Лесной наблюдатель

Очередное утро встретило вышку тяжёлым, вязким полумраком и ровным, настойчивым звуком работающего терминала. Эбби медленно открыл глаза, всё ещё крепко сжимая в левой руке своего старого, верного серого плюшевого зайца. Сон был рваным, наполненным кошмарами о бесконечном беге среди белых стволов берёз и свисте рассекаемого воздуха, но, по крайней мере, эта ночь обошлась без новых визитов Фен. Парень сел на кровати, потёр затекшую шею и первым делом бросил взгляд на правое запястье. Белые бинты сидели плотно, надёжно скрывая демоническую пиктограмму, которая сейчас вела себя тихо, едва заметно пульсируя тусклым багровым светом лишь при глубоком вдохе. Поднявшись, Эбби подошёл к компьютеру и вывел на экран текущий баланс. Глаза парня расширились, а на уставшем лице впервые за долгое время появилась искренняя, облегчённая улыбка. За последние недели беспрерывных обходов, ремонта вешек и безупречно сданных технических логов на его внутреннем счёте наконец-то накопилась солидная сумма корпоративных кредитов. Начальству из далёкого офиса было абсолютно плевать, какой ценой их сотрудник выполняет задания в Сектора №8, но автоматическая система начисления зарплаты работала без сбоев. Один месяц. Он отработал в этом аду ровно один месяц. Для корпорации этот рубеж означал лишь то, что пушечное мясо на вышке каким-то чудом умудрилось не сдохнуть в первые недели, а для самого Эбби это открывало доступ к новому уровню снабжения. Корпоративные правила были строгими: огнестрельное оружие не доверяли новичкам, но после тридцати дней службы смотритель получал право приобрести первый и единственный доступный в каталоге огнестрел — охотничью вертикальную двухстволку и боеприпасы к ней. Эбби не раздумывал ни секунды. За последний месяц он скопил достаточно кредитов, даже с учётом покупки мачете, ведь тратить их, кроме как на пресные консервы и бинты, было просто не на что. Парень лихорадочно кликнул по иконке заказа, добавив в корзину само ружье и одну увесистую пачку патронов 12-го калибра, в которой шло ровно 20 штук. Нажав кнопку подтверждения, он облегчённо выдохнул. Сердце забилось в предвкушении. Мачете давало защиту в ближнем бою, но иметь возможность остановить Фен или любую другую тварь на расстоянии — это совершенно другой уровень уверенности. Грузовой дрон прилетел ближе к обеду. Эбби, едва услышав знакомый гул лопастей, пулей выскочил на смотровую площадку. Крупный гексакоптер аккуратно опустил на металлический настил длинный деревянный ящик с логотипом компании и тут же взмыл обратно в туманное небо. Затащив тяжёлую посылку внутрь жилого модуля и заперев дверь на все затворы, Эбби с помощью мачете сорвал крепкие пластиковые ленты и открыл крышку. Внутри, в ложементе из чёрного поролона, пахнущее густой заводской смазкой и оружейным маслом, лежало оно. Эбби бережно, словно хрустальную вазу, достал двухстволку из ящика. Он замер, подолгу и заворожённо осматривая каждый сантиметр своего нового сокровища. Приклад и цевьё были сделаны из прочного тёмного пластика, а вороненые стволы холодили ладони. Его обострившиеся до предела рецепторы буквально впитывали новые ощущения. Запах оружейного масла — резкий, химический, чистый — показался ему в этот момент слаще любого парфюма. Это был запах безопасности, запах силы, способной разорвать ночную тишину. Парень нажал на верхний ключ затвора и с глухим, неописуемо приятным металлическим щелчком переломил ружье. Стволы мягко ушли вниз, открывая два пустых патронника. Он заглянул в них, затем с резким движением захлопнул ружье обратно. Клац! Этот сочный, монолитный звук отозвался приятной вибрацией в его руках. Эбби открывал и закрывал двухстволку снова и снова, наслаждаясь идеальной работой механизмов, весом оружия и ловя настоящий кайф от каждого щелчка стали. В комплекте к ружью шёл плотный брезентовый оружейный ремень. Эбби быстро закрепил его на антабках, перекинул ремень через плечо и откинул двухстволку за спину. Ружье легло на куртку как влитое, надёжно зафиксировавшись по диагонали. Теперь руки оставались абсолютно свободными для работы или использования мачете, но стоило потянуть ладонь назад — и приклад сам прыгал в пальцы. Жажда протестировать покупку была невыносимой. Эбби открыл коробку с патронами. 20 штук, уложенные в ровные ряды. Парень взял две гильзы. Пластик был гладким, холодным, а тяжёлые латунные донца приятно утяжеляли ладонь. Обострившееся осязание позволяло почувствовать малейшую шероховатость на стыке металла и пластика. Он переломил стволы ружья и с тихим, весомым скольжением вставил патроны в патронники. Шорох... тук. Патроны сели идеально, заподлицо. Захлопнув стволы с характерным стальным лязгом, Эбби почувствовал, как по телу пробежала волна горячего удовольствия. Это было оружие. Настоящее, смертоносное, готовое к бою. Взяв со стола две пустые жестяные банки из-под той самой отвратительной тушёнки, которой он давился последние дни, парень спустился с вышки на землю. Лес встретил его сыростью, но сейчас Эбби было плевать. Он отошёл на небольшую поляну, где туман был не таким густым, поставил обе жестянки на поваленный ствол старой сосны, выстроив их в ряд, а сам отсчитал назад примерно пятнадцать шагов. Сняв ружье со спины, Эбби мягко сдвинул предохранитель большим пальцем. Щелканье механизма прозвучало в его ушах оглушительно чётко. Подняв приклад к плечу, парень зажмурил левый глаз, ловя мушкой первую жестянку. Его зрение зафиксировало цель снайперски точно. Бах! Грохот выстрела разорвал лесную тишину, оглушительной волной ударив по ушам и эхом покатившись между вековыми соснами. Тяжёлая отдача приятно, мощно толкнула в плечо, но изменённые мышцы Эбби даже не дрогнули, легко погасив импульс. Первую банку буквально сдуло со ствола, изуродовав и превратив в рваный кусок железа, усыпанный дырами от дроби. Не теряя ни секунды, Эбби перевёл мушку на вторую цель. Бах! Второй выстрел прозвучал почти мгновенно, отозвавшись новой вспышкой порохового пламени. Вторая банка отлетела в кусты, скрученная ударом свинца. Эбби замер, не опуская ружья. В воздухе повис густой, сизый дым пороховых газов. Парень шумно, всей грудью втянул в себя этот резкий, едкий, горьковатый запах сгоревшего пороха. После удушливого аромата старых чернил Фен и сырости болот этот запах пороха показался ему самым лучшим, самым чистым ароматом за весь этот проклятый месяц. Это был запах его превосходства и защиты. Эбби плавным движением переломил ружье. Раздался звонкий, сочный щелчок эжектора, и две дымящиеся, пахнущие гарью гильзы с тихим свистом выскочили из патронников, описали дугу в воздухе и упали прямо на мокрый мох. Эбби проводил их взглядом, чувствуя внутри странное, почти наркотическое наслаждение от безупречной работы механики. Тест прошёл идеально. Двухстволка била мощно и точно. Парень подобрал стреляные гильзы, закинул ружье за спину и с чувством глубокого, расслабляющего удовлетворения направился обратно к лестнице вышки. Конечно, против Фен двух патронов могло не хватить, но теперь у него был весомый, грохочущий аргумент. Человеческие технологии объединились с его новой силой, и Эбби был готов стоять за свою жизнь до самого конца.