Per se

Вечером, накануне пролёта кометы, Елена была готова проклясть это космическое тело по двум веским причинам. Первая носила имя Кэролайн Форбс. В процессе подготовки к вечеринке та без умолку трещала над ухом: — Лен, ты просто не представляешь, какой Деймон потрясающий! Он такой… глубокий, загадочный, а как он смотрит! Стефан по сравнению с ним просто бука. Елена в ответ лишь фальшиво улыбалась, мысленно желая Кэр поскорее встретить своего Прынца и переключиться на него. Вторая причина крылась в идиотской манере Мистик Фоллс праздновать вообще всё подряд, от сбора урожая кабачков до пролёта булыжников в атмосфере. Однако, когда ближе к ночи Кол Майклсон, раздобыв где-то порцию хорошего бурбона, решил составить ей компанию, Елена была близка к тому, чтобы поменять своё мнение о кометах.Конечно желание пить через день попахивало алкоголизмом но Елена свято верила в правило: пока ты пьёшь не один, ты не алкоголик, а просто поддерживаешь светскую беседу. — Гилберты, клянусь, этот ваш двадцать первый век — лучшее время в истории! — Кол пригубил стакан, вальяжно откинувшись на спинку стула и победно сверкнув глазами. — В соседнем округе есть прелестная секта. Называются «Церковь последнего вздоха». Эти гении уверовали, что комета принесёт истинный апокалипсис. И как, по-вашему, они решили подготовиться? Как мне нашептали, прихожане притащат в свой приход кучу наличных, чтобы «очиститься перед концом». Они просто будут сидеть там, молится и ждать смерти на мешках с кэшем. Что за люди пошли?! Джереми, сидевший за столом со стаканом и флегматично перебиравший свои записи, лишь пожал плечами: — Кретины были всегда и везде. Просто раньше у них не было интернета, чтобы сбиваться в стаи. — Джереми прав.Дебилов в мире всегда хватало — хищно усмехнулась Елена, прикидывая в уме объём потенциальной добычи. — но раз уж они так жаждут очищения, мы просто обязаны им помочь избавиться от земного хлама. Перспектива запустить руки в сейф к апокалиптическим лохам грела душу. Её даже совершенно не волновал тот факт, что они с братом плавно превращаются в таких же криминальных аморальных элементов, какими были их предки-основатели. Видимо, полное отсутствие морали и тяга к чужому имуществу были у Гилбертов чисто семейной чертой. Но увы, чёрная полоса наступила сразу же на следующий день.

***

Когда они с Джереми вернулись из школы, дома их встретила заплаканная и явно взвинченная Дженна. — Дженна? Что случилось? — Елена обеспокоенно нахмурилась, проходя на кухню. — Я… я была на школьном собрании, — Дженна всхлипнула, утирая слезы салфеткой. — И этот мистер Таннер… Боже, он выставил меня худшим опекуном на свете! Он заявил, что Джереми превращается в нелюдимого, опасного для общества подростка, у которого явно проблемы с психикой и скрытая агрессия!Откуда он может это знать? Он и женат никогда не был, не то чтобы детей иметь?! Живёт один как сыч. — Чего?! — Джереми даже опешил, проходя следом. — Я? Агрессивный? Да я на его уроках тише воды, ниже травы сижу, и оценки у меня идеальные! Оказалось, плешивый учитель просто включил режим мелкой, уязвленной мстительности. Накануне Таннер, оценив резко изменившуюся, подтянутую физическую форму ее брателло и пафосно, перед всем классом предложил ему вступить в школьную футбольную команду. Мол, «сделаю из тебя человека и звезду школы». Джер же американским футболом отродясь не увлекался. К тому же Елена, у которой на фоне всех разборок развилась жуткая паранойя, уже несколько недель капала брату на мозги: «Джер, никакой физкультуры, никакого официального спорта! Твоя сверхсила выделяется, ты случайно толкнёшь кого-нибудь на поле — и парень улетит на трибуны. Нас же мигом раскроют!» В итоге Джереми тренера Таннера с его «щедрым» предложением вежливо, но твёрдо послал. И вот результат — обиженный физрук решил отыграться на Дженне. — Дженна, послушай меня, — Елена обняла тётю за плечи, успокаивающе поглаживая. — Таннер — просто моральный урод со старыми комплексами. Джереми учится на отлично, не шляется нигде. Это просто мелкая месть за то, что Джер отказался тратить время на его дурацкий футбол. — Да, Дженна, он просто придурок, не слушай его, — мрачно добавил Джереми. Тётя немного поостыла, вытерла слезы, но лицо её оставалось строгим: — Возможно, вы и правы. Но общественное мнение в этом городе — штука опасная. Поэтому сегодня у вас комендантский час! Чтобы в девять тридцать вечера оба были дома. Возвращаетесь с этой вашей вечеринки кометы — и сразу по кроватям. Никаких ночных прогулок! Гилберты переглянулись. График налёта трещал по швам.

***

Но на этом парад неудач не закончился. Вечером, когда они уже надеялись тихо ускользнуть до назначенного часа, в их дверь буквально ворвались Кэролайн и Бонни. — Гилберты, подъём! Вы чего тут сычами сидите? — Кэролайн бесцеремонно схватила Елену за руку. — Быстро на площадь, там комета уже видна! Две подруги силком уволокли сопротивляющихся брата и сестру в самую гущу толпы — «зажигать свечи и загадывать желания». И вот, Елена стояла посреди площади, сжимала в руке дурацкую восковую свечку, мило и фальшиво улыбалась облепившим её девчонкам, а внутри неё бушевал ураган. «Отпустите меня, идиотки, — панически думала она, косясь на часы. — Девять вечера! Время тикает, у меня там секта неграбленая стоит!» Джереми в это время везло не больше. Мало того, что к нему постоянно подходили пофлиртовать одноклассницы, привлечённые его новым стильным видом, так ещё и Стефан Сальваторе прицепился к нему как банный лист. Вампир с самым серьёзным видом зануды подошёл со спины и тихо заговорил: — Джереми… Я заметил, что Елена в последнее время очень напряжена. С ней всё в порядке? Ей тяжело после гибели родителей? Я бы хотел узнать её получше… Джер, у которого от этого загробного тона уже дёргался глаз, медленно повернулся к нему: — Сальваторе, давай ты не будешь лезть к моей сестре со своей психологией. С ней всё отлично. Кое-как дотерпев до назначенного времени, Гилберты пулей примчались дома, показательно пожелали Дженне спокойной ночи и закрылись в комнатах.Едва дождавшись, пока в комнате тёти воцарится тишина, Гилберты и Кол сорвались с места.

***

Оперативно долетев на машине до соседнего округа, они замерли у захудалого здания «Церкви последнего вздоха». Все шло как по маслу... Джереми, чётко рассчитав дозировку, запустил свой новый снотворный газ прямо в вентиляционную трубу. Сработало идеально: через пару минут сектанты внутри мгновенно уснули, дружно уткнувшись носами в разложенные библии. — Чисто. Вперед, — скомандовал Джереми. Елена и Кол, натянув шапки на голову, ворвались внутрь. Елена, сияя глазами от предвкушения, бросилась прямиком к алтарю, где на бархатной подушке стоял вожделенный кованый ларец с пожертвованиями. Она уже победно протянула к нему руки… и в эту самую секунду закон подлости, неудача и физическое перенапряжение дня ударили наотмашь. Прямо посреди шага у Елены намертво, до деревянного состояния заклинило обе ноги до самых бёдер и правую руку. Не удержав равновесия, она с размаху полетела лицом вперёд прямо в пыльный ковёр сектантов. Раздался глухой стук. Левый глаз от удара мгновенно начал дико и косо смотреть куда-то в сторону ритуального креста над алтарём. Но Елена не собиралась сдаваться. Попаданка распласталась на полу, но её лапа— загребущая лапа — продолжала судорожно, коряво тянуться к кованому ларцу. Она буквально по-пластунски, косящим глазом вымеряя расстояние, пыталась ползти вперёд, жалобно и корыстно скуля на всю церковь. — М-м-м… Мои де-е-енюжки… — косясь на ларец, истошно заныла Елена прямо в ворс ковра, сквозь зубы пытаясь дотянуться пальцами левой, ещё шевелящейся руки до заветного золота. — Мой кэ-э-эш… Черт бы побрал этот паралич! Не отдам никому… Джер, Кол, ларец подвигайте ближе, я дотянусь!.. Мои деньжата-а-а… Кол, который в это время должен был вскрывать подсобку, обернулся на звук падения и замер. Секунду Первородный просто переваривал открывшуюся картину: лежащая пластом Гилберт с намертво заклинившей правой конечностью, дико косящим глазом и левой рукой, которая, словно лапа умирающего, но очень жадного краба, продолжала скрести ковёр в сторону денег. И всё это под аккомпанемент корыстного, завывающего скулежа о наличке. Кол согнулся пополам, хватаясь за воротник куртки и едва не падая рядом на спящих сектантов от дикого ржача. — О боги…! — выдавил он сквозь слезы, тыча в неё пальцем. — Я видел тысячи смертных за свою жизнь, но чтобы кто-то с параличом трёх конечностей пытался доползти до чужого ларца и скулил «мои денюжки»?! Это… это исторический момент! Ты прямо как Голлум великолепна в своей алчности!?Хахахах.. — Заткнись, придурок, не смешно! — косясь на него безумным глазом, прорыдала Елена, продолжая коряво царапать пол в сторону ларца. — Тащи меня к машине! И ларец хватай, я за него костьми буквально легла! Кол, всё ещё сотрясаясь от ржача и утирая слезы, одной рукой сгреб ларец с деньгами, а второй бесцеремонно ухватил Елену за шкирку куртки, как провинившегося котёнка, и поволок к выходу. — Пусти, ты мне куртку порвёшь! — продолжала скулить Елена, пока её тело безжизненно, как бревно, волочилось по полу за уходящим Первородным. — Деньги… ларец не вырони! — Молчи, владычица, несу я твой золотой запас, — сквозь смех отвечал Кол. Вывалившись во внутренний двор, где у заведённой машины их ждал Джереми, Первородный зычно крикнул: — Джереми, открывай! Я несу нашу парализованную владычицу! Она там чуть ковёр зубами не загрызла ради кэша! Джер, увидев сестру в позе сломанного манекена с застывшим косым взглядом, лишь прижал ладонь к лицу не зная смеяться ему или плакать: — Вы издеваетесь? Лен, ты как? — Машина… открывай… заднее сиденье, — процедила сквозь зубы окоченевшая Елена, всё ещё провожая ларец взглядом. Парни закинули злую, раскосую, но до безумия довольную добычей девушку на заднее сиденье, Кол бросил ларец ей прямо в ноги, и они на бешеной скорости помчались обратно в Мистик Фоллс, пока комета окончательно не скрылась за горизонтом, оставив после себя лишь шлейф их криминального везения.