My beloved hyung

Осеннее сеульское утро выдалось на удивление ясным. После недели затяжных дождей небо наконец очистилось, и солнце, низкое и бледное, но всё же настоящее, заливало школьный двор золотистым светом. Листья клёнов уже пожелтели и опадали, кружась в лёгком ветерке, и казалось, что воздух стал прозрачнее и звонче. Сокджин шёл по коридору второго этажа, когда услышал странный гул - в конце коридора, у дверей первого класса, собралась небольшая толпа учеников. Кто-то смеялся, кто-то перешёптывался, и Сокджин, не любивший шумных сборищ, хотел было пройти мимо. Но его взгляд случайно упал на фигуру Чонгука, который стоял у входа в класс, и почему-то ноги сами понесли его ближе. Он подошёл незаметно, встав позади нескольких первокурсников, и заглянул через их плечи. Внутри класса, у доски, стоял парень - невысокий, с яркими, почти рыжими волосами, которые небрежно падали на лоб. У него были широкие плечи, тёплые карие глаза и улыбка, которая, казалось, освещала всю комнату. Он был одет в школьную форму, но выглядел так, будто вышел с обложки модного журнала - рубашка не застёгнута на верхнюю пуговицу, галстук повязан небрежно, и весь его вид кричал о какой-то лёгкой, беспечной харизме. - Ребята, это наш новый ученик, - объявила госпожа Пак. - Его зовут Ким Тэхён. Он перевёлся к нам из Пусана. Будьте добры к нему. Тэхён окинул класс сияющим взглядом, улыбнулся широко и дружелюбно. - Привет! Я Ким Тэхён. Приятно познакомиться! - сказал он звонким голосом. - Я немного волнуюсь, но надеюсь, мы подружимся. Кто-то из класса захихикал, кто-то зааплодировал. Учительница указала Тэхёну на свободное место за партой - она стояла в среднем ряду. Тэхён сел, достал учебники и начал оглядываться по сторонам с любопытством. Сокджин постоял ещё пару секунд, убедившись, что ничего особенного не происходит, и ушёл на свой урок. Внутри него засело странное чувство - он не мог объяснить, почему этот новенький вызвал у него смутную тревогу. *** На большой перемене Сокджин спустился в столовую. Он взял кофе и сел за свой обычный столик, откуда был виден вход. Через несколько минут в столовую ввалилась шумная компания первокурсников, и среди них он заметил Чонгука. Тот шёл вместе с несколькими одноклассниками, и среди них был тот самый новенький - Тэхён. Они сели за соседний столик. Тэхён оказался очень разговорчивым - он что-то оживлённо рассказывал, жестикулируя, и все вокруг слушали с интересом. Чонгук сидел напротив него, и Сокджин видел, как он улыбается, слушая Тэхёна. А потом произошло то, что заставило Сокджина замереть. Тэхён что-то сказал, и Чонгук, смеясь, ответил, но в его голосе проскользнул лёгкий, едва заметный пусанский акцент - он обычно старался говорить на стандартном сеульском диалекте, но когда расслаблялся, иногда проскальзывали родные нотки. Почти за месяц их общения, Джин успел заметить это. Тэхён вдруг подался вперёд, его глаза загорелись. - О! Ты из Пусана? - спросил он громко, с явным восторгом. Чонгук смутился, но кивнул. - Да, я из Тоннэ. - Я тоже из Пусана! Из Хэундэ! - Тэхён чуть не подпрыгнул на месте. - Представляешь, как повезло! Здесь же никого из наших, а тут ты! Чонгук улыбнулся шире, и в его глазах загорелся тёплый свет. - Да, я тоже не ожидал. Приятно познакомиться, - сказал он, и они обменялись рукопожатием через стол. Сокджин смотрел на эту сцену, сжимая в руке чашку с остывшим кофе. Внутри него разлилось странное, неприятное чувство - он не мог понять, что именно его так задело. Чонгук был счастлив, он нашёл земляка, это же здорово. Почему же внутри так пусто? Он допил кофе и ушёл из столовой, даже не взглянув больше в их сторону. *** Следующие несколько дней Сокджин наблюдал за тем, как Чонгук и Тэхён становятся друзьями. Это происходило постепенно, но неумолимо. Сначала они просто иногда перекидывались фразами в коридоре. Потом - сели вместе в столовой. А через неделю они уже ходили в обнимку, и Тэхён показывал Чонгуку свои рисунки в блокноте, а Чонгук смотрел на них с восхищением. Сокджин видел, как Чонгук меняется. Он становился более расслабленным, уверенным. Его голос звучал громче, он чаще смеялся и даже начал шутить - чего раньше за ним не водилось. И Сокджин понимал, что должен радоваться. Он же сам хотел, чтобы у Чонгука появились друзья. Он сам помог ему поверить в себя. Теперь этот новый человек, Тэхён, просто продолжил то, что начал он. Но внутри Сокджина росло беспокойство. Он начал замечать, что Чонгук реже пишет ему. Раньше они переписывались каждый вечер - Чонгук присылал ему фото стихов, которые прочитал, или просто писал: "Спокойной ночи, Джин-хён". Теперь сообщения становились короче, а иногда и вовсе не приходили. Когда Сокджин спрашивал, как дела, Чонгук отвечал: "Хорошо! Мы с Тэхёном рисовали сегодня" или "Тэхён научил меня новому аккорду на гитаре". И каждый раз, читая эти сообщения, Сокджин чувствовал, как внутри него разливается что-то тёмное и горькое. Он не знал, как это назвать. Он не хотел признаваться даже себе. "Я просто устал, - убеждал он себя. - Я много занимаюсь. Мне нужно отдохнуть". Но по ночам он лежал без сна и думал о Чонгуке. О том, как они сидели в библиотеке, как Чонгук читал стихи, как он улыбался, когда у него что-то получалось. О том, как он впервые плакал у него на плече, как смеялся с шуток Джина. И о том, что теперь этот смех и улыбки принадлежат кому-то другому. *** В пятницу, когда они должны были заниматься по литературе, Чонгук пришёл в библиотеку за час до назначенного времени. Он стоял перед Джином, переминаясь с ноги на ногу, и теребил край рубашки. - Джин-хён, - начал он виновато, - можно мы перенесём занятие? Сокджин посмотрел на него, и в груди всё сжалось от предчувствия. - Тэхён пригласил меня в художественную галерею, - продолжил Чонгук. - Он очень хотел сходить, а я обещал ему. Если честно, мне неудобно отказывать - он так радовался. Сокджин заставил себя улыбнуться. - Конечно, иди. Мы можем перенести на завтра. - Правда? Спасибо, Джин-хён! Ты лучший! - Чонгук просиял, порывисто обнял его, и Сокджин замер, чувствуя, как бьётся его сердце. Потом Чонгук отстранился и выбежал из библиотеки, счастливый. Сокджин остался один. Он сидел за столом, глядя на дверь, которая качалась от резкого движения, и чувствовал, как внутри него разливается пустота. Он сжал кулаки так, что ногти впились в ладони. "Почему мне так больно? - спросил он себя. - Он имеет право на друзей. Я не могу требовать, чтобы он всегда был только со мной". Но внутри него бушевала буря. *** Прошло два часа. Сокджин сидел в пустой библиотеке, перелистывая книгу, но не видя ни слова. Он думал о Чонгуке - там, в галерее, с Тэхёном. О том, как они смеются, как Тэхён касается его плеча, как Чонгук смотрит на него с восхищением. "Я просто хочу увидеть, что он счастлив, - убеждал он себя. - Мне станет легче, если я увижу его счастливым". Он не знал, что его толкнуло на этот шаг. Но он вышел из библиотеки, сел в машину и поехал в центр, к той самой галерее. Он не знал, что скажет, если встретит их. Он просто ехал. Когда он вошёл в галерею - просторное помещение с белыми стенами и яркими картинами - он увидел их почти сразу. Они стояли у большого полотна с абстрактным пейзажем. Тэхён что-то увлечённо объяснял, жестикулируя, а Чонгук слушал, склонив голову, и на его лице застыло выражение чистого восторга. Тэхён коснулся его плеча, указывая на деталь картины, и Чонгук посмотрел на него с тёплой улыбкой. Сокджин застыл за колонной. Он смотрел на эту сцену и чувствовал, как сердце разрывается на части. Он видел, как Тэхён прикасается к Чонгуку - легко, естественно, как будто имеет на это право. Как Чонгук не отстраняется, а наоборот - подаётся ближе. Как они обмениваются взглядами, полными понимания. И вдруг Сокджин увидел то, что больнее всего ударило его: Чонгук рассмеялся - звонко, искренне, счастливо. Этот смех он слышал раньше, но только на их занятиях, когда Чонгуку что-то удавалось. Теперь он смеялся так с кем-то другим. Сокджин не выдержал. Он развернулся и вышел из галереи, даже не взглянув на экспонаты. Он шёл по тротуару, не замечая прохожих, и чувствовал, как внутри него что-то обрывается. Он сел в машину и долго сидел, сжимая руль. В глазах защипало, но он заставил себя не плакать. "Что со мной? - спросил он себя. - Почему мне так больно видеть его счастливым с кем-то другим?" И вдруг, как удар молнии, пришло осознание. Он понял это не сразу - мысль пронеслась и застряла где-то в горле. "Я люблю его. Господи, я люблю его. По-настоящему. Не как друга, не как ученика. Я люблю его как человека с которым хочется провести жизнь". Он замер, чувствуя, как мир вокруг рушится. Он не хотел этого осознания. Он отталкивал его, прятал, но оно настигло его здесь, в машине, посреди Сеула. "Нет, Джин, - сказал он себе. - Нет. Это глупо. Это просто привычка. Я просто переживаю за него. Это всё". Но сердце, глупое сердце, билось быстрее, и слезы всё-таки покатились по щекам. Он уткнулся лицом в руль и замер, чувствуя, как боль разливается по всему телу. Он влюбился в Чонгука. Но он не мог сказать ему. Потому что Чонгук счастлив. Он счастлив с Тэхёном. И Джин не имел права разрушать это счастье. "Я буду просто рядом, - решил он, когда слёзы стихли. - Я буду помогать ему, как и раньше. Но я никогда не скажу ему правду. Потому что его счастье для меня важнее моего". *** На следующий день Сокджин проснулся с твёрдым решением: нужно отдалиться. Если он продолжит видеть Чонгука каждый день, он не сможет скрывать свои чувства. Он будет страдать, а Чонгук заметит, что что-то не так, и начнёт переживать. Лучше медленно, постепенно уйти из его жизни, оставив только воспоминания. Он начал отвечать на сообщения Чонгука коротко и сухо: "Хорошо", "Увидимся", " Сегодня я занят". Когда Чонгук звонил, он сбрасывал, говоря, что репетирует. На переменах он избегал коридоров, где обычно появлялся Чонгук, и запирался в пустующих классах. Чонгук заметил это почти сразу. В понедельник он подошёл к Джину после четвёртого урока, заглядывая в глаза. - Джин-хён, ты какой-то странный последние дни. Я тебя почти не вижу. У тебя всё в порядке? Сокджин натянул улыбку. - Всё отлично, Чонгук-и. Просто много учёбы. И репетиции. Ты же знаешь, выпускной класс как-никак. - Но мы не занимались уже три дня, - Чонгук выглядел озадаченным и даже немного расстроенным. - Я хочу позаниматься. Сегодня в шесть в библиотеке? - Сегодня я не могу. У меня встреча с репетитором по актёрскому. - А завтра? - Завтра тоже. Чонгук замолчал. В его глазах мелькнула тревога. - Ты… ты обиделся на меня за то, что я в пятницу ушёл? - спросил он тихо. - Прости, Джин-хён. Я не хотел тебя подводить. Просто Тэхён так просил… - Я не обиделся, - перебил Сокджин, чувствуя, что если он ещё раз услышит имя Тэхёна, то не выдержит. - Всё в порядке. Правда. Просто я занят. Давай не сейчас. Он быстро ушёл, оставив Чонгука стоять посреди коридора с растерянным видом. Он слышал, как за спиной раздался тихий голос: "Джин-хён…", но не обернулся. "Так надо, - сказал он себе. - Так будет лучше для нас обоих. Он привыкнет, и я привыкну". Но по вечерам он сидел дома, смотрел на телефон и ждал сообщений от Чонгука, которые всё равно приходили - короткие, но тёплые: "Спокойной ночи, Джин-хён", "Я скучаю по нашим занятиям", "Джин-хён, мне сегодня приснилось, что мы играли в шахматы в библиотеке, и ты выиграл, как всегда". И каждый раз, читая их, Сокджин чувствовал, как его решимость тает. *** Прошла ещё одна неделя. Джин почти перестал общаться с Чонгуком, кроме коротких переписок. Он думал, что боль притупится, но она становилась только острее. Он скучал по Чонгуку до такой степени, что не мог сосредоточиться на занятиях, и даже репетиции в театральном кружке шли плохо - режиссёр заметил, что он "выпал из образа". А потом наступил день школьного фестиваля. Каждый класс готовил номер, и первоклассники решили устроить совместное выступление. Джин знал, что Чонгук и Тэхён готовят дуэт - Тэхён играет на пианино, Чонгук поёт. Он старался не думать об этом, но когда объявили, что репетиции проходят в актовом зале, он почувствовал непреодолимое желание увидеть их выступление. "Я просто посмотрю, - сказал он себе. - Оценю подготовку. Как участник школьного совета, я имею право". Он зашёл в зал, когда солнце уже клонилось к закату, и лучи его подсвечивали пыль над сценой. Он тихо сел в последнем ряду, в тени, чтобы его не заметили. И увидел их. Чонгук стоял на сцене с микрофоном в руке, а Тэхён сидел за роялем. Они репетировали песню - медленную, грустную балладу. Чонгук пел с закрытыми глазами, и голос его звучал так чисто, так проникновенно, что у Джина перехватило дыхание. А Тэхён аккомпанировал, и когда он брал нужные аккорды, он поднимал глаза на Чонгука, и они смотрели друг на друга, и в этом взгляде было что-то тёплое, доверительное, близкое. Джин смотрел на них и чувствовал, как внутри него поднимается волна. Он хотел подойти, хотел сказать что-то, но остановил себя. Он понимал, что ему там нет места. Что это их момент, их песня, их дружба. И он - всего лишь зритель. Когда они доиграли, Тэхён подошёл к Чонгуку и что-то сказал ему, и Чонгук засмеялся. Джин не мог больше на это смотреть. Он поднялся и быстро вышел из зала, даже не обернувшись. Он шёл по пустому коридору, и внутри него бурлило всё - ревность, боль, отчаяние. И это осознание, которое он так долго прятал. "Я люблю его. Я люблю его так сильно, что это убивает меня. Но я не могу ему сказать. Потому что это неправильно. Потому что он счастлив с другим. И я не имею права разрушать его счастье". *** Джин пришёл домой, сел на кровать и долго смотрел в одну точку. Он чувствовал, как его мир рушится. Он любил Чонгука - по-настоящему, впервые в жизни. И он не мог ничего с этим сделать. В какой-то момент пришло сообщение от Чонгука: "Джин-хён, почему ты ушёл? Я видел тебя в зале. Ты опять убегаешь от меня? Я хочу поговорить с тобой. Ты последнее время такой холодный. Ты обижен на меня? Пожалуйста, скажи. Мне очень важно знать". Джин долго смотрел на это сообщение. Он хотел ответить честно. Хотел написать: "Я люблю тебя. Я не могу видеть тебя с ним. Мне больно". Но он не мог. Вместо этого он набрал: "Всё хорошо. Просто устал. Не переживай. Завтра увидимся". Чонгук ответил почти сразу: "Ты врёшь. Я знаю, что что-то не так... Ну если не хочешь говорить мне, я пойму. Просто знай, что я рядом, если захочешь поговорить. Спокойной ночи, Джин-хён". Джин смотрел на экран. Слёзы текли по его щекам, но он не вытирал их. Он чувствовал, как внутри него борется надежда и отчаяние. "Он говорит, что рядом, - подумал он. - Но он не понимает, что быть рядом - это самое трудное для меня. Потому что я не могу прикоснуться к нему. Я не могу сказать, что чувствую. Я просто должен смотреть и молчать". Он лёг на кровать и закрыл глаза. Он знал одно: завтра он снова увидит Чонгука. И будет улыбаться, как будто ничего не случилось. Он будет делать вид, что всё хорошо. Потому что он не имеет права на свои чувства." "Я оставлю чувства в себе, - прошептал он в темноту. - Но я не оставлю его. Я буду рядом, даже если от этого страдаю я." Он уснул, сжимая телефон в руке, и во сне ему приснилось, как Чонгук улыбается ему - тепло, искренне, как раньше. А на утро он проснулся и сделал то, что решил: он написал Чонгуку короткое сообщение - тёплое, как раньше: "Доброе утро. Давай сегодня позанимаемся, если хочешь. Я буду в библиотеке в шесть". Чонгук ответил сразу: "Да! Обязательно! Я соскучился по нашим занятиям, Джин-хён". И Джин улыбнулся сквозь боль. Он не знал, как долго сможет так жить, скрывая свои чувства. Но он знал, что будет стараться. Ради Чонгука.