Не по правилам

Кира Кира всегда старалась подражать своей маме. Всегда. В детстве постоянно наблюдала за тем, как она аккуратно водит бордовой помадой по губам, черным карандашом подводит глаза, тушью красит ресницы так, что они часто слипались. Ее мать могла вертеться перед зеркалом часами, а после, наконец уйти на работу. И Кира думала, что каждая девушка должна быть такой. Женственной, чтобы от одного вида глаз радовался. Мудрой, так как другим не нравилось, когда им перечат. Нужно добродушно улыбаться, но не всегда, потому что постоянно видеть как женщина радуется раздражает. Нужно следить за этим. С десяти лет Кира так же стояла у зеркала в ванной, брала мамину косметичку и разукрашивала себя. Правда, мать ругалась из-за того, что часть новой помады теперь растерта по зеркалу и раковине, тени раскрошены, а кисточка туши согнута. Она могла поорать некоторое время, а затем неделю или даже месяц игнорировать. Просто молчать. Ну или просто уходить куда-то ночью после работы, не сказав Кире об этом, заставляя ее переживать. Но через время снова твердила ей что каждая женщина должна следить за собой. А следить за собой это значит уметь красиво краситься, верно? Мама никогда не объясняла что значит "следить за собой". Она просто вставала за три часа до работы, обязательно каждый день мыла голову, тщательно выбирая одежду, чаще всего платья с каблуками. Ее с матерью отношения никогда не были тёплыми. Наоборот, напоминали Кире ледяную глыбу, холодная, жёсткая, и растопить ни как не получается. Хотя бывали моменты, когда мама лежала на кровати и звала Киру к себе чтобы высказаться. Тогда Кира чувствовала, что она нужна своей маме. Ей рассказывали всякий бред: от неудавшейся свиданки в субботу, до проблем на работе. И всегда ей твердили, что нужно иметь "женскую" мудрость. А Кира слушала внимательно, все запоминала, потому что ее мать рассказывала это все так, будто это самое главное в жизни. Быть удобной для мужчин. Кира слушала внимательно, до того момента, как ей исполнилось 13. Потому что встретила ее. Асю. Она нарушила все стандарты поведения женского пола в голове у Киры. Короткие волосы, тем более покрашенные в блекло-зеленый цвет, неаккуратно накрашенные ногти черным лаком. Она никогда не носила юбки, потому что говорила, что ей в них неудобно. Она подводила глаза черным карандашом, что еще сильнее выделяло ее светло голубые глаза, почти серые. Киру впечатляло то, как Ася, полторашка, могла поставить на место очередного бугая без совести. Она еще и спортом занимается, руки у нее сильные, прям как у мальчиков с класса Киры. Проще говоря, Кира могла описать Асю одним словом – пацанка. Мать всегда говорила что пацанки это девушки, которые не заслуживают внимания и любви от мальчиков. Девушки, которым плевать на свою внешность, которые ведут себя как парни. Еще, она говорила что они очень некультурные и злые. Но Ася не была злой. Нет, совсем нет... Они познакомились достаточно глупо. Кира тогда только перешла в 7 класс. Она после школы сидела на лавочке на улице. Еще лето только-только закончилось, очень тепло было. И неожиданно на колени кошечка прыгнула. Черная такая, с глазами зелёными, прям очень красивая! Спокойно сидела на ее коленях и мурлыкала. –Маша! Маш, ну куда ты убежала? За спиной резко прозвучал звонкий голос, от которого Кира дёрнулась. –Ты можешь не кричать? –Кира нахмурила брови, выпрямив спину, а пришедшая, будто не замечая, что на нее смотрят как на говно, лучезарно улыбнулась, приглаживая шерсть кошки. –Да кто кричит то? –она приземлилась на скамейку рядом с ней, забрав кошку к себе на руки, и Кира отодвинулась подальше. Кто ей вообще разрешал садится? Кира взглянула на ее внешний вид: потрёпанная олимпийка, штаны все в катышках... Мда. Из кармана незнакомка достала прозрачный пакет. Внутри пакета были тонко нарезанные кусочки... Колбасы вроде? Кира поморщилась, когда она начала вытряхивать содержимое на скамейку, отчего кошка радостно замяукала, плавно виляя хвостом туда-сюда. Чтож, хотя бы котейка голодной не будет. Кира снова взглянула на нее. Знакомый цвет волос... На физкультуре когда у них была совмещенка с В-шками, она часто видела среди них эту девочку, которая выделялась из-за своих зеленых волос заплетенных в два коротких хвостика. –Ты из... "В" класса, верно? –настороженно спросила Кира, наблюдая как в ответ ей активно закивали. –Ага, –она улыбнулась,– Меня Ася зовут! –она уверенно протянула ей руку, и Кира сузила глаза, окидывая взглядом ее руку. Ася значит. У ее бабушки так собаку звали. Кира поморщилась, как от головной боли, но руку в ответ протянула. –Кира Евсеева. –ее руку крепко пожали. –А ты из какого? –Что? –Ты из какого класса? –спросила она так, будто ей реально это было интересно. Ещё и смотрела прям в глаза, а глаза у нее были светло серыми, прям в душу глядели... Брр... –Из "А". И тут они разговорились. Прям зависли на минут тридцать, сидя на лавочке. Кира даже расслабилась, ведь Ася все больше доверия вызывала. Ася про себя много не рассказывала, но Кира узнала, что ее знак зодиака – козерог, она не любит крабовые палочки и немного умеет играть на гитаре. Они разговаривали на разные темы, и Кира вообще не знала, чем ее смогла зацепить Ася. А еще, Кира запомнила, что Ася часто подкармливала бездомных животных, если была возможность. Вообще, Кире даже понравилось такое поведение. Ася не пыталась понравится ей, не пыталась быть скромной, могла смеяться на всю улицу. Хоть для Киры это и было дикостью, но не вызывало чувства отторжения. Хотелось общаться с Асей дальше. "–Сука, если ты еще раз ко мне подойдёшь, я из тебя всю дурь выбью, блять..." Они встречались каждый день в школе на переменах, проводя время вместе. С каждым днём Кира узнавала Асю лучше. Ася будто притягивала ее своим присутствием. "–Что? –она замерла, ее губы сомкнулись в ровную полосу. Серые глаза помутнели, будто она сейчас упадет в обморок." Киру тоже заинтересовал спорт. Она начала замечать за собой, что больше не сдерживает свой лексикон и может материться как сапожник. "–Вали к своей Лере, –холодно бросила она, взгляд потемнел, – мне подружки из "этих" не нужны." Кира познакомилась с компанией Аси. Раньше она даже и не думала знакомится с кем то из хулиганов, таких как Волков например. Раньше она считала, что такие как он бездари, которые не могут даже нормально слова связать без нецензурной лексики. Но компания из Марины, Аси, Вани, Ильи и Милены, стала ей роднее всего. "Кира резала без ножа. Ася скривила губы, будто от раздирающей боли, отступая на шаг назад, замотав головой. –Нет, нет, нет... –ее глаза покраснели, словно она сейчас разрыдается, – Ты... Ты ничего не знаешь." В 8 классе Ася заметно отстранилась. И это беспокоило всех, особенно Киру. Ася упоминала, что у нее появился какой то парень. От этой новости в груди неприятно заныло, но это только из-за того, что Ася будет меньше проводить время с ней, верно? А потом на руках Аси начали появляться ожоги от сигарет, а на теле синяки. "–Что я, блять, не знаю? –Кира надломисто усмехнулась, запустив руку в волосы, – Что ты в Лерку втюрилась? Да как вообще можно быть такой... Мерзкой... –Нет! Это не так! –словно ребенок запротестовала она, обхватив себя дрожащими руками, – Я... Я не знаю... Я ошиблась во всем..." И Кира пыталась поговорить с ней, но в ответ было "Все в порядке", "Я сама так ударилась" и так далее. И говорила она это так, будто это правда. И Кира слепо верила. Потому что ей хотелось в это верить. Ей хотелось верить в то, что у Аси все хорошо. "–Мне надоело это слушать, –Кира раздражённо выдохнула, сжав руки в кулаки, – Я ухожу. Ася дёрнулась так, будто перед ней выстрелили из пистолета в потолок. Она схватила Киру за рукав кофты, держась за нее так, будто она на грани смерти. –Подожди! Пожалуйста... Звук удара. Ася снова отстранилась, ошарашенно, не веря в происходящее схватившись за щеку. Блять." Кира жалела. Очень. сука. жалела. " И тут с глаз Аси потекли слёзы. Кира застыла, смотря то на свою руку, то на всхлипывающую Асю. Ася плакала перед ней всего два раза. Когда решила рассказать про поступки своего отчима и бывшего, и сейчас. " Кира жалела о своем поступке, о своем малоразвитом мышлении. В 9 классе, когда Ася решила рассказать о своих чувствах к блядской Лере, внутри Киры что-то переклинило. Ей всегда внушали, что педерасты это извращенные существа, у которых что-то защемило в мозге. Просто нелюди. Она всегда опасалась быть рядом с такими, мало ли, может они вообще заразные. А такой оказалась ее лучшая подруга. И Кира тогда спутала все свои чувства. Потому что тогда в ней проснулось не только омерзение к ней, но и противное, ядкое, чувство ревности. Хотелось со всей силы вьебать этой Лере. Так, чтобы все зубы, блять, повыпадали. Повыдерать все блондинистые волосы, заставить ее рыдать. И как раз в этот момент одна из подружек Леры подслушала их разговор, и сразу же побежала к Лере, все распиздев. А Лере, так же как и Кире, было отвратно. Лера вся сморщилась, громко произнеся "Фу!". А через время ей захотелось поиздеваться над Асей, поиграть с ее чувствами. Подробностей она не помнит, но помнит, что после слов Леры Ася неделю в школу не ходила. Вот тогда терпение Киры лопнуло. Точнее, разъебало. Она помнит на своих костяшках кровь, громкий плачь Леры, который напоминал ей больше вой собаки. Как вокруг собрались их одноклассники, как их разнимали учителя. А самое главное, ей запомнилось как Ася за этим всем наблюдала. Она была разочарована. Киру пробрала дрожь. Серые глаза, потерявшие весь блеск, безэмоционально наблюдали за этой картиной. И она не пыталась разнять их, не пыталась разнять Леру и Киру. Ей стало плевать. По ушам резко пробил школьный звонок, от которого Кира дернулась, отвлекаясь от своих мыслей. Все начали радостно собираться, понимая, что наконец можно было идти домой. Кира лениво встала с места, будто в трансе начав собирать вещи в портфель. –Кир? Все в порядке? Послышался голос Егора сбоку. Кира повернулась к нему, раздражённо посмотрев на него, – Ага, все норм, – она начала лениво собирать учебники в сумку, пока Егор начал рассказывать про его новую "стрелку" за школой. Сейчас у них будет последний урок, литература, и наконец то домой... Но она помнила. Помнила даже не сам удар — хотя и его тоже, глухой, хлёсткий звук собственной ладони о чужую щеку до сих пор иногда всплывал в голове посреди ночи. Помнила выражение Асиных глаз после. Пустота. Будто что-то внутри неё погасло. Кира тряхнула головой, прогоняя воспоминания, и заметила, что Егор всё ещё стоит рядом и смотрит на неё с лёгким беспокойством. — Ты точно в порядке? Весь урок в окно пялилась, как будто там призраков увидела. — Может, и увидела, — буркнула Кира, закидывая рюкзак на плечо. Егор хмыкнул, но допытываться не стал. Он вообще был не из тех, кто лезет в душу, и за это Кира была ему благодарна. Они вышли из класса вместе, вклиниваясь в гудящий поток школьников. — Так че за стрелка? — спросила Кира, чтобы отвлечься. — Да Пашка с параллели чё-то быканул, говорит, что я его девушку увёл, — Егор закатил глаза. — Я эту девушку даже не знаю. Прикинь? — Прикидываю. — Короче, если меня завтра в школе не будет — передай русичке, что я заболел. Тяжело и смертельно. — Обязательно, – она фыркнула. Они шли по коридору, пролезая мимо младшеклашек. Один из них даже влетел Егору в спину, и тут же принялся панически извиняться, как только увидел его лицо. Они забили и пошли дальше. Егор на секунду замер, и Кира непонимающе взглянула на него. Он напрягся весь, смотря вперёд, хмуря брови. – Че с тобой? – она тоже нахмурилась, сжав его плечо и требовательно потряся, – Ау-у? Она повернулась туда, куда упорно смотрел Егор, а потом поняла. Егор застыл, и Кира физически ощутила, как напряглись его мышцы под её рукой. Он смотрел вперёд — туда, где у подоконника стоял Ваня, и взгляд у Егора был странный: не злой, не испуганный, а какой-то... затравленный. Так смотрят на то, чего хочется и нельзя одновременно. Ваня их не видел. Он стоял, уткнувшись в телефон, и явно кого-то ждал. Длинная чёлка закрывала пол-лица, на запястье болтался чёрный браслет с шипами, который Кира сто раз видела и раньше. Ничего особенного. Обычный Ваня. Но Егор смотрел на него так, будто это был как минимум призрак. — Эй, — Кира снова тряхнула его за плечо. — Ты чего? Увидел кого-то? Егор моргнул, стряхивая оцепенение, и резко отвёл взгляд. — Никого. Пошли. Он почти силой потащил её дальше по коридору, и Кире пришлось ускорить шаг, чтобы не отстать. — Егор. — Чего? — Ты на Ваню так пялился, будто он тебе денег должен. Егор споткнулся на ровном месте. Буквально — запнулся о собственную ногу и чуть не полетел носом вперёд. — Ничего я не пялился, — буркнул он, не оборачиваясь. Голос прозвучал глухо и как-то неестественно. Кира прищурилась. – Не, ты прям пялился, – сказала твёрже она, уже начиная раздражаться, – Егор. –Отъебись от меня, – буркнул он, отвернувшись и быстро пройдя в класс, где уже шумели одноклассники. Кира остановилась, растерянно хлопая глазами, и пару секунд просто стояла в дверях, глядя на удаляющуюся спину Егора. Ну и пожалуйста, блять... Она раздражённо хмыкнула, заходя в класс за Егором. Они сидели за одной партой, так что отдалится от друг друга не получится. Она села на свой стул, отодвинувшись как можно дальше от Егора. – Так, дети, сегодня у нас будет проверочная работа, – громко объявила Наталья Петровна, медленно, высокомерно задрав голову ходя между рядами и раздавая листочки, – Миронов, если ты опять будешь давать списывать Евсеевой, я вам обоим двойки поставлю. Кира закатила глаза. Проверочная работа. Именно сегодня. Именно сейчас, когда мысли вообще не о том. Она взяла листок, пробежалась глазами по вопросам. Ну да, конечно. «Композиция драмы Островского "Гроза"». «Образ Катерины как трагической героини». В другое время Кира, может, и напряглась бы, вспомнила хоть что-то из прочитанного, но сейчас в голове было пусто. Она покосилась на Егора, который уже начинал писать. Ну конечно. Он хоть и стоит из себя гопаря, но сочинения писать обожает. Она тяжело вздохнула, смирившись с двойкой, так как в голову вообще ничего не лезло. Малевать картинки то она умела, а вот с школьными предметами у нее было туго. Прошло минут пять. Но тут, о чудо, Егор тихо протянул ей листочек, смотря на нее хмуро. Кира ухмыльнулась, пододвинув листок к себе, одними губами, беззвучно, произнеся "спасибо". Наталья Петровна подозрительно скосилась на неё, но ничего не сказала. Кира тут же скрыла улыбку, принявшись писать. Она пробежалась глазами по его записям. Почерк у Егора был ровный, почти девчачий, и она на секунду усмехнулась про себя: вот уж чего не ожидаешь от парня, который только что послал тебя в коридоре и собирался на стрелку за школой. «Образ Катерины раскрывается через её внутренний конфликт между долгом и чувством...» Кира хмыкнула. Надо же, как завернул. Она быстро переписала основное, немного сокращая и меняя слова, чтобы не выглядело откровенным списыванием, и откинулась на спинку стула. Фух, наконец-то. Когда все сдали работы и принялись собирать сумки, Егор, закинув рюкзак на плечо, пробормотал, – Ты меня бесишь. Кира растерянно посмотрела на него, а затем усмехнулась, че опять не так то? – Че? – Да бесишь меня, говорю. Сама не рассказываешь мне ничего, а потом требуешь чтобы я тебе душу изливал. Дура. Она замолчала, задумавшись. Хоть и хотелось сказать что-то колкое в ответ, но Егор был прав. Это и раздражает. Единственное что Егор знает про нее и Асю – это то что они раньше были подругами и сильно поссорились из-за Леры. Но настоящей причины он не знал. – Не могу, вот и все, – буркнула она. – Вот и я не могу, – он встал, закинул рюкзак на плечо. — Ну, я пойду. У меня там... ну, ты знаешь. — Стрелка, — кивнула Кира. — Удачи. Если что звони. Егор кивнул и вышел. Она тоже встала и направилась к двери. В коридоре было уже почти пусто — все разбежались кто куда. За окнами валил снег. Кира остановилась у того самого подоконника, где полчаса назад стоял Ваня. Провела рукой по холодному пластику. За окном шел снег и пятиклашки играли в снежки. Домой Кира шла одна.