WINX: Новая грань

Блум проснулась от того, что в комнату ворвался солнечный свет — такой яркий, такой золотистый, какого не бывает на Земле. Она моргнула, несколько секунд не понимая, где находится, а потом память вернулась: Алфея. Новая жизнь. Новая комната. Она села на кровати и огляделась. Музы уже не было — её кровать была аккуратно заправлена, а на подушке Блум лежала записка, вырванная из блокнота: «Мне нужно проанализировать пару растений нашей оранжереи. Встретимся в столовой, я покажу тебе всё! Флора». Блум улыбнулась. Это было приятно — знать, что кто-то ждёт. Она быстро умылась, оделась в свои любимые джинсы и свободную футболку (пока других вещей у неё не было), и вышла в коридор. Алфея уже жила своей жизнью: где-то слышались голоса, смех, звуки шагов по каменным плитам. В воздухе витал запах свежей выпечки и чего-то цветочного. Столовая оказалась огромной — высокие арочные окна, длинные деревянные столы, за которыми сидели ученицы в разноцветных нарядах. Кто-то читал книги за завтраком, кто-то обсуждал вчерашние занятия, а кто-то просто смеялся над шутками. Блум остановилась в дверях, чувствуя себя неуверенно. Вдруг она услышала знакомый голос: — Блум! Сюда! Это была Стелла. Она сидела за одним из столов, окружённая несколькими девушками, и махала рукой. Её светло-зелёный топ сегодня сменился золотистым, а в волосах снова были розовые ленточки. Блум подошла к столу, и Стелла тут же указала ей на свободное место рядом с собой. — Садись. Я как раз рассказывала про нашу недавнюю битву с огром. Правда, они мне не верят, — она усмехнулась, и в её глазах мелькнул смех. — Я верю, — сказала невысокая темнокожая девушка, сидящая напротив. Она была очень живой: тёмно-коричневые кудрявые волосы вились вокруг лица, а серо-голубые глаза смотрели с огоньком. — Стелла не умеет врать. Ну, не так красиво, точнее. — Аиша! — возмутилась Стелла, но тут же рассмеялась. — Ты меня подставляешь. — Я Аиша, фея воды. Приятно познакомиться. Ты, наверное, та самая земная девушка, которая спасла нашу принцессу? — Я… ну, я просто помогла, — смутилась Блум. — «Просто помогла», — передразнила Стелла, закатывая глаза. — Она создала огненный купол и отбросила огра, в то время как я уже летела в траву. Блум почувствовала, как щёки заливает румянец. Но Аиша рассмеялась и протянула ей руку. — Ты крутая. Я таких люблю. Рядом сидела ещё одна девушка, которую Блум заметила не сразу. Она была бледной, почти прозрачной, с короткими фиолетовыми волосами и голубыми глазами, которые смотрели на мир с холодным любопытством. Её скулы были острыми, черты лица — чёткими, и она казалась почти механической. — Текна, — представилась она коротко, не поднимая глаз от планшета, который держала в руках. — Фея технологий. Приятно познакомиться. — Привет, — сказала Блум, чувствуя, что Текна не особо горит желанием общаться. Но она не приняла это на свой счёт — в глазах Текны не было злобы, так что ничего обидного. Флора сидела рядом с Музой, и обе приветливо улыбнулись Блум. — Доброе утро, — сказала Флора. — Как спалось? — Хорошо, — ответила Блум, чувствуя, как её неуверенность медленно тает. — Немного странно, но хорошо. — Привыкнешь, — сказала Муза, поправляя свои наушники, которые висели на шее. — Я тоже сначала не могла уснуть. Всё казалось слишком красивым. Они болтали о пустяках — о том, какая сегодня погода, о предстоящих занятиях, о том, кто из преподавателей самый строгий. Стелла рассказала про Гризельду («Она просто грымза, похоже у тётки давно мужика не было»), Аиша про профессора Палладиума («Он такой занудный, но его предмет — единственный, где я получаю пятёрки»), а Флора тихо добавила про уход за магическими растениями, и Блум поймала себя на том, что улыбается по-настоящему. Когда завтрак закончился, Муза подошла к ней и сказала: — Пойдём в библиотеку. Ты же ещё не забирала учебники? — Да, — обрадовалась Блум. — Гризельда говорила. — Я помогу, — улыбнулась Муза. — Там целая куча книг. Без меня ты просто утонешь в них. Они вышли из столовой вместе, и Блум почувствовала лёгкий ветерок, который коснулся её лица. В коридорах Алфеи было тихо — все разошлись по занятиям. — Спасибо, что согласилась помочь, — сказала Блум, идя рядом с Музой. — Без проблем, — ответила та, сжимая в руке свои наушники. — Мне всё равно нечем было заняться до репетиции. И, знаешь, я рада, что ты здесь. Ты как-то… другая. Не такая, как все. Блум улыбнулась. — Я тоже рада, что мы соседи. Муза чуть смутилась, но не отвела взгляда. — Я, наверное, не очень умею быть в большой компании, — сказала она тихо. — Когда нас много, я всегда теряюсь. Но с тобой как-то легко, поэтому может показаться что я прилипла к тебе. — Ты чего, какое «прилипла»?? Мне с тобой тоже очень комфортно, не переживай. Они вошли в библиотеку, и Блум ахнула. Это было огромное помещение, стены которого уходили вверх на несколько этажей, заполненные тысячами книг. Золотые корешки переливались в свете магических ламп, а в воздухе пахло старым пергаментом и чем-то сладковатым. — Красиво, — прошептала Блум. — Да, — согласилась Муза. — Здесь можно потеряться на несколько часов. Она подошла к стойке, где сидела библиотекарша — пожилая фея в круглых очках, с мягкой улыбкой и седыми волосами, собранными в пучок. — Вы, наверное, новая ученица? — спросила она, глядя на Блум поверх очков. — Вам нужны учебники по основам магии? — Да, — ответила Блум, протягивая список, который ей вручила Гризельда. — Я принесу, — сказала женщина и исчезла между стеллажами. Пока они ждали, Муза села на подоконник и задумчиво посмотрела в окно. — Ты наверное уже скучаешь по своим друзьям с Земли, писала им уже? — сказала она вдруг. — Нет, — честно сказала Блум. — Знаешь, я всегда там чувствовала себя странной. На Земле я верила в фей, рисовала их в блокноте, и никто не понимал меня. Была практически изгоем, прям близких друзей у меня не было. Вот что родители нету рядом непривычно… Муза улыбнулась, и в её синих глазах мелькнула грусть. — Моя мама умерла, когда я была маленькой, — сказала она тихо, не глядя на Блум. — Я почти не помню её. Только голос. Она пела мне колыбельные. И я, наверное, поэтому так люблю музыку. Это единственное, что осталось. Блум почувствовала, как к горлу подступает ком. — Мне очень жаль, — сказала она. — Всё нормально, — Муза пожала плечами, но её улыбка стала чуть более натянутой. — Я привыкла. У меня есть отец. Он… ну, он хороший, хочет, чтобы я развивала себя как фея. Чтобы я не отвлекалась на глупости. По типу музыки или пения. — Но это не глупости, — сказала Блум. — Это твоя частичка. Муза подняла на неё взгляд, и в нём мелькнуло удивление. — Спасибо, — сказала она. — Ты первая, кто так сказал. Блум хотела ответить, но в этот момент библиотекарша вернулась с огромной стопкой книг, которые с глухим стуком опустились на стол. — Ваши учебники, — сказала она. — Всего двенадцать томов. Надеюсь, у вас есть свободное время. Блум и Муза переглянулись и рассмеялись. — Похоже, мне придётся много читать в этом году, — сказала Блум. — Ничего, справимся, — ответила Муза, беря половину стопки. — Я помогу. Они вышли из библиотеки, нагруженные книгами. Они шли по коридору, нагруженные книгами, и Блум уже начала привыкать к тому, что в Алфее всё постоянно движется, дышит, живёт. Муза что-то рассказывала про свою новую композицию, но Блум слушала вполуха — она слишком увлеклась рассматриванием узоров на стенах, которые сегодня казались ещё более живыми, чем вчера. Вдруг кто-то резко врезался в её плечо. Стопка книг в руках Блум качнулась, и она едва успела удержать их, прижав к груди. Несколько томов всё же упали на пол с глухим стуком, и Блум поспешно нагнулась, чтобы поднять их. — Осторожнее, смотри куда прёшь, — раздался холодный, язвительный голос. Блум подняла голову. Перед ней стояла девушка с белыми волосами, собранными в высокий хвост. Тёмный, почти чёрный макияж вокруг глаз делал её взгляд пронзительным и колючим. На ней был голубой свитер, который казался мягким и дорогим, и короткая белая юбка. Она смотрела на Блум с лёгкой усмешкой, скрестив руки на груди. — Я? — переспросила Блум, чувствуя, как внутри закипает возмущение. — Это ты меня толкнула! — А ты шла прям посреди коридора, — хмыкнула блондинка, окидывая её взглядом с ног до головы. — Тоже мне, королева вселенной. Или, может быть, новая феечка? Ты прямо светишься наивностью. Муза шагнула вперёд, прижимая свои книги к груди. Её голос звучал твёрже, чем Блум слышала раньше. — Айси, оставь её в покое. Она новенькая. — О, — протянула Айси, и её губы растянулись в ещё более холодной улыбке. — Новенькая. Ну конечно. Как трогательно, Муза нашла себе первого слушателя. Смотри не профукай. Она развернулась и пошла дальше, не оглядываясь. Её шаги гулко разносились по коридору, и Блум проводила её взглядом, чувствуя, как внутри всё ещё бурлит смесь злости и растерянности. — Кто это была? — спросила она, нагибаясь, чтобы поднять последнюю книгу. — Айси, — вздохнула Муза, помогая ей. — Она ведьма. Та ещё стерва, честно говоря. — Ведьма? — Блум выпрямилась и посмотрела на подругу. — Я думала, здесь учатся только феи. Муза покачала головой и поправила свои наушники, которые слегка сползли на шею. — Нет. Здесь учатся и феи, и ведьмы. Вместе. Это… ну, это долгая история. Давай отойдём в сторону, пока нас снова кто-нибудь не сбил. Они отошли к широкому подоконнику, и Блум поставила книги на каменную поверхность. Муза села рядом, скрестив ноги. — Ведьмы — это те, у кого магия другого типа, — начала объяснять она. — В основном отличие в том, что у ведьм нет крыльев. Они не могут летать. По крайней мере, так, как это делаем мы. — То есть они не могут превращаться? — уточнила Блум. — Ну, они могут использовать магию, но у них нет того самого… ну, знаешь, — Муза взмахнула рукой, словно показывая крылья. — Они не могут парить, не могут иметь разные формы своих сил из превращений и уровней. Их магия больше привязана к стихиям. К тёмным энергиям, если говорить точнее. Но это не значит, что они все злые, — добавила она поспешно. — Просто обычно их магия более… тёмная. Для заклинаний, для контроля над энергией. Феи же больше о свете, о защите, о создании. Блум нахмурилась. — А почему тогда они учатся вместе с нами? Я имею в виду, если их магия тёмная… это же опасно? Муза вздохнула и посмотрела в окно, где за стеклом плыли облака. — Это началось не так давно. Около семнадцати лет назад. Тогда была война между тёмными силами и светом. Настоящая война. Многие погибли. Бывшая школа ведьм — Облачная Башня — была разрушена. Полностью. До основания. Блум почувствовала, как внутри неё пробежал холодок. — И что случилось потом? — Свет победил, — сказала Муза, и в её голосе послышалась тень старой боли. — Но все поняли, что так не может продолжаться. Что нужно найти способ жить вместе. И тогда был заключён мирный договор. Ведьмы и феи теперь учатся вместе. В одной школе. Чтобы научиться понимать друг друга. Дружить. И работать вместе, если появятся настоящие враги. — Но Айси… она явно не настроена дружелюбно. — заметила Блум. Муза усмехнулась, но улыбка получилась грустной. — Айси — особый случай. Некоторые ведьмы живут старым восприятием, и воспитанием. Некоторые всё ещё считают, что феи — это враги. Но, знаешь, большинство из них — нормальные ребята. Просто их магия другая. И они иногда кажутся слишком… резкими. — Но тогда как определяют, кто фея, а кто ведьма? — спросила Блум, чувствуя, как её любопытство пересиливает страх. — Это как-то выбирается? — В начале каждого учебного года первокурсников посвящают, — объяснила Муза, и её глаза засияли. — Это такой ритуал. Две директрисы — Фарагонда и Гриффин — чувствуют энергию каждого ученика. Они как бы читают её. И в конце говорят: «Ты фея» или «Ты ведьма». Они знают с точностью. — А если ошибаются? — спросила Блум. — Они не ошибаются, — улыбнулась Муза. — Они чувствуют. Это как… ну, как когда ты слушаешь музыку и понимаешь, какой жанр. Просто знаешь и всё. Блум на мгновение представила, как стоит перед двумя директрисами, а те сканируют её энергию. Она почувствовала волнение в животе, но также и любопытство. — А меня тоже будут проверять? — спросила она. Муза кивнула. — Да. В ближайшее время. Фарагонда и Гриффин захотят увидеть тебя. — А если я не фея? — тихо спросила Блум. — Если я окажусь ведьмой? Муза посмотрела на неё с мягкой улыбкой. — Тогда ты будешь ведьмой. Это не делает тебя плохой. Но я думаю, что ты — фея, — добавила она. — В тебе слишком много света. Я чувствую это. Блум улыбнулась. Эти слова согрели её лучше любого чая. — Спасибо, — сказала она. — Правда. Муза пожала плечами, но в уголках её губ мелькнула довольная улыбка. — Ладно, — сказала она, поднимаясь с подоконника. — Пошли. Отнесём эти книги в комнату, пока нас опять кто-нибудь не сбил. А потом покажу тебе, где можно спокойно посидеть и никого не встречать. Они взяли книги и пошли дальше по коридору. Блум всё ещё думала о том, что сказала Муза. О войне, о ведьмах, о том, как мир перестраивается после всего. И о том, какой будет её собственная магия. После того как они затащили тяжёлую стопку учебников в комнату и с облегчением сгрузили их на стол, Муза заговорщицки улыбнулась и подошла к двери. — Хочешь увидеть кое-что? — спросила она, и в её синих глазах мелькнул тот самый озорной огонёк, который Блум уже начала узнавать. — Моё любимое место в Алфее. — Ещё бы, — ответила Блум, и усталость как рукой сняло. Они вышли в коридор, и Муза повела её в сторону, которую Блум ещё не исследовала. Здесь коридоры становились уже, стены — старше, а воздух — прохладнее. С каждым шагом чувствовалось, что они удаляются от основного шума школы. — Нам сюда, — сказала Муза, останавливаясь перед массивной деревянной дверью с латунной ручкой, покрытой зеленоватым налётом времени. Она толкнула её, и Блум оказалась в длинной галерее. Это было что-то невероятное. С обеих сторон стен висели картины — сотни, если не тысячи работ. Они были такими старыми, что краски кое-где потрескались, а позолота рам потускнела, но в каждой чувствовалась рука мастера. Здесь были портреты фей в старинных нарядах, изображения битв и драконов, пейзажи Алфеи, какой она была много столетий назад. — Это галерея искусств, — пояснила Муза, проходя между рядами картин. — Здесь собраны работы учеников за всю историю школы. Некоторые из них — настоящие шедевры. Но большинство просто забыли здесь, потому что их авторы уже давно ушли. Блум остановилась перед одной из картин — на ней была изображена фея с огромными золотыми крыльями, стоящая на вершине скалы. Ветер развевал её волосы, а внизу, у подножия, толпились люди с поднятыми руками. Блум показалось, что она слышит их голоса, чувствует ветер, видит свет. — Красиво, — прошептала она. — Да, — согласилась Муза. — Но это не самое красивое. Идём. Она подошла к концу галереи, где за очередной дверью начиналась узкая каменная лестница. Ступени вились вверх, и Блум почувствовала, как ноги начинают уставать, но Муза шла уверенно, не сбавляя шага. — Почти пришли, — сказала она. И они вышли на открытый балкон. Блум замерла. Воздух здесь был прозрачным и холодным, и он пах сосной, водой и чем-то неуловимо древним. Балкон был круговым, опоясывающим восточную башню, и с него открывался вид, от которого у Блум перехватило дыхание. Внизу, насколько хватало глаз, расстилался лес — тёмно-зелёный, густой, живой. Где-то вдалеке блестело озеро, его поверхность переливалась на солнце, словно жидкое серебро. Чуть правее, на холме, возвышался бежево-каменный замок, который выглядел таким же старым, как и эта школа. Он был мощным, суровым, и Блум почувствовала, как внутри неё шевельнулось любопытство. — Это Красный Фонтан, — сказала Муза, проследив за её взглядом. — Школа для специалистов. В основном там учатся парни, но иногда и девушки. Те, у кого нет магии. — Нет магии? — переспросила Блум, присаживаясь на каменный парапет. — Но как они тогда защищают себя? — Оружие, — просто ответила Муза. — Они очень хорошо владеют мечами, луками, всем, что можно использовать против магии. Такие, как Робин. У них нет волшебного дара, но они могут противостоять тёмным силам благодаря силе и ловкости. Она у нас одна из лучших специалисток. Блум задумалась. Она вспомнила Робин — строгую, подтянутую, с острым взглядом. Да, в ней действительно чувствовалась сила, которая не нуждалась в магии. — А парни могут быть волшебниками? — спросила она. Муза кивнула, опираясь на перила. — Бывает. Иногда магия просыпается и у мальчиков. Но это редкость. Обычно магия передаётся по женской линии. Если парень получает дар, его распределяют либо в волшебники — это светлая магия, либо в маги — это более тёмная. Но их мало, — она пожала плечами. — В основном магия — это привилегия девушек. Блум перевела взгляд налево, и сердце её дрогнуло. Там, вдалеке, виднелись тёмные развалины. Они были похожи на сломанные зубы, торчащие из земли. Чёрные, обугленные, словно некогда их сожгли огнём, который не угасал до сих пор. Вокруг них воздух казался другим — серым, плотным, словно магия там застыла в агонии. — Облачная Башня, — тихо сказала Муза, перехватив её взгляд. — Остатки бывшей школы ведьм. Той, что разрушили во время войны. Блум почувствовала, как внутри неё разливается странное чувство — смесь боли и любопытства. — Она такая… мрачная, — прошептала она. — Да, — Муза помолчала, а потом добавила: — Флора говорит, что там до сих пор чувствуется энергия. Мёртвая, холодная. Как будто те, кто погиб, всё ещё там. Блум содрогнулась и отвела взгляд. А потом заметила его — вдалеке, за Красным Фонтаном, за озером и даже за развалинами Облачной Башни, виднелся мегаполис. Он мерцал золотыми и серебряными огнями, даже днём. Его здания уходили ввысь, к самым облакам, и казалось, что город живёт своей жизнью, пульсирует магией и движением. — Магикс, — с лёгкой улыбкой сказала Муза. — Столица этого мира. Честно говоря, я там редко бываю. Слишком шумно. — Там красиво, — сказала Блум, не отрывая взгляда от города. — Как на картинках. — На картинках всегда красивее, — усмехнулась Муза. — Но да, там есть что посмотреть. Они стояли на балконе в тишине, и ветер играл их волосами. — Спасибо, что показала, — сказала она тихо. Муза повернулась к ней и улыбнулась своей мягкой, немного грустной улыбкой. — Теперь это и твоё место тоже, — сказала она. — Ты всегда можешь прийти сюда, когда нужно подумать. Блум стояла на балконе, вглядываясь вдаль, и чувствовала, как ветер играет её рыжими волосами. Муза стояла рядом, молчаливая и задумчивая, и тишина между ними была тёплой — той, которая не требует слов. — Ну вот вы где! — раздался звонкий голос, и на балкон влетела Флора. Её каштановые волосы слегка растрепались, а на щеках горел румянец — видимо, она бежала. — Я ищу вас по всей школе! — Флора? — удивилась Блум, оборачиваясь. — Что случилось? — Ничего не случилось, — Флора подошла к ним, слегка задыхаясь, и улыбнулась. — Просто я хотела показать Блум сад! А Муза, как обычно, украла подружку и увела в свои тайные места. — Я не крала, — запротестовала Муза с лёгкой улыбкой. — Мы просто дышали воздухом. И любовались видами. — Видами, — фыркнула Флора, но в глазах её плясал смех. — А я тоже хочу показать кое-что красивое. Блум рассмеялась. Внутри неё разливалось приятное тепло от того, как легко и естественно феи принимали её. — Мне кажется, вы обе можете мне показать всё, что захотите, — сказала она. — Я никуда не тороплюсь. — Отлично, — Флора взяла её под руку. — Тогда пошли. Я покажу тебе сад. Он волшебный. Ну, в прямом смысле. Муза осталась на балконе, сказав, что ей нужно подготовиться к вечерней репетиции, и Блум последовала за Флорой. Они спустились по лестнице, прошли через галерею и вышли в просторный внутренний двор, который Блум не замечала раньше. Сад был похож на сказку. Здесь цвели растения, которых Блум никогда не видела на Земле: огромные цветы с лепестками, переливающимися всеми цветами радуги, деревья с серебряной листвой, кусты, которые тихо пели, когда мимо проходил ветерок. В воздухе пахло мёдом и чем-то неуловимо сладким. — Это моё место, — сказала Флора с гордостью. — Я ухаживаю за садом по утрам. Здесь растут редкие экземпляры со всех концов магического мира. — Это невероятно, — прошептала Блум, касаясь пальцами лепестка огромного цветка, который вспыхнул тёплым оранжевым светом от её прикосновения. — Он тебя узнаёт, — улыбнулась Флора. — Видишь? Твоя магия уже откликается. Блум убрала руку, чувствуя лёгкое покалывание в пальцах. — Я всё ещё не привыкла к этому, — призналась она. — Привыкнешь, — мягко сказала Флора. — А теперь я хочу показать тебе ещё кое-что. Идём. Она повела Блум через сад, к небольшой калитке, за которой начиналась тропинка. Они прошли ещё несколько минут, и Блум увидела небольшое здание — скорее похожее на просторный деревянный сарай, но ухоженный, с аккуратными воротами. — Это ферма, — пояснила Флора. — Здесь живут животные, которых мы используем для занятий и просто для души. Я иногда прихожу сюда, когда хочу отдохнуть. Они вошли внутрь, и Блум замерла. В просторных загонах стояли существа, которых она никогда не видела. Они были похожи на лам — такие же длинношеие и пушистые, но их шерсть переливалась мягким розовым цветом, а глаза были большими, почти человеческими. Они были такими милыми, что Блум едва не вскрикнула от умиления. — Это, — с гордостью сказала Флора, — фламминго-ламы. Они очень редкие. И невероятно добрые. Но, — она указала на тяжёлые каменные ошейники, которые были надеты на каждое животное, — они очень сильные. Ошейники не дают им использовать магию. Блум подошла к ближайшей ламе и протянула руку. Животное наклонило голову, позволив ей погладить мягкую розовую шерсть. — Какая ты красивая, — прошептала Блум, и лама одобрительно фыркнула. — Ты ей нравишься похоже — рассмеялась Флора. Они стояли рядом, гладя животное, и Блум рассказывала о том, как ей нравится Алфея, как ей было страшно сначала, но теперь она чувствует себя почти как дома. Флора слушала, кивая, и иногда вставляла свои мягкие комментарии. — А как тебе другие девочки? — спросила она. — Стелла, Аиша, Текна? — Стелла — огонь, — улыбнулась Блум. — Она такая уверенная, но с ней легко. Аиша — просто вихрь, я никогда не встречала таких энергичных людей. А Текна… ну, она немного закрытая. Но я чувствую, что она просто не знает, как общаться. — Ты очень наблюдательная, — сказала Флора, и в её глазах мелькнуло одобрение. — Это хорошо. Ты сможешь сблизить нас всех. Я это чувствую. Блум хотела ответить, но в этот момент в дверях фермы появился кто-то. Высокий парень в чёрной кожаной куртке, расстёгнутой, под которой виднелась серая футболка, рыжие волосы, растрёпанные ветром, и голубые глаза, которые смотрели на них с лёгким раздражением. Он был худощавым, но в его движениях чувствовалась скрытая сила, а вокруг него словно витала аура чего-то тёмного и опасного. — Вы чего здесь делаете? — голос был низким, слегка хрипловатым, и в нём слышалось недовольство. — Сюда нельзя без разрешения. Флора обернулась и улыбнулась — мягко, открыто. — Дэмиен! Привет! Я просто показываю подруге ферму. Она новенькая. Парень подошёл ближе, и Блум заметила, как он нахмурился, когда увидел её руку на шее ламы. — Убери руку, — сказал он резко, и Блум отдёрнула ладонь, чувствуя лёгкую обиду. — Она не делала ничего плохого, — сказала Флора, её голос остался мягким. — Она просто гладила. — Всё равно, — парень скрестил руки на груди, и его голубые глаза сверкнули. — Я отвечаю за этих животных. Если что-то случится — мне влетит из-за вас. Так что держитесь подальше. Блум моргнула и отвела взгляд, стараясь выглядеть спокойной. — Я всего лишь погладила её, — сказала она, стараясь говорить ровно. — Я ничего не сделала. — Да неважно… — ответил Дэмиен, и его голос был жёстким, но в нём слышалась странная, едва уловимая усталость. — Но у нас строгие правила. Если вам нужно что-то — обращайтесь к старшему конюху. А я здесь не для того, чтобы развлекать новеньких. Флора мягко положила руку на плечо Блум. — Дэмиен, она не хотела нарушать правила. Мы уйдём. Парень фыркнул и отвернулся, начиная проверять засовы на дверях загонов. Блум заметила, как он двигается — плавно, но с какой-то внутренней напряжённостью, словно он постоянно был готов к нападению. — Ладно, — сказал он, не оборачиваясь. — Но в следующий раз хотя бы предупредите. Я не люблю, когда здесь появляются посторонние. Блум хотела ответить что-то колкое, но что-то в его голосе остановило её. Она чувствовала в нём не злобу, а скорее страх. Или защиту. Как будто он боялся, что его могут задеть. — Ясно, — сказала она коротко, и повернулась к Флоре. — Пойдём? Они вышли из фермы, и когда дверь за ними закрылась, Блум выдохнула. — Он всегда такой? — спросила она тихо. — Он здесь недавно. Работает на ферме. Он очень закрытый. И… нелюдимый. — Он был груб, — заметила Блум, но внутри неё не было злости. Только любопытство. — Да, — согласилась Флора. — Но я думаю, у него есть причины. Он не такой плохой, как кажется. Просто ему нужно время, чтобы раскрыться. Она помолчала, а потом добавила: — Кстати, он тоже будет учиться на первом курсе. Его распределят либо в волшебники, либо в маги. У него магия огня. Очень сильная. Блум почувствовала, как внутри неё что-то дрогнуло. Магия огня. Как у неё. — Понятно, — сказала она, стараясь не показывать эмоций. — Тогда мы ещё встретимся. Флора улыбнулась, и в её глазах мелькнула хитрость. — Обязательно, — сказала она. — Он будет на собрании первокурсников. Завтра.