Турбулентность любви

Свадьба Чуи и Дазая получилась именно такой, какой они сами были. Красивой, шумной, немного хаотичной, но главное очень счастливой. Побережье, которое Чуя так долго выбирал, оказалось идеальным. Вечернее солнце окрашивало море золотом, лёгкий ветер трепал украшения на арке, а музыка смешивалась со смехом гостей. Ацуши стоял рядом с Чуей перед началом церемонии и в сотый раз поправлял ему воротник. — Если ты ещё раз его поправишь, я начну нервничать. — Он криво сидит. — Нет. — Да. Рыжеволосый вздохнул. — Ты невозможный. — Я просто хочу, чтобы всё прошло идеально. — Ацуши. — Что? — Ты переживаешь сильнее меня. И это была правда. Сам Чуя выглядел удивительно спокойным. А вот Ацуши почему-то нервничал так, словно жениться собирался именно он.

***

Когда заиграла музыка и началась церемония, даже самые разговорчивые гости затихли. Дазай, стоявший у арки, выглядел непривычно серьёзным. Настолько серьёзным, что некоторые сотрудники потом клялись, будто впервые увидели его без дурацкой улыбки. Чуя шёл к нему медленно. Красивый. Счастливый. Немного смущённый. И совершенно влюблённый. Ацуши поймал себя на том, что улыбается. Потому что за все эти месяцы подготовки видел, насколько сильно они любят друг друга. — Никогда не думал, что доживу до этого дня, — тихо сказал стоявший рядом Акутагава. Накаджима повернул голову. — До свадьбы? — До того дня, когда Дазай добровольно согласится на ответственность. Блондин рассмеялся. — Это даже немного трогательно. — Немного. И оба снова посмотрели на молодожёнов. К концу церемонии плакали почти все. Кроме Чуи. Кроме Дазая. И кроме Акутагавы. Хотя последний выглядел так, будто ему просто запрещает плакать собственная гордость. А потом началось веселье. Настоящее. К середине вечера Ацуши уже успел: выиграть какой-то конкурс, проиграть другой конкурс, случайно уронить бокал, станцевать с половиной гостей, поспорить с ведущим, обнять Чую примерно пятнадцать раз и выпить намного больше, чем планировал. — Ты пьёшь уже третий бокал, — заметил Акутагава. Они столкнулись возле столика с напитками. — Это четвёртый. — Это не повод гордиться. — Я и не горжусь. — Тогда зачем уточнил? — Чтобы информация была достоверной. Акутагава фыркнул. И впервые Ацуши понял, что алкоголь сделал его подозрительно разговорчивым. — А ты почему такой трезвый? — Я не трезвый. — Не верю. — Мне просто не обязательно вести себя как катастрофа после каждого бокала. — Какая грубость. — Какая правда. — Ты сегодня особенно вредный. — Сегодня? — Хорошо. Всегда. Несмотря на слова, они остались стоять рядом. Почему-то. Никто не ушёл первым. — Знаешь… — Ацуши задумчиво покрутил бокал. — Я рад за Чую. — Я тоже. — Он очень долго этого ждал. — Да. — Хотя никогда никому не признавался. — Это в его стиле. Ацуши улыбнулся. Потом неожиданно спросил: — А ты когда-нибудь думал о свадьбе? Рюноске чуть не подавился напитком. — Что? — О свадьбе. — С чего вдруг такой вопрос? — Просто интересно. — Нет. — Никогда? — Нет. — Даже теоретически? — Накаджима. — Что? — Ты пьян. — Немножко. — Сильно. — Возможно. К счастью для Акутагавы, в этот момент ведущий объявил следующий конкурс. К несчастью для Акутагавы, конкурс требовал активного участия гостей. Ацуши оказался в самом центре событий. Разумеется. Он смеялся. Шутил. Танцевал. Спорил с ведущим. Убеждал кого-то из гостей, что правила конкурса несправедливы. Потом снова танцевал. Потом опять пил. Потом снова танцевал. И всё это время Акутагава периодически ловил себя на том, что наблюдает за ним. Слишком часто. Гораздо чаще, чем следует. — Даже не скрываешься. Рядом материализовался Дазай. — Исчезни. — Ты смотришь на него уже час. — Нет. — Смотришь. — Он слишком шумный. — Конечно. — И слишком много пьёт. — Конечно. — И вообще ведёт себя как ребёнок. — Конечно. Осаму отпил шампанское. — Тебе очень нравится этот ребёнок. Акутагава молча ушёл, что для Дазая было полноценным признанием.

***

А потом настал момент с букетом. Чуя повернулся спиной к толпе гостей. Все свободные омеги и беты собрались позади него. Кто-то смеялся, кто-то уже готовился ловить, кто-то просто стоял ради веселья. Ацуши тоже оказался там. Совершенно случайно. По крайней мере, он так утверждал потом. — Готовы?, — крикнул Чуя. — ДА! — Тогда ловите! Букет взлетел вверх, описав красивую дугу, и через секунду оказался прямо в руках Ацуши. Повисла тишина. Потом весь зал взорвался криками. — ООООООООО! — СЛЕДУЮЩАЯ СВАДЬБА! — ПОЗДРАВЛЯЕМ! — КТО СЧАСТЛИВЧИК?! Ацуши стоял с букетом в руках. Красный как помидор. А потом случайно встретился взглядом с Акутагавой и покраснел ещё сильнее. — Убейте меня, — простонал он. — Нет, — ответил счастливый Чуя. — Я хочу умереть. — Нет. — Немедленно. — Нет. — ЧУЯ. — Наслаждайся моментом.

***

К концу вечера стало очевидно две вещи. Первая — свадьба удалась. Вторая — Ацуши окончательно пьян. Не агрессивно. Не проблемно. Просто очень пьян. Он сидел на террасе, обнимая злосчастный букет и пытался объяснить кому-то важность правильного распределения аварийных выходов, хотя рядом никого не было. — Ты разговариваешь с цветами, — сказал Акутагава. — Они хорошие слушатели. — Вижу. — И не перебивают. — Намёк понят. В этот момент подошёл Дазай. Такой же весёлый, хотя заметно более трезвый. — Акутагава. — Что? — Поможешь? — С чем? — Отвезти его домой. Оба посмотрели на Ацуши. Тот в этот момент пытался серьёзно выяснить у букета, почему пилоты всегда такие сложные люди. — Он вообще адрес помнит? — спросил Акутагава. — Сомневаюсь. — Телефон? — Заблокирован. — Отлично. — Поэтому я и спрашиваю. Осаму хлопнул его по плечу. — Довези его, пожалуйста. Акутагава посмотрел на Ацуши. Потом на счастливого Дазая. Потом снова на Ацуши. — Хорошо. — Спасибо. — Не благодари. — Благодарю. — Исчезни. — Уже исчезаю.

***

Через несколько минут свадьба начала постепенно заканчиваться. Гости разъезжались. Музыка становилась тише. Вечер подходил к концу. Акутагава помог Ацуши подняться. — Пойдём. — Куда? — Домой. — К кому? — К тебе. — А. Ацуши задумался. Очень серьёзно. Настолько серьёзно, насколько вообще способен пьяный человек. — Я не помню адрес. — Я заметил. Спустя ещё десять минут стало ясно, что выяснить адрес сегодня не получится. Телефон не разблокировался. Сам Ацуши путался в названиях улиц. А потом вообще начал утверждать, что живёт где-то рядом с аэропортом. Что совершенно не помогало. Поэтому, тяжело вздохнув, Акутагава принял единственное разумное решение. — Ладно. — Что ладно? — Сегодня переночуешь у меня. — У тебя? — Да. — Почему? — Потому что ты не помнишь собственный адрес. Ацуши несколько секунд обдумывал услышанное. Потом неожиданно кивнул. — Логично. Именно так, глубокой ночью после свадьбы, Акутагава повёз совершенно невменяемого, счастливого, уставшего и всё ещё обнимающего свадебный букет Ацуши к себе домой. А что будет дальше — ни один из них пока даже не представлял.