Тяжелый смог

Здоровяк с битой сделал ещё один шаг, и комната 4/25 внезапно стала похожа на клетку с тремя голодными крокодилами и четырьмя дохлыми рыбками. Глеб, всё ещё с носком на руке, издал звук, похожий на подыхающего тюленя, и попятился к окну. Илья, не поднимая головы, что-то яростно строчил в мокром дневнике — делал пометку «уровень опасности: кабан в течке». Леха же, наоборот, шагнул вперёд, разбрызгивая с волос остатки протеина, и рявкнул: — Я сказал — валите! У меня сегодня тренировка ног, и если вы мне её сорвёте, я буду качать их на ваших лицах! — Ой, страшно, — усмехнулся щербатый, доставая из кармана кастет. — Слышь, Колян, тут фембойчик нам угрожает. Может, покажем ему, что такое настоящий спорт? Колян — здоровяк с битой — только хмыкнул и замахнулся. Леха, не будь дураком, схватил стоящий рядом гантельный блин и запустил им в люстру. Люстра с грохотом рухнула прямо между бандитами, подняв облако штукатурки. Пока те отмахивались, Илья рявкнул: — Глеб, окно! Валим, идиот! Глеб, который как раз стоял у подоконника, тупо уставился на Илью: — Так мы же на первом этаже, это же просто подоконник, я что, должен... — ДОЛЖЕН ТЫ ВЫЛЕТЕТЬ, БЛЯДЬ! — заорал Леха, подбегая и с размаху саданув Глеба ногой в зад. Глеб кубарем вылетел в приоткрытую створку, разбив стекло собственной башкой, и приземлился в кучу пустых бутылок. Стекло, бутылки, мат — всё смешалось. Из комнаты донёсся ор Миши: «Я не полезу! Я веган, я за мирное решение!» — но Илья схватил его за шкирку и вышвырнул следом. Леха прыгнул последним, ловко приземлившись на ноги, в отличие от Глеба, который корчился, держась за лоб и бормоча: «Я разбил голову, я теперь ещё тупее, чем был». Илья выскочил с дневником в зубах, на ходу застёгивая куртку, и сразу же оценил обстановку: — Так, рынок в пятидесяти метрах. Толпа, лотки, бабки с авоськами — идеально, чтобы затеряться. Леха, ты прикрываешь наших, Миша — не ной, Глеб — не вставай, ты и так как бревно, только мешаешься. Но Глеб уже вскочил, потому что из разбитого окна высунулась голова Коляна с битой и заорала: — Стоять, мрази! Я вас всех в асфальт закатаю! Погоня началась. Рынок «Алёша» жил своей обычной суетой — бабки торговали зеленью, мужики продавали резиновые тапки, с лотков пахло чебуреками и копчёной рыбой. Четвёрка ворвалась в этот райский уголок, как стадо разъярённых дикобразов. Глеб первым налетел на лоток с помидорами, но не он, а Миша, который бежал с закрытыми глазами, споткнулся о тот же лоток и влетел прямо в коробки с перезрелыми плодами. Помидоры брызнули во все стороны, красная каша залепила Мише очки и волосы, и он заорал: — Я ВЕГАН! Я УБИВАЮ РАСТИТЕЛЬНУЮ ЖИЗНЬ! ЭТО ХУЖЕ МЯСА! ПОМОГИТЕ! — Беги, растениевод, а то тебя сейчас замаринуют! — крикнул Илья, ловко ныряя между рядами с носками. Леха, бежавший рядом, вдруг заметил, что два мужика с весами провожают его взглядом и свистят. В его розовых шортах, с голой накачанной грудью, с залитыми розовым волосами он действительно выглядел как богиня фитнеса. Один из урканов крикнул: «Эй, красотка, куда спешишь?» — и двинул в его сторону, но Леха так развернулся и зарядил ему под дых локтем, что тот улетел в лоток с семечками. «Я НЕ ДЕВКА, КОЗЁЛ!» — взревел Леха, и в этот момент второй уркан попытался схватить его за ляжку, но получил пяткой по носу. Илья, не сбавляя темпа, на бегу выдрал страницу из дневника и что-то нацарапал обломком карандаша: «Леха уничтожил двух гопников. Впечатляет. Жаль, что он фембой». Глеб, спотыкаясь и хромая, вдруг узрел летящий на него предмет — это был огромный арбуз, запущенный Коляном с битой. Арбуз угодил Глебу точно в спину, разлетелся на миллион осколков, и Глеб упал лицом в мякоть, но тут же вскочил, облепленный семечками, и заорал: — Я ЖИВ! Я НЕ ДАУН, Я ТАНК! — Ты просто слишком тупой, чтобы умереть! — крикнул ему Илья, но при этом ухмыльнулся — впервые за сегодня. Их занесло в заброшенный парк, где деревья росли вкривь, скамейки были перевёрнуты, а в центре стоял старый ржавый фонтан с мутной водой. Погоня отстала — Колян и его команда завязли в рыночной суматохе, но было ясно, что это ненадолго. Задыхаясь, сбившись в кучу у фонтана, они переглянулись. Леха вытирал лицо, Миша выковыривал семечки из носа, Глеб пытался снять с себя арбузную корку, а Илья уже достал дневник и записал: «Живы. Пока. Остались без дома, без денег, зато с арбузом на спине». И тут из кустов вышла она. Маленькая сгорбленная старуха в мужском тулупе, с бородой, растущей прямо на подбородке, и с таким голосом, что даже Глеб замер. Она посмотрела на них пронзительно и прохрипела: — Долго я вас ждала, черти. Аж простудилась. Меня зовут Марго. И вы, пидорасы несчастные, у меня единственная надежда. Она протянула им ржавый, до ужаса старый ключ и хитро улыбнулась. Илья схватил его, осмотрел и прошептал: — Это же ключ от нашего будущего... или от того, что нас добьёт. Глеб тупо уставился на ключ и ляпнул: — Он что, от унитаза? А то наш сломан. Миша всхлипнул, Леха закатил глаза, но Марго только расхохоталась сиплым смехом и сказала: — Нет, дурачок. От багажника одного жигуля за гаражами. Там то, что спасёт ваши шкуры. Но сначала — идите за мной, у меня есть вам что показать, пока ваши друзья с битами не нашли вас. И она исчезла за поворотом так же внезапно, как появилась. Ребята переглянулись. Делать было нечего. Позади — разорённый рынок, взбешённые бандиты, впереди — странная старуха с бородой и ключом. Илья спрятал дневник, Леха сжал кулак, Глеб улыбнулся во весь рот (потому что ничего не понял), а Миша прошептал молитву веганам. — Ну, пошли, — сказал Илья. — Всё равно эти уроды нас убьют. Лучше уж в новый ад, чем в старый. И Глеб, надень что-нибудь на голову, кроме арбуза, ты пугаешь местных. Парк зашелестел листвой, и четверо ублюдков двинулись навстречу своей новой судьбе. А где-то сзади раздавался крик Коляна: «Я ВАС ВСЕХ ДОСТАНУ, МРАЗИ!». Но они его уже не слышали. Впереди была ночь, ключ и обещание приключений покруче, чем просто сдохнуть в общаге.