнтер притих, удивлённый такой взрослой, леденящей рассудительностью подростка. Он переглянулся с молча стоящим у двери Конрадом, а затем снова повернулся к Юри. Его лицо приняло фанатично-строгое, торжественное выражение. — Да, Ваше Величество. Наш народ на грани выживания. Люди теснят нас со всех сторон. Чтобы спасти Син-Макоку, вы, как наш Мао, должны исполнить свой главный долг. Юри чуть прищурился. — И в чём он заключается? Что я должен сделать? Гюнтер подался вперёд, и в его фиолетовых глазах блеснула пугающая, непоколебимая решимость: — Вы должны полностью уничтожить всех людей, Ваше Величество. Всех до единого, кто посмеет противостоять расе демонов. Мы сотрем их с лица этой земли вашими руками. Юри медленно опустил взгляд в свою кружку, где в тёмной глубине чая отражалось его собственное лицо. На губах парня появилась едва заметная, горькая и усталая усмешка. Уничтожить всех людей. Новая жизнь, а задачи всё те же — старое доброе насилие под соусом великой справедливости. Вот только они ещё не знали, что это оружие больше не подчиняется чужим приказам. ------------------------------