Глава 5. Между двух огней
17 июня 2026 г., 22:23
Прошло три недели после того, как самолёт растаял в ночном небе, унося Призрака на угнанной тачке. Город, погудев пару дней, начал забывать про громкое дело, но в Центральном Управлении полиции время словно остановилось.
Перевод в Министерство Юстиции и официальное отстранение от дела Призрака дались Вики тяжело, оставив в душе горький осадок. В министерских коридорах её назначение преподносили как «повышение за особые заслуги», но Вики прекрасно понимала изнанку этого решения. По факту её просто убрали с передовой. Шеф полиции спасая собственную шкуру после грандиозного фиаско с Боингом, изящно сделал её крайней. В его глазах она была слишком одержима этим делом, слишком глубоко увязла в личной дуэли с угонщиком и, что самое непростительное, упустила его, находясь в десяти метрах.
Первые несколько дней после перевода Вики разрывало от ярости и глухого бессилия. Её лишили дела, которое стало смыслом её жизни за последние месяцы. Это казалось карьерным тупиком, завуалированной ссылкой. Сутками напролет она прокручивала в голове ту дождливую ночь в аэропорту, её пальцы до боли сжимали руль, а перед глазами стоял уходящий в грозовое небо хвост самолета. Призрак победил, а её просто списали со счетов.
Но Вики Уокер не умела сдаваться. Злость быстро перегорела, оставив после себя ледяную, расчетливую решимость. Когда ей впервые спустили техническую документацию «Немезиды», Вики поняла: Министерство Юстиции само дало ей в руки идеальное оружие. Этот сервер был слишком лакомым куском для всего криминального мира. А значит, Призрак, который охотится за самыми невозможными целями в этом городе, рано или поздно обратит на него свой взор.
Но всё это время он был рядом.
Он стал её идеальной отдушиной. Он появлялся у ворот Управления именно тогда, когда у неё заканчивалась смена, с двумя стаканами безупречного латте. Он приглашал её на обеды в тихие, закрытые ресторанчики, где не было работы и репортеров. Он был обаятельным, внимательным и чертовски заботливым, аккуратно играя роль друга, который искренне сочувствует её провалу.
Их отношения балансировали на той же тонкой, звенящей грани, но теперь игра велась по-крупному.
Субботний вечер. Мустанг Люцифера плавно скользил по прибрежному шоссе. Рядом на пассажирском сиденье сидела Вики.
В этот раз она не была похожа на уставшего детектива, который сутками караулит преступников. Вики решила оставить работу за порогом Управления и оделась чуть наряднее, чем обычно, что не осталось без внимания Люцифера. На ней было легкое шелковое платье чёрного цвета, которое идеально подчеркивало ее фигуру и неуловимо меняло оттенок в лучах заходящего солнца. Поверх платья она накинула мягкий черный пиджак, а тонкую шею украшала едва заметная золотая цепочка. Волосы были распущены и мягкими волнами падали на плечи, сдуваемые теплым ветром из приоткрытого окна.
Люцифер то и дело бросал на нее короткие, оценивающие взгляды. Ему чертовски нравилось, как этот глубокий чёрный цвет сочетается с цветом ее глаз, и то, как изящно и естественно она выглядела в салоне его машины.
— Ты снова выглядишь уставшей, ангел мой, — мягко произнес Люцифер, не отрывая глаз от дороги. Его голос, этот бархатный баритон, действовал на Вики успокаивающе, словно дорогой виски. — Твоё новое начальство совсем тебя не бережет. Что они заставляют тебя делать? Перебирать пыльные архивы тридцатилетней давности?
Люцифер закинул наживку почти шутливо, внимательно следя за её реакцией. Ему нужно было знать, насколько близко она находится к «Немезиде».
Вики медленно повернула к нему голову. На её губах появилась легкая, лукавая улыбка, которая заставила сердце Люцифера пропустить удар. Она была чертовски умна и знала, как он любит такие игры.
— Что-то вроде того, — тихо ответила она, качнув головой. Вики лукаво прищурилась, и в глубине ее зеленых глаз промелькнул огонек. — Хорошая попытка, Морнингстар. Но ты ведь знаешь, что гражданским лицам, даже таким… настойчивым, как ты, не положено знать, чем занимается спецотдел. Могу лишь сказать, что охраняю кое-что, что может погубить многих. Но если я скажу тебе хоть слово больше, мне придется тебя арестовать за шпионаж.
Люцифер мысленно чертыхнулся. Умна. Чертовски умна. Она изящно обошла конкретику, дав понять, что черту секретности переступать не намерена.
— О, брось, — Люцифер плавно перестроился в правый ряд и сбавил скорость, переводя всё в плоскость флирта. — Я ведь просто беспокоюсь. Этот твой секретный бункер звучит как бетонный мешок для твоей карьеры. Да и для личной жизни тоже. Ты заслуживаешь большего.
— Ты неисправим, — Вики покачала головой, но её взгляд смягчился. Она вдруг подалась чуть вперед, и её рука накрыла его ладонь на рычаге переключения передач. — Спасибо, что ты рядом. Серьезно. Ты… ты единственный нормальный человек в моей жизни сейчас. С тобой я могу просто… забыть о работе. Пожалуйста, давай не будем о ней.
Люцифер замер. Тепло её ладони прошило его насквозь, но в голове со свистом закрутились шестеренки. С одной стороны, внутри него трещал по швам ледяной расчет — эта ее доверчивая, мягкая улыбка целилась прямо в сердце. С другой стороны, профессиональный тупик требовал жестких решений. Информации нет. Проект «Немезида» закрыт для Ости. Вики не расколется на разговорах.
Люцифер плавно выкрутил руль вправо, съезжая с шоссе на неосвещенную смотровую площадку над обрывом. Мустанг замер, мягко урча двигателем. В салоне воцарился полумрак, разбавляемый лишь далекими огнями ночного побережья.
— Люцифер? Что ты… — Вики не успела договорить.
Он резко отстегнул свой ремень безопасности, развернулся к ней корпусом и перехватил её руку, которую она так и не убрала с рычага. Его движения были быстрыми, гипнотическими, не оставляющими пространства для маневра. Он наклонился ближе, сокращая расстояние между их лицами до нескольких сантиметров. В воздухе мгновенно вспыхнуло такое осязаемое напряжение, что казалось, протяни руку — и посыплются искры.
— Ты хочешь забыть о работе, ангел мой? — его голос упал до опасно низкого, вибрирующего шепота. В темных глазах Люцифера заплясали черти. — Тогда давай забудем.
Вики часто задышала, её зрачки расширились. В её глазах на долю секунды мелькнула паника — перед той дикой, первобытной силой, которая от него исходила. Но она не отстранилась. Напротив, она упрямо вздернула подбородок, принимая вызов.
— Морнингстар, ты играешь с огнем, — выдохнула она, хотя её пальцы судорожно сжали лацкан его пиджака.
— Тогда тебе стоит зачитать мне мои права, офицер Уокер, — вкрадчиво прошептал он у самых её губ. — Пока не поздно.
И он поцеловал её.
Люцифер вложил в поцелуй всю свою натуру, весь накопленный адреналин, всю ярость от того, что эта женщина медленно, но верно подчиняет его себе. Его губы были требовательными, горячими, собственническими.
На секунду Вики обмякла в его руках, отвечая на этот сумасшедший порыв с такой же затаенной страстью, которая копилась в ней все эти недели. Ее пальцы зарылись в его темные волосы. Люцифер мысленно уже праздновал победу, чувствуя, как её защита рушится под натиском чистых эмоций…
Но Вики Уокер не была бы ведущим детективом у Боуэна, если бы сдалась так легко.
В самый пик этого обжигающего момента она резко, с неожиданной силой уперлась ладонями в его грудь и оттолкнула его от себя. Люцифер отпрянул, тяжело дыша, с потемневшим от вожделения взглядом.
Вики сидела, прижавшись спиной к пассажирской двери. Ее дыхание было прерывистым, шелк платья вздымался, а губы блестели в полумраке. Но в её глазах, помимо вспыхнувшего желания, снова горел тот самый холодный ум. Она смотрела на него так, словно пыталась прочитать скрытый мотив между строк.
— Вау, — тихо, с легкой хрипотой выдохнула Вики, медленно поправляя растрепавшиеся волосы, которые мягкими волнами упали ей на плечи. Она вдруг подалась вперед, снова сокращая расстояние между ними, но теперь в ее позе не было покорности. Это была чистая, дерзкая провокация. На ее губах расцвела лукавая, даже немного наглая усмешка.
— Скажи мне, Люцифер, — она протянула руку и медленно, кончиком пальца, провела по ткани его пиджака, заставляя того замереть. — Ты действительно думал, что если поцелуешь меня вот так, посреди ночи, на краю обрыва, то я окончательно потеряю голову? — Вики тихо рассмеялась. В полумраке салона ее зеленые глаза казались хищными. — Ты слишком плохого обо мне мнения. Или слишком хорошего о себе. Извини, Люц. Твой фокус не сработал. На сегодня… — она вдруг сделала резкое, гипнотическое движение, ее рука скользнула с пиджака ему за шею, — игр достаточно.
Люцифер не сдвинулся ни на миллиметр. Он принял её вызов с пугающим спокойствием.
Он медленно перехватил её ладонь у себя за шеей. Так мягко и крепко, что Вики физически ощутила исходящую от него силу. Он опустил её руку вниз, переплетая свои пальцы с её, и заглянул ей в глаза. На его губах играла порочная полуулыбка.
— Ты права, ангел мой, — вкрадчиво, почти интимно прошептал он, и его взгляд скользнул по её приоткрытым губам. — О себе я действительно очень хорошего мнения. Но мой фокус сработал. Просто ты пока боишься признать, что он тебе понравился.
Вики упрямо вскинула подбородок, пытаясь вернуть контроль, но её дыхание уже выдавало её с головой.
— И какой же финал у этого фокуса, Морнингстар? Ты отвезешь меня домой, и мы сделаем вид, что ничего не было?
— Зачем же врать друг другу? — Люцифер чуть наклонил голову, и его голос упал до едва различимого, вибрирующего шепота, от которого у Вики по коже пробежали ощутимые мурашки. — Финал в том, Вики, что ты можешь сколько угодно прятаться за своими правилами. Но прямо сейчас в этой машине нет офицера Уокер. Есть только ты. И ты отчаянно хочешь повторить.
В салоне Мустанга воцарилась звенящая тишина. Это был безупречный блеф. Люцифер лениво откинулся на подголовник кресла и продолжал удерживать её пальцы в своей руке. Он словно замер на краю той самой пропасти, предлагая ей сделать следующий шаг самостоятельно.
Вики смотрела на его расслабленную, чертовски уверенную позу, на эти темные, гипнотизирующие глаза и чувствовала, как её хваленый аналитический ум, её щиты и её железная дисциплина окончательно рассыпаются в прах. Ей до боли, до безумия надоело быть сильной. Надоело контролировать каждый вздох. Ей хотелось поддаться этому наваждению, сжечь все мосты и хотя бы на одну ночь довериться этому опасному, загадочному мужчине.
Ее взгляд стал тяжелым, потемневшим от нахлынувшего желания. Чёрный шелк платья вздымался всё чаще.
— Ненавижу тебя, — глухо, с трудом сдерживая дрожь в голосе, выдохнула Вики.
— Знаю, — тихо отзвался Люцифер, не отводя глаз от её губ.
И это стало последней каплей. Вики резко, прерывисто вздохнула и сама рванулась вперед, намертво вцепившись пальцами в его темные волосы и притягивая Люцифера к себе.
Этот поцелуй уже не имел ничего общего с первой, аккуратной пробой. Он был жадным, голодным, сбивающим с ног. Вики целовала его с какой-то отчаянной, накопленной за долгие недели яростью, полностью отдавая себя во власть этой запретной страсти и заставляя Люцифера напрочь забыть обо всех своих планах, Кроули и чертовом сервере.
Люцифер ответил мгновенно, перехватывая инициативу. Его тяжелая ладонь легла ей на талию, сминая шелк платья и прижимая Вики к себе с такой силой, будто он пытался запереть её внутри этого момента навсегда.
В полумраке замершего над обрывом Мустанга весь остальной мир — с его законами, синдикатами, Кроули и вечной погоней — просто перестал существовать. Пространство сузилось до размеров кожаного салона, наполненного прерывистым дыханием и оглушительным стуком двух сердец.
Это была не просто страсть, это была чистая, накопленная неделями химия — гремучая смесь из ментального противостояния, взаимного притяжения и запретного плода. Они слишком долго играли в кошки-мышки, слишком долго сдерживали маски, и теперь, когда плотина рухнула, их обоих несло по течению с умопомрачительной скоростью.
Люцифер пересадил её к себе на колени, действуя бережно, но с той собственнической уверенностью, против которой у Вики не нашлось аргументов. Ткань платья тихо зашуршал в темноте, прохладной волной скользнув по его коленям, но Вики этого даже не заметила. Всё её естество было сосредоточено на обжигающем тепле его рук.
Его ладонь, горячая и властная, медленно поднялась от её талии выше, очерчивая изгиб ребер, чувствуя, как под тонкой тканью бешено бьется её пульс. Люцифер отрывался от её губ лишь на секунду, чтобы выдохнуть куда-то в шею, оставляя влажные, невесомые поцелуи вдоль линии челюсти, заставляя Вики судорожно выгибаться в его руках. Каждый его вдох пах её духами — чем-то терпким, с нотками ночного дождя.
— Люцифер… — её голос превратился в тихий, надломленный шепот. Она крепко зажмурилась, сильнее зарываясь пальцами в его густые темные волосы, удерживая его, не позволяя остановиться.
Он был её личным безумием. Вики всегда гордилась своей способностью читать людей, видеть их насквозь, но он оставался для неё темным омутом. И сейчас ей впервые в жизни хотелось утонуть в этом омуте без остатка.
Люцифер приподнял голову, заставляя её посмотреть на себя. В его обычно насмешливых глазах сейчас горело то, что он никогда и ни за какими масками не смог бы спрятать. Настоящий, первобытный голод. Но вместе с ним — какая-то щемящая, неожиданная для него самого нежность. Он аккуратно заправил непослушную прядь её волос за ухо, кончиками пальцев коснувшись её горячей щеки. Его прикосновение было настолько контрастным его недавней хищной хватке, что Вики судорожно вздохнула.
— Ты пахнешь грозой, ангел мой, — тихо, с едва заметной хрипотой произнес он, и его взгляд скользнул по её зацелованным, припухшим губам.
Вики слабо, но упрямо улыбнулась, прижимаясь своим лбом к его лбу. Их дыхание смешивалось в одно. Она чувствовала, как его широкая грудь вздымается под дорогим пиджаком, и это ощущение абсолютной защищенности и одновременно смертельного риска кружило голову лучше любого алкоголя.
— Не хочу думать, — выдохнула она, скользя ладонями по его плечам, сбрасывая с него этот безупречный, мешающий сейчас пиджак. — Хотя бы сегодня. Никаких мыслей, Люцифер. Только это.
И Люцифер подчинился. Он запечатал её губы новым, тягучим поцелуем, забирающим все остатки кислорода. Его руки уверенно опустились на её бедра, прижимая Вики к себе так близко, что между ними не осталось ни миллиметра воздуха.
За окном шумело море, разбивая тяжелые рассветные волны о скалы, а в салоне Мустанга двое людей, созданных быть врагами, отчаянно и слепо переписывали сценарий своей собственной судьбы.
Внутри машины воздух стал настолько горячим и плотным, что стекла мгновенно затянуло глухой пеленой пара, окончательно отрезая их от внешнего мира. Вики больше не думала. Каждое прикосновение Люцифера выжигало из её головы остатки инструкций, уставов и здравого смысла.
Люцифер действовал на грани безумия и абсолютного контроля. Он потянул вверх подол её платья, и тонкий шелк, шурша, поднялся до её бедер. Его ладонь — такая большая и горячая, с чуть шероховатой кожей — легла на обнаженное бедро Вики, заставляя её судорожно вздохнуть прямо ему в губы. Она чувствовала, как его пальцы уверенно сжимают её кожу, оставляя невидимые следы.
— Люцифер… — сорвалось с её губ вместе с прерывистым выдохом, когда его поцелуи спустились к её шее, а зубы слегка, дразняще прикусили чувствительную кожу у самого уха.
Вики подалась навстречу, инстинктивно выгибаясь и сильнее прижимаясь к нему. Ей было мало этого расстояния и слишком много одежды, которая всё еще разделяла их. Она потянулась к его рубашке, пуговицы с тихим треском вылетали из петель под её подрагивающими пальцами. Вики запустила ладони под дорогую ткань, касаясь рельефных, жестких мышц его груди и плеч. Он был горячим как чистый адреналин.
Люцифер глухо зарычал, когда её ногти слегка царапнули его спину. Его терпение, выстраиваемое годами, лопнуло. Одним мощным, точным движением он пересадил Вики, устраивая её на панели управления лицом к себе, спиной к лобовому стеклу. Её платье окончательно смялось, открывая его взгляду бесконечные линии её ног. Люцифер быстро избавился от мешающей одежды, не отводя от неё потемневшего, почти черного взгляда, в котором горел неконтролируемый голод.
Вики смотрела на него, тяжело и часто дыша, её пальцы судорожно вцепились в края кожаных сидений. В полумраке салона его силуэт казался огромным и опасным.
Когда он приблизился, разводя её колени в стороны и вклиниваясь между них, Вики инстинктивно обхватила его бедра, полностью раскрываясь навстречу. Люцифер на секунду замер, удерживая её за талию. Его потные, темные пряди волос упали на лоб, а дыхание обжигало её лицо.
— Ты уверена, ангел мой? — хрипло, едва узнаваемо спросил он, давая ей последний, призрачный шанс. — Назад дороги не будет.
Вместо ответа Вики резко потянула его за воротник и сама впилась в его губы жадным поцелуем, одновременно с этим подаваясь тазом вперед.
Люцифер вошел в нее единым, глубоким толчком.
Вики вскрикнула прямо ему в рот, этот звук потонул в его глубоком вздохе. Из глаз на секунду брызнули искры от того, насколько это было остро, переполнено и правильно.
Изнутри её обожгло такой волной чистого, концентрированного жара, что она крепко зажмурилась, сильнее сжимая его плечи. Лобовое стекло за её спиной едва заметно завибрировало.
Люцифер не дал ей времени опомниться. Он начал двигаться — сначала медленно, тягуче, заставляя её привыкнуть к его размеру и темпу, а затем всё быстрее и жестче. Каждое его движение было точным и собственническим, выбивающим из Вики остатки воздуха. Мустанг мерно покачивался над темным обрывом, скрытый туманом от всего мира.
Вики полностью потеряла контроль, о котором так пеклась на работе. Она закинула голову назад, подставляя шею под его мокрые поцелуи, и громко, не сдерживаясь, стонала в тишине салона. Изгиб её спины идеально повторял контуры кожаной панели, а платье липло к вспотевшей коже. Химия между ними достигла критической точки — это был не просто секс. Они оба получали от этой капитуляции дикое, почти болезненное наслаждение.
Люцифер сжимал её бедра так сильно, что знал — завтра там останутся темные следы его пальцев. Но сейчас ему было плевать. Он чувствовал, как узкие, горячие стенки внутри неё сжимают его при каждом толчке, утягивая на самое дно. Её стоны, её прерывистое «еще», её ногти, впивающиеся в его плечи — всё это выжигало его ледяной расчет, превращая его в обычного мужчину, одержимого своей женщиной.
Темп стал неистовым. Напряжение внутри Вики копилось, стягивалось в тугой, звенящий узел внизу живота. Люцифер чувствовал это, он ускорился, делая толчки максимально глубокими и резкими, доводя её до предела. Вики судорожно вцепилась в его мокрые от пота плечи, её тело мелко задрожало, и в следующую секунду её накрыл оглушительный, мощный оргазм. Она громко вскрикнула, ее мышцы судорожно сжались вокруг него, толкая в самые пучины ада.
Люцифер сдавленно застонал, сделал последние два мощных, финальных движения и излился внутрь неё, накрывая её губы тягучим поцелуем.
Они еще долго сидели так в гробовой тишине салона, не размыкая объятий. Вики уткнулась носом в его тяжело вздымающееся плечо, слушая, как бешено стучит его сердце.
Люцифер бережно гладил её по мокрой спине, укрыв своим пиджаком от прохлады, которая начала проникать в салон. Стекла машины были полностью затуманены, а за окном медленно зарождался серый, холодный рассвет нового дня.
***
Первые лучи холодного утреннего солнца безжалостно пробивали глухую пелену пара на стеклах Мустанга. В салоне пахло остывающим металлом, дорогой кожей и терпким запахом её духов. Вики проснулась первой. Она лежала на груди Люцифера, укрытая его тяжелым пиджаком. Его рука всё еще покоилась на её талии, собственнически прижимая к себе даже во сне. В этот утренний час его лицо, лишенное привычной насмешливой маски, казалось молодым и почти беззащитным. Секунду Вики просто смотрела на него. А затем реальность обрушилась на неё ледяным водопадом. Взгляд упал на приборную панель, где на электронных часах светилось: 06:14. Воскресенье. Через шесть часов у неё прямая видеосвязь с куратором из Министерства Юстиции по поводу запуска «Немезиды». Она — ведущий детектив, образцовый офицер, надежда Департамента. И она провела ночь на краю обрыва в машине человека, чье имя фигурирует в оперативных сводках портового криминала, пусть и в качестве свидетеля. Паника, острая и колючая, сдавила горло. Защитные механизмы, спавшие всю ночь под натиском чувств, включились на полную мощность. Вики резко, едва ли не судорожно отстранилась. Платье, измятое и беззащитное, скользнуло по телу. Она начала быстро, почти слепо приводить себя в порядок, застегивая молнию и натягивая свой черный жакет. Люцифер открыл глаза мгновенно. Никакой сонной поволоки. Он молча наблюдал за её лихорадочными движениями, медленно принимая вертикальное положение. На его лице снова застыло непроницаемое выражение, но в глубине зрачков затаилась глухая, тяжелая обида. — Ты бежишь так, словно за окном уже воют сирены, ангел мой, — тихо, с утренней хрипотой в голосе произнес он. Вики замерла, не донеся расческу до волос. Она посмотрела на него — взгляд был сухим и отстраненным. Стена между ними выросла обратно, став еще выше и толще, чем вчера. — Заведи машину, Люцифер, — её голос прозвучал на удивление ровно. — Мне нужно домой. Через пару часов у меня дежурство. — И это всё? — Люцифер приподнял бровь, и на его губах появилась едва заметная, горькая усмешка. — Офицер Уокер вернулась на пост? Вики повернулась к нему. Её губы, всё еще хранившие пунцовый след его ночных поцелуев, дрогнули, но она жестко взяла себя в руки: — То, что произошло здесь… это была ошибка. Огромная, непозволительная ошибка, которой не должно было случиться. Мы из разных миров, Морнингстар. Давай просто забудем об этом. Ради нас обоих. Люцифер ничего не ответил. Он молча повернул ключ в замке зажигания. Мустанг яростно зарычал, разрывая тишину сонного побережья, и сорвался с места. Всю дорогу до её дома они не произнесли ни единого слова. Атмосфера в салоне была такой удушливой, что казалось, её можно резать ножом. Когда машина замерла у её дома, Вики быстро вышла, даже не обернувшись. Люцифер проводил её взглядом до дверей, дождался, пока щелкнет замок, а затем с силой ударил ладонью по рулю. — Ошибка, значит? — процедил он сквозь зубы, утапливая педаль газа в пол. — Ну хорошо, ангел мой. Давай поиграем по твоим правилам. Через сорок минут Мустанг Люцифера на полной скорости влетел в подземный ангар заброшенного депо. Внутри вовсю кипела работа. Ости, обложившись банками из-под энергетиков, яростно стучала по клавишам главного терминала. Гейб стоял у огромного стола, на котором были разложены подробнейшие трехмерные чертежи подземного бункера Центрального Управления полиции. — О, Люц, наконец-то! — Гейб тактично проигнорировал тот факт, что его брат приехал в расстегнутой рубашке и без галстука. — Мы с Ости провели феноменальную работу. План «А» готов. Всё складывается идеально. Люцифер молча подошел к столу, на ходу закуривая сигарету. Дым сизыми кольцами поднялся к бетонному потолку. — Смотри, — Гейб ткнул пальцем в чертеж. — В следующую пятницу сервер «Немезиды» подключают к тестовому контуру. Вики Уокер лично будет находиться в диспетчерской бункера. Твой гражданский статус позволяет тебе зайти в здание — ты якобы приносишь ей обед или... ну мы подумаем еще над этим. В этот момент Ости перегружает подстанцию района. Полный блэкаут на 60 секунд. Автоматика бункера блокируется. Ты используешь карту доступа Вики — мы сделаем дубликат, пока ты будешь с ней. Заходишь в серверную, выдергиваешь квантовый блок и уходишь через технический коридор. — А что с Вики? — Люцифер даже не взглянул на чертеж, его глаза были прикованы к тлеющему огоньку сигареты. — Ну как что? — подала голос Ости, не отрываясь от монитора. — На неё падет первое подозрение. Внутреннее расследование, жесткий допрос. Её, конечно, не посадят — прямых улик не будет, ведь систему поломаю я снаружи. Но с волчьим билетом из органов попрут точно. Зато Кроули получит свой сервер, а твой братец будет чист. Идеальная сделка. Люцифер медленно выпустил струю дыма. Его лицо превратилось в ледяную, страшную маску. — План отменяется, — тихо произнес он. В ангаре повисла мертвая тишина. Ости замерла, её пальцы повисли над клавиатурой. Гейб ошарашено моргнул, решив, что ослышался. — В каком смысле «отменяется», Люц? — осторожно спросил Гейб, делая шаг назад. — Мы три недели этот тайминг высчитывали. До запуска сервера осталось всего ничего. Кроули ждет. — В прямом смысле, — Люцифер резко затушил сигарету прямо о чертеж бункера, оставив черную подпалину прямо на секторе диспетчерской. — Мы переписываем сценарий. Вики Уокер не пострадает. Более того — после этого ограбления она должна выйти из истории абсолютным героем в глазах Министерства Юстиции. На неё не должно упасть ни тени подозрения. Никаких внутренних расследований. Никаких допросов. Она должна получить повышение, а не волчий билет. Ости резко развернулась на кресле, её лицо перекосило от возмущения: — Люцифер, ты с дуба рухнул?! Это бункер Министерства! Вынести оттуда махину размером с системный блок так, чтобы начальник охраны остался героем — это технически невозможно! Разве что сервер испарится силой мысли! Копы не идиоты, они сразу поймут, что Призраку кто-то подыграл изнутри! — Значит, мы обманем их зрение, — Люцифер оперся ладонями о стол, наклоняясь над чертежами. В его глазах загорелся азарт. — Раз уж офицер Уокер так отчаянно строит ловушку для Призрака… мы дадим ей этого Призрака. Гейб нахмурился, вникая в ход мыслей друга: — Инсценировка нападения? — Именно. Мы спровоцируем внешнюю атаку. Настолько дерзкую и грязную, что это будет похоже на почерк людей Кроули или портовых банд. Вики будет до последнего защищать объект, она проявит доблесть перед камерами. И пока всё Управление будет стянуто к главному входу, чтобы отбить штурм… настоящий Призрак зайдет с тыла. Люцифер поднял голову и посмотрел на свою команду. — Это будет наш финальный фокус в этом городе, ребята. Мы украдем абсолютную власть прямо из рук Министерства, спасем моего идиота-брата, — Гейб на этих словах виновато отвел взгляд. — И сделаем так, чтобы женщина, которую я… — он на секунду запнулся, но жестко закончил, — которую я уважаю, осталась на вершине.
