"Я пишу это, потому что больше не могу дышать. Не в буквальном смысле – у меня просто перехватило горло, когда я вновь увидел тебя сегодня. Ты улыбнулся своей дурацкой улыбкой, и я понял, что, если не выплюну это на бумагу сейчас, взорвусь изнутри".

Это было мероприятие, которое люди здравомыслящие обходили стороной. Да, «здравомыслящие» – но четверо безумцев, решившихся собраться в дешёвом кафе за углом, не относили себя к этой категории.

Он собирал тьму в чемодан, чтобы рассказать о любви, которая не знала смерти.

«Казалось, почему бы не выбрать другой день для посиделок? В этом не было проблемы, однако до двух упрямцев это доходило с трудом. В конце концов, для обоих ситуация обернулась делом принципа, ведь «если я уйду, значит проиграю». Вот и вышло, что этот злосчастный столик стал их общим».

Кацуки не замечал, как это началось. Он помнил лишь то, что однажды утренний кофе перестал быть просто кофе. Взгляды – просто взглядами. А тишина за стеной – просто тишиной. Бакуго до самого конца убеждал себя, что это ничего не значит. Что этот парень – просто секретарь, инструмент или ещё один винтик в огромной машине. Но винтики никогда не смотрели ему в глаза, не спорили и не заставляли сердце биться чаще. И теперь Кацуки не знал, что с этим делать.