Прикоснись ко мне

«… что, если теперь из-за моих страхов мы расстанемся и никогда больше не увидим друг друга? И мне придется до конца дней своих искать ту, что я уже однажды нашел, но испугался и не сумел полюбить?..»

Ричард Бах.

***

— Анна… — голос Николая был едва слышен, сознание постепенно прояснялось. — Анна, где… — Ушла, она, ушла. — В поле зрения появился Потап. — С ней всё в порядке. Николай нашел в себе силы только кивнуть, в ушах всё ещё шумело, а боль в затылке давала понять, что удар оказался неслабым. —Вы, конечно, напугали. — Потап помог ему встать. — Давно уже не было… — Знаю, не продолжай. Голова болит кошмарно. — Так вы похоже ей слегка приложились. — Хмыкнул Потап, тут же получив в ответ выразительный взгляд Николая. — Долго я? — Не, я только успел с кухни добежать. — Мда, — Николай ещё раз взглянул на дверь, в которую выбежала Анна. Внутри мелькнула надежда, что она сейчас вернется… Самонадеянно и глупо. — Потап, принеси лекарства в кабинет. — Отбрасывая наваждение, Николай направился к себе. — Да, сейчас. — Потап поправил стул и поднял несколько крупных осколков чайной пары. — Во дела…

***

Дни тянулись как растопленный мед, но увы, ощущались дегтем. Они жили в одном доме, но с того приступа ни разу не увиделись. Сначала Николаю казалось это несерьезным: одумается, пройдет время и всё вновь вернется в привычное русло. Но дни шли, а Анна предпочитала оставаться невидимкой. И если в прошлый раз её игра в молчанку в чем-то была забавной, её так и хотелось уколоть, вывести на разговор, то сейчас невидимая грань нешуточно колола сердце. Иной раз хотелось просто вызвать её к себе, вновь о чем-то поспорить, только бы не ощущать себя в одиночестве в этом огромном доме. К кошмарам про войну добавился кошмар в котором он терял Анну. Всё было прекрасно: солнечный день, прогулка, её смех, затем ветер, резко темнеющее небо, он на секунду теряет ее из вида и больше уже не находит. А дорожки сада становятся колючим лабиринтом без выхода. Шорох в библиотеке сбросил наваждение. Предпочитая не медлить, а наконец-то объясниться, Николай резко распахнул двери, но комната была пуста. И только на столике около диванчика одиноко лежал томик Державина. Николай с трепетом взял книгу поэта, как маленькое доказательство того, что Анна была здесь. Задумавшись, он уже хотел поставить томик на привычное место, но в последний момент забрал его с собой в кабинет. Пришло время сделать шаг навстречу.

***

— Сколько ты говоришь он так делает? — Анна слегка нервно крутила в руках яблоко. — Так два дня уж точно, — ответила Симка, не отвлекаясь от замешивания теста на яблочный пирог. — Интересно и с кем же он там чай пьет… — Анна хрустнула яблоком, больше сделав вид, что интересуется, так как ответ на этот вопрос был ей доподлинно известен. — Так поди сам и пьет, — отозвалась Симка, ничего не заподозрив. — Вообще он каждый день приходит, чайник, травы, чашки, воду, приборы берет и уходит. — Вся речь сопровождалась взмахами в стороны упомянутых предметов. — Я даже не знаю когда обратно-то всё приносит. С утра прихожу и уже ж всё на месте. — Не поверю, что он сам моет посуду. — Верь не верь, а всё утром на месте. Анна скептически посмотрела на Симку. — Приходи и сама проверяй, коль не веришь. — Она продолжила замешивать тесто на пирог. — Обманывать ещё больно надо. Сдался мне этот твой египетский… — Ну ладно, ладно, прости, Сим, — перебила Анна, она задумчиво посмотрела на чашки, вспоминая записку, которую нашла сегодня утром в сборнике Державина. — А вообще недооцениваешь ты его, вон когда болела… — Симка запнулась, увидев Потапа. — Симка, не видела тут коробчонку с лекарствами? — Он внимательно осматривал все поверхности в поисках аптечки. — Так в шкаф убрала, глянь там за занавеской. Потап пошел к указанному шкафу и тут же достал аптечку. — Спасибо, — он радостно посмотрел на Симку, не упуская возможности подойти поближе и стащить пряник из корзинки. — Пирог будет? — Ага, яблочный. — Одной рукой она отставила корзинку с выпечкой подальше. — Ты графу-то оставь. — Потап, — Анна, наблюдавшая за ними со стороны, всё же решилась его окликнуть, — что-то случилось? — Не, с чего вы, — он запнулся, увидев ее жест в сторону аптечки, — а, вы про это. Всё нормально, ничего нового. — Потап направился дальше к выходу. «Значит, приступы продолжаются», — пронеслось в мыслях Анны, она знала, что после их ссоры состояние Николая несколько ухудшилось, но надеялась, что это не связано с ней. — Потап, стой… — Анна подошла ближе. — Стою, — он ответил с легкой опаской, не зная, что ожидать от Авериной. — Потап, а Николай уже решил, когда вы уедете? — Так вы у него и спросите… — Потап! — Возмутилась Симка. — Да что Потап-то. Мне велено ничего не говорить. — Он с сожалением глянул на поникшую Анну. — Никуда он пока не собирается, но ей-богу, поговорите вы уже с ним сами. — Потап! — теперь уже возмутилась Анна. — Да я-то что. — Он махнул рукой и ушел с кухни. Анна шумно выдохнула, ничего не сказав. Сердце жгла найденная записка с текстом: «Анна, нам нужно поговорить. Я буду ждать Вас каждый день после ужина в библиотеке. Николай» и припиской «En attendant notre rencontre» — на обороте. Она уже решила вычеркнуть Николая, забыть всё, что было и доработать оставшиеся дни, как можно меньше сталкиваясь с ним, что весьма успешно получалось, ведь прошла почти неделя. Только вот если сначала это казалось чем-то несерьезным, то с каждым днем мысль о том, что им придется заговорить, а ей — объяснить свою отстраненность, пугала не на шутку. — Ну, так-то Потап прав, — робко начала Симка, тут же поймав взгляд Анны. — Поговорить вам и правда следует. А то живете в одном доме, работаешь на него, а ходишь как привидение. Анна порывисто встала с места и зашагала по кухне. — Он записку оставил с приглашением встретиться, — призналась «как на духу». — Николай?! И ты молчала? — Да, я, — она на несколько секунд замолчала, — не знаю, что делать, Сим. — Встретиться и поговорить. Может он всё и объяснит. Что в записке-то было? Анна молча протянула записку. — О, гляди-ка, даже на французском, — Симка постаралась сгладить напряжение Анны. — Что тут? — В ожидании нашей встречи, — перевела Анна, забирая записку. — Я боюсь. — Чего? Потап вон сказал — в Петербург пока не уезжают. — А вдруг он нашел невесту? — еле слышно спросила Анна, тут же отвернувшись. — Невесту нашел, а записки оставляет тебе? — Симка приобняла Анну, которая пожала плечами. — Вот поговорите и всё узнаешь. Так гадать можно долго. — Давай ужин доделывать, — перевела тему Анна, всё ещё находясь в смятении.

***

В имении было тихо, после ужина прошло около часа. Анна практически бесшумно дошла до дверей библиотеки. Они были чуть приоткрыты, оставляя длинную полоску света. Внутри было тихо, а через щель виднелась только макушка и часть спины Николая, который сидел в кресле. Анна осторожно открыла дверь, с замиранием сердца заходя внутрь. — Анна? — взгляд Николая вмиг прояснился от дымки сна и он тут же выпрямился, — Вы пришли… — тихо и совсем неуверенно. Она хотела было ответить и уже сделала несколько шагов ему навстречу, но замерла на расстоянии вытянутой руки. Вся её язвительность растворилась в искренности его взгляда: сожаление, боль, надежда и нежность окутали как мягкий кокон. — Анна, я… — дурак, идиот, скучал; был не прав, влюблен в вас… слова застряли в горле и Николай на секунду опустил взгляд, возвращая самообладание. — Хотел поговорить с вами и извиниться. — Жестом он предложил присесть за столик с чаем. — Говорите, — ответила она, присаживаясь на край дивана. Николай разлил чай по чашкам и передал ей одну пару, вторую оставив на столике. — Анна, я был слишком резок и прошу за это прощения. Я был уверен, что делаю как лучше. Она с вызовом посмотрела на него. — Как лучше для вас и для общества? — Нет, Анна, — Николай передвинулся на самый край стула, чтобы быть ближе к ней. — Я хотел сделать лучше для вас. — Он видит, как слегка дрожит ее рука, и мягко берет её в свою. — Вы не делаете лучше, — тут же отзывается Анна. — Николай, я Вас не понимаю и всё это… — она качает головой, не находя слов и осторожно убирает свою руку из его. — Анна, я был уверен, что вы меня забудете, я уеду в Петербург, женюсь и уйду в полк. И вряд ли… — он делает паузу отворачиваясь и добавляя еле слышно, — вернусь. — И Вы думали, что так будет лучше? — Анна с возмущением смотрела на него, от ее растерянности не осталось и следа, теперь ее взгляд метал молнии. — Да, и я ошибся. — И какой же ваш новый гениальный план? — она выделяет предпоследнее слово. — Нет, подумать только, вы думали, что будет лучше, если вы не вернетесь с войны?! — всё же не выдерживает и ставит чашку на стол, понимая, что рискует ее разбить. — Анна, я беспокоился за вас и был уверен, что так будет лучше. Вы встретите кого-то другого, забудете… — Вот как… А вы, Николай? Или для вас это ничего не значит? — Вы же знаете, что это не так, — собирается с мыслями и вновь смотрит ей прямо в глаза. — Нет, — она с легкой грустью качает головой, — Вы этого не говорили. — Я предполагал, что это очевидно. И видимо был неправ. — Николай не отводит от неё взгляда и берет её ладони, теперь уже обе, в свои. — Анна, я влюблён в вас.