Часть 1
18 июня 2026 г., 00:56
1: "Warum bist du still, du Unmensch?!"
Первый стукнул голову N об стол, сжав взмокшие от продолжительного допроса волосы в руках.
2: "Wir fragen Sie noch einmal: Wo sind Ihre Truppen?!"
Хлесткий удар по щеке, оставивший красное пятно.
Упрямо сжав губы, N продолжал молчать.
L: "Ziehen Sie ihm seine Oberbekleidung aus und fesseln Sie ihn so, dass er mir den Rücken zuwendet."
1: "Jawohl, mein Führer."
С силой развернув его к железному столбу лицом, двое солдат в чёрной униформе и со значком свастики на груди сняли с него верхнюю одежду и пристегнули его руки, задрав их вверх, а затем покорнейше отошли в сторону.
L, первое время всматриваясь в чужую голую спину, усмехался, а затем сделал первый хлесткий удар кнутом.
Несмотря на то, что удар был слабым, трехметровая веревка из сыромятной кожи больно прошлась по мышцам, оставив красную полосу и заставляя вздрогнуть, вызывая далеко не самые приятные и болезненные ощущения.
N сжимает зубы, стараясь подавить вскрик и лишь тяжело дышит, раз за разом терпя удары, которые, казалось, не собираются заканчиваться.
Что ж, видимо, его не проломить, но сраному садисту было до жути приятно смотреть на беспомощное состояние своего врага и поэтому, не медля ни секунды боле, он стал наносить сильные удары, сопровождаемые отчетливым и характерным звуком, которые, будто тупым ножом, резали тело, оставляя большие царапины на красной коже, без того уже изнывающей от жуткой боли.
Тело сотрясалось в лёгких судорогах, а нынешнее состояние ощущалось так, словно он в агонии.
Его итак калечили на протяжении уже нескольких часов, а теперь еще больше измываются, только уже не ради ответов, а ради забавы, оставляя вместо синяков и ссадин кровавые полосы. N буквально чувствовал ухмылки этих тварей, которые явно забавлялись происходящим. Гребанные придурки...
Хотелось просто упасть и заснуть, ибо такой длительный ежедневный марафон разнообразных пыток сильно повлияли на его организм. Голова заливалась свинцом, пульсируя. Желание просто потерять сознание от усталости и непрекращающейся боли возрастало с каждой мучительной секундой, но эти ублюдки не позволили бы ему этого.
С силой сжав зубы в очередной раз, N чувствовал, как по щеке стекает скупая слеза отчаяния и собственной беспомощности. Это злило, однако поделать с этим он ничего не мог. Пока что остаётся лишь только терпеть, своеобразно подчиняясь этому высокомерному засранцу и стыдливо поджав хвост.
Ран становилось всё больше и больше, пока полностью не была исцарапана спина, бока, плечи и даже немного надплечье рядом с шеей и кровь маленькими струйками не стала стекать по телу.
Все же угомонившись, нацист с удовлетворением смотрел на дрожащее тело на коленях пред собой. До чего же упрямый оказался противник... Ну, ничего... Это еще не конец...
