Кроличья нора

Его рука замирает в сантиметре от автомата. Изуку оглядывается по сторонам, в панических попытках убедиться, что рядом никого нет. Он всячески убеждает себя не волноваться, но руки дрожат, а монетка грозится упасть. Мидория хочет встретиться с Шинсо снова — хотя и понятия не имеет, будет ли он здесь. Но даже если не будет, он совершенно не хочет оставаться один и снова ощущать подавляющее чувство дереализации. Изуку сглатывает и быстро бросает монетку в автомат — в прошлый раз он не заметил, но сейчас слышит тихий писк и осторожно тянет, повторяя то, что увидел у Шинсо. Автомат, или, скорее, дверь, поддаётся на удивление легко, и он осторожно заглядывает внутрь. Напряжение чуть спадает с плеч, когда он видит человека со шрамами, сидящего на том же месте, что и два дня назад — Изуку так и не узнал его имя, но он вызвал чувство доверия. Хотелось бы расспросить его о причуде и природе шрамов, ведь он видел, как этот человек использовал причуду огня, к тому же синего и очень опасного, но при этом он почти полностью покрыт ожогами. Мидория прекрасно отличает шрамы от ожогов от других повреждений — у него самого их столько, что собьёшся со счёта, пока будешь пытаться их посчитать. Он быстро заходит внутрь и прикрывает дверь, вздыхая с облегчением, когда слышит тот же писк. Сейчас людей намного больше и мало кто обращает на него внимание, но человек со шрамами оборачивается и машет ему, на что Изуку отвечает неуверенным кивком и кривой улыбкой. Всё ещё непривычно то, что к нему относятся как к человеку, не кричат и даже не говорят с ним свысока. Встреча с Шинсо произошла точно не в самых лучших обстоятельствах, но он рад, что последовал за ним — хотя, его скорее привели сюда силой, но он не может винить Шинсо, когда сам только и думал о том, куда свалить оттуда. Он садится рядом со старшим, по привычке стараясь не делать лишних движений, но прежде чем успевает сделать хоть что-то, на него сзади кто-то набрасывается, и он рефлекторно замирает, опираясь на стойку, когда над головой раздаётся звонкий девичий голос: — Даби! Это что, Броколли?! Человек со шрамами — Даби, как его назвала девушка, — переводит взгляд с него на неё, и от этого изучающего взгляда ему становится не по себе. Даби отталкивает её, и девушка, хихикая, садится справа от него. У неё острая улыбка с ярко выраженными клыками — они напоминают клыки, присущие всем людям с причудами, связанными с кровью, — и блондинистые волосы, собранные в два причудливых пучка похожих на паучьи лилии, при виде которых он дёргается. Она кажется Изуку странно знакомой, но он не может вспомнить, где её видел. — Да-да, это он, — лениво отвечает Даби и треплет его по волосам — от этого жеста Изуку съёживается ещё сильнее, — чё-как, зеленушка? Зеленушка? Мидория моргает в недоумении, вспоминая, что и в прошлый раз Даби звал его так же. Эти прозвища почти милые и ощущаются совершенно иначе чем Деку, поэтому он не против. — Всё хорошо, — ложь легко соскальзывает с языка, но он внутренне морщится — весь день прошёл как в тумане, он был рассеян, из-за чего учителя кричали ещё чаще, чем обычно. Дело Игучи Мамори воздействовало на него намного сильнее, чем он предполагал. Фотографии её тела — сгоревшего и уже разлагающегося — вызывали жуткое чувство диссоциации даже спустя пару недель, а осознание того, что случись в их школе пожар, то то же самое, скорее всего, произошло бы и с ним, ужасало ещё сильнее. — К-как там Шинсо? — поспешно переводит он тему, стараясь не обращать внимание на сверлящую его взглядом девушку. — Тоши спит! — девушка подскакивает на стуле, почти запрыгивая на стойку. — Спит? шесть вечера же… — У него либо бессонница, либо полный отруб. Сейчас второе. — отвечает Даби, но не смотрит на него. Изуку кивает — он заметил крупные мешки под глазами Шинсо и уже раздумывал о том, связано ли это с его причудой или это просто бессонница. Прежде чем он успевает снова впасть в пучину бормотания, блондинка снова заставляет его вздрогнуть. — О! Точно, сегодня же пресс-конференция! Мидория моргает и, проследив за её взглядом, видит крупный экран телевизора. Его накрывает осознание и он хочет ударится лицом о стойку — пресс-конференция главы Комиссии Героев! Он кусает губу с такой силой, что чувствует металлический вкус крови — они ответят? Они хоть что-то сделают? — Волнуешься? — обращается к нему Даби, похоже заметив его беспокойство. — Немного, — он сглатывает. Изуку волнуется, он очень волнуется. Ему не было так страшно, даже когда он выкладывал своё первое видео — а это уже о чём-то говорит, учитывая, что он раз двадцать подумывал о том, чтобы удалить его к чёрту и забыть о его существовании. «Кто вообще будет обращать внимание на такого тупого Деку, как ты?» Но положительные комментарии с такой поддержкой, которую он ещё никогда не получал, придали ему капельку уверенности, и он, по крайней мере, передумал удалять ролик. Это не значит, что ему всё ещё не совестно за то, что он сделал — притворился другим человеком, чтобы обратить внимание на собственную проблему, это было так глупо. Это же в конце концов раскроется — не просто так фирменной фразой Усы-чан является «всё тайное в конце концов становится явным», его притворство тоже однажды разоблачат. Что же случится тогда? Он столкнётся с ещё большей ненавистью со стороны общества, чем сейчас. Но на данный момент это пока что не имеет значения. Пока он может помогать людям — ничего не имеет значения. — Надеемся, они хоть что-то сделают, — слышит он голос бармена с мутационной бараньей причудой — Кодзимы-сан. Тот кидает пульт из копыт в руки Даби, сидящего ближе всех, и последний с лёгкостью ловит его и включает телевизор. Он видит, как настроение девушки рядом с ним меняется, и как та мгновенно концентрируется на экране и тоже сосредотачивает внимание на телевизоре. [Сцена: Зал с трибуной, на заднем плане герб Комиссии общественной безопасности героев и несколько флагов. Глава Комиссии стоит за трибуной. У него не выражена физическая причуда, и он имеет ничем не примечательную внешность. Пресс-секретарь начинает. — Дамы и господа, благодарю за ожидание, сегодня глава Комиссии общественной безопасности героев Господин Тэнно, выступит с заявлением по недавним событиям, получившим широкий общественный резонанс. После заявления мы ответим на несколько вопросов. Прошу вас, Господин Тэнно. Глава прочищает горло. — Добрый день. Я собрал вас сегодня, чтобы прояснить позицию Комиссии относительно двух инцидентов, которые обсуждаются в медиа пространстве в последнее время. Первый — недавнее нападение грязевого злодея на ученика средней школы. Второй — трагедия двухлетней давности, произошедшая в средней школе Камияма, города Одавара. — По первому инциденту: мы видим, что общественность обеспокоена произошедшим, но было проведено внутреннее расследование и действия всех героев были признаны соответствующими протоколам. Благодарим гражданина известного как Уса-чан за внимательность, но напоминаем, что самостоятельные расследования могут привести к серьёзным последствиям.] Изуку слышит, как кто-то сзади возмущённо кричит «и это всё?!», и напряжение в плечах нарастает. «самостоятельные расследования могут привести к серьёзным последствиям» — он отлично понимает, что эти слова адресованы лично ему, а точнее — Усе-чан, но именно поэтому он и собирается продолжить, пусть и рискуя всем. А у него мало чего осталось. [— Что касается произошедшего в Камияме: это, несомненно, чудовищный инцидент, и Комиссия выражает глубочайшие соболезнования семье погибшей. После появления новых видеоматериалов мы незамедлительно совершили проверку обстоятельств и допросили всех героев с места происшествия. По итогам расследования профессиональный герой Пена отстранён от выполнения обязанностей до решения суда. Ему предъявлено обвинение по 219 статье Уголовного кодекса. Героиня Маргарит и другие лица, знающие о нахождении тела в школе, будут привлечены к ответственности по 190 статье. Дело несовершеннолетних, причастных к гибели девочки, передано в семейный суд. Мы призываем СМИ и общественность воздержаться от разглашения их личностей — они всё ещё дети. Он вздыхает.] Изуку сжимает челюсть и слышит, как рядом Даби шепчет под нос «бля», и разочарование обхватывает его горло — то, что они дети, не смягчает их поступки, а то, что их ещё и пытаются защитить, вызывает тошноту. — Это не дети, — качает головой женщина с причудой рыжего волка, которую Изуку видел в прошлый раз, — это чудовища. — Да уже поздно, — в то же время отмахивается Кодзима-сан, — уже что можно и нельзя слили в сеть. Мидория слышит, как кто-то чуть дальше матерится и заказывает ещё алкоголя, но быстро возвращает внимание к экрану, проглатывая горечь. [Начинаются вопросы. — Планируете вы сотрудничать с Уса-чан? — Комиссия не может комментировать действия частных лиц, ведущих независимые расследования. При наличии доказательств он может передать их в полицию — как и любой другой гражданин.] Изуку, конечно, не надеялся на сотрудничество, но при последних словах он поднимает бровь — он ведь пытался, но кто вообще слушал бы беспричудного? Верно, никто. Хотя, он не может винить Комиссию за такие предположения, они-то откуда могли знать о его статусе. — Да он же вместо них всю работу сделал! — шипит девушка рядом, и Мидория улыбается от того, что его, пусть и его фальшивую личность, кто-то поддерживает. Всё ещё трудно это осознавать. [— Что на счёт Обратной Тяги? Он фигурирует в обоих делах. — Если будут обнаружены нарушения — последуют меры, но пока мы не видим достаточных оснований для обвинений. — Вы не считаете, что агентство Морских Коньков уже совершило достаточно ошибок и на их деятельности стоит поставить точку? — Будет проведена масштабная проверка внутренних дел, но не стоит забывать, что Морские Коньки — одно из крупнейших агентств, ориентированных на водные причуды, и их поддержка необходима нам. — К сожалению, время вышло. Благодарю всех за присутствие. Подробный отчёт будет опубликован на сайте Комиссии.] Даби сразу же выключает телевизор, кидает пульт подальше и опирается подбородком о ладонь, пялится в стену и заключает: — Это пиздец. Изуку не может не согласиться и просто вздыхает, опуская голову на стойку. В баре наступает гнетущая тишина, которую нарушает глубокий голос женщины-волчицы: — В целом, этого и стоило ожидать. Рядом девушка с предположительно кровяной причудой начинает злиться и жаловаться на решение КОБГ. — Что это вообще такое!? Они проигнорировали одно, а второе якобы решили, как так можно вообще!? — Тога, успокойся, — обречённо ворчит Даби, хотя и не предпринимает никаких попыток остановить её гневную тираду. — Но Броколли, он же!... — Я в порядке, — вмешивается Изуку, — не сказать, что я ждал многого, просто… мне жаль ту девочку. От его слов бар погружается в ещё более удручающее молчание. Кодзима-сан вяло убирает стаканы, а посетители, разочарованные исходом, медленно покидают помещение. Совсем скоро в баре остаются только Тога с кислым выражением лица и всё ещё находящийся где-то не здесь Даби. Кодзима-сан ушёл куда-то, решив оставить их одних. — Я… — подавленно говорит Изуку, — наверно, пойду домой. Было приятно увидеть вас, ребята. И, да, рад был познакомиться с тобой, Тога. Тога поворачивается к нему, грустное лицо сменяется радостной ухмылкой, и она снова бросается на него, сжимая в объятиях, от которых Мидории всё ещё не по себе. — И мне тоже, Зеленушка! Жаль, что эти придурки ничего не сделали, но ты эт, если тебя снова будут обижать, просто скажи, и я их всех на кусочки порежу! Почему-то это заявление не кажется ему шуткой, но он игнорирует дрожь, прошедшую по телу. — Х-хорошо, спасибо. — Пацан, — неожиданно обращается к нему Даби, выходя из своего транса, — проводить тебя до дома? Изуку кое-как отталкивает прицепившуюся к нему почти намертво Тогу и быстро начинает размахивать руками. — Нет-нет, не нужно, ещё не слишком поздно, я могу сам… — Не из-за этого, — качает головой старший, но не продолжает мысль, — в любом случае, моё предложение ещё в силе. Можешь остаться у меня, если что. И снова у Изуку щемит сердце. Так странно слышать такое в свой адрес — настоящую заботу, пусть она, возможно, и фальшивая, но хоть какая-то. Он быстро смахивает слёзы и тихо смеётся. — Пока что всё в порядке, но я подумаю над этим. Спасибо.