Монстр в кровати

- Извините, но мы закрыты после семи, - сказал Данте, не поднимая глаз от журнала, когда хлопнула, задребезжав стеклом, входная дверь. - Ты лентяй, Данте, признай это. Ты страшный лентяй. - И тебе добрый вечер, Леди, - кивнул он, не сдвинувшись с места. Как сидел, закинув ноги на стол, так и продолжал сидеть. Лишь перелистнул страницу. Один рывок и журнал исчез из его пальцев столь стремительно, что он лишь схватил рукой воздух в попытке вернуть его. - Эй! А ну отдай! - Ну серьезно, - Леди в сердцах бросила журнал на стол и сложила руки на груди. - Я ношусь по всему городу, обзваниваю всех своих информаторов, донимаю всех своих антикваров и букинистов, чтобы помочь твоему брату. А ты листаешь... вот это вот, вместо того чтобы хотя бы сделать вид, что ты мне помогаешь помогать тебе. Что за каламбур? И чей это, - она выразительно посмотрела вдоль лестницы, ведущей на второй этаж, - брат? Данте устало откинул голову на спинку стула. Опять. Опять она за своё. - Не перевирай и не ставь все с ног на голову. Ты же знаешь, что это не так. Я, нет – мы, - мы прочитали все что смогли найти, - Данте кивнул в сторону дивана. И действительно - рядом с ним на полу лежало несколько стопок книг, а один раскрытый томик приютился на подлокотнике. - Ты предложила помочь - мы, то есть уже я, - я согласился. Ну что мне нужно было сейчас делать? - Прыгать от радости, - лукаво улыбнулась Леди и показала ему книгу, которую до этого держала подмышкой. Данте вскинул брови. Он снял ноги со стола и потянулся за книгой, но Леди отдёрнула руку, не спеша делится находкой: - Оу, не так быстро. Где твои манеры? - Да, действительно, совсем забыл: спасибо, Леди. - Не благодари. Я вычту её стоимость из твоего гонорара, - лучезарно улыбнулась она, кладя потрепанный томик перед Данте на стол. Кожаный переплет был затерт настолько, что опознать название было практически невозможно. - Вот зараза. Да ей не меньше ста лет и уже одно это накатывает ей ценность! Никакого гонорара не хватит. Ты что? - Вот нахал. Я фактически содержу его дыру, а он ещё и возмущается! - Ах, я вечный твой должник. Верну потом. Он сцапал книгу и Леди только махнула на него рукой. - Ладно, посмеялись, а теперь ближе к делу. Ты прав, книга очень старая, и да - очень ценная. Так что аккуратнее с ней. - Что это вообще такое? Данте открыл книгу на середине. С пожелтевших, осыпающихся по краям страниц на него уставились рисунки невиданных насекомых. - Что видишь - адский энтомологический справочник. И я нашла то, что тебе нужно. Вон там закладка. Похоже? Это оно? Данте открыл заложенную страницу. Да, очень похоже - хитиновая тварь размером с кошку, но больше похожая на безумный приплод богомола и стрекозы. Длинные перевитые красными сосудами крылья, мерзкая морда и три пары лап. Художник изобразил адское создание с фотографической четкостью. - Оно, - кивнул Данте, силясь прочитать текст на соседней с рисунком странице, но ожидаемо не разобрал ни слова. - Так каков вердикт? Ты знаешь, что здесь написано? - С этим пришлось дополнительно повозиться, так что ты мой бесконечный должник, Данте. На самом деле ничего страшного там не написано. Данте фыркнул, откидываясь на спинку стула и скрещивая на груди руки: - Ничего страшного, ха. Если что, то у меня наверху двухметровый монстр и... - Дослушай сначала, - Леди упёрлась руками в стол и подалась вперёд, - твоему братцу повезло, потому что любого другого человека укус этой твари убил бы на месте. Его, как бы это выразиться, экзотический вид продлится ровно до тех пор, пока демоническая кровь не справится с заразой. Ну как если бы меня укусила оса. Мне было бы больно, возможно началась бы аллергия. А вот для гусеницы такой укус был бы фатален. - И как долго это будет продолжаться? – спросил Данте, не впечатленный осиными сравнениями. Леди пожала плечами: - Не знаю. Автор книги не говорит, видимо все индивидуально. Но - эй! - смотри на это позитивно: он хотя бы теперь пользу приносит. Данте отодвинул от себя книгу и сложив руки на столе, устало уронил на них голову: - Главное, чтобы от него не было проблем. Точнее от его, как ты выразилась, экзотического вида. Что может легко случиться, если он в своих вылазках через окно не будет осторожен. Принимать заказ на собственного брата я не собираюсь. - Ну ничего страшного – если будет заказ, то мы с Триш его разделим. - Если ты не перестанешь глумиться, то я тебя ему скормлю, честное слово, - вкрадчиво пообещал Данте, поднимая на Леди глаза. - Да шучу я. Эй, да что с тобой такое? Ты слишком угрюм. Послушай, судя по тому, что удалось прочитать в этой книге, он придет в норму через какое-то время. Не сходи с ума. - Я не понимаю с чего больше схожу с ума – с того, что я опять не знаю, как ему помочь, или с того, что я должен тебе баснословную сумму денег. - Вернёшь как сможешь, - улыбнулась Леди, - а за остальное не беспокойся. Книгу оставлю тебе. Полистаешь на досуге. Или он полистает. - Спасибо. - Я поеду пока опять не начался дождь. Погода нынче омерзительная. Она махнула рукой Данте на прощание и скрылась за дверью через считанные секунды. С улицы раздался рокот мотоцикла, но вскоре и он исчез, оставив Данте в тишине наедине с его мыслями. Сунув книгу в нижний ящик стола, Данте сначала запер дверь, чего он обычно никогда не делал, а потом медленно поднялся по лестнице на второй этаж. Дойдя до двери в спальню, он на мгновение замер, словно прислушиваясь к чему-то, а потом осторожно повернул ручку. Тусклая лампа под старым золотым абажуром стояла на полу в углу, давая света ровно столько, чтобы бардак в комнате не бросался в глаза. Наверное, этот полумрак можно было назвать уютным. Даже с учетом того, кто лежал в кровати, как в гнезде, среди разбросанных подушек и одеял. Демон спал, спрятавшись под темно-лазурным крылом. Хвост спускался на пол, частично скрывшись под сползшим пледом и его навершие в виде острой пики медленно шевелилось из стороны в сторону. В спальне было очень тепло, несмотря на распахнутую оконную раму. Данте невольно повел плечами, вспоминая как на самом деле сегодня холодно на улице, и стал бесшумно раздеваться. Повесил плащ на предательски скрипнувшую дверцу шкафа, скинул сапоги и потратил чуть больше времени чтобы обнажить торс и снять брюки. Он медленно подошёл к кровати, осторожно сдернул свисающий плед и расправил его, полностью накрывая лежащий на полу хвост. А потом скользнул под крыло и с наслаждением растянулся под ним, стараясь раньше времени не потревожить сон близнеца. Здесь было почти жарко и Данте невольно подумал, что с помощью брата можно отлично сэкономить денег на отоплении. Данте лег на бок, положив голову на сгиб локтя, и посмотрел в лицо Верджила. Его внешность застыла между демонической и человеческой, сохранив черты последней, но облачив в темную лазурь костяной и чешуйчатой брони, пусть и не такой явной и колючей. Роговые пластинки на боках и внешней стороне бедра были темно-синими, почти черными и Данте очень нравилось изучать эти узоры при дневном свете. Серебристые волосы потемнели и стали жёсткими. Они почти не скрывали пару острых, чуть изогнутых рогов. Их рассматривать Данте тоже нравилось, потому что ничего подобного в полной форме он у брата не видел. Как и длинного покрытого острой чешуей хвоста, выросшего между лопаток. Данте мог любоваться близнецом часами, но… Все это началось почти неделю назад, после неудачной вылазки на заказ. Неудачливый призыватель доигрался с запретными знаниями и населил свой особняк демонами. Какие он  преследовал цели было не совсем понятно – к тому моменту, как близнецы прибыли на место, от хозяина особняка и костей не осталось, потому и спрашивать было не с кого. Но несмотря на то, что работа оказалась не пыльной, без сюрпризов не обошлось, и одна из мелких тварей цапнула Верджила за руку. Он и не сразу вспомнил об этом, даже когда в течение нескольких дней расчесывал пострадавшее запястье. К вечеру следующего дня оно покрылось чешуей, а на утро Данте обнаружил под своим боком незнакомый демонический облик брата. Как оказалось, он не мог не только вернуться в человеческий вид, но вызвать полноценный триггер тоже. Измененное состояние повлекло за собой определенные проблемы, решать которые пришлось практически сразу. Данте погладил его по худой щеке, скользнул ладонью по линии челюсти, огладив подушечками пальцев выразительный, но аккуратный ряд костяных наростов, и поцеловал в губы, настойчиво скользнув между ними языком. Грудь демона вздрогнула, он сделал вдох, впуская брата глубже в свой рот, полный острых зубов. - Зачем ты меня разбудил? - сонно и недовольно пробормотал Верджил ему в губы. - Потому что не мог себе в этом отказать. Мне же так нравится тебя тискать, - улыбнулся Данте. - К тому же на улице очень холодно, а у тебя тут так тепло. Он придвинулся ближе, обнимая за шею, и прижался животом к животу, полному и плотному. Данте вздохнул, касаясь своим лбом лба близнеца и погладил чешуйки на шее: - Кого ты опять съел? Людей есть нельзя. - Не ел я твоих людей, - недовольно проворчал Верджил. - Я знаю. Я просто… - И напоминать мне об этом сто раз на дню тоже не нужно. - Ш-ш-ш, не сердись, - Данте успокаивающе погладил его бок. – Хоть вкусно? - Смотря кто. В следующий раз принесу тебе попробовать, - Верджил прикрыл глаза. Его клонило в сон, но Данте был неумолим. Он никак не мог насытиться присутствием брата. Ему все было мало. Словно он пытался нагнать годы его отсутствия. - Ты наслаждаешься этим? Верджил перевернулся на спину, ложась на мягкие подушки. Данте лишился одеяла в виде крыла и ему сразу стало зябко, поэтому пришлось прижаться к демоническому боку и обнять поперек груди. Очень хотелось погладить живот брата, дотронуться ладонью до мягкого, и от этого легко растяжимого покрова чешуек, и Данте уже было скользнул рукой вниз по груди, но вовремя вспомнил, что в прошлый раз Верджилу это не понравилось. -  А почему бы не попытаться насладиться? Тем более других вариантов у меня особо нет. Но, к слову, это же то, что у меня в крови. У нас в крови. Как можно отказываться от того, что принадлежит нам по праву? Я постоянно говорю тебе об этом. - Демон это не всё, что в тебе есть. - Этот спор бесконечен, я полагаю. - Ты сам пару дней назад сказал, что этот облик тебя тяготит и быть в нем неудобно. Верджил потянулся и с ухмылкой произнес: - Неудобно, и это действительно не тот облик, в котором я хочу оставаться вечно, но не ты ли говоришь мне каждый день о том, как я прекрасен? - Ты прекрасен, - Данте поднял на него глаза, - но речь не об этом. - Ах, а о чем же? Данте вздохнул. Ему было жаль, что он ничего не мог исправить. Иногда ему было жаль так сильно, и это настолько витало в воздухе, что Верджил выходил из себя, потому что ненавидел, когда его жалели. Со словом «забота» тоже пришлось сильно намучиться, потому что в понятии близнеца это слово подтверждало чью-то беспомощность. В данном случае – конкретно его. И это уже сводило с ума Данте. Для перемен потребовалось время, но в особо благостные вечера его порой не покидало ощущение, что еще чуть-чуть и все его усилия пойдут крахом. Что Верджилу в конце концов надоест и он снова исчезнет. - Знаешь какие два твоих любимых греха? Гордыня и обжорство. - А твой любимый нынче грех уныние. Кто бы мог подумать... Моя гордость, конечно, пострадала, но обжорство вынужденное. А ты, братец, уныл теперь почти всегда. Данте не стал спорить. Верджил был отчасти прав. Даже такой демонический облик тянул из тела энергию на поддержание и её необходимо было постоянно восполнять. Обычная еда не помогала совершенно - она не обладала теми магическими ресурсами. Человеческая кровь или демоны подходили для этого лучше. Но чем слабее был демон - тем больше было нужно его плоти. Один раз Данте приволок для брата полуживого демона, потому что мертвая плоть, рассыпающаяся пылью, никуда не годилась. Поэтому в основном Верджил справлялся с этим сам – мелкие бесы с завидным постоянством прорывалась сквозь трещины между мирами. Данте не любил обсуждать эту тему. Хотя бы уже потому, что сам знал, какой голод пробуждало длительное пребывание в триггере. О людях в качестве пищи не могло идти и речи. Поэтому он просто вздохнул и сочувственно погладил брата между рогов: - Скоро все закончится, обещаю. - Что с тобой, Данте? Я тебя не узнаю. - Ну ты сам сказал, что я уныл. А ты у меня какой-то бедовый. То одно, то другое. - Кто бы говорил, а? - Я в Ад не падал и… - он нахмурился и отвернулся. Не та тема, которую принято было обсуждать, да еще ставить в вину. Данте попытался исправиться, но едва ли не сделал хуже: – В смысле, что у меня было мало поводов для радости. Даже потом… когда ты приходил в себя, я всё опасался, что что-то обязательно пойдет не так. Что ты… сбежишь.   Вместо ответа Верджил смерил его недовольным взглядом и треснул хвостом по голове. - Ай! – Данте незамедлительно потер саднящую макушку. Искренность оказалась неожиданно наказуемой. - Да ты издеваешься надо мной? - И не думал даже! - Сколько можно говорить одно и тоже? - хвост шлёпнул по обнажённому плечу, оставив ссадину. – Ты меня совсем не слушаешь, или слушаешь, но не слышишь? - Слышу! Я просто… - Тогда почему ты такой упёртый? - Потому что весь в тебя! Ну, хватит меня бить, я тебя понял! - Данте изловчился и поймал метнувшийся хвост за пику. Верджил не стал вырываться, к счастью брата потеряв всякий интерес к разговору. Он лишь широко зевнул, прикрыв когтистой ладонью рот: - Зачем ты меня разбудил на самом деле? - Чтобы побесить тебя, конечно, - зажатый в кулаке хвост неодобрительно вздрогнул и Данте пришлось его выпустить, пока близнец не разозлился на самом деле. - Да шучу я. Поиски Леди увенчались успехом. Она нашла книгу, в которой говорится про ту тварь, что тебя покусала. Верджил невольно потер запястье, куда неделю назад и пришелся этот укус: - И что? - Я бы хотел сказать, что ты таким останешься до скончания времен, но не скажу. Потому что тогда ты точно вышвырнешь меня в окно, - Данте как ни в чем ни бывало прижался щекой к его груди. - О, правда? – елейно улыбнулся Верджил и ласково, но вместе с тем предупреждающе погладил брата по голове, намекая, что полет из окна это слишком легкое наказание за болтливость. А вот оторванная голова – в самый раз. - Насколько я понял, ты пробудешь в таком виде до тех пор, пока твое тело не справится с ядом. - И всё? - И всё. Верджил задумался, рассеянно перебирая когтями волосы Данте: - Книгу ты, естественно, с собой не принес. - Решил, что это подождет до утра. На самом деле я не хотел тебя будить. Я настолько привык что ты в эти дни так крепко спишь, и даже если тебя потревожить, то мгновенно засыпаешь обратно, что не ожидал, что ты проснешься. - Врёшь, - беззлобно отозвался Верджил и, снова зевнув, перевернулся на бок, согнав Данте, - но тут ты прав – мне в кои-то веки отлично спится. Без кошмаров. Просто сытая темнота и больше ничего.   Данте двинулся ближе, чтобы обнять его, и демон охотно ткнулся лбом ему в ключицу. Когтистая ладонь погладила по спине между лопаток. Данте прикрыл веки, когда Верджил поцеловал его в шею, а потом стал покусывать кожу острыми зубами. Сначала осторожно, потом сильнее, пока не потекла кровь, которую он начал слизывать длинным языком, урча от удовольствия. Данте погладил его жёсткие волосы и улыбнулся: -  Когда всё закончится я буду постоянно напоминать тебе о том, что ты пытался меня сожрать. - Если к тому моменту я тебя действительно не сожру, потому что мне надоели твои несмешные шутки. - Просто у тебя нет чувства юмора. Верджил не ответил. Молча оплел ноги Данте шипастым хвостом, теснее прижимая к себе, и укрыл крылом, как одеялом. Данте упёрся подбородком ему в макушку, обнимая за пояс и удобнее устраивая брата в своих объятиях: - Спи, завтра посмотрим. Но смотреть назавтра больше было не на что во всех смыслах. Когда Данте проснулся от наглого солнечного луча в лицо, от лазурной чешуи близнеца остались только яркие пятна на боках и предплечьях.