Свидание вслепую

Сегодня совершенно точно у кого-то будут неприятности.

Мина была уверена в этом на сто процентов, потому что иначе объяснить свою тревогу в груди она не могла. Нет, дело было не в том, что она прихорашивалась у зеркала уже второй или третий час – она не считала. Дело было в том, куда именно она собиралась. Это было мероприятие, которое люди здравомыслящие обходили стороной. Да, «здравомыслящие» – но четверо безумцев, решившихся собраться в дешёвом кафе за углом, не относили себя к этой категории. Впрочем, двое из них оказались в этом кругу случайно. Один просто не смог отказать любимой подруге, а второй нарвался на спор, мол «если не пойдёшь со мной, прославишься как трус». Так о чём же речь, в конце концов?

Свидание вслепую

Да, то самое, что пахло резким парфюмом, разговорами о бывших и мизогинными вопросами, вроде «почему ты не хочешь делить счёт пополам?». Ашидо откладывала это удовольствие в долгий ящик. Сначала оправдывалась, что ей это неинтересно; затем – говорила, что ей совершенно нечего рассказать о себе. Но на самом деле эта исключительно приятная девчонка просто боялась банальщины, которая слетала с чужих уст, когда не о чём было поговорить. И решение настигло её само собой. Под руку попался Мидория. Когда Мина впервые предложила ему эту авантюру, он едва ли понял её идею. Говорил, что у него много дел, и что отношения – пустая трата времени. А Ашидо, в свою очередь, вовсе не претендовала на исключительность сего мероприятия, но всё же свалилась перед Изуку на колени, умоляя его пойти. И парень в итоге согласился – кто он такой, чтобы мучать бедное девичье сердечко?       – Жди меня в парке, – радостно раздалось в трубке. – Я уже бегу. И Мидория ждал, как ждут обычно люди обречённые, не имеющие сил ни остаться, ни вернуться домой. Девушка появилась в конце улицы ровно в тот момент, когда Изуку вышел ей навстречу. Она счастливо махнула рукой и, поравнявшись с другом, бросилась в его объятья, тут же цепляя его под локоть. Парочка лихо развернулась и, бросив взгляд на фонтан, шагнула к тому-самому кафе, в котором обоих ждала неизвестность.       – Нам нужно придумать план на случай, если свидание превратится в полный отстой. Есть идеи? – Ашидо взглянула на Изуку и невзначай поправила его кудрявую чёлку.       – Я могу попросить Хацуме, чтобы она позвонила мне через тридцать минут. Я думаю, она отлично впишется в роль попавшей в беду подруги.       – Ещё бы она не вписалась. Но нам нужен кто-то поспокойнее – зная Мей, она предпочтёт лично забрать нас с этой недо-свиданки. Так что нужен кто-то ещё, – девушка коснулась своих больших серёжек и надула губы.       – Ладно, не волнуйся. Что-нибудь придумаем, – Мидория улыбнулся и, по-свойски закинув руку на чужое плечо, прижал подругу к себе. А тем временем нужное заведение показалось ровно в двухстах метрах от них. Это было неприметное здание с пошарканной вывеской и простеньким дизайном. На удивление, это нисколько не оттолкнуло друзей. Наоборот, Мине даже вспомнилось, как она ходила сюда вместе с мамой, будучи несмышлёной малышкой. Тогда они кушали здесь блинчики… Да, кажется, именно блинчики это и были – вкусные, со сладким сиропом и клубникой. Парочка на мгновение замерла у входа, ностальгируя о прошлом, а потом уверенно ступила на порог. Ашидо достала телефон, открыла дейтинг приложение и стала искать информацию о нужном столике.       – Вот, седьмой, у окна, – ткнул в экран Изуку, тотчас поднимая глаза на зал. На том месте, о котором ребята говорили, сидело двое парней. Оба показались парочке весьма привлекательными, не лишёнными природного шарма – один то и дело смеялся, рассказывая товарищу какую-то историю, а второй отрывисто ругался, нисколько не стесняясь в выражениях.       – Эй, тот красноволосый – явно твой пассажир, – Мидория легонько пихнул подругу в бок и уверенно прошёл к столику, утаскивая девушку за собой.       – Вы на свиданку? – вскоре проговорила Мина, заинтересованно уткнувшись взглядом в аловолосого юношу. Изуку же, в свою очередь, потянул руку для рукопожатия. Первым отозвался тот, кто до этого рассказывал историю – он поднялся с места с такой отчаянной готовностью, будто всю жизнь только и ждал, когда кто-то протянет ему ладонь. Его жест оказался тёплым, но крепким: он сжал пальцы Мидории, слегка встряхнул их и широко улыбнулся. Изуку тут же кивнул ему и повернулся ко второму, который до этого сидел молча, подперев щёку кулаком. Светловолосый встал медленнее, словно делал одолжение, и протянул руку с явной неохотой. Его пальцы оказались сухими и прохладными, а касание было коротким: он сжал ладонь парня ровно на одно движение и отнял руку.       – Тоже пришла не одна? – рассмеялся красноволосый незнакомец, кивая девушке. – Я Киришима, а это Кацуки. Ашидо, поправив юбку, уселась рядом с другом и причмокнула розовыми губками. Её сумка тут же полетела на колени Мидории, который, нисколько не удивившись, просто убрал аксессуар за спину. Затем он небрежно расстегнул кофту и, закатав рукава, впечатался взглядом в телефон, начиная бездумно скролить ленту. Его, сказать по правде, мало интересовали парни напротив – он пришёл сюда только для того, чтобы Мина чувствовала себя комфортно. Да и какой смысл участвовать в этой дискуссии? Было слишком очевидно то, что и Киришима, и Ашидо взяли компаньонов только для возможного прикрытия, мол «нам уже пора, увидимся позже».       – Я Мина, а это Изуку, – девушка быстро потянулась вперёд, чтобы пожать руку Эйджиро, но не успела опомниться, как тут же получила поцелуй, рассыпавшийся на тыльной стороне её ладони. Ашидо, стушевавшись, улыбнулась и тут же позвала официанта. Вскоре к их столику подошёл хиленький парнишка с говорящим бейджиком «стажёр». Он вытянул из-за пояса потрёпанный блокнот, склонился к гостям и, приготовив ручку, принялся писать. Мина быстро скользнула пальчиком по меню и остановилась на двух позициях – малиновом лимонаде и эспрессо – после чего ласково кивнула младшему. Официант вдруг замешкался, спрятал блокнот и, откланявшись, скрылся у бара. Двое за столиком – Изуку и Кацуки – переглянулись между собой, мысленно жалея убежавшего бедолагу, а Киришима, не в силах оторвать взгляда от девушки, вдруг сглотнул и поджал губы.       – Эспрессо в такую жару? – скептично фыркнул Бакуго, скрещивая руки на груди.       – В чём проблема? – моментально отозвался Мидория, зачёсывая волосы назад. – Это помогает собраться мозгами.       – Ясно, – светловолосый отрешённо почесал за ухом. – Очередной ботан. Изуку поднял одну бровь ни то в вопросе, ни то в недоумении, но переходить на личности не стал. Вместо этого он лениво откинулся на спинку сиденья и толкнул язык за щеку, смотря на придурка перед собой.       – Продолжай. Я чувствую себя гением на фоне твоих речей. На этот раз взглядом соприкоснулись Ашидо и Эйджиро. Они удивлённо уставились сначала на одного парня, а затем на другого, думая, как же их утихомирить. В конце концов Мина осторожно уложила ладонь на колено друга, а Киришима мягко оттянул Бакуго от стола, заставляя его плечи расслабиться.       – Йоу, что на вас нашло? – спокойно проговорил аловолосый, заглядывая в лицо товарища.       – Тебе не обязательно рычать на каждого встречного, грубиян, – девушка возмущённо насупилась и цыкнула в сторону Кацуки, заставив того оскалиться. – С таким отношением ни одна девчонка на тебя не посмотрит.       – Я по парням. За столиком повисла пауза. Трое, исключая Бакуго, снова переглянулись, и Киришима, как самый адекватный из этой парочки, тут же поспешил сгладить углы. Япония хоть и являлась передовой страной, но к однополым отношениям, как и прежде, относилась с подозрением. Поэтому, говорить о своей ориентации в семейном кафе было сравнимо с актом социального самоубийства, где ты становился не только объектом насмешек, но и козлом отпущения.       – Он шутит, – Эйджиро небрежно отмахнулся от друга, показывая, что ему лучше заткнуться.       – Да расслабься, Кири-бро, – наконец подключился Изуку. Он сладко зевнул и закинул ногу на ногу, смотря на светловолосого.       – Я из той же стихии. Девушки – это не моё. Аловолосый уставился на этого смельчака и поспешил сказать что-то в ответ, но своевременно взглянул на товарища, который с интересом бегал глазами по кудрявому парнишке напротив. Бакуго никогда ни за кем не наблюдал «просто так» – на то всегда была причина. Иногда, простое любопытство, а иногда и симпатия, которая сейчас крохотным пятнышком трепыхалась в чужом желудке. Мина, в свою очередь, продолжила пялиться на Эйджиро, не обратив никакого внимания на признание друга. Она как никто другой знала о чужой ориентации. Странно было бы молчать об этом, да? А Изуку и вовсе относился к социальным нападкам как к вызову. Бывало, он красил ногти, потому что хотел этого; позволял Ашидо и Урараке делать себе макияж. И от этого меньше «мужского» в нём не становилось – наоборот, после таких выходок он оказывался центром женского внимания. Впрочем, и мужского внимания тоже. Как сейчас, например.       – Сыграем в игру, Киришима? – девушка уложила ладонь на стол и постучала по поверхности аккуратными ноготками. – Я тебе быстрый вопрос, ты – быстрый ответ. А потом меняемся, м? Хотя, можно сделать игру интереснее – мы разделимся на пары и по очереди будем спрашивать о чём-то.       – О-о-о, – радостно заскулил Мидория, перебив подругу и потянувшись к кофе, который только что принёс ему официант. Сделав блаженный глоток, он довольно промычал и провёл пальцем по своим губам. – В целом, идея убойная. Это не планировалось как двойное свидание, поэтому нам с Кацуки будет о чём поболтать, пока вы воркуете. На том и сошлись. Когда все напитки оказались на столе, девушка убрала телефон и, коснувшись трубочки в лимонаде, посмотрела на Эйджиро. Парень, очевидно смущённый подобным вниманием, улыбнулся ей и коротко кивнул, как бы спрашивая «чего ждём?». Мина задумчиво прищурилась, пытаясь придумать заковыристый вопрос, и промычала. Мидория же взглянул сначала на подругу, затем на Киришиму, который сыпался от присутствия Ашидо, а после и на Бакуго. На Бакуго, к слову, его глаза остановились дольше положенного. Изуку позволил себе исследовать парня самым наглым образом – оценил его одежду, скользнул по рукам, а затем посмотрел в чужое лицо и с удивлением обнаружил, что Кацуки тоже наблюдает. Темноволосый на секунду стушевался, не ожидая от этого грубияна скорой взаимности, но отводить взор не стал. Мало ли между ними всё-таки что-то промелькнёт?       – Киришима, сколько отношений у тебя было? – ни с того ни с сего раздался вопрос. Все как один посмотрели на девушку.       – Если что, можно взять время на подумать, – уточнила она.       – Тут и думать не о чём. Я лишь раз был в отношениях, – парень неловко почесал затылок и впечатался губами в стакан с водой, делая глоток – Не самый удачный опыт, если честно.       – Как я тебя понимаю, – лениво протянула Ашидо, подпирая лицо ладонью. – Что-ж, твой ответ меня удовлетворил. Теперь кто-то из вас, парни. Девушка указала на парочку. Ребята переглянулись, одновременно растрепав свои волосы, и молча вытянули ладони вперёд. Они тотчас без слов принялись играть в «камень-ножницы-бумага» и, после пары синхронных движений, сцепились в ругательствах. В конце концов победителем оказался Бакуго, который, кажется, уже подготовил вопрос – он удобнее устроился на диванчике и склонился к столу.       – Окей, – тяжело вздохнул он. – Значит, парни? Какой твой типаж? Мидория задумался и почесал лоб.       – Не знаю даже. Наверное, приближенный к твоему. Выразительные глаза, светлые волосы, крепкое тело и всё такое. Тишина напала на ребят неожиданно, и в этом отсутствии звука отчётливо слышалось то, как, остывая, трескается лёд в стаканах. Мина замерла с трубочкой у губ, так и не сделав глотка, а Киришима вдруг уставился на Изуку, в очередной раз удивляясь его смелости. Один лишь Кацуки отнёсся к сказанным словам спокойно – подумаешь, какой-то мальчишка говорит о своём типаже. Бакуго уже сталкивался с подобными признаниями. Ничего особенного в этом не было.       – А твой типаж? – вдруг продолжил Мидория, цепляя в кармане спортивных штанов жвачку.       – Думаю, кто-то вроде тебя. Ашидо взглянула на Киришиму, Киришима взглянул на неё, и они оба впали в такую эйфорию, что окружающие люди могли бы подумать, что они слетели с катушек. Стоило ли говорить о том, как они были счастливы за друзей?       – Покурим? – спокойно произнёс Кацуки, поднимаясь с места и смотря на Изуку.       – О, так ты тоже? Вообще, я бросаю, но за компанию выйду. Бакуго первым отодвинул стул. Тот с тихим скрежетом проехался по полу, и юноша, не оборачиваясь, направился к выходу, засунув руки в карманы куртки. Мидория задержался на секунду, переглянулся с Миной, которая подмигнула ему, и двинулся следом. Входная дверь кафе осторожно открылась, пропуская их на улицу, и промозглый воздух тут же ударил в лицо, заставляя Изуку прищуриться. Кацуки уже стоял у стены, опершись плечом о кирпичную кладку, и доставал из пачки сигарету, не глядя на нового знакомого. Темноволосый же подошёл ближе и остановился рядом.       – Твои ставки – они начнут встречаться?       – Сто процентов. Киришиму от неё не оторвать. Он ведёт себя с ней, словно щенок. Только поскулить забыл, – Кацуки крепко затянулся и выпустил в небо густое облако дыма, после снова прикладываясь к сигарете губами.       – С вишней, да? Не самый удачный выбор для мужчины. Темноволосый потянул ладонь в карман кофты и нащупал там потрёпанную пачку с отравой, на которой красовалась точно такая же надпись, как на сигаретах Бакуго. Мидория ловко пересчитал оставшееся количество в упаковке и, закрыв, бросил юноше. Тот поймал её без лишних колебаний – будто они уже ни раз вот так обменивались сигаретами – а потом взглянул на номер вкуса и ухмыльнулся.       – Губа не дура. Я так понимаю, ты фанатеешь с кофе, да? – блондин тут же потушил свой окурок и снова закурил, но теперь уже чужие сигареты.       – Я бариста, – отозвался Изуку. – Мне простительно. Кацуки усмехнулся, задумчиво осмотрел улицы и опустил голову, втаптываясь носком кроссовка в трещину на тротуаре. Темноволосый тоже замолчал – вспомнил о чём-то своём и тупо втыкал в нашивку на чужой груди. А затем по улице пронёсся громкий чих.       – Заболел? – тут же очухался Изуку.       – Да нет, аллергия.       – На что?       – На твою задротскую задницу. Мидория насупился, задохнувшись от возмущения, и с силой впечатался кулаком в чужое плечо. Кацуки, не успев сообразить, лишь крепче затянулся и откачнулся в сторону, едва не свалившись на землю. Он помолчал ещё мгновение, потом пощупал свои карманы, надеясь, что не выронил телефон, а после в кое-то веке решил посмотреть на знакомого, мол «че за дела?».       – Думаешь, я тебе не всеку? – лениво протянул Изуку.       – Думаю да. Бакуго тотчас ловко увернулся от чужого кулака и отошёл подальше.       – Ладно-ладно, прости. Не хотел обидеть, – юноша вежливо протянул свою ладонь для рукопожатия и чуть склонил голову, усмехнувшись. Мидория смотрел на эту протянутую ладонь с таким видом, будто ему предложили съесть стухшую рыбу. Он дёрнул плечом, хотя никто его даже не касался, и раздражённо натянул капюшон на голову. Шнурки больно хлестнули по скуле, но он даже не поморщился – просто замер на секунду, глядя куда-то в асфальт, а потом выдавил сквозь зубы глухое: «Забей». Бакуго же взглянул на этого надутого воронёнка, закутавшегося в своё чёрное худи, и осторожно заглянул ему в капюшон. Рука тут же по-свойски легла на чужое плечо, а сам парень оказался чуть ближе, отчего Изуку ощетинился и спрятался глубже.       – Как насчёт панкейков с клиновым сиропом? – Кацуки осторожно поднял юношеский подбородок и указал на заведение в конце улицы. – Во-о-он в том кафе, а? Я угощаю. Мидория скептично изогнул брови и усмехнулся.       – Как ты объяснишь Мине с Киришимой наше отсутствие, умник?       – Уверен, они о нас даже не вспомнят.

***

Пробуждение ворвалось в комнату неожиданно. Изуку лениво выглянул из под одеяла и, нащупав телефон, разрывающийся от звонка, посмотрел в экран. «Мина». Имя подруги моментально привело парня в чувства – он вытянулся, сладко зевнул и наконец ответил, прикладывая динамик к уху.       – Эй, кот, – раздалось по ту сторону. – Ты добрался до дома?       – Неа, – хрипло бросил юноша. – А ты? В трубке повисла пауза. Мидория прижал телефон плотнее и прислушался – оттуда доносилось сбивчивое дыхание, шорох простыни, а затем глухой стук, будто кто-то уронил подушку на пол. Изуку уже собрался переспросить, но в следующую секунду услышал то, от чего все мышцы лица непроизвольно расслабились. Чужой голос – с хрипотцой, на удивление похожий на его собственный, – негромко произнёс: «Доброе утро». А следом – отчётливый, мягкий чмок, рассыпавшийся на коже. Мина тихо хихикнула, думая, что друг ничего не слышит, и в динамиках снова послышался поцелуй. Совершенно точно в губы.       – Йоу, малыш. Позвони позже, ладно? Мидория перевернулся на спину и, откинув край одеяла, убрал руку за голову, удобнее умещаясь на подушке.       – Ну уж нет. Колись. Почему ты не дома? – произнесла Ашидо, и Изуку будто бы «услышал» её хитрую улыбку. Он открыл рот, чтобы выдать что-то остроумное, но слова застряли в горле, потому что под одеялом, у самого бедра, что-то шевельнулось. Мидория замер, прикусив внутреннюю сторону щеки, и заставил себя дышать ровно, хотя сердце уже начало отбивать дробь о рёбра. Чужая тёплая ладонь скользнула по его животу, и юноше пришлось приложить нечеловеческие усилия, чтобы не выдохнуть слишком громко. Его торса коснулись губы. Изуку зажмурился, вцепившись свободной рукой в простыню, когда те начали медленное путешествие вверх – от его пресса до грудной клетки. Каждый новый поцелуй был чуть смелее предыдущего, будто просыпающийся под одеялом человек наслаждался каждым сантиметром чужого тела, не торопясь и смакуя. Мидория слышал, как подруга спрашивает что-то про вчерашний вечер, но в голове уже не осталось места для слов. Было только ощущение чужого дыхания, влажный след от губ и горячая ладонь, требовательно сжимающая его бок. А когда одеяло наконец сдвинулось в сторону, открывая взъерошенную светлую макушку и знакомые красные глаза, юноша понял, что больше не в силах контролировать себя. Он прерывисто выдохнул, и Бакуго, нависая над ним, чуть склонил голову, будто прислушиваясь.       – Доброе утро, – улыбаясь, протянул тот и оставил очередной поцелуй на чужих губах. Телефон тут же взорвался воплем. Ашидо счастливо пропищала в трубку и прошептала Киришиме.       – Я же говорила, что они проведут ночь вместе.       – Я и не сомневался. Эйджиро закопошился и устроился удобнее, укладывая голову на грудь девушки. Мина тут же подняла ладонь и зарылась пальцами в мягкие волосы, начиная бережно оглаживать то затылок парня, то его шею.       – Эй, – Кацуки осторожно забрал у Изуку трубку и, прижав её к уху, коснулся чужой талии. Он медленно провёл рукой сначала вверх, затем вниз, а после принялся массировать её, заставляя темноволосого блаженно прикрыть глаза. – Не мешайте людям наслаждаться друг другом. Звонок завершился, и телефон тут же плюхнулся на подушку.       – Ты чего улыбаешься? – спросил Изуку хрипло.       – Думаю, когда мы вчера легли, – Бакуго медленно повёл ладонью вверх по животу, останавливаясь прямо под рёбрами, и Мидория инстинктивно выгнулся навстречу. – Четвёртый час был? Пятый?       – Без понятия. Помню только, что ты уснул первым и сопел мне прямо в затылок. Светловолосый поджал губы и осторожно сжал пальцами юношеские щёки.       – Признайся, хотел сбежать, а? Руки Изуку осторожно взметнулись вверх, скользнув к предплечьям, и остановились на крепкой шее, обвивая её гибкими пальцами. Подушечки ласково коснулись затылка и зарылись в светлые волосы. Парень с особенной нежностью потянул Бакуго ближе, и их лбы соприкоснулись, позволив дыханию смешаться в одно горячее облачко. Мидория улыбнулся – так, что по спине Кацуки пробежали мурашки – и прошептал в самые губы:       – Даже не думал.