Турбулентность любви

Чуя был готов ко многому. К шуткам, к сплетням, к неудобным вопросам, к разговорам про служебный роман. Даже к осуждению. Особенно к осуждению. В конце концов, он был стюардом. Дазай — вторым пилотом. Да, они скрывали отношения не слишком хорошо. Да, половина экипажа уже давно всё поняла. Но официально они всё равно никогда ничего не подтверждали. Поэтому в день, когда Дазай решил объявить о помолвке всему коллективу, Чуя нервничал сильнее, чем во время самой помолвки.

***

— Ты сейчас протрёшь дыру в полу. Заметил Ацуши. Они стояли возле комнаты отдыха экипажа. — Я волнуюсь. — Почему? — Потому что сейчас начнётся. — Что начнётся? — Осуждение. — Чуя. — Что? — Ты серьёзно думаешь, что кто-то удивится? — Да. — Чуя. — Что? — Дазай смотрит на тебя так, будто ты его единственная причина жить. — Ацуши! — Это правда. — Не говори такое вслух. — Почему? — Потому что мне неловко. — Вам обоим за тридцать. — И? — И вы ведёте себя как подростки.  Через несколько минут в комнату вошёл весь экипаж. Дазай сразу закинул руку Чуе на плечо. Специально. Чтобы наверняка. Чуя мысленно уже хоронил себя. — У нас объявление, — крикнул Дазай. Все подняли головы. — Мы с Чуей женимся. Тишина. Накахара приготовился. — НАКОНЕЦ-ТО! Заорал кто-то из стюардов. — Слава богу. — Я уже думала, этого никогда не случится. — Я проиграл спор. — А я выиграл. — Где мои деньги? — Отдавай двести долларов. — Почему двести?! — Потому что я говорил, что предложение будет в этом году. Чуя моргнул. Потом ещё раз. — Простите… Все повернулись к нему. — Вы знали? — Конечно. — Все? — Да. — Давно? — Года четыре назад. Осаму согнулся пополам от смеха. — ЧУЯ. — Что?! — Я же говорил. — Почему никто ничего не сказал?! — Было забавно наблюдать. — ВЫ УЖАСНЫЕ. — Поздравляем! Следующие десять минут Чую обнимали. Поздравляли. Желали счастья. Требовали фотографии кольца. И никто. Никто ни слова не сказал про статус. Про должности. Про то, что один пилот, а другой стюард. Никого это не волновало.

***

Позже вечером. — Ну как?, — спросил Ацуши. Они сидели в кафе с ноутбуком и целой горой свадебных каталогов. — Я чувствую себя идиотом. — Почему? — Потому что переживал. — Зря. Чуя улыбнулся. Тепло. Спокойно. — Спасибо. — За что? — Что был рядом. Накаджима слегка покраснел. — Не начинай. — Начну. — Чуя. — Ты буквально лучший друг невесты. — Я не… — Лучший друг невесты. — Чуя. — Уже поздно. Свадебная подготовка оказалась сущим кошмаром. — Почему платьев так много? Стонал Чуя. — Потому что это свадьба. — Они одинаковые. — Нет. — Одинаковые. — Нет. — Да. — Нет. Блондин терпеливо показывал варианты: белые, кремовые, жемчужные, с кружевом, без кружева, с открытой спиной и без неё. — Это красиво, — сказал Ацуши. — Нет. — Это тоже красиво. — Нет. — И это. — Нет. — Ты вообще собираешься что-то выбрать? — Возможно. Через три часа. — Вот это, — сказал рыжеволосый. Ацуши посмотрел на экран. Потом на него. Потом снова на экран. — Это первое платье, которое я показал. — Да. — Три часа назад. — Да. — … — … — Я тебя ненавижу. — Взаимно. Локацию выбирали ещё дольше. — Сад. — Нет. — Ресторан. — Нет. — Отель. — Нет. — Побережье. Чуя задумался. — Побережье. — Наконец-то. Потом были приглашения. Меню. Цветы. Музыка. Рассадка гостей. И во всём этом хаосе Ацуши внезапно оказался незаменим. Потому что обладал удивительной способностью организовывать вещи. О которой раньше никто не подозревал. — Где список гостей? — У меня. — Где меню? — У меня. — Где контакты фотографа? — У меня. — Где макет приглашений? — У меня. Чуя смотрел на него с восхищением. — Ты страшный человек. — Спасибо. — Ты контролируешь всё. — Спасибо. — Я серьёзно. — Я тоже.

***

Тем временем. — Почему мы здесь? Спросил Акутагава. — Потому что ты друг жениха, — спокойно ответил  Дазай. — Кто это решил? — Я. — Нет. — Да. — Нет. — Да. Они выбирали костюмы. Что уже само по себе было испытанием. — Этот, — сказал  Дазай. — Нет. — Этот. — Нет. — Этот. — Нет. — Ты хоть что-нибудь одобряешь? — Иногда. — Когда? — Иногда. Через час Дазай был готов выбросить его из магазина. — Знаешь. Сказал он внезапно. — Что? — Ацуши помогает Чуе со свадьбой. — И? — Очень мило выглядит. Акутагава сделал вид, что его это не интересует. — Видел их вчера. Продолжил Дазай. — Они спорили из-за цветов. — И? — Выглядели как семейная пара. — Дазай. — Что? — Замолчи. — Он красивый. — Замолчи. — Особенно когда улыбается. — Дазай. — Особенно тебе. Рюноске закрыл глаза. Потому что проблема была в том, что он был абсолютно прав. А вечером состоялась репетиция свадебной церемонии. Именно тогда Чуя объявил: — Ацуши будет моей подругой невесты. — Что?! — Уже решено. Осаму тут же указал на Акутагаву. — Тогда он мой друг жениха. — Нет, — сказал Акутагава. — Да. Сказали остальные. — Нет. — Да. — Нет!

***

Репетиция свадьбы шла уже второй час. Все устали. Особенно Акутагава. Особенно потому, что его уже минут двадцать пытались убедить стать другом жениха. — Нет. — Да. — Нет. — Да. — Дазай. — Акутагава. — Отстань. — Не могу. Чуя сидел рядом и откровенно наслаждался происходящим. Ацуши тоже выглядел так, будто вот-вот начнёт смеяться. И это почему-то раздражало ещё сильнее. — Ладно, — вдруг сказал Дазай. — Что значит “ладно”? — Если ты не согласишься, придётся искать другого. — Ищи. — Правда? — Правда. — Хорошо. Дазай пожал плечами. Слишком легко и слишком подозрительно. — Тогда, наверное, попрошу того альфу из соседнего экипажа. — Какого? — Ну того. — Какого “того”? — Высокого такого. — Конкретнее. — Который постоянно флиртует с Ацуши и не отрывает взгляда от его зада.  Повисла тишина. — … — … — … Осаму едва заметно улыбнулся. Попался. — А. Только и сказал Акутагава. — Да. — Понятно. — Угу. — Того самого. — Именно. Где-то неподалёку Ацуши как раз обсуждал что-то с коллегами и ничего не слышал. К счастью для него. — Кстати, — продолжил Дазай. — Есть ещё одна проблема. — Какая? — Традиция. — Какая ещё традиция? — Свадебная. — Дазай. — Что? — Какая традиция? — Ну… Дазай наклонился ближе, будто собирался рассказать государственную тайну. — Говорят, подруга невесты и друг жениха должны быть очень близкими союзниками на свадьбе. — И? — Ну очень близкими, если ты понимаешь о чём я. — Дазай. — Что? — Ты это сейчас придумал? — Возможно. — Идиот. — Но представь, если вместо тебя будет тот альфа. Акутагава медленно повернул голову. — Дазай. — Да? — Я согласен. — Что? — Я согласен быть другом жениха. Дазай несколько секунд молчал. Потом расплылся в совершенно победной улыбке. — Так быстро? — Замолчи. — Даже уговаривать не пришлось. — Замолчи. — То есть вообще не ревнуешь, да? — Дазай. — Уже молчу. Через минуту Дазай радостно объявил: — Отлично! Вопрос решён! — Какой вопрос?, — спросил Ацуши. — Акутагава будет другом жениха. — Правда? Накаджима удивлённо посмотрел на него. И Акутагава вдруг понял, что согласился буквально за пять секунд. Без споров. Без сопротивления. Без единого аргумента. — Правда, — Ответил он. Ацуши неожиданно улыбнулся. Тепло. Искренне. — Тогда я рад. И почему-то именно эта улыбка заставила Рюноске окончательно смириться со своей судьбой. Потому что Дазай был прав только в одном. Если рядом с Ацуши должен был стоять кто-то другой, это почему-то казалось совершенно неправильным. А вот самому стоять рядом — наоборот, удивительно правильным.