Эта неделя будет (не)ужасной.

Будильник зазвонил рано утром. Оуэн открыл глаза первым, чувствуя, как внутри всё сжимается от предвкушения. Сегодня финал. День, к которому они шли весь сезон. Он попытался встать, но почувствовал, как чья-то рука обвилась вокруг его талии и притянула обратно. — Дэвид, — прошептал Оуэн, пытаясь выбраться из объятий. — Нам вставать надо. — Пять минут, — пробормотал Дэвид сонно, утыкаясь носом ему в плечо. — Ты слишком напряжён. Я чувствую. Оуэн выдохнул, позволяя себе на мгновение расслабиться в его руках. — Я просто... волнуюсь. — Я знаю, — Дэвид приподнял голову и посмотрел на него. — Но ты готов. Мы оба готовы. Мы столько тренировались ради этого дня. Сборы прошли в нервной, почти лихорадочной суете. Оуэн метался по комнате, перебирая вещи: форма, шлем, запасная футболка. Он застегнул сумку, потом расстегнул, чтобы проверить, положил ли коньки. Дэвид аккуратно положил свою сумку у двери, подошёл к нему и, не говоря ни слова, забрал из его рук шлем, который тот уже второй раз перекладывал с места на место. Оуэн открыл рот, чтобы возразить, но Дэвид лишь покачал головой.  — Ты помнишь своё обещание? — спросил он негромко. Оуэн на мгновение замер, а потом уголки его губ дрогнули. — То, что мы заставим Джека рыдать?  — Именно. Соберись. Оуэн смотрел на него, чувствуя, как напряжение начинает понемногу отпускать. Джек — их главный соперник, который вечно отпускал колкости в их сторону, особенно в сторону Оуэна. И мысль о том, что они всё-таки смогут заткнуть его за пояс, действовала лучше любых успокаивающих слов. Он медленно выдохнул. — Сделаем, — сказал он тихо, но твёрдо. Дэвид кивнул и коротко коснулся его плеча — жестом, который означал: «Я верю в тебя». Затем взял свою сумку и двинулся к выходу. Оуэн следом подхватил свою сумку, чувствуя, как внутри разливается та самая уверенность, которую он потерял несколько минут назад. Он посмотрел на Дэвида, стоящего в дверях, и понял, что неважно, сколько раз он будет нервничать — Дэвид всегда будет рядом, чтобы вернуть его на землю.

***

Настал момент выхода на лёд. Арена замерла, когда игроки обеих команд вышли на хоккейную площадку. Оуэн чувствовал, как дыхание перехватывает от холодного воздуха, бьющего в лицо, и от звона коньков, который разносился по всему стадиону. Все занимали свои позиции, Оуэн мельком взглянул на Дэвида — тот стоял в центре, прямой, сосредоточенный. Дэвид и Джек, два капитана, стояли лицом друг к другу. Между ними повисло напряжение, которое чувствовалось даже на трибунах. Джек смотрел на Дэвида с наглой усмешкой, но лицо Дэвида не дрогнуло. Он лишь чуть сильнее сжал клюшку и встретил его взгляд холодно, безразлично. Свисток пронзил воздух. Матч начался. Первый период. Шайба в игре. Дэвид мгновенно включился, опережая Джека на доли секунды. Его коньки скользили по льду с уверенностью. Он вёл шайбу, ловко обходя защитников. Его взгляд был сосредоточен только на одной цели — воротах соперника. Команда Дэвида действовала слаженно, как единый механизм. Первый гол забил левый нападающий — мощный бросок с центра, после паса Оуэна. Оуэн почувствовал, как внутри просыпается азарт, когда увидел, как шайба врезается в сетку. Он мельком глянул на Дэвида, и тот коротко кивнул ему — одобрительно. К концу первого периода счёт был 3:1 в пользу школы Людвига. Оуэн чувствовал, как адреналин разгоняется по крови, но он знал — это только начало. Объявлен первый перерыв. В раздевалке было шумно. Тренер быстро набрасывал схему на доске, объясняя тактику на второй период. Оуэн сидел на скамейке, пытаясь отдышаться, и на мгновение прикрыл глаза. Рядом бесшумно опустился Дэвид. Он не сказал ни слова, но его рука на мгновение легла на колено Оуэна — коротко, почти незаметно для остальных. Оуэн открыл глаза и встретился с ним взглядом. В этом взгляде было всё: поддержка, уверенность и та самая нежность, которую они оба прятали от посторонних. — Хороший пас, — тихо сказал Дэвид, чуть наклонившись. Оуэн почувствовал, как щёки начинают теплеть, но он лишь коротко улыбнулся в ответ. — Ты тоже неплохо вёл шайбу. Второй период. Обстановка накалилась. Команда Джека действовала жёстче, агрессивнее. Джек сам забил первый гол, на его лице появилась наглая ухмылка, которую Оуэну хотелось стереть с его лица. Затем ещё один гол — защитник не успел перекрыть бросок, и шайба скользнула под блокер вратаря, заставив его беспомощно оглянуться на взметнувшуюся за спиной сетку.    Счёт сравнялся: 3:3. Трибуны загудели, напряжение достигло предела. Оуэн чувствовал, как руки начинают дрожать от злости. Он смотрел на Джека, который праздновал гол с демонстративной радостью, и внутри него закипала ярость. Но он взял себя в руки и просто выдохнул. Он увидел, как Дэвид мельком взглянул на него — и этого взгляда было достаточно, чтобы понять: "Соберись". Второй перерыв. В раздевалке повисла тяжёлая тишина. Счёт равный, все чувствовали, что решающий момент близок. Тренер говорил быстро, чётко, объясняя новую тактику. Дэвид стоял в центре, кивая, но Оуэн видел, как он стискивает зубы. Он подошёл к нему, когда все разошлись по своим местам, и, наклонившись к его уху, прошептал: — Мы не дадим им выиграть. Ты слышишь? Дэвид повернулся к нему, в его глазах мелькнула тёплая искра. — Знаю. Мы победим. Третий период. Снова лёд. Снова свисток. Третий период оказался самым тяжёлым. Команда Джека снова забила — теперь счёт стал 4:3 в их пользу. Оуэн чувствовал, как время тает, как каждая секунда давит на плечи. Но он продолжал бороться, продолжал думать об обещании, которое они дали друг другу утром. И в последнюю минуту Дэвид перехватил шайбу. Он вёл её сам, обходя защитников один за другим, Оуэн видел, как его глаза горят. Дэвид оказался у ворот, резкий, хлёсткий бросок — шайба влетела в сетку. Ничья. Объявлен овертайм. Короткая передышка. Все собрались в тесном кругу, тренер быстро объяснял тактику: игра 4 на 4, всего 5 минут на решающий гол. Оуэн чувствовал, как адреналин зашкаливает. Он смотрел на Дэвида, который стоял в центре круга, и казалось, не чувствует усталости. За секунду до выхода Дэвид встретился с ним взглядом и коротко кивнул. Оуэн знал — сейчас решается всё. Лёд стал ещё более скользким от напряжения. Игра 4 на 4 открывала пространство, но и увеличивала риск. Шайба переходила от одного игрока к другому, и Оуэн чувствовал, как каждый вдох даётся с трудом. Дэвид снова вёл шайбу. Он двигался быстро, резко уходя от защитников, но Джек настиг его. Грязно. Он подставил клюшку. Дэвид чуть не упал, потеряв контроль над шайбой. Джек перехватил её и рванул к воротам. Но Оуэн был быстрее. Он вылетел на позицию, перекрывая Джеку путь. Джек попытался обмануть его, резко сместившись в сторону, но Оуэн в долю секунды сделал стоп-кран — резко затормозил коньками, развернулся и оказался прямо перед Джеком, перехватывая шайбу. Словно лёд под ним подчинялся его движению. Он ушёл от Джека, обогнул защитника и оказался у ворот.  Удар. Шайба молнией пронеслась мимо вратаря и влетела в сетку, заставив её вздрогнуть. Вратарь соперников стукнул клюшкой о лёд, не сдерживая досады — гол был безупречным. Трибуны взорвались — крики, свист, аплодисменты смешались в один сплошной гул, который, казалось, сотрясал стены арены. Кто-то вскочил с мест, кто-то обнимался, кто-то просто кричал от счастья, не разбирая слов. Оуэн замер на мгновение, не веря своим глазам. Он забил. Он забил победный гол.  Команда школы Людвига только что выиграла чемпионат, и лёд превратился в место всеобщего праздника. Игроки обнимались, болельщики кричали, музыка гремела на всю арену. Оуэн всё ещё чувствовал, как адреналин пульсирует в каждой клетке тела. Он сделал это. Они сделали это. Он поднял взгляд и увидел Дэвида — тот пробивался сквозь толпу товарищей, улыбаясь самой тёплой, искренней улыбкой, которая была только для Оуэна. Но в этот момент Дэвиду преградила путь Селина — главная черлидерша, красотка школы, которая уже давно точила на него зуб. Она ослепительно улыбнулась, поправила волосы и положила руку на плечо Дэвида. — Поздравляю, капитан, — сказала она, наклоняясь ближе. — Может, отметим победу вместе?  Дэвид посмотрел на Селину. Он мягко убрал её руку со своего плеча и сделал шаг назад. — Спасибо за поздравления, Селина, — сказал он спокойно. — Но я тебе уже говорил: я влюблён в другого человека. И уже занят. Селина удивлённо приподняла бровь, на её лице появилось недоумение, смешанное с лёгкой обидой. — Занят? — переспросила она, не веря своим ушам. — И кем же? Оуэн смотрел, как Селина касается плеча Дэвида, как она улыбается ему. Внутри него что-то кольнуло — ревность, которую он не хотел признавать, но которая разгоралась с каждой секундой. «Наверное, более подходящего момента не будет. Сделаю это. Пусть все знают.» Он подъехал к Дэвиду, развернул его к себе и, не давая опомниться, притянул в поцелуй. Прямо на льду. Прямо перед всеми. На мгновение брюнет замер. Он не ожидал, что Оуэн решится на такое при всех. Но когда он почувствовал его губы на своих, когда ощутил, как рука Оуэна скользнула по его затылку, все сомнения исчезли. Он мягко ответил на поцелуй. Оуэн отстранился первым. Затем он повернулся к Селине.  — Он мой. Тишина длилась не больше секунды. Кто-то засвистел, кто-то начал хлопать, кто-то громко крикнул «Ооооу, Дэвид!». Кто-то из команды уже подъезжал к ним, хлопая по плечам, смеясь, поздравляя, но Дэвид слышал только шум собственного сердца. Он смотрел на Оуэна, который стоял перед ним, раскрасневшийся, с блестящими глазами, но с такой решимостью, которую Дэвид не видел никогда раньше. — Ты... — выдохнул Дэвид, голос дрогнул. — Ты только что поцеловал меня перед всей школой. Оуэн улыбнулся — робко, но гордо. — Похоже на то. — Ты, который так боялся, что кто-то узнает... — Я больше не боюсь, — перебил Оуэн. — Теперь я хочу, чтобы все знали. Дэвид смотрел на него, внутри разрасталось то самое чувство, которое он не мог описать словами. Он шагнул вперёд и обнял Оуэна. — Я тебя люблю, — прошептал Дэвид ему в ухо, чтобы никто не услышал. — Ты даже не представляешь, как я тебя люблю. — А я тебя. Селина, так и не сказав ни слова, развернулась и ушла, даже не оглянувшись. А Оуэн и Дэвид стояли в центре льда, обнимаясь, впервые за всё время не скрываясь от посторонних глаз. 

***

Шум в раздевалке стоял невероятный. Победа грела всех — эмоции зашкаливали. Оуэн стоял у своего шкафчика, пытаясь снять экипировку, но пальцы слегка дрожали — то ли от усталости, то ли от того, что он всё ещё не до конца осознал, что только что сделал на льду. Поцелуй. При всех. При всей школе. Он перевёл взгляд на Дэвида, который стоял напротив и, кажется, тоже не мог прийти в себя. Их взгляды встретились, теперь он просто любовался им, не пряча ничего, не скрывая ни улыбки, ни этого взгляда. В раздевалку с громким криком ворвался кто-то из сокомандников. — Оуэн! — заорал он так, что все обернулись. — Ты только что поцеловал нашего капитана! На глазах у всей школы! Того самого Дэвида, которого ты терпеть не мог! По раздевалке прокатилась волна хохота. Кто-то засвистел, кто-то начал стучать по шкафчикам. — Дэвид, а ты не говорил, что вы теперь целуетесь. Я думал, вы друг друга убить готовы! — крикнул кто-то из угла. Дэвид поднял руки, пытаясь успокоить команду, но на его лице сияла улыбка, которую он не мог скрыть. — А вы и не спрашивали, — ответил он чуть смеясь. Гэри подошёл к Оуэну и хлопнул его по плечу: — Ну ты даёшь! Мы думали, ты тихоня, а ты вон какой! А помните, как они в первый год знакомства друг на друга смотрели? Мы думали, сейчас драка начнётся! — А когда вы начали мутить? — спросил кто-то из команды, и все сразу затихли в ожидании ответа. Оуэн и Дэвид переглянулись. Дэвид чуть усмехнулся и перевёл взгляд на команду: — Это уже не ваше дело. В раздевалке снова грянул смех, а Оуэн, чувствуя на себе десятки любопытных взглядов, вдруг смутился — щёки его залились румянцем, он на мгновение опустил глаза. Но Дэвид, заметив это, обнял его за плечи и притянул к себе. — Ладно-ладно, полегче, — сказал Дэвид, но в его голосе не было серьёзности. — Вы его смущаете. — Мы? — возмутился Гэри. — Так это он тут только что при всех тебя поцеловал! Оуэн поднял взгляд на Дэвида и усмехнулся: — Он прав. Это я тебя поцеловал. Дэвид посмотрел на него с выражением, в котором смешались удивление и восхищение. — Оуэн, ты сегодня просто не перестаёшь меня удивлять. Оуэн тихо рассмеялся и прижался к Дэвиду сильнее, чувствуя, как все эти шутки и подколы вдруг перестали быть пугающими. Дэвид наклонился к его уху и прошептал так, чтобы слышал только он: — Как ты вообще решился на это? Оуэн повернул голову и встретился с ним взглядом. — Хочу, чтобы все знали, что ты мой. И я не хочу скрываться. Дэвид чуть приподнял бровь, и на его губах заиграла хитрая улыбка. — Приревновал к Селине? Оуэн закатил глаза, но не смог сдержать улыбки. — Чуть-чуть. Дэвид усмехнулся и притянул его ближе, целуя в висок. — Я твой. Только твой. — прошептал он. — Но мне нравится, что ты ревнуешь. И в этот момент кто-то из команды крикнул: — Эй, вы двое! Прекратите целоваться, мы тут вообще-то чемпионат выиграли! Идёмте отмечать! Гэри, как всегда, был в центре внимания. Он запрыгнул на скамейку и громко провозгласил: — Так, народ! Мы — чемпионы! Это надо отметить как следует! Сегодня в клубе через два часа! Всем быть! Команда одобрительно загудела. Кто-то уже начал обсуждать, кто что будет пить, кто-то просто радовался предстоящему вечеру. Гэри хлопнул Оуэна по плечу: — Надеюсь сегодня ты тоже придёшь? А то вечно сваливаешь под каким-то предлогом. Мы теперь чемпионы, надо гулять! Оуэн почувствовал, как внутри что-то дрогнуло. Раньше он действительно редко ходил с командой — всегда находил причину отказаться. Но сегодня был особенный день. Он украдкой глянул на Дэвида и увидел, как тот чуть заметно улыбнулся. — Приду. — ответил он.  — Ого! — удивился Гэри. — Слышали, парни? Оуэн идёт! Все поняли — сегодня вечер обещает быть жарким! Команда засмеялась, кто-то уже начал отпускать шутки, но Оуэн не обращал на них внимания. Он смотрел на Дэвида, который стоял напротив. — Тогда договорились, — сказал Дэвид, подходя ближе. — Встречаемся на месте. Оуэн кивнул. — Я заеду к себе домой, приведу себя в порядок, — сказал он. Дэвид чуть приподнял бровь, но ничего не сказал. Только улыбнулся — той самой улыбкой, от которой у Оуэна внутри всё переворачивалось.

***

Оуэн вышел из раздевалки, всё ещё чувствуя, как внутри пульсирует эйфория после победы. Он не успел сделать и пары шагов, как на него буквально налетела Эмма. Она обхватила его руками, сжала в крепких объятиях, а когда отстранилась, в её глазах сияла такая счастливая улыбка, что Оуэн даже опешил. — Наконец-то вы вместе! — выпалила она, сжимая его плечи. Оуэн уставился на неё с искренним недоумением. — В каком смысле — наконец-то? Эмма усмехнулась, закатывая глаза, и взяла его под руку, увлекая за собой от входа. — Я знала, что так будет, — сказала Эмма, чуть замедляя шаг. — Ещё тогда, в больнице. Перед тем, как ты пришёл, мы с Дэвидом разговорились. И он рассказал мне, что ты ему нравишься. Сказал, что хочет быть твоим парнем. Оуэн застыл на мгновение, прокручивая её слова в голове. Дэвид... рассказал Эмме. — Он сказал, что хочет быть моим парнем? — переспросил он. Эмма кивнула, улыбаясь. — Да. Сказал, что хочет быть рядом, что готов ждать, даже если ты ответишь не сразу. И, знаешь... я с того момента знала, что однажды вы будете вместе. Оуэн на мгновение замер, прокручивая в голове её слова.  — Я рада, что всё получилось. Правда. Они прошли ещё несколько шагов в тишине, а потом Оуэн улыбнулся — той самой тёплой, искренней улыбкой, которая появлялась у него, когда он был по-настоящему счастлив. — Спасибо, Эм. — сказал он тихо. — Не за что, — ответила она и сжала его руку. — А теперь давай собираться на праздник. Я такое придумала. Дэвида ждёт приятный сюрприз. Оуэн усмехнулся, но в его голосе послышалась лёгкая тревога: — Мне уже страшно. Эмма рассмеялась и подмигнула: — Не переживай. Всё будет идеально.

***

Дэвид уже был на месте. Он сидел за столиком с командой, потягивая виски и слушая, как Гэри в сотый раз пересказывает финальный момент матча. Но мысли его были далеко.  — Да ладно, Дэвид, ты хоть слушаешь? — крикнул кто-то из команды. Дэвид отмахнулся: — Слушаю-слушаю. Его взгляд то и дело скользил ко входу — он ждал. Сам не зная, чего именно, но чувствуя, что этот вечер ещё не начался по-настоящему. И когда дверь бара наконец открылась, мир для него остановился. Оуэн вошёл не спеша, Дэвид почувствовал, как в груди пропадает весь воздух. Чёрная атласная рубашка, расстёгнутая на пару верхних пуговиц , мягко облегала его плечи, открывая ключицы. Широкие бежевые брюки сидели идеально, подчёркивая каждую линию его фигуры. Оуэн стоял в дверях, оглядывая зал, когда его взгляд встретился со взглядом Дэвида, он чуть улыбнулся. Свет падал на него так, что серебряная цепочка на шее блестела, привлекая ещё больше внимание к его открытой шее и тонким ключицам. Дэвид сглотнул. Он чувствовал, как по телу пробегает жар, как пальцы сжимают бокал сильнее. Оуэн выглядел... Он выглядел так, что у брюнета перехватило дыхание. — Оуэн! — крикнул Гэри, махая рукой. — Выглядишь как с обложки журнала! Оуэн направился к их столику, каждый его шаг был спокойным, уверенным, совершенно не похожим на того стеснительного парня, которым его привыкли видеть. Дэвид смотрел на него, не в силах отвести взгляд. От Оуэна исходила какая-то новая, невероятная энергия. Когда он наклонился, чтобы поздороваться с кем-то из ребят, Дэвид заметил, как ткань рубашки открывает ещё больше его тела. Он не мог дышать. Он чувствовал, как внутри закипает желание просто схватить его и увезти отсюда. Сейчас же. Но он сдерживался. Пока. Оуэн сел на свободное место напротив Дэвида и улыбнулся ему чуть игривой улыбкой, от которой у Дэвида всё внутри переворачивалось. — Привет, — сказал он. — Привет, — ответил Дэвид чуть хрипловато. Оуэн заказал себе какой-то коктейль. Дэвид смотрел, как он делает глоток, как его губы касаются края бокала, как он ставит его обратно и слегка облизывает верхнюю губу. Дэвид сжал под столом пальцы в кулак. Он уже едва держал себя в руках. — Ты выглядишь... — начал он, но слова застряли где-то в горле. — Как я выгляжу? — переспросил Оуэн. Дэвид сделал глубокий вдох. — Ты выглядишь так, что я уже хочу увести тебя отсюда. — Подожди, — Оуэн мягко коснулся его руки. — Хотя бы ради приличия нужно ещё посидеть. Мы же только пришли. Они подняли бокалы вместе с командой, выпили. Дэвид снова посмотрел на Оуэна. Тот смеялся над чем-то, запрокидывая голову, свет падал на его открытую шею. Дэвид почувствовал, что его самообладание даёт трещину. Ещё немного — и он сорвётся. Он взял свою порцию виски и сделал глоток. Потом ещё один. И ещё. Оуэн заметил, как Дэвид смотрит на него. Его взгляд был тяжёлым. Он чувствовал, как от этого взгляда внутри разливается жар. Он наклонился ближе, его голос стал тише: — Ты смотришь на меня так, будто я уже в твоей постели. — Потому что я уже хочу, чтобы ты был там. — Дэвид посмотрел на него в упор. Оуэн почувствовал, как сердце забилось быстрее. Он посмотрел на команду — они были заняты своими разговорами и не обращали на них внимания. — Тогда, — сказал он, чуть наклоняясь, — может, нам пора? Дэвид не заставил себя ждать. Он поднялся, кинув короткое: — Мы поедем. Я провожу Оуэна. Команда понимающе заулюлюкала. — Только не переусердствуйте там! Но Дэвид уже не слушал. Он взял Оуэна за руку и почти вытащил его из бара.

***

По приезде домой, они влетели в спальню, Дэвид захлопнул за ними дверь. Оуэн чувствовал лишь горячее тело Дэвида, прижимающее его к прохладной стене. А затем — его губы. Дэвид разорвал поцелуй и тут же скользнул губами вниз — по подбородку, по шее. Оуэн запрокинул голову, открывая ему доступ, и выдохнул: — Дэвид… — Ты даже не представляешь, — прошептал Дэвид, целуя его ключицу, — что ты со мной делаешь весь вечер. Его рука скользнула по атласной рубашке Оуэна вниз, к бедру, и сжала его, притягивая ближе. Оуэн почувствовал, как его тело отзывается на каждое прикосновение — жарко, требовательно. — Представляю, — его голос прозвучал хрипло от желания. Дэвид поднял голову, встречаясь с ним взглядом. Его глаза были тёмными, почти чёрными в полумраке спальни. — Эта рубашка, — сказал он, проводя пальцами по открытой груди Оуэна, — Она сводит меня с ума. Ты специально надел её? Оуэн усмехнулся, чувствуя, как его дыхание сбивается от каждого прикосновения. — Может быть. Дэвид чуть сжал его бедро, прижимая сильнее к стене. — Ты сегодня был невероятным, — прошептал Дэвид, целуя его шею. — На льду. В баре. И сейчас… ты просто невыносим. Он провёл губами по ключице, касаясь цепочки, Оуэн почувствовал, как дрожь пробегает по его телу. — Дэвид… — выдохнул он, его пальцы сжали плечи брюнета. Дэвид поднял голову, его взгляд был полон желания. — Я хочу тебя, Оуэн Сильверман. — сказал он.  — Я хочу тебя прямо сейчас. Я не могу больше ждать. Только скажи, что ты тоже этого хочешь.  — Хочу. — голос дрогнул. — Я тоже тебя хочу. Дэвид наклонился к нему и поцеловал — жарко, глубоко, в этом поцелуе было всё, что они сдерживали весь вечер. Его руки скользили по талии Оуэна, по бёдрам, касаясь каждого сантиметра его тела. Дэвид чувствовал, как Оуэн тает под его прикосновениями, как его дыхание сбивается, и внутри что-то щёлкает. Он резко подхватил Оуэна под колени, закинул его на плечо и, сделав пару шагов, бережно опустил на кровать. Нависая над ним, он снова поцеловал Оуэна, его шею, его ключицы. — Ты мой, Оуэн, — прошептал Дэвид, касаясь его губ. — Только мой. Оуэн почувствовал, как внутри разливается жар, и потянул Дэвида за рубашку, притягивая его ещё ближе к себе. — Тогда покажи это, капитан — ответил он. Дэвид замер на мгновение. Глаза его слегка расширились — он явно не ожидал такого обращения. — Капитан? — переспросил он, вглядываясь в лицо Оуэна, в его приоткрытые губы, в блеск в глазах. — Почему ты назвал меня именно так? Не просто Дэвид? Оуэн отвёл взгляд на секунду, но потом снова встретился с ним глазами. Щёки его чуть порозовели, но голос остался ровным. — Ну, первая ночь у тебя. Помнишь? Мне тогда действительно приснился ты. — признался Оуэн.  — Таак.. — Так вот... в том сне ты не позволял мне кончить, пока я не скажу «Пожалуйста, капитан». — он чуть прикусил губу и добавил тише. — И я подумал, что Дэвиду не из сна, тоже такое обращение может понравится.  Дэвид перевёл дыхание. Возбуждение ударило с новой силой. — Оуэн, — сказал он, и голос его стал низким и хриплым, — Я же сейчас захочу воплотить твой сон в реальность. Оуэн чуть прикусил губу, смущаясь, но ответил твёрдо: — Я не против. Сердце Дэвида пропустило удар. Он наклонился к Оуэну и нежно поцеловал его.  — Это твой первый раз, — сказал он, касаясь его щеки. — Я постараюсь сделать всё аккуратно. Если будет больно или страшно, или просто что-то пойдёт не так - ты говоришь мне «стоп». Обещаешь? — Обещаю. Оуэн чувствовал, как его тело становится всё более податливым, как он тает в руках Дэвида, позволяя тому вести. Пальцы Дэвида принялись медленно расстёгивать оставшиеся пуговицы на рубашке Оуэна, и каждый раз, когда очередная пуговица поддавалась, он касался губами освобождающейся кожи. Оуэн выдыхал, запрокидывая голову, его руки сами собой скользили под рубашку Дэвида, касаясь горячей кожи, гладя его спину. — Я так долго хотел этого, — прошептал Дэвид, целуя его плечо и медленно снимая с него рубашку, отбрасывая её куда-то в сторону. — Ты даже не представляешь. Оуэн сам потянулся к рубашке Дэвида, тот позволил снять её. Их взгляды встретились. Оуэн провёл пальцами по его груди, чувствуя, как под его ладонью бьётся сердце Дэвида. — Я сейчас, — прошептал брюнет и потянулся к тумбочке. Оуэн следил за каждым его движением. В полумраке спальни, освещённой лишь уличными фонарями, он смотрел, как Дэвид открывает ящик и достаёт маленький флакончик. Он вернулся к Оуэну, снова оказался над ним, и поцеловал его — невесомо, нежно. — Я всё боюсь, что сделаю тебе больно, — тихо признался Дэвид. Оуэн поднял руку и коснулся его щеки. — Я тебе доверяю. Они целовались, пока их руки медленно, освобождали друг друга от остатков одежды. Дэвид на мгновение отстранился, встречаясь с Оуэном взглядом. — Ляг на подушки, — сказал брюнет тихо, чуть наклоняясь, — Чтоб было удобнее. Оуэн послушно отодвинулся назад, устраивая голову поудобнее. Дэвид замер над ним на мгновение, любуясь, как он лежит, чуть смущённый, но доверчивый, его грудь медленно поднимается и опускается от дыхания. Дэвид раздвинул его ноги, Оуэн выдохнул, чувствуя, как его тело охватывает дрожь — от предвкушения, от желания, от того, как Дэвид целует его внутреннюю сторону бедра, покрывая горячими поцелуями каждый сантиметр. Оуэн запрокинул голову, выдох с тихим стоном сорвался с его губ. Дэвид потянулся за смазкой. Оуэн чувствовал, как его сердце начало биться быстрее. Он слышал, как открывается флакон, его взгляд был устремлён на Дэвида, который наносил смазку на пальцы. — Ты точно этого хочешь? — спросил брюнет мягким голосом. — У тебя ещё есть шанс передумать. Оуэн встретил его взгляд.  — Хочу. Дэвид наклонился к нему, поцеловал коротко, ободряюще. — Сейчас может быть не сильно приятно, — предупредил он. Оуэн сглотнул и кивнул. — Я знаю. Дэвид выдохнул и приставил один палец ко входу, начиная медленно, осторожно, вводить его. Оуэн почувствовал, как его тело напряглось от дискомфорта. Он прикусил губу, чувствуя непривычное, немного болезненное ощущение. — Дыши, — прошептал Дэвид, целуя его колено. — Постарайся расслабиться. Оуэн выдохнул, стараясь унять напряжение. Постепенно тело привыкло к ощущению, он почувствовал, как дискомфорт начинает уступать чему-то новому. Дэвид начал медленно входить и выходить пальцем, следя за реакцией Оуэна. — Как ты? — спросил он тихо. — Странно…  Дэвид чуть улыбнулся. — Не больно - уже хорошо. Затем он остановился и, встретившись взглядом с Оуэном, решился добавить второй палец. Он вводил их медленно. Оуэн замер на мгновение. Его дыхание перехватило, он почувствовал, как внутри появляется резкий дискомфорт. — Дэвид… — выдохнул он, сжимая его плечо. — Подожди… Дэвид мгновенно остановился, не двигаясь. Его взгляд стал мягче, он наклонился к лицу Оуэна. — Всё хорошо, — прошептал он. — Дыши. Мы никуда не торопимся. Оуэн закрыл глаза на мгновение, стараясь расслабиться. Дэвид ждал. Он не двигался, не торопил, просто ждал, пока Оуэн снова выдохнет и кивнёт. — Теперь лучше, — прошептал Оуэн. — Тогда можно продолжать? — Да. Третий палец медленно, с предельной осторожностью вошёл в Оуэна. Дэвид почувствовал, как тот напрягся, и замер, давая ему время привыкнуть. — Дыши. — вновь повторил Дэвид. Оуэн послушно выдохнул, стараясь расслабиться. Он лежал, чувствуя, как его тело постепенно принимает Дэвида. Эта мысль одновременно пугала и возбуждала его. Спустя некоторое время он выдохнул и чуть заметно кивнул. — Можешь двигаться. Дэвид начал медленно, плавно двигать пальцами. Движения были аккуратными, Оуэн начал привыкать к ним, расслабляясь всё сильнее.  А потом Дэвид чуть изменил угол. Оуэн почувствовал, как по телу пробегает резкая волна удовольствия, из его груди вырвался тихий, сорванный стон. — Ох... — выдохнул он, его пальцы вцепились в простынь. Дэвид замер, увидев его реакцию. — Я попал в нужное место? — спросил он, в его голосе послышалась лёгкая, довольная усмешка. Оуэн не мог ответить. Он чувствовал, как внутри него всё горит, как каждое прикосновение Дэвида отзывается дрожью по всему телу. — Ещё... — выдохнул он. — Пожалуйста... ещё... Дэвид замедлил движения, почти остановился, наклоняясь к уху Оуэна. — Как ты должен попросить? — прошептал он. Оуэн на мгновение замер. Он знал, что Дэвид ждёт этих слов. — П-пожалуйста, капитан. Дэвид чуть улыбнулся и поцеловал его в висок. — Молодец, — прошептал он и продолжил двигаться, теперь чуть быстрее, попадая в ту самую точку снова и снова. Оуэн чувствовал, как удовольствие нарастает внутри него, как оно становится всё более плотным, всё более невыносимым. Он стонал, выгибался навстречу каждому движению. Каждый раз, когда пальцы Дэвида касались той самой точки, его тело пронзала горячая волна. Он слышал свой собственный голос, срывающийся на стоны. Он был уже на грани, его дыхание сбивалось, пальцы вцепились в простынь, ещё немного и.. Дэвид резко остановился. Оуэн замер, открывая глаза. Он уставился на него с смесью непонимания и отчаянного желания. Внутри всё горело, тело требовало продолжения, и он чувствовал, как пустота, оставшаяся после пальцев Дэвида, кажется почти невыносимой. — Дэвид... — выдохнул он. Брюнет снова потянулся к тумбочке. Оуэн следил за каждым его движением — как он открывает ящик, как достаёт упаковку, как разрывает её зубами. У Оуэна перехватило дыхание. Дэвид натянул презерватив на себя и снова оказался над ним. Оуэн почувствовал его тепло, его дыхание. Они встретились взглядом. — Готов? — спросил он, касаясь пальцами его бедра. Оуэн сглотнул. Сердце колотилось где-то в горле. — Да.  Дэвид медленно, с той же осторожностью, с какой делал всё до этого, приставил свой член ко входу Оуэна. Он входил медленно, плавно, давая Оуэну время привыкнуть к каждому сантиметру. Оуэн чувствовал, как его тело снова напрягается от непривычного ощущения. Он задержал дыхание, чувствуя, как Дэвид заполняет его, как внутри становится тесно и горячо, как каждое движение отдаётся дрожью по всему телу. — Дыши, — тихо сказал Дэвид, его голос звучал так мягко и заботливо. — Ты справляешься. Я здесь. Оуэн выдохнул, стараясь расслабиться, он почувствовал, как тело начинает привыкать к ощущению. Он кивнул. Дэвид начал плавно двигаться, чувствуя, как Оуэн постепенно расслабляется, как его мышцы перестают сопротивляться, принимая его. Дэвид двигался медленно, прислушиваясь к каждому вздоху, каждой дрожи Оуэна. Он искал ту самую точку, и когда нашёл её, Оуэн выгнулся всем телом, его дыхание перехватило. Он почувствовал, как внутри разливается горячая волна. — Да... — выдохнул он с наслаждением. — Пожалуйста... не останавливайся. Дэвид понял, что Оуэн привык. Его движения стали увереннее, ритмичнее. Тело Оуэна отзывалось на каждое его движение. Его пальцы сжимали плечи Дэвида, оставляя следы на его коже. Оуэн снова чувствовал, как удовольствие нарастает внутри. Но Дэвид зажал его член у основания, не давая ему кончить. — Нет.. Дэвид — простонал Оуэн. Он пытался двигаться, пытался найти хоть немного трения, но Дэвид держал его крепко, не давая ему сорваться. Он продолжал уверенно держать ритм, чувствуя, как тело Оуэна дрожит, как он выгибается навстречу ему. — Дэвид... я хочу...  Дэвид наклонился к его уху, касаясь губами его кожи. — Милый, ты знаешь, что нужно сказать. Оуэн пытался произнести слова, но удовольствие захлёстывало его, разум был затуманен. Он слышал только свой собственный голос, срывающийся на стоны. Он чувствовал, как внутри него растёт отчаяние, как каждое движение Дэвида отзывается в нём приятной волной. — П-пожалуйста — выдохнул он. Дэвид резко вошёл под нужным углом. Новый стон вырвался из груди Оуэна, более громкий, более отчаянный. Он почувствовал, как внутри всё сжимается. Уже не было сил ни думать, ни сдерживаться. — Дэв... капитан... — его было почти неслышно  — Что? — переспросил Дэвид с явной усмешкой. — Я тебя не расслышал. Оуэн смотрел на него умоляющим взглядом. Он уже не знал, куда себя деть от этих ощущений, от этой сладкой пытки. Его тело горело, разум плыл, и единственное, чего он хотел — это чтобы Дэвид отпустил его. Он попытался набрать воздуха в лёгкие, чувствуя, как его голос срывается на крик. — Пожалуйста, капитан. — а затем, чуть тише добавил — Дэвид... умоляю.. Дэвид наконец отпустил его член. Он провёл по нему пару раз. Оуэн кончил. Всё его тело содрогнулось. Его пальцы вцепились в простынь. Дыхание сбилось. Дэвид финишировал спустя несколько толчков, прижимаясь к Оуэну. Несколько мгновений они просто лежали в тишине, чувствуя, как их дыхание медленно выравнивается. Приятная усталость разливалась по телу Оуэна, напряжение наконец спало. — Как ты себя чувствуешь? — спросил Дэвид, заглядывая в глаза Оуэна. — Хорошо. Дэвид чуть нахмурился, тревожные мысли не давали ему покоя. — Ты хорошо себя чувствуешь? — спросил он тише. — Я не перегнул палку? Точно не было было? Оуэн посмотрел на него и вдруг рассмеялся. — Дэвид, — сказал он, касаясь его щеки, — успокойся. Всё было замечательно. Правда. Дэвид выдохнул с облегчением. — Я просто хотел убедиться, — ответил он, целуя его в лоб. — Ты всегда такой? — спросил Оуэн с лёгкой насмешкой. — Переживаешь, даже когда всё идеально? Дэвид усмехнулся и притянул его ближе, обнимая. — Только когда речь идёт о тебе, — сказал он. — Пойдём в душ? — предложил Дэвид спустя несколько минут. — Угу. — кивнул Оуэн Они медленно прошли в ванную, тёплая вода смыла с них следы их близости, оставляя лишь лёгкую усталость. Когда они вернулись в спальню, Оуэн упал на кровать, чувствуя, как веки тяжелеют. Дэвид лёг рядом, притягивая его к себе. — Я люблю тебя, — прошептал Дэвид в волосы Оуэна. — И я тебя, — ответил Оуэн, прижимаясь к нему.